Мой персональный бред

Лёгкий шум окружал меня со всех сторон. Обвалакивал ласково, словно мать. Хочется прижаться к нему, втянуть в себя. Глаза зажмурены с такой силой, что становится больно. Но это такая приятная боль. Вдыхаю глубже, чтобы лучше ощутить дурман хвойного леса. Словно время остановилась. Хотя учитывая наш городок, оно попросту шло мимо. Время не касалось маленького городка на севере штата. И в этом была особая романтика. Шелест веток прекрасно дополнял шум ветра и даже голоса людей. Хотелось дотронуться рукой к этой мелодии, попробовать её. — Сержант Келли, всё в порядке? Все мои сокурсники стремились в большие города, к яркому цвету неона и полной дозе адреналина. Мне же по душе было спокойствие нашего маленького мира с шелестом листьев. Открываю глаза, наслаждаясь тёмной завесой деревьев, охраняющих трассу вплоть до самих гор. — Сержант Келли! Наваждение спадает моментально, когда на плечо опускается тяжесть, заставляя меня вздрогнуть всем телом. Позади стоял парамедик, в своей яркой форме, разрушая мрачную гармонию и участливо заглядывая в глаза. Только сейчас понимаю, что я на службе и это халатно с моей стороны, так отвлекаться. Парамедик же тем временем взял меня за запястье, отсчитывая пульс. Было бы грубо прервать его. Лишь дождавшись, когда его тонкие губы перестанут шевелится, одёргиваю руку. — Со мной всё в порядке, спасибо. — Не переживайте, даже опытных капитанов такая картина может бросить в дрожь. Обычное дело.- Мужчина улыбнулся, отчего с десяток морщин собралось по его лицу. Ему было не больше сорока, но седина уже плотно въелась в его виски. Работа на скорой довольна жестока. Сказать, что я попросту задумалась или любовалась прекрасной ночью, было не позволительной роскошью. А роскошь обычный сержант себе позволить не может. — Да, конечно. Девушку отвезут в Олимпик? Эвакуатор запищал, раздражая всех, кто работал на этом участке. С характерным треском, машина отсоединилась от дерева, сдирая кору и оставляя реку из пластмассы и масла за собой. Тело водителя, молодого парня, уже успели погрузить в чёрный мешок, оставив лишь кровавое пятно на траве и камне, об который он растрощил голову. Обидно, ведь не будь там камня, паренёк бы лишь сломал себе пару костей. Было бы лучше, если бы он пристегнулся и не вылетел бы через лобовое. И совсем было бы замечательно, если бы он обдолбанный не сел за руль и не въехал в дерево. — Да, она слишком пьяна, поэтому лучше её осмотреть. Вы хорошо держитесь. Не видел вас раньше. — Я пару месяцев как перевелась сюда. Поэтому я и считаю, что город живёт вне времени, здесь все знакомы и все друзья. Не то, чтобы я стремилась к каким либо отношениям с людьми, но так было проще. Дождавшись, когда медсестра соберёт остатки черепа водителя, принимаюсь оттирать камень. — Такое случается довольно редко. Вообще у нас довольно мирно и спокойно. Вам понравится в Порт-Анджелесе! — Не сомневаюсь. Мило улыбаюсь мужчине и он, услышав зов своей напарницы, убежал к скорой. Ещё в школе я поняла, что жить намного проще, если окружающие будут считать тебя тихой мышкой. Главное вовремя опустить глаза, особенно если работаешь в мужском коллективе. Наш участок был маленьким и уютным. Всего лишь шесть человек, включая меня. Машина припарковалась, второй раз за сегодня вырывая меня из плена задумчивости. Неуверенно улыбаюсь Майку, добродушному мужчине лет сорока. Мужчина выглядит уставшим, и не только из-за ночной смены. Мы с ним довольно быстро закончили со всей бюрократией и документами, как раз к прибытию смены. — Ты сегодня была молодцом. — Пухлая рука опустилась на моё колено и ободряюще сжала его. Майкл Прайс уже более двадцати лет занимал скромную должность сержанта в департаменте шерифа округа Клэллам. Его дети уже давно разъехались по другим штатам в поисках своего семейного счастья и мужчина был чертовски рад исчерпать свой запас отцовской заботы. Было бы