A False Idol

      Когда Палач увидел открывающийся адски-алый портал, он приготовился к разнообразным неожиданностям. Приготовился к бесконечной прорве адских баронов или кибердемонов, которых любезно послала за ним Кан Созидательница, но из чёрной бездны не торопясь выходила фигура, неожиданно телосложением напоминающая самого Палача. По мере приближения фигура стала чётче, Палач смог увидеть, кем являлся тот, кто пришёл по его душу. На пришедшем из бездны была броня Ночных Стражей. Только сам воин выглядел странно – сине-фиолетовая кожа, которая бывает только у мертвецов; грудь испещрена крупными венами, в которых наверняка течёт не красная кровь; искажённое аргент-энергией лицо резко изменилось с человекоподобного на демоническое – глаза злобные, кровожадные, на лбу огромные рога, на которые только и насаживать грешников.       Пока Палач вспоминал, говорили ли ВЕГА или Доктор Хайден об этом сопернике, сам ВЕГА уже напомнил о себе голосом в шлеме и открытием портала. Милостиво Палач швырнул остатки тела Доктора Хайдена в портал, готовясь к нападению.       – Ты не когда не был одним из нас, – грозно начал пришелец, активируя оружие – ярко-алую секиру с энергетическими лезвиями. – Ты всего лишь жалкий узурпатор, ложный идол.       – ВЕГА, ты можешь сказать мне, кто это? – одними губами спросил Палач. Неписанное правило – не говорить в голос, пока на нём был шлем – работало даже сейчас, когда перед Палачом стоял неизвестный враг.       – Насколько я могу знать – это Мародёр. Ранее Ночной Страж, теперь же принявший сторону Кан Созидательницы. Вам придётся быть осторожным, поскольку он совместим по силам вам. У него, кроме секиры, есть дробовик и щит. Ещё раз – будьте осторожны.       ВЕГЕ не пришлось говорить, чтобы тот закрывал портал – искусственный интеллект сделал это сам, стоило только Палачу сделать шаг в сторону. Он намеревался уничтожить Мародёра, как и бесконечные армии демонов до него. Конечно, предостережениям ВЕГИ Палач прислушался, ведь Мародёр действительно выглядел устрашающе, и при этом не было видно не единой слабой точки, в которую можно было нанести удар. Это дико бесило.       – Наконец-то я вижу истину, – продолжил рычать нечеловеческим голосом Мародёр, готовясь к нападению, поскольку он удобнее перехватил рукоять секиры. – Я и тебе раскрою глаза, Палач.       От последних слов у Палача побежали противные мурашки, чего не было уже тысячу лет. Мародёр остановился и рывком приподнял секиру. Стоило только Палачу двинуться в сторону, сразу избегая любой возможной атаки, Мародёр махнул секирой, выпуская в Солдата Рока энергетическую волну, которая ослепляющей волной полоснула по всему телу. Во рту стало солёно от крови, в голове загудело. Не успел только Палач рвануть в сторону, заметив, что Мародёр замахивается для второй волны, как в его сторону побежала призрачная собака, которая с разбегу кинулась на Палача. Палач в этот раз сумел среагировать и выстрелил в неё из двустволки. Вокруг засуетились импы, которые, каким-то образом, проникли сюда, ведь за Мародёром портал закрылся, да и сам Палач покромсал их в капусту по пути сюда. Только вот не это было отвратительно, а то, что этот самый Мародёр не стеснялся пускать волну за волной. А когда Палач совершал в его сторону выстрелы, то все, абсолютно все пули он останавливал, закрываясь энергетическим щитом. Да и прицелиться толком не выходило – двигался рогатый быстро, под стать самому Палачу.       Солдат Рока оказался в полном недоумении. Он не имел никакого представления, как бороться с тем, кто равен тебе по силе, и просто бегал по комнате туда-сюда, отстреливая откуда-то лезущих импов и собак, которые создавал Мародёр. Если Палач подходил слишком близко – получал выстрел из дробовика, от которого не всегда удавалось увернуться. И даже когда Мародёр, который слишком внезапно оказывался рядом, на расстоянии вытянутой руки, делал замах секирой, явно открываясь, реакции ослабленного в долгих боях Палача не хватало, чтобы совершить выстрел или хотя бы удар.       Так, удар за ударом, волна за волной, выстрел за выстрелом, Мародёр одерживал преимущество, пока совсем обессилевший Палач пытался совершить хоть какие-то попытки по избавлению от противника.       – Жалкий неудачник, – этими словами Мародёр сопроводил последнюю энергетическую волну, которая и повалила Палача на пол. Мужчина тяжело дышал, пытаясь не блевать проглоченной кровью. – И это тот, за которым шла армия, кого наделили Великой Силой. Ты же просто человек, Палач. Куда тебе до тех, кто был рождён сильным.       На исходе сил Палач увидел, как Мародёр подходит к нему, хватает за руку и бесцеремонно тащит в сторону открывающегося адского портала.       – Я не справился, – прошептал Палач, закрывая глаза.       – Мы с Доктором Хайденом придумаем, как вас вытащить, – последние слова ВЕГИ, которые услышал Палач, теряя силы. Демоническая темнота портала поглотила его тело и разум.       Очнулся Палач в промозглой сырой камере, прикованный к стене крупными тяжёлыми кандалами по рукам и ногам. Шлем, треснувший в разных местах, покоился в другом углу камеры. Горло саднило, видимо, Палача всё же стошнило, и он чудом не захлебнулся.       – Какое интересное зрелище, – рядом с клеткой материализовался Мародёр, правда, безоружный. Он настолько уверен в бессилии Палача? – Великий Палач Рока, командир войск Ночных Стражей, легенда – сейчас прикован цепями, и даже подняться с колен не может. Уверен, никто не видел такой картины.       – Завались, – даже в таком отвратительном состоянии Палач нашёл силы бороться, хоть и словестно.       – Я думал, ты уже разучился говорить, – признался Мародёр, открывая клетку. От резкого громкого звука Палач вздрогнул, чем вызвал усмешку у рогатого. – Ох, какая прелесть, великий воин боится. Любоваться, да и только. Может, тебя и не выпускать вовсе, такая забава.       – Да уж, не выпускай, а то я тебя руками порву и кишки намотаю на рога, – прорычал Палач, двигая затёкшими конечностями.       – Отбрось браваду, Палач, – выдохнул Мародёр, подходя ближе. Запахло серой. – У меня есть предложение, от которого ты, конечно, можешь отказаться, но тогда твой узурпаторский поход будет окончен.       – Сделка с дьяволом? Я откажусь, – Палач храбро поднял голову, смотря в красные глаза снизу вверх.       – Я даже ничего не объяснил, – терпеливо ответил демон. – Это некультурно.       – У тебя остались какие-то рамки приличия? Вот это да…       – Заткнись, тварь, – рыкнул демон, наотмашь давая пощёчину Палачу, от чего тот падает на пол под тяжёлый аккомпанемент звона цепей. В руке стрельнуло очень сильной болью, а пол-лица онемело. Рука у Мародёра была тяжёлой. – Выслушай, а потом будешь вякать. Если сможешь, конечно, – свет глаз у рогатого стал слабее, видимо, ярость поутихла. – Так вот, у тебя два пути. Либо ты вечность проводишь здесь, на потеху мне и моим соратникам, либо же ты становишься моей подстилкой.       – Что? – от неожиданности услышанного Палач неловко приподнялся. – Что ты сейчас сказал?       – Ты услышал то, что услышал, не притворяйся глухим, – ответил Мародёр, становясь на корточки.       – Тебе стоит быть более изобретательным в своих предложениях, – усмехнулся Палач, улыбаясь уголком губ. Запёкшаяся кровь пошла трещинами, принося неприятные ощущения.       – В нашей с тобой ситуации не приходится уповать на фантазии. Война, всё же.       – Так и шёл бы воевать.       – Уже нет смысла. Ты – причина этой войны. А так как причина сейчас находится здесь, то войска отброшены в тыл.       – Окончен бой, но не война, – Палач, позабывший о кандалах, резко подался вперёд и позорно упал лицом в холодный пол.       – Даже будучи в таком безысходном состоянии рвёшься в бой, – Мародёр усмехнулся гортанно, вновь вызывая противные мурашки страха у Палача. – Забавно. Знаешь, я теперь даже подумываю об отмене уговора. Пожалуй, да, я оставлю только один вариант твоей дальнейшей судьбы.       – Прикончишь здесь и сейчас, чтобы не мешал?       – Нет. Отымею. Но так, чтобы и пошевелиться не мог. Твоя ярость распыляет плоть.       Палач не успел ничего сделать, как был опрокинут на спину и прижат коленом Мародёра. В конечностях стрельнуло болью вывихнутых суставов, но сейчас не это беспокоило Палача, а то, что рогатый довольно бодро расправлялся с нижней частью брони, открывая взору беспомощную человеческую кожу. Палач вырывался, как мог, цепи гремели, эхо гудело в стенах тюрьмы.       