Обними меня

Джон только что завершил свою речь перед оставшимися лордами, готовящимися сражаться с ним в великой битве. Он поведал им о своих планах встретиться с Драконьей Королевой в надежде уговорить её принять их сторону в этой войне. Санса откинулась на спинку стула, ожидая услышать ехидное замечание Петира, которое он просто обязан был озвучить… но нет. Санса взглянула направо, туда, где всегда стоял Петир, и слегка нахмурилась, удивлённая его отсутствием. Это было очень непохоже на Петира — пропустить такое собрание. Он никогда не упускал случая попрактиковаться в остроумных высказываниях. Так где же он был? Задумавшись, Санса вспомнила, что не видела Петира и за ужином вчера вечером. На обед он тоже не явился. Он всегда находил предлог, чтобы побыть рядом с ней, так в чём же причина его отсутствия? Санса дождалась конца собрания и подозвала мальчика, приставленного к Петиру, чтобы спросить, когда он в последний раз видел своего лорда. — Вчера утром, миледи. Он просил не беспокоить его, пока сам не позовёт, — ответил мальчик и Санса мысленно скривила губы. Чем таким мог быть занят Петир, что ему потребовалось находиться в одиночестве несколько дней? Подготовка заговора? Составление писем? Он сбежал, не желая, чтобы хоть кто-нибудь узнал об этом? Может быть, он что-то прячет… или кого-то? Миллион возможностей промелькнул в голове Сансы, и она решила, что будет намного разумнее просто пойти и увидеть всё своими глазами. Дождавшись позднего вечера, она отправилась в покои Петира. Санса трижды постучала в дверь его спальни и терпеливо подождала, пытаясь услышать хоть что-нибудь, что могло бы прояснить ситуацию, но из комнаты не долетало ни звука и дверь никто не открывал. Санса постучала ещё раз и, не услышав ответа, нахмурилась. Он всё-таки сбежал? Ожидая, что дверь окажется запертой, Санса всё же повернула ручку и, к её удивлению, защёлка отодвинулась и дверь открылась. Санса осторожно шагнула внутрь и моргнула, привыкая к полутьме. В комнате горела всего одна свечка, а на постели, вот сюрприз, угадывались очертания фигуры под меховыми одеялами. Санса снова нахмурилась и подошла ближе. Петир лежал с закрытыми глазами, но его всего била крупная дрожь, а на лице выступил обильный пот. Казалось, что Петир потерял сознание. Сансе никогда раньше не доводилось видеть Петира в таком состоянии. Его всегда идеально уложенные волосы спутались и пропитались потом. Всё говорило о том, что Петиру очень плохо. Санса присела на край его кровати, ощущая как вся её злость и подозрительность улетучиваются при одном таком виде Петира. Как долго он пролежал здесь вот так? Он был таким бледным. — Петир? — тихо позвала Санса, прикоснувшись к одеялу на его груди. Он не шевельнулся. — Петир? — Санса повысила голос, её лицо исказилось тревогой. Петир слегка приоткрыл рот, и Санса заметила, что его губы высохли и потрескались, в то время как остальная кожа на лице блестела от пота. Санса слегка сжала плечо Петира и он открыл глаза. Петир застонал и поморщился, приподняв голову, чтобы разглядеть кто перед ним. Он пробормотал: “Санса…” и она сильнее нахмурила брови. — Что случилось? Почему ты не позвал мейстера? — требовательно спросила Санса и уголок рта Петира дёрнулся вверх, что, как она догадалась, должно было быть ухмылкой, но превратилось в гримасу боли. Его тело вновь сотрясла сильная дрожь. — Осторожнее, — ответил Петир, стуча зубами, — становится слишком п-похоже на то, что т-тебе не всё равно. Санса предпочла никак не отреагировать. — Я не д-думал, что мне станет настолько п-плохо, — признался Петир. — И я не д-думал, что хоть кто-нибудь п-придёт. — О, так ты, что ли, планировал просто умереть от лихорадки? — с удовольствием парировала Санса. Петир слегка улыбнулся в ответ, и она подумала, что если бы он был в порядке, то точно бы ещё и закатил глаза. — З-здесь т-так холодно, — Петир снова запнулся, сильно дрожа. Санса обернулась и увидела, что огонь в очаге напротив его кровати полностью догорел. Она вздохнула, подошла к камину и поворошила поленья, прежде чем разжечь его снова. Потом она направилась к двери, и Петир опять пробормотал её имя сквозь стучащие зубы. Она выжидающе повернулась к нему. — Н-не… — сказал Петир. Санса поняла, что он имел в виду. Он не хотел, чтобы она уходила. Она подавила улыбку. — Я просто схожу за мейстером и сразу вернусь. Петир посмотрел на неё недоверчиво, но тем не менее кивнул в ответ. Часть её испытывала боль от разочарования в его глазах… другая же часть её хотела забыть о мейстере и свернуться калачиком на постели рядом с Петиром, хотя она знала, что