глупо с моей стороны не пойти с ним на контакт. — Прям вспомнил себя в молодости, — он рассмеялся, потянувшись на водительском месте, — если исключить раздолбайство и лень, конечно. — Ты на себя наговариваешь, Майкл. Не думаю, что Кэтрин разрешила бы тебе раздолбайство. — Мужчина снова тепло улыбнулся, когда я вспомнила про его жену. Они были эталоном американской семьи. Ссорились, били посуду и обижались. Но Кэтрин всё равно складывала Майку обед на работу, а сам Майк всегда отписывался жене в течении дня. Они напоминают мне моих родителей. Мама тоже постоянно ворчит на папу, а он всё равно, возвращаясь с работы, тратил лишние тридцать минут, чтобы купить ей молочный коктейль. Потому что ей очень нравились коктейли, которые продавались у Тиммо. Нужно будет им позвонить. — Чем займешься в выходные? Я почти уверен, что ты специально осталась в ночную смену, чтобы заполучить третий выходной. Лисица! — Вот такая я коварная. — Выхожу из машины, так же, не забыв потянуться и облокачиваюсь на дверцу, заглядывая в машину через окно. Это что-то вроде профессионально юмора, и никто на него не обижается. — Планирую совершить путешествие из спальни в ванную. И несомненно отключить телефон. — Эх, молодёжь. Не умеете вы отдыхать. Ладно, спокойной ночи. Или доброе утро, если быть точнее. Миссис Санчос, приветливо машет мне, пробегая мимо со своей маленькой собачкой и что-то кричит мне с другой стороны улицы и с довольно приличного расстояния. Всё так же улыбаюсь и машу ей рукой, как в мультике, который я смотрела на прошлых выходных. Не хотелось ссориться с соседями и старыми бабушкиными друзьями. Старыми — это буквально. Раньше я не замечала, что мы живём в импровизированном доме престарелых. Все мои соседи застали гражданскую войну. В этом есть и своя польза, они до сих пор приносят мне пироги и печенье, переживая, что я недоедаю. Дом был старым, но очень родным и уютным. Десятки вазонов с цветами, за которыми ухаживала соседка после смерти бабушки, занимали каждый подоконник в доме. Ковры с длинным ворсом и резная мебель. Всё это создавало ощущение безопасности, к которой я всегда стремилась. Это была наша женская крепость, пока мама не встретила папу и мы не переехали от бабушки. Мне было лет семь или восемь, точно не помню. И появлялась тут редко, только на каникулах. Поэтому и обрадовалась, когда в офисе шерифа освободилось место. Рейчел и Бэн, мои родители, были против моего переезда в другой штат. Но я видела в этом лишь возвращение к истокам. Автоответчик приветственно мигает мне красной лампочкой, но ничего я сейчас не хочу больше, чем скинуть грязную форму и открыть банку с пивом. Даже не включая свет спускаюсь в подвал прачечной, снимая одежду на ходу и не заботясь ни о чём в одном бельё иду к кухне. Лишь когда мягкий хмель бежит по горлу, я вспоминаю, что живой человек. Всё таки я не люблю оставаться на сутки в участке. Мягкий диван с полосатой обивкой и большими подлокотниками, позволяет мне вальяжно лечь на него, максимально комфортно, чтобы дотянуться к автоответчику. Ну что, начнём. Первое сообщение было с участка, чтобы я заехала к секретарю. Уже запоздало. Далее пару сообщений от соседки. Звонок от одноклассницы с предложением встретиться. А давно я не проверяла сообщения. От родителей, что они уже в городе Ангелов. Бэн подарил маме на годовщину аренду комфортного автобуса, чтобы осуществить её мечту и посмотреть Америку. — Привет, Адалина. От неожиданности пиво застреёт в горле и едва не выходит наружу, а всё тело немеет. Этого сообщения я не ждала уж совсем. — Это Чарли. В смысле, Чарли Свон. Конечно же я узнала тебя. Тяжело не узнать голос собственного отца. Если можно его так назвать. — Я не знаю, с чего начать. Мужчина мялся и тянул гласные. Чарли был не плохим мужчиной и зла я на него не держала. Но и любви не испытывала. Я уже взрослая и мыслю более осознанно, чем в детстве. И то, что я результат