Only the brave
Pour mercy, mercy on me, set fire to history (Одари меня прощением, сожги историю) I’m breaking my own rule, I’m crying like a fool (Я нарушаю собственные правила, я плачу, как дурак) Tall stories on the page, short glories on the fade (Лживые истории на страницах, краткая угасающая слава)
В начале, говорится о полном раскрытии; о потере брони; об искренности перед самим собой в первую очередь. Он переступает через самого себя, разрушает все, что было до этого и просит прощения. Он прощается со всем притворством, со всем обманом и ложью в своей жизни.I’ve been close enough to touch, but I’ve never cared for love (Я был достаточно близок, чтобы прикоснуться, но я никогда не заботился о любви)
Многие лгбтк+ люди были близки к любви, к возможно отношениям с любимым человеком, но из-за внутренних противоречий они не могли полностью отдаться ей. Нависшая аура «греха» и «неправильности». Луи просит прощение за такое обращение к тому что имел, ведь любовь есть любовь.It is church of burnt romances, and I’m too far gone to pray (Это церковь сожженых романов, и я ушёл слишком далеко, чтобы молиться) It’s solo song, and it’s only for the brave (Это сольная песня и она только для храбрых)
В Протестантизме, (а как известно Англия протестантская страна) общение с Богом не обязано происходить в церкви, и придерживаться каких-то строгих правил. Бог есть в каждом из нас. И only the brave это молитва, исповедь перед самим собой. Луи просит прощения, но не за то, кем он является, а за то, что он не был достаточно сильным, чтобы быть собой. Церковь в этой песне выступает, как церковь в общественном понимании, как давление общества, как «греховность» того кто он. Сгоревшие романы — это сломанные судьбы, искалеченные души, всех павших под натиском общественной и внутренней гомофобии. Но Луи говорит, что не хочет принадлежать ‘церкви сгоревших романов’, не хочет быть одним из тех, кто сдался под всем этим давлением. Он говорит, что он слишком далеко ушел от всего этого.If the truth tell, darling, you fell Like there ain’t enough dying stars in your sky (Если честно, милый, ты падаешь так будто бы в твоём небе недостаточно умирающих звезд) It’s tall tale, and it’s only hello, hello no goodbye (Это история, в которую сложно поверить, и в ней только приветствие, а не прощание)
Луи обращается к самому себе, говоря, что он не должен сдаваться, ведь в мире и так слишком много разбитых сердец. И хоть это и звучит как что-то нереальное, но открытие (скорее всего каминг, принятие себя) это не конец чего-то; это лишь его начало, отправная точка.Pour mercy, mercy on me, I fall upon my knees (Одари меня прощением, я падаю на колени) And they’ll say «I told you so, come on when you know, you know» (И они скажут: «я же говорил, когда ты знаешь, ты знаешь)
Он абсолютно искренен в этот момент, но знает, что люди будут говорить ему, что он и так знал все это, и ему не нужно было проходить через весь этот ад. Но для самого Луи весь это процесс был действительно важен. И опять же ‘это только начало’.All the lonely shadow dances from the cradle to the grave (Все одинокие тени танцуют от колыбели до могилы) It’s solo song and it’s only for the brave (Это сольная песня и она только для храбрых)
Я думаю здесь, опять же, идет речь о сломанных судьбах всех тех LGBTQ+ людей, которые не справились со всем давлением. О тех, кто прожил всю свою жизнь во тьме, кто боялся или не мог быть собой. О людях являющихся лишь тенями тех, кто они на самом деле. Они прожили всю свою жизнь, отыгрывая роль, и они не смогли быть сильными или у них не было шанса быть открытыми. И Луи не хочет быть одним из таких людей. Эта песня резко отличается и по стилю написания лирики, и в музыкальном плане. И помимо всего этого, она стоит в конце альбома, что делает на нее акцент. Она запоминающаяся и Луи хочет, чтобы люди обращали на нее внимание. Чтобы все кто хочет услышать, услышали. Это его личная песня (история, молитва) и она только для храбрых. Луи выбирает свой путь, выбирает быть храбрым.