Сперва Мародёра веселила эта бесполезная борьба, но когда, извернувшись, Палач заехал обнажённой пяткой в грудь рогатого, отпинывая того от себя, бывший Страж быстро поднялся на ноги и кулаком врезал по незащищённому шлемом лицу. В угол камеры отлетело несколько зубов и лужица крови. В голове Палача зазвенело.       – Бесишь уже, – прорычал Мародёр, хватаясь за цепи, что сковывали ноги Палача. – В твоих же интересах расслабиться и просто потерпеть.       – Это... Ты бесишь, – выдохнул Палач, приходя в себя. – Видишь же, что сопротивляются. Почему бы тебе просто не прикончить меня, чтобы не мешал?       – Потеряется всякий интерес, – рогатый растянул цепи, прикрепляя их к углам камеры, из-за чего Палач оказался буквально раскрыт на показ. – Видишь ли, я не просто хочу забрать твою честь. Я хочу уничтожить тебя, лишить тебя любой силы и возможности сопротивляться нам, – мучительно медленно, наслаждаясь видом всё ещё вырывающегося Солдата Рока, Мародёр подошёл ближе и встал между раздвинутых ног.       По беспомощной и даже спустя тысячу лет чувствительной коже внутренней стороны бедра пошло противное тепло, исходимое от демонического существа. Палач ещё раз дёрнулся в попытке хоть как-то избежать любого прикосновения, но в бёдра жёсткой, даже жестокой хваткой вцепился Мародёр, крепко держа на месте.       – И так, что же это за чувство, когда настоящая легенда свергается?.. – задумчиво протянул рогатый, сжимая и так крепко сжатые бёдра ещё сильнее.       В анус Палача упёрлось что-то противно мокрое и большое, нет, громадное. Секунда, и это что-то грубо ворвалось в сжатый сфинктер. От острой боли Палач заорал во всё горло, пытаясь уйти, избежать этого. Сквозь собственный крик Палач с ужасом услышал звук капающих капель крови – только у крови такой плотный, густой, как и сама кровь, звук.       А Мародёр всего лишь усмехался. Как бы не называли Палача, как бы не восхваляли, он всё равно оставался человеком – хрупким и уязвимым. Дождавшись, пока Палач прокричится, Мародёр, не выходя из Солдата Рока, начал двигаться медленно и резко, пытаясь принести больше боли, больше мучений.       Не смотря на то, что Палач чётко, очень чётко ощущал внутри себя нечеловечески громадный член Мародёра, который, буквально, дырявил внутренности, он упорно пытался вырвать цепи из креплений на стенах, схватить рогатого за шею и вырвать гортань.       Но цепи были слишком крепки. Мародёр был слишком уверен в своей силе. Поэтому, когда крови стало достаточно, чтобы двигаться можно было удобно, бывший Ночной Страж стал двигаться быстрее и глубже. От очередного болезненного толчка, который отозвался пульсацией где-то в районе желудка, Палач вновь закричал и совершил ещё одну попытку вырваться.       – Не вырывайся, Палач, – сказал Мародёр рычащим полу-шёпотом, словно пытаясь успокоить. – Если расслабишься, позволишь мне двигаться быстро, то всё закончится наилучшим образом.       – Заткнись, – протянул Палач. От боли, которая, кажется была в каждой клетке тела, хотелось плакать. – Клянусь раем и адом, я уничтожу тебя.       – Пустые речи, – усмехнулся рогатый. Отпустив истерзанное когтями бедро, он положил руку на живот Палача, пачкая кожу его же кровью. – Но разве не восхитительно? Я чувствую себя через твою плоть, это завораживает.       Не встретив никакого ответа, Мародёр, резко сжав руку, чуть ли не распотрошив Палача, начал двигаться быстро. Крик Палача вновь прошёл по тюрьме, жалостливый и бессильный. Кровь с живота стекала по бокам, абсурдно щекоча.       Впервые за долгую тысячу лет Палач Рока хотел умереть.       Но у Мародёра были другие планы. Резко выйдя из истерзанного тела, он отошёл к креплениям, что держали цепи. И только сейчас Палач увидел, насколько огромный член был у рогатого. Удивительно, что Солдат Рока вообще остался жив после этого...       Секунда, и Солдат рухнул на пол, как мешок с мусором. Боль вновь прошлась по телу, невольно выпуская из горла стон. Который, видимо, Мародёр понял неправильно:       – Понравилось? – спросил он, подходя. Палач старался не смотреть на него. – Хотя, может, показалось. В любом случае, мы не закончили.       