незащищённого подросткового секса, тоже приняла для себя. — Ты устроилась к Уокеру, поздравляю тебя. Он достойный человек и шериф. Да, устроилась, где-то полгода назад. Плюс-минус. Учитывая, что нас разделяет всего полтора часа на машине, даже обидно, что он не поздравил раньше. Ведь для шерифа должно быть почётно, что чадо пошло по его стопам. Но годы подготовок и кропотливого труда так и не заслужили должного внимания отца. Да, признаю, я выбрала профессию не слишком обдуманно и лишь из желания впечатлить отца. К счастью, работа пришлась мне по душе. — Ко мне переехала Белла год назад. Твоя сестра. Вы виделись несколько раз, если помнишь. Голос звучал настолько разбитым, что я даже чувствовала стыд и неуверенность отца. Конечно же я помню свою сестру. И виделись мы дважды, если быть точной. Большая разница в возрасте не помогла нашему сближению. Собственно как и редкое участие отца в моей жизни. Но к слову, недостатка любви я не чувствовала. Бэн полностью заменил мне папу, окружив отцовской любовью и поддержкой. И про приезд Беллы я тоже в курсе, не зря ведь в одном штате работаем. — У неё сейчас проблемы и я не могу ей помочь. Маленький укол ревности отвлёк меня от той боли, что была в голосе Чарли. А обо мне ты так беспокоился, папа? — Я знаю, что не в праве о таком просить. Тем более, ты так занята. Но если у тебя появится возможность, поговори с ней, пожалуйста. Пиво уже совсем не лезло в горло, а хорошее настроение улетучилось. Всё во мне кричало, что совесть не позволит мне проигнорировать просьбу. — Я много видел в своей жизни. Но я не видел связи сильнее, чем сестринская. Может вы поможете друг другу. Это звучало ужасно пафосно, но неприятный осадок никуда не уходил. Не может быть связи у людей, которые никогда не общались. Да и помощь мне не нужна. У меня всё отлично. — В общем спасибо Адалина. Просто, что выслушала. И поздравляю, ещё раз. Ты молодец. Прибор издал длинный сигнал, когда я очистила плёнку. Пиво так и осталось стоять на столике, вместо с моими положительными эмоциями. А сама я поплелась в ванную. Вместо ванны с пеной, меня ждал быстрый душ. А вместо долгого и крепкого сна — беспокойство. Ничего для меня не было так тяжело, как заставить себя поехать в Форкс. Словно меня послали на плаху. Это всего лишь девчонка, подросток. Я проходила практику, как социальный работник. Пару минут разговора не должны быть проблемой. Обычная девчонка. Просто в её зачатии участвовал тот же мужчина, что и в моём, вот и всё. Пару минут, ради которых я целый час проведу в дороге. Девчонка, которая оказалась отцу интереснее, чем я. Битый час я провела перед зеркалом. Меняя одежду и по разному укладывая волосы, пока не психанула, кинув палетку с тенями на пол. Чёрт, потом ещё и ковёр отчищать от теней. И новые купить придётся, впервые со времен школы. Работа допускала только сдержанный макияж, а в свободное время я была слишком ленива для него. Подводка и блеск для губ — вот и весь мой раскрас. Волосы под заколку, чтобы не помять шлемом. Джинсы и простой свитер. Снимать кожанку я ведь не планирую, это всего на несколько минут, не более. Старая хонда, иногда вызывала смех моих коллег, но эта малышка была моим лучшим другом. Этой малышке лет пятьдесят, но она давала фору всем четырёхколёсным в городе. Сквозь мелкий дождь и вечерний туман, мой мотоцикл скользил по сто первому шоссе, к дому моего отца. Даже странно, как я так легко нашла его. Обычный семейный дом, чем то похожий на мой, со светлыми ставнями и серой крышей. Хотя и тяжело было упустить дом с припаркованной полицейской машиной перед ним. Подножка не слушается с первого раза, но всё-таки упираться о землю поодаль от двух других машин. На смену дождю, с неба начал срываться снег, острыми хлопьями царапая нежную кожу на щеках. Почему то на мотоцикле я не чувствовала этот лютый январский холод. Или это только тут мне так холодно. Кидаю заколку в