ему станет только хуже, если она поддастся этому желанию. По пути в комнату мейстера ей встретилась служанка, и Санса отдала распоряжение отнести лорду Бейлишу немного супа и воды, а затем нашла и привела мейстера, которого поразило состояние Петира. Мейстер прикоснулся к его лбу и нахмурился. — У него сильный жар, — сказал он, поджав губы. — Ничего не понимаю… его же трясёт от озноба, — сказала Санса, указывая на дрожащего Петира. Мейстер погрузился в раздумья. — Да, боюсь, что озноб у него тоже есть. И избавиться от него будет не так-то просто. Нельзя слишком тепло укрываться, так как это усилит жар, но в то же время если лорду Бейлишу станет холодно, это может вызвать новый приступ озноба, — он замолчал, раздумывая над чем-то. — Я буду заходить время от времени и проверять как обстоят дела. Милорд слишком запустил болезнь, — недовольно добавил он. — Его нельзя оставлять без присмотра. Никакой холодной воды и ничего ледяного. И не поддаваться просьбам разжечь огонь посильнее или принести больше одеял. Но пить необходимо, побольше воды при такой нездоровой бледности, — и мейстер вышел, не проронив больше ни единого слова. Санса взглянула на плохо выглядящего Петира и тяжело вздохнула: — Ты слышал мейстера? Он запретил укрываться столькими одеялами. Петир хмыкнул в ответ, явно не собираясь принимать во внимание слова мейстера. Санса ухватилась за ворох шкур, откинула их в сторону и недовольно посмотрела на обливавшегося потом Петира, натянувшего на себя несколько слоёв одежды. — Наверное, тебе следует принять ванну. Мейстер запретил холодную воду, но тёплая тебе не повредит. Почувствуешь себя лучше, а я смогу поменять постель на свежую, — сказала Санса Петиру, смотревшему на неё сквозь прикрытые веки. — В-ванну? — иронично спросил Петир. — Вы так добры, м-миледи. Санса закатила глаза. Тут в дверь постучалась служанка и Санса впустила её, забрав у неё стакан воды и большую миску супа с куском хлеба. Поблагодарив девушку, Санса приказала ей приготовить ванну с тёплой водой для лорда Бейлиша. Девушка бросила на Сансу полный любопытства взгляд, прежде чем кивнуть и приняться за наполнение принесённой ванны. Наполнив ванну, служанка вышла и Санса снова осталась наедине с Петиром. Она поставила поднос с едой подальше и объявила Петиру, что он сможет поесть только после того как примет ванну. Петир надул губы как ребёнок, и Сансе пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться. — Я пойду за свежими простынями. К моему возвращению ты должен забраться в ванну, ясно? — сказала Санса требовательно, а ему хватило нахальства ухмыльнуться ей в ответ. Ещё одна подколка. Петир с трудом уселся на кровати, спустил ноги на пол и встал, но пошатнулся, еле удерживаясь от падения. Санса быстро собрала простыни, делая вид, что не замечает как он путается в завязках своей туники. Но наконец она закатила глаза, швырнула груду белья на пол и подошла к Петиру. — Подожди, — строго сказала она, сама распутывая узел. Ей не нужно было смотреть вверх, чтобы увидеть усмешку на лице Петира, которая, Санса прекрасно знала это, появилась там. Петир принялся снимать тунику и Санса направилась к двери, но остановилась, заметив шнуровку на его нижней рубашке. Вздохнув ещё раз, Санса начала развязывать и её. Когда Санса развязала шнуровку, Петир поднял руки, и Сансе пришлось стащить рубашку через его голову. Санса приняла раздражённый вид, но на деле проделала это с удовольствием. Взгляд Сансы тут же упал на шрам, разделявший тело Петира. Она и забыла об этом. Выражение лица Петира немедленно изменилось и он отвернулся от Сансы, явно желая избежать её взгляда. Она остановила его и заставила снова развернуться к ней. Её взгляд пробежался вдоль шрама, от ключицы и вниз, где ещё можно было видеть след. Тонкая белая, немного шероховатая, линия. Наверняка это была очень болезненная рана. Санса инстинктивно потянулась рукой к шраму, желая провести пальцами вдоль него. Петир вздрогнул от озноба, казалось, забытого на некоторое время. Санса подозревала, что эта близость может по-своему согреть его. Но Санса также знала, что жар Петиру противопоказан и может только усугубить его состояние, поэтому она отступила на шаг и опустила руку. Санса никак не могла заставить себя снова взглянуть Петиру в глаза, особенно когда заметила завязки на его бриджах. Но она всё же потянулась к ним и тут же услышала его резкий вздох. Санса быстро справилась с этими завязками, распутав их достаточно для того, чтобы Петир мог сам легко снять бриджи, но не настолько, чтобы они просто соскользнули с его бёдер. После этого Санса