Мародёр схватил Палача за голову и грубо поднял, усаживая того на корточки. Палач судорожно сглотнул, поскольку незащищённая голова в настолько сильных руках могла попросту взорваться, если Мародёр сожмёт хоть чуточку сильнее. Рогатый уловил эту опаску и усмехнулся:       – Боишься за свою головку? – спросил Мародёр, очень подозрительно нежно поглаживая большим пальцем окровавленные губы Палача. – Верно боишься. И поэтому, если ты не будешь кусаться и сопротивляться, твоя голова останется целой. Ты ведь понял, что я хочу сделать? – в подтверждение своих слов Мародёр ткнулся в угол рта всё ещё влажной от смазки и крови головкой. Солдат Рока с трудом подавил рвотный рефлекс, поскольку запахло отвратительной смесью серы и тухлого мяса. – Открой рот, Палач, – скрывая недовольство, попросил Мародёр, надавливая. – Ты же не хочешь лишиться головы?       – Пошёл ты... – прорычал Солдат, не собираясь сдаваться.       – Очень грубо.       Когти Мародёра вонзились в кожу головы, разрывая её. Палач не сдержался и прокричал. Воспользовавшись моментом, Мародёр вошёл, затыкая Солдата Рока. Тут же Палач зашёлся слезами от огромного члена, который доходил до гортани. Даже не вдохнуть.       – Твои крики на ощупь очень забавны, – Мародёр вновь усмехнулся.       Мародёр начал двигаться узкой амплитудой, стараясь не выходить из горла Палача, которое так здорово обхватило его член. Вид заплаканного и обессиленного Палача будоражил сознание. Настолько, что рогатый упустил момент, когда Палач чуть отодвинулся и несильно, но ощутимо укусил член Мародёра. Демон тут же вернулся в реальность и, взревев, обвил ножной цепью шею, удушая Палача. Тот не сдержал рвотного рефлекса. Содержимое желудка, состоящее из кислоты и крови, которая стала коричневой, вытекло через рот и нос. Мародёр звучно засмеялся и начал быстро двигать бёдрами, жёстко трахая разодранное горло Палача.       Голова дико болела, Палач не мог удержаться в сознании. И он уже был готов упасть в обморок, как вдруг ощутил пульсацию в своём горле, и, широко раскрыв глаза, увидел, как довольный Мародёр запрокинул голову. Секунда, и горькая, вонючая сперма демона потекла в пищевод. Мародёр только успел откинуть от себя Палача, как тот тут же зашёлся очередной рвотой.       – Не думал, что это так здорово, – признал демон, приближаясь к Палачу, который зашёлся кашлем. – Только вот мы не закончили.       – Убей меня, – Палач решил, что уничтожит адские орды своим духом. Тело ему уже не нужно будет, да и будет ли оно в состоянии хотя бы существовать.       – Мы не закончили, – повторил Мародёр.       Демон схватил Палача и перевернул его на живот. Руки Солдата Рока пугающе громко захрустели от неестественного положения. Палач наивно положил, что сейчас его спину пронзит энергетическое лезвие, и он даже стал молить об этом, но когда Мародёр приподнял его бёдра и вновь уткнулся головкой в сфинктер, он сдался:       – Пожалуйста, нет, – попросил Палач, плохо сдерживая слёзы.       – О, да, – довольно протянул Мародёр. – Наконец-то ты начал поступать правильно. Твои мольбы так ласкают слух.       Рогатый задал средний темп и сильными движениями входил до конца. Яйца демона громко шлёпали о промежность Солдата. И с каждым толчком из растраханного горла доносился плач.       – Ты слишком тих, Палач, – признался Мародёр, обхватывая Палача поперёк тела и прижимая к своей груди. – Хочу слышать твою боль, твоё бесчестие, твоё отчаяние. Не стесняйся, Великий Воин.       И в следующий миг острые когти вонзились в плоть Палача, тревожа старые раны и создавая новые. Солдат Рока громко, не сдерживаясь, закричал, а после стал плакать. Слёзы, смешиваясь с грязью и кровью, текли по лицу ниже, туда, где под когтями демона, казалось, не осталось живого места.       Мародёр чуть ли не разорвал на своей груди Палача – раны были глубоки, член был ещё глубже. Искренний плач доносился из горла Палача, боль затопила тело и разум.       Мародёр двигался остервенело и грубо, словно пытался вытрахать из Солдата саму жизнь. На волоске от забвения Палач ощутил, как обжигающе горячая, словно лава, сперма заполнила его. Мародёр кончал бурно и громко, его облегчённый стон громом отдавался в каменистых коридорах. Последнее, что видел Палач, – стоящий над ним демон обхватил рукой свой член и дрочил, выпуская остатки спермы на полностью обессиленное тело Палача.