шлем, распуская волны волос, чтобы хоть немного укрыться от ветра. — Кхм… Адалина! — Мужчина откликнул меня, не закрыв за собой дверь, и босиком сбежал по мокрым ступенькам. Не забыв чертыхнуться и попробовать обтрусить мокрые носки. — Ты ведь Адалина? — Мужчина дёрнулся, осознав глупость, которую сказал. Блеск, он даже не узнал меня. — Твои волосы, — он как-то неуклюже указал пальцем в районе головы, будто накрутил локон. Смотрю на свои волосы, но ничего необычного не вижу, кроме снежинок, что оставались на тёмных прядях. — Они отросли. И, ну это, вьются. — Да, они успели отрасти за десять лет. -Как и у Беллы. Вы очень похожи. -Да, несомненно. — Не знаю, кому сейчас было более неловко. — Может зайдём в дом? Тут холодно. — Да! Заходи! Чарли постоянно норовил занять руки, пока я осматривалась в прихожей. Трогал свои волосы, рукава клетчатой рубашки, в попыхах скинул в урну несколько банок пива, которые стоял на столе у окна. Не только у меня выходной. Вообще, дом выглядел довольно опрятно, пусть и скучно. Что нельзя сказать о хозяине. Помятая рубашка и растрепанные волосы тому подтверждение. Вообще, Чарли выглядел не так плохо, если не считать седину на висках и мешки под глазами. Но ему ведь уже перевалило за сорок, да и работа не подарок. — А тебе разрешают это? — Он снова откашлялся и почесал пальцем изгиб своей брови. Рука против воли потянулась туда же, наткнувшись на холодок метала. — В свободное время. — В личное время я могла хоть в коже и стрипах ходит, если это не навредит окружающим. Да и на новом месте к пирсингу относились лояльней. Пару раз я забывала его снять, но и слова не услышала против. Всё равно штангу не видно за чёлкой. — В общем, мне также неловко, как и тебе. — Чарли заметно выдохнул на моих словах. — Где Белла? Я старалась игнорировать фотографии на стенах, чтобы не сделать себе больно, когда не увижу себя на них. Очень просто отказаться от ребёнка и вспомнить о нём, когда он окажется нужен. Комната девушку была на удивление уютной. Плакаты известных групп на стенах, улыбаюсь найдя знакомые названия, книги и милые безделушки на полках. Беспорядок на постели с большим количеством подушек, ей тоже нравится сиреневый цвет. Одежда, сваленная на стул. Годы в академии и меня не приручили к порядку. И десятки фотографий на стенах. Комната обычного подростка, если не считать уныние, которое витало в воздухе. И вся боль и страдание собрались в девушке, что камнем сидела у окна, всматриваясь в замерший лес, припорошенный тонким слоем снега. — Белла, к тебе тут гости. — Отец деликатно постучал по дверной раме. Девушка лишь немного повела головой, подтягивая спавший плед повыше. — Я никого не жду. — Тонкий, мягкий и едва слышный. Голос ледяным ножом резанул прямо в душу. Я ожидала запоздалый переходный возраст, но не настоящее горе. — Я тебя тоже не ждала, но ты появилась. Мистер Свон закашлялся, не готовый к таким словам, а девушка обернулась, перечеркнув этим весь мой мир. Мы не были похожи, как я ожидала. Нас связывали лишь большие оленьи глаза и кучери на волосах. Мои губы были более пухлыми, кожа темнее, лицо не таким аккуратным. Её тело скрывал тёмный плед, но даже по острым скулам я видела, какой худой была девушка. Не знаю, виной тому депрессия или она была более точенная чем я. Постоянная физическая нагрузка и плохое питание сделало меня мной. И главным отличием были не глаза или более тёмные волосы. В её глазах не было жизни, лишь лёгкий интерес. — Не поняла. — Девушка всматривалась в меня, но не могла узнать. — Ты привёл ко мне психолога? Она не знала, про меня. И от этого тоже больно. И что я должна сказать, что я психолог? — Нет, хотя и должен был. Это Адалина, она, как бы так сказать, твоя сестра. — Мужчина выдавил из себя эти слова и потёр лицо руками. Белла чуть привстала со своего места, лучше рассматривая меня. — У меня нет сестры. Я бы знала, что у меня есть сестра. — Свон хмыкнула и отвернулась к окну, потеряв интерес. — С мамой Адалины я был в старших классах, а потом что-то не заладилось. Ей двадцать два, вы можете погладить. — Двадцать четыре, если быть немного точнее, спасибо. -Так, я пошёл пока не получил медаль со званием «Отец года». Действительно, а то, что ты сейчас сбежал, оставив нас двоих, только добавляет тебе очков. Мне часто говорят, что я выгляжу младше своих лет. Спасибо дедушке индейцу, большим глазам и отсутствию косметики. Но от отца такое услышать совсем не хотелось. Я не собираюсь тут оставаться, потому сразу беру стул, скину с него вещи. Ноутбук девушки был открыт и число случайно, нет, лучше сказать профессионально, я заметила с десяток писем с пометкой черновика. Все были адресованы некой Элис Каллен. Может это она умерла? Поэтому Белла в трауре. — Дождливое рождество в этом году, да? — Подставляю стул рядом к девушке, в попытке завязать разговор. Ей не нужно моё сочувствие. А вид из окна действительно завораживает. Не знаю, чего я ожидала, но девушка действовала не так, как нужно. — Чарли ждёт, что мы поговорим. — Сестра? — Вроде того. Ошибка молодости твоего отца. — Не могла я сказать «нашего». — Думаю, он много тебе не рассказывал. — Сейчас я в этом уверена, почему то. — Белла развернулась ко мне, всё ближе рассматривая. — Мы не похожи, совсем. — У нас больше общего, чем ты думаешь. Помимо ДНК, конечно. — Почему я не знала о тебе раньше? Далеко живёшь? — Смотря чем измерять. Если идти пешком, то да. А вот на машине — не очень. Моя мама и Чарли решили, что так будет лучше для нас. — Мне хотелось вытряхнуть девушку из этого траура. Она молодая и красивая, а значит не должна грустить. — А вообще, мы виделись несколько раз. — Глаза цепляются за несколько браслетов на её худом запястье. Среди цепочек и кожаных ремешков, есть один хорошо з мне. Фиолетовый ремешок с потёртыми бусинами. — Этот браслет, — цепляюсь за него пальцами, — ты получила от меня. Он так тебе понравился, когда мы виделись в последний раз, что ты попросту стащила его с моей руки. -Да? Я не помню. Он просто всегда был у меня. Белла действительно была похожа на меня. Рассуждениями, стилем мышления и даже сарказмом. Мы проговорили несколько часов и девушка даже пообедала, к радости отца. Мне было комфортно, даже слишком. Надеюсь, Свон хотя бы немного вернёт себе желание к жизни, а я и дальше буду сама по себе. Девушка стояла рядом, облокотившись на свой пикап, пряча руки в карманах от холода. — Почему ты не ездишь на машине? Это ведь удобнее. — Не знаю. — Провожу тряпкой по кожаной обивке сидения, вытирая его от влаги. — Иногда мне не хватает свободы. Чувство замкнутости и не хватки воздуха. А на моей детке я чувствую себя живой. Становлюсь частью потока. Плюс, — хитро улыбаюсь девушке, — это отличная порция адреналина, каждый раз. Безопасного адреналина. Белла слишком заинтересовано смотрела на мотоцикл и это пугало. Чарли следил за нами из гостиной, выглядывая из-за шторы. Чарли не доверял мне, и правильно делал. Он ведь совсем не знает меня. -Это, — протягивая серую визитку с моим званием несколькими номерами, -мой номер. Если вдруг ты захочешь поговорить или увидеться. Я буду ждать. Сестра не отрываясь смотрит, как я запрыгиваю на сидение, направляя хонду в нужную сторону. — И, Белла, — девушка дернулась и обернулась, стоя на ступеньках, — чтобы не произошло в прошлом, это безусловно важно. Ведь без этого не было бы тебя настоящей. Но на то это и прошлое, чтобы оставаться позади. Я не требую, чтобы ты закатила вечеринку или набила татуировку на всю спину. У тебя есть близкие, которые за тебя переживают, помоги им. Они нуждаются в тебе. Ты сильная, у тебя получится пару часов потерпеть кого-то из друзей. Просто попробуй. А если нет, то я сама отведу тебя к мастеру тату. Девушка рассмеялась и неловко опустила глаза, а я не дожидаясь ответа, надела шлем и поехала обратно по шоссе.