выбежала из комнаты так быстро, как только могла. Выйдя в коридор, Санса сделала несколько глубоких и спокойных вдохов. Пребывание рядом с Петиром действовало на неё опьяняюще. Какие бы чувства она к нему ни испытывала, они просто затапливали её, когда Петир оказывался рядом, и Санса не была уверена до конца, нравится ей это или нет. Вернувшись к двери комнаты Петира с чистыми простынями и меховыми одеялами, Санса мысленно попросила Семерых, чтобы Петир уже погрузился в воду, когда она войдёт. К счастью, так и было. Петир встретил её ленивой ухмылкой. Санса молча принялась перестилать постель. — В-вода уже остывает. — Нет, это не так, просто у тебя сильный жар… наверное, — ответила Санса, расправляя простыни. Петир усмехнулся и только собирался что-то ответить, но его прервал стук в дверь. Это, слава Семерым, пришёл мейстер. Он одобрил ванну и оставил несколько снадобий, дав Сансе указания, как их принимать. Санса практически насильно заставила Петира проглотить снадобье, к его неудовольствию. Он сказал, что его сейчас вырвет, но всё-таки этого не произошло. — Какая мерзость, — пожаловался он, скорчив гримасу. — Наверное, тебе нужно уже вставать и одеваться, — сказала Санса, глядя на воду. — Но я только начал чувствовать себя лучше, — ответил Петир, слегка потянувшись. Мыльная пена вокруг него пришла в движение, и Санса тут же отвела взгляд. — Петир… пена… тает. Пора одеваться, — потребовала Санса, стараясь не выдать смущения. Петир медленно усмехнулся, посмотрев на поверхность воды. — Ещё чуть-чуть, — сказал он с самодовольным видом. Он знал, что привлекает её. И это приводило Сансу в ярость. Она отвернулась, зная, что если взглянет в ванну, увидит его. Она никогда раньше не видела голого мужчину. Какая-то часть её сгорала от любопытства, но в то же время это любопытство её огорчало. Петир усмехнулся, отвлекая Сансу от её собственных мыслей. Она посмотрела ему в глаза, но заставила себя не опускать взгляд. Петир ухмыльнулся. — Можешь поглядеть, милая. Я не против. Щёки Сансы вспыхнули, а глаза широко распахнулись. — Что? Нет! Я не хочу смотреть на тебя! — торопливо воскликнула Санса, и усмешка Петира исчезла. Санса не хотела быть грубой. И, в конце концов, ей действительно было любопытно… но её всю жизнь воспитывали настоящей леди и сама мысль о том, что Петир понимает, насколько её интересует его тело, ужасала. Леди не должны думать о подобных вещах. Петир неловко поёрзал в ванне. На его лице читалась лёгкая обида. Он бросил быстрый взгляд на свою грудь и поник. Петир погрузился в воду так, что была видна только его шея, совсем так же, когда он был одет. Он сделал так специально. Санса задумалась, не потому ли Петир одевается таким образом, чтобы можно было разглядеть как можно меньше кожи под наглухо застёгнутыми нарядами. Она тут же устыдилась своей бессознательной реакции. — Нет, Петир, прости… Я не хотела… — Всё в порядке, Санса. Я всё равно просто пошутил, — он замолчал, провёл рукой по своим влажным волосам, наклонился, чтобы дать им намокнуть ещё больше и взмахнул головой, откидывая волосы с лица. — Я знаю, моё тело не молодое и мускулистое, какое желаешь ты. Санса нахмурилась. Она уже несколько лет не мечтала о своём рыцаре в сияющих доспехах. Это было в те времена, когда она сама была маленькой наивной девочкой, которая думала, что красивый светловолосый принц станет ухаживать за ней, а потом возьмёт её в жёны, и жизнь тогда превратится в сплошной праздник. — У меня давно нет таких желаний, Петир, — возразила Санса. — Я действительно не имела в виду ничего такого. У тебя хорошее тело и я не знаю, почему ты стыдишься его. Но Петир отвернулся. Он всё ещё выглядел расстроенным. — Нет, оно уродливое, — сказал он тоном не терпящим возражений. Дело было в шраме, поняла Санса. — У всех свои шрамы, Петир. Твой гораздо менее уродлив, чем большинство, — сказала Санса и они встретились с Петиром взглядами. Петир смотрел недоверчиво, и Санса, в попытке доказать своё утверждение, протянула руку и положила ладонь Петиру на грудь. Он тихо вздохнул от удивления, но позволил ей делать, что она захочет. Его грудь была твёрдой на ощупь. Возможно, не мускулистой, нет, но твёрдой и крепкой. Санса чувствовала прикосновение волосинок на его груди и его учащающееся сердцебиение под своей ладонью. — Мне жаль, что я так поступила. Я отказалась, потому что смутилась. Я совсем не думаю, что ты уродлив. Ты довольно хорошо выглядишь, если честно, — сказала Санса мягким и нежным тоном. Петир вновь улыбнулся. — Ты думаешь, что я хорошо выгляжу? — переспросил он, и Санса недовольно поджала губы и закатила глаза. Петир фыркнул, её ладонь дрогнула и тепло разлилось по всей руке. — Твоё сердце бьётся очень быстро, — поддразнила Санса в свою очередь Петира, и его зрачки расширились на миг, как у человека застигнутого врасплох. Он выглядел немного смущённым. — Ну, ммм… ты всего в футе от меня… касаешься моей груди, а я полностью голый, так что… — ответил Петир и Санса снова почувствовала жар на своих щеках как напоминание, что именно она увидит, если посмотрит вниз прямо сейчас. Санса сглотнула, облизнув губы, и убрала руку, но Петир поймал её своей и погладил большим пальцем по костяшкам её руки. — Пора выходить. Я начинаю замерзать. Санса кивнула, теперь уже с неохотой убирая руку, и протянула Петиру полотенце. Он уже приподнялся, когда Санса обернулась к нему, и она заругалась, прикрывая глаза ладонью, чтобы не увидеть его ниже пояса, и бросая ему полотенце. Петир засмеялся и вытерся полотенцем, прежде чем натянуть бриджи. Санса наконец-то опустила руку и лукаво взглянула на Петира. Он нахально подмигнул ей и скользнул в постель. — Ммм, милая, так и правда намного лучше. Спасибо. Санса довольно улыбнулась и кивнула. — Я рада, что ты перестал так сильно дрожать и трястись, — сказала она, присаживаясь на край кровати. Петир съел почти всю еду и это тоже её порадовало. Это должно было заставить его почувствовать себя намного лучше. — Знаешь, ты не должна оставаться здесь. Я справлюсь сам, — неожиданно сказал Петир и Санса нахмурилась. — Пытаешься избавиться от меня? — пошутила она, немного беспокоясь, что это действительно так. Петир рассмеялся. — Поверь мне, милая, я бы никогда не захотел избавиться от тебя, — его ответ был прямым и честным, и она улыбнулась, не в силах ничего с собой поделать. — Мне немного трудно дышать, так что, возможно, если ты останешься, это будет к лучшему, — согласился Петир, и Санса шутливо закатила глаза. — Вот, — сказала Санса, прочитав надпись на одной из бутылочек, которую принёс мейстер. — Специальное притирание. Его мажут на спину и грудь. Санса открыла бутылочку и протянула Петиру. Он хмыкнул, усаживаясь, и снова обнажил грудь. Санса налила немного снадобья в ладонь Петиру и он растёр его по верхней части груди, удовлетворённо вздохнув. — Так-то лучше, — сказал он. Закончив, Петир собрался набрать ещё снадобья, но остановился. — Мм, Санса, тебе придётся растереть мне спину…пожалуйста? Санса почувствовала себя глупо из-за того, что не поняла — у Петира не получится дотянуться до середины своей спины. Конечно, ему понадобится помощь. Санса непроизвольно прикусила уголок рта прежде чем кивнуть. Петир перевернулся на живот и прижался щекой к подушке. Он наблюдал как Санса нервно вылила немного жидкости на свою ладонь, закупорила бутылочку и отставила её в сторону. Санса потёрла ладонь о ладонь, протянула руки, осторожно коснулась пальцами и наконец положила ладони на спину Петира. Увидев как Петир закрыл глаза, Санса подумала, приятны ли ему её прикосновения. Она аккуратно потёрла ему спину, нанося снадобье между лопаток. Для человека не столь мускулистого, у Петира была очень хорошая спина: чётко выделяющиеся мышцы и изгибы. Кожа такая же бледная, как и у самой Сансы, но это было даже красиво. Всю жизнь Сансу привлекали воинственные сильные мужчины: храбрые и верные… чересчур благородные. У таких мужчин должны были быть длинные золотистые волосы и голубые глаза, высокий рост и крепкие мускулы, и они должны были быть чем-то похожими на её отца или братьев. Петир не обладал практически ничем из всего вышеперечисленного. Он был определённо по-своему храбрым… хотя больше самоуверенным. И, возможно, верным ей. Но во всём остальном он фактически оставался противоположностью её мечтам. Относительно короткие волосы, чёрные как ночь, борода и усы того же цвета. Серо-зелёные глаза, взгляд, полный подвохов, секретов и тайн. Он был примерно одного с ней роста, и для женщины она очень высокая, но Петир определённо не дотягивал до тех шести футов её идеала. И он, конечно, не благороден, но чрезвычайно умён, и это то, что притягивало её к нему. Худощавый, но широкоплечий. Санса осознала, что ей всё равно, мускулистый Петир или нет, он в любом случае оставался привлекательным. Да, ей пришлось признаться в этом самой себе: её влекло к нему. В Петире был тот стиль, которого недоставало другим. Элегантность в движениях и неподвижности, изящный почерк и изысканная речь. Всё это представляло собой некую красоту. И в ней совсем не было ничего женственного. Петир определённо был мужчиной, проявлявшим свою мужественность самыми разными способами. Он мог быть очень властным и в то же время надёжным… решительным и твёрдым. Но больше всего Сансе нравились в Петире его мягкие черты характера: когда он был с ней мил. И ей нравилось его смущение, потому что оно служило доказательством его человечности. Санса закончила с притиранием и убрала руки. Петир приоткрыл глаза и лениво улыбнулся. — Должно быть уже поздно. Если ты устала, можешь прилечь, — предложил он и Санса фыркнула от смеха. — Только в твоих мечтах, Петир, — дразняще произнесла она и Петир досадливо усмехнулся. — О, милая, ты даже не представляешь, — произнёс Петир, растягивая слова и откровенно рассматривая Сансу с головы до ног. Она покраснела под его взглядом и отвернулась. — Посмотри на меня, — мягко потребовал Петир. Она снова встретилась с ним глазами. — Обожаю, когда краснеешь из-за меня, — признался Петир и Санса ещё сильнее покрылась румянцем. Петир усмехнулся. — Ты вообще представляешь, насколько ты прекрасна? Хотя бы самую малость? Санса смотрела прямо ему в глаза, удивлённая насколько уязвимым он выглядел теперь. Он полностью открыл себя перед ней. Никаких масок и никакого Мизинца. Только Петир. — Я… — она запнулась, не зная как ответить. — Можно тебя кое о чём спросить? — перебил её Петир и Санса была благодарна ему за это. Она кивнула. — В те два раза, когда я поцеловал тебя… ты сама хотела этого? Или просто смирилась с неизбежным? Санса задумалась на мгновение. Когда Петир поцеловал её впервые, это оказалось для неё неожиданностью. Ей не то что бы это не понравилось, но у неё возникло миллион вопросов и она была обескуражена и напугана. Второй поцелуй был намного более предвиденным. Она ждала его. Она вспомнила каждое слово сказанное тогда Петиром. Санса не была до конца уверена, что на самом деле желала того поцелуя, но ей определённо было приятно, когда это всё же произошло. — Хотела? Я не знаю… Я не думала, что так нравлюсь тебе, так что нет, наверное, не хотела, — честно ответила она и Петир грустно кивнул, опустив глаза. — Но мне очень понравилось. Слова Сансы приободрили Петира и на его губах вновь появилась улыбка. — Если бы я не был так болен, то попытался бы опять поцеловать тебя, — признался он и Санса изо всех сил постаралась не покраснеть, вместо этого легко улыбнувшись в ответ. — Со времени нашего последнего поцелуя прошло непозволительно много времени. Это действительно было так. Петир не так давно пытался поцеловать её в богороще, но в её голове было слишком много противоречивых мыслей, чтобы попытаться разобраться, хочется ли ей целоваться с ним или же нет. Она наконец была дома со своей семьёй и могла делать всё, что пожелает. Но всё же ей не хватило времени решить, желает ли она прикосновения его губ, когда Петир начал наклоняться к ней. — Непозволительно много, — согласилась она. Петир надолго замолчал, казалось, глубоко задумавшись. — Что у тебя на уме? — наконец спросила Санса и он посмотрел на неё. — Я только что понял, что никогда не произносил этого вслух, — ответил Петир и Санса слегка нахмурилась в недоумении. Он с трудом сглотнул, прежде чем продолжить. — Теперь ты должна знать, что я чувствую по отношению к тебе, но… я только что осознал, что никогда не говорил, что люблю тебя. Ни разу. Санса приоткрыла рот в удивлении. Она ведь и так знала об этом, ведь правда? Но в любом случае то, что эти слова исходили из уст самого Петира, придавало им достоверности. Санса не знала, что сказать в ответ и понемногу наступившую тишину прервал звук стучащих зубов Петира. У него снова начиналась лихорадка. Санса вздохнула, поднялась и отодвинула одеяла с края кровати. Не обращая внимания на удивление на лице Петира, которое быстро сменилось выражением самодовольства, она улеглась рядом с ним. Санса не касалась его и он тоже избегал прикосновений. Они просто лежали вдвоём в его постели, в нескольких дюймах друг от друга. Краем глаза Санса увидела как Петир чуть приподнялся и стал смотреть на неё, подперев голову рукой для лучшего обзора. Санса медленно перевернулась на бок, чтобы она тоже могла видеть Петира. — Если бы я не был болен, — почти шёпотом поинтересовался Петир, — ты бы захотела, чтобы я поцеловал тебя сейчас? Санса заметно покраснела, ведь Петир был так откровенен, а также потому, что Петир только что признался ей, что ему нравится, когда она краснеет из-за него. — Думаю, да, — тихо и застенчиво ответила Санса. Петир вопросительно склонил голову набок. — Ты думаешь? — повторил он, не вполне удовлетворённый её ответом. — Я… да… Я бы захотела, — Санса сделала паузу и совсем залилась румянцем. — Я хочу, чтобы ты поцеловал меня, — уточнила она. Петир улыбнулся и опустил взгляд на её губы. — Я не собираюсь заражать тебя, но хочу, чтобы ты знала, что необходимость сдерживаться меня просто убивает, — сказал он и Санса захихикала. Петир высвободил руку из-под мехового одеяла и пробежался пальцами по руке Сансы, остановившись у её бедра. — Санса, — он вздохнул. Санса смотрела на него, не отрывая глаз. — Чего ты хочешь? Санса снова не знала, что сказать в ответ, потому что понятия не имела чего она хочет. У неё есть семья и родной дом, она в безопасности. Но когда она была с Петиром, всё ощущалось по-другому, как-то лучше. Хотела ли она его? Хотелось ли ей, чтобы он обнял её? Поцеловал? Желал её? Хотела ли она, чтобы он был в неё влюблён? Хотела ли она, чтобы он говорил ей все эти милые вещи и смотрел на неё точно так, как смотрел прямо сейчас? Санса пододвинулась ближе, её колени коснулись его ноги. Петир пристально посмотрел на неё. Санса придвинулась ещё ближе и Петир поднял руку, как бы приглашая её к себе. Она приняла приглашение и прижалась к нему, положив голову ему на плечо, а он обнял её. Петир нежно провёл рукой по её спине, успокаивая её. — Я… — начал Петир неуверенно. Санса приподняла голову и посмотрела на него, их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга. — Я по-настоящему счастлив сейчас. Санса улыбнулась. Что-то происходило в ней, чего она не могла объяснить. Ей хотелось поцеловать Петира. Ей было всё равно, что он болен. Ей хотелось почувствовать его. Санса потянулась вперёд и нерешительно прижалась губами к губам Петира. Это продолжалось не более мгновения и он едва ответил, но она впервые сама начала поцелуй и это было приятно. И по странному правильно. Глаза Петира расширились от удивления, когда она отстранилась, а губы приоткрылись. Она усмехнулась при виде взволнованного Петира, а он удивлённо потряс головой. — Ты не боишься заразиться? — спросил Петир. — Я северянка, лорд Бейлиш, — насмешливо ответила Санса. — Я таким не болею. Моё тело просто невосприимчиво к всяким простудам. Петир приподнял уголок губ. — Хорошо. А затем он накрыл её губы своими губами. Это отличалось от его предыдущих поцелуев. Прошлые несколько раз он был так нежен с ней… так осторожен. На этот раз преобладали жажда и страсть. Сансу раньше так никогда не целовали. Она даже не подозревала, что так вообще можно целоваться. Пальцы Петира вплетались в её волосы, наклоняя её голову по-другому для каждого поцелуя, чтобы Петир ещё больше мог поглотить Сансу, а затем его руки заскользили по её спине, прижимая Сансу всё ближе к его нетерпеливому телу. Санса вдруг осознала, что они уже не лежат, а сидят друг напротив друга. Она вздохнула, когда Петир провёл языком по её губам и почувствовала как он улыбается прежде чем повторить это ещё раз. Санса не была уверена к чему клонит Петир, но она нерешительно приоткрыла рот и он немедленно воспользовался этим преимуществом, проталкивая язык между её губ. Поначалу ей казалось странным это ощущение… но затем, когда Петир начал ласкать её язык своим, Санса поняла как это приятно. Петир был мятным на вкус, несмотря на своё недомогание. Санса была стеснительной и нерешительной, не зная, что именно она должна делать в ответ, но Петир подсказывал ей своим умелым языком и придерживая руками её лицо. Санса как-то разобралась, что ей делать, но Петир целовал её так сильно и быстро, что она не успевала за ним. И в конце концов она оттолкнула его, положив руку ему на грудь. Они оба тяжело дышали, глядя друг на друга. Петир отчаянно пытался поймать взгляд Сансы. — Что-то не так? — нерешительно спросил Петир, как будто не желая знать ответ. Санса покачала головой и сглотнула. — Ты не мог бы просто… не так торопиться? — сказала Санса, заливаясь румянцем и пряча глаза. — Я просто… не знаю как… — Санса, — сказал Петир, чтобы привлечь её внимание, в его голосе слышались весёлые нотки. Он широко улыбнулся, едва не рассмеявшись. — Конечно, давай не будем торопиться. Прости, я немного увлёкся, — он усмехнулся опять. — Прости, но должно быть ясно, что я учусь на ходу… и я просто… — Милая, — вздохнул Петир, обхватив её лицо. — Не смей извиняться. Ты даже не представляешь как это невероятно — целовать тебя. Честно говоря, меня радует твоя неопытность, это избавляет меня от необходимости ревновать. Санса хихикнула, опустив голову на плечо Петиру, чтобы спрятать лицо. Он крепко обнял её, прижимая к себе, вдохнул её аромат, а затем нежно поцеловал в макушку. — Санса, поцелуй меня ещё раз, — и она слегка отстранилась от Петира, облизнув губы прежде чем опять наклониться и оставить долгий сладкий поцелуй на его губах. Петир счастливо замурлыкал, поглаживая пальцами подбородок Сансы и так же деликатно ответил на её поцелуй. Сансе было так приятно чувствовать его губы на своих губах. По-настоящему великолепное ощущение. По какой-то причине целовать Петира было настолько правильно, что Санса просто растворилась во всём этом. Слилась с ощущением и вкусом губ Петира, его запахом. Руки и рот Петира слаженно трудились, вызывая неутолимое желание где-то в глубине живота. Петир снова принялся ласкать её своим языком, но теперь он действовал нежно и аккуратно, а не напористо и ненасытно. Санса легко подстроилась при таком замедленном темпе и вскоре отвечала на поцелуй с таким же пылом. Страсть быстро нарастала и Санса ощутила, что хочет большего, но не была уверена чего же именно. Как только к ней пришло это чувство, Петир начал медленно отклонять её назад, побуждая лечь. Санса заколебалась, но доверилась ему и легла на спину, а Петир нетерпеливо улёгся следом, плотно прижавшись к ней и издав низкий горловой звук. Санса не была уверена был ли это стон или рычание или ещё что-то, но что бы это ни было, нечто внутри неё заныло при этом звуке. Её руки переместились с его плеч на всё ещё обнажённую грудь и Санса почувствовала желание продолжить своё исследование. Она пробежалась пальцами по тонким волоскам на груди Петира до того места, где их тела уже слишком плотно прижимались друг к другу, мешая дальнейшему пути её рук, так что Санса переключилась на спину Петира, водя пальцами по всей её длине. Левая рука Петира всё ещё придерживала её лицо, но правая опустилась ниже, сжимая бок Сансы неожиданно по-собственнически. Вскоре лёгкие Сансы начали гореть и она прекратила поцелуи, чтобы отдышаться, но Петира это не остановило. Он скользнул губами по её подбородку и опустился к шее. Санса громко ахнула, когда Петир поцеловал её там. Она и не знала, что это настолько чувствительное место, но, казалось, Петир был прекрасно осведомлён об этом. Но он не просто целовал кожу, он лизал, посасывал и даже кусал её. Пальцы Сансы инстинктивно вцепились в его короткие волосы и Петир застонал, уткнувшись в её шею. Его рука пробежалась по её талии и опустилась на бедро. Петир направил ногу Сансы, чтобы она охватила его, а он мог придвинуться ещё ближе. И вот тогда Санса почувствовала это. Нечто твёрдое, упирающееся в её бедро. Её тело мгновенно застыло и Петир, казалось, ощутил её напряжение, потому что оставил в покое её шею и отстранился, чтобы взглянуть в её лицо. — Прости, — сказал он глубоким и хриплым голосом, — ничего не могу с этим поделать. Может нам прекратить? — предложил он и Санса залилась краской, не желая вступать в нескромный разговор о его… мужском признаке. — Я не хочу прекращать, — честно ответила Санса и Петир одарил её улыбкой, мигом превратившейся в коварную усмешку. — О? — переспросил он, — а чем же именно ты хочешь тогда заняться? Санса изо всех сил старалась не рассмеяться и не смотреть в глаза Петиру. — Я… я не знаю, — она прикусила губу. — Я знаю чего ты хочешь… я просто… я никогда… я не знаю. — Санса, — она снова посмотрела в глаза Петира. Он выглядел обеспокоенным. — Успокойся. Я лишь хочу тебя. Но мы можем просто лежать рядом и я уже буду абсолютно счастлив, хоть ты и сама сказала, что не хочешь прекращать. Я просто хочу узнать, где проходят твои границы, чтобы не нарушить их, только и всего, — Петир успокаивал её, наградив быстрым, но многозначительным поцелуем. Санса вздохнула с облегчением. — Ладно. Я просто ничего не знаю обо всём этом, хотя в этом и заключается проблема. — А ты спрашивай. Я знаю практически всё, так что… — сказал Петир и Санса мысленно скривила губы. — Ну, есть ли что-нибудь… помимо этого, чем мы могли бы ещё заняться? — робко спросила она и Петир зловеще усмехнулся. — О, милая, так много всего, — ответил он, расширяя зрачки. — Хорошо, тогда… чем бы из этого хотел заняться ты? — спросила Санса, ощущая стыд и смущение. — Всем, — Петир одарил её мрачной ухмылкой. — Но для начала я бы хотел покрыть поцелуями каждый дюйм твоего тела. Ты позволишь мне сделать это? — спросил он и Санса задумчиво склонила голову набок. — Ты позволишь мне поцеловать тебя здесь? — продолжил Петир, опуская руку ей на грудь. Сердце Сансы забилось быстрее. — А здесь? — рука Петира нащупала её колено и поднялась выше, проникая под подол её платья. Санса ахнула, когда Петир приблизился к её самому потаённому местечку и его рука остановилась, а взгляд спросил разрешения продолжать. Санса нерешительно кивнула и рука Петира продолжила свой путь, коснувшись её нижнего белья, в то время как Петир пристально смотрел ей в глаза. Петир зарычал, почувствовав её сквозь тонкую ткань. Санса тут же замерла, поняв, что вся там намокла, но затем обнаружила, что это и было причиной, по которой Петир так завёлся. — Санса, о боги, — Петир тяжело дышал, прикрыв глаза, как будто ему было больно. Он погладил её поверх белья, и Санса была вынуждена признать, что это невероятно приятно. — Санса? — спросил Петир и она открыла глаза, и когда только успела их закрыть? — Санса, можно…? — рука Петира двинулась к её бедру, сминая ткань, выказывая желание сорвать её совсем. Санса задумалась лишь на миг, прежде чем кивнуть, и Петир потянул вниз, а затем стащил бельё с её ног. Затем его рука вернулась и Санса громко выдохнула, когда его пальцы коснулись её. Её кожи. Горячей влажной кожи. Санса так сосредоточилась на движениях руки Петира, что прикосновение его мягких губ к её губам совсем сбило её с толку. Она ответила на поцелуй только через несколько мгновений и тоже принялась за дело, обвив его шею руками, чтобы притянуть Петира поближе к себе. Пальцы Петира кружились и пощипывали что-то невероятно чувствительное в её теле, о чём Санса раньше даже не подозревала, и Петир заставлял её мурлыкать как кошка и быть не в состоянии поднять и удерживать голову должным образом. Санса услышала глубокий смешок Петира и сумела достаточно восстановить контроль над собой, чтобы хлестнуть его по груди в ответ. Петир вызывающе поднял брови, прежде чем его рука полностью прекратила свои движения. Санса собиралась было возразить, но почувствовала как пальцы Петира легко заскользили вниз и ей стало интересно, что же он делает, как вдруг Петир добрался туда, где, как сразу поняла Санса, находился вход внутрь неё. Петир снова принялся целовать её шею, в то время как его пальцы дразнили и кружились вокруг её входа. И вот наконец, наконец-то, он просунул палец внутрь. Санса ахнула и вздрогнула. Это было странно… но непривычно хорошо. — Семеро, Санса, ты такая тесная, — простонал Петир, как будто это открытие причиняло ему боль. — Э-это плохо? — спросила Санса и Петир усмехнулся, совершенно довольный. — Это очень, очень хорошо, любовь моя, — ответил Петир и Санса отметила его новое обращение к ней, решив, что оно ей нравится. Петир медленно вытащил палец, а затем снова вставил его, повторяя эти движения множество раз, прежде чем добавил ещё один палец. Сансе было немного больно, но после первых движений стало по-настоящему приятно. Но потом Петир сделал нечто, что заставило её выкрикнуть его имя… повертел пальцами по направлению к её тазу и коснулся чего-то внутри неё, что заставило её сжать пальцы ног, а руками вцепиться в его спину и провести ногтями по коже. Петир отстранился гораздо раньше, чем Сансе того хотелось бы, и она открыла глаза, чтобы вопросительно взглянуть на него. Он ухмыльнулся. — Я сказал, что хочу покрыть твою кожу поцелуями, а не просто прикоснуться, — произнёс он дразнящим тоном. — Можно я сниму? — спросил он, имея в виду её платье. Санса сглотнула и кивнула. Руки Петира потянулись к её спине, чтобы развязать шнуровку. Сердце Сансы колотилось и она продолжала укорять себя, но томление между её ног было настолько сильным, что, похоже, перевесило все доводы рассудка. Петир расшнуровал достаточно, чтобы приспустить платье спереди, и Санса немедленно скрестила руки на груди, не давая ткани сползти и обнажить её. Петир остановился и, глянув вниз, нахмурился. — Не надо, — прошептал он ласково и ободряюще. Накрыв руками её руки, он убедил её опустить их. — Ты прекрасна. Санса глубоко вздохнула и позволила Петиру развести её руки в стороны, чтобы можно было снять платье через голову. Как только оно было отброшено на пол, глаза Петира смогли сполна насладиться зрелищем груди Сансы во всей красе и тем, что было ниже, хотя Санса немедленно плотно сжала ноги. Теперь она была полностью обнажена перед ним. Кусая нижнюю губу, Санса отчаянно желала прикрыться хоть чем-нибудь. — Ого, — выдохнул Петир, разглядывая её. — Санса, ты великолепна. Несомненно, это самое прекрасное, что я когда-либо видел. Санса недоверчиво рассмеялась, прикрыв глаза и мотая головой, но тут же остановилась, почувствовав что-то жаркое и влажное вокруг своего соска. Она распахнула глаза и застонала. Петир закончил свой жаркий поцелуй и, прежде чем с усмешкой взглянуть на Сансу, хорошенько лизнул сосок. — Обними меня ногами, — потребовал Петир и Санса подчинилась, скрестив лодыжки за его спиной. Петир погладил её по ногам. — Ммм, какие прекрасные длинные ножки, — Санса захихикала опять, а Петир вернулся к своим