***

      Палач очнулся, внезапно для себя. Тело, казалось, было одним сплошным оголённым нервом, посыпанным солью. Было больно, нестерпимо. Позор и бесчестие в виде демонической спермы покрыли тело Палача. Освобождённые от кандалов запястья и щиколотки разорваны чуть ли не до костей. Глубочайшие царапины на груди, животе и бёдрах затянулись тонкой коркой свернувшейся крови. В горле отвратительный привкус крови и тухлятины.       С новыми силами Солдат приподнялся на ноги, удивляясь самому себе. Проковыляв до противоположного угла камеры, куда была выброшена броня и шлем, Палач удивился вновь – Мародёр не забрал доспехи. Хотя мог бы. Что это, остатки сочувствия?       Преодолевая непослушность истерзанных рук, Палач облочил своё обессиленное тело в такую надёжную и верную броню. В шлеме была непривычная тишина – ВЕГА даже не пытался соединиться с Палачом. Вздохнув, Солдат решил, что справится сам, не впервой же.       Первым делом он облазил каждый дюйм камеры в поиске слабого места, которое можно было разрушить и выйти отсюда. Как ни странно, слабым местом оказались крепления для цепей возле клетки. Видимо, во время попыток вырваться Палач как-то их немного вырвал и сейчас они просто висели на стене каким-то чудом.       Слабо дёрнув железки, Палач создал довольно большую дыру, вокруг которой камни без труда разрушались, то ли от времени, то ли после напора Палача.       Выбравшись, Палач направился на неразборчивый звук. Драться ему, конечно, хотелось, но он был не в состоянии. Да и его интересовал только Мародёр, который заслужил свою смерть. И действительно, выйдя в другой зал подземелья, Палач обнаружил орду импов и одержимых, которые дрались друг с другом и были так этим увлечены, что не обращали внимания на крадущегося Солдата.       Палач шёл на въевшийся в память запах серы и тухлятины, который сопровождал Мародёра. Видимо, демон недавно ходил по этим коридорам, потому что воняло тут знатно. Либо же сам бывший Страж был рядом.       Сбоку раздались тяжёлые шаги и Палач быстро спрятался за ограждение, пережидая опасность. И каково было его ликование, когда он увидел широкую спину Мародёра. Рогатый деловито шагал по коридору в сторону тюрем. Палач быстро и максимально бесшумно последовал за ним, стараясь не отставать.       Мародёр пришёл в оружейную, куда он после пленения Палача скинул весь его арсенал. Дождавшись момента, Палач одним быстрым и уверенным движением наручного клинка отрубил рогатую голову. Она с глухим звуком упала на пол и откатилась в сторону. Тело же, постояв по инерции пару секунд, рухнуло на спину. Обойдя его, Палач деловито в одно слитное движение вскрыл брюшную полость, открывая вонючие фиолетово-красные кишки. Всё же кровь у Мародёра красная. Затем Палач подобрал голову и, схватив кишечные тяжи, обернул их вокруг длинных рогов.       Только сейчас Солдат Рока увидел, что Мародёр был убит, когда у него были открыты глаза. На этой потемневшей сетчатке отпечатался весь тот позор, которым покрылся Палач. Харкнуть бы ещё, да шлем снимать не хотелось. Обмотав голову кишками поудобнее и привязав всю эту конструкцию к поясу, Палач собрал арсенал и попытался связаться с искусственным интеллектом. ВЕГА откликнулся с первой попытки:       – С возвращением, Палач, – в роботизированном голосе Солдат услышал даже какое-то облегчение. – Наблюдаю серьёзные повреждения.       – Не без этого, – признался Палач. – Верни меня в Твердыню.       – Всенепременно.       Слева открылся мерцающий синевой портал. Палач шагнул в него, унося голову Мародёра в качестве боевого трофея и напоминания, что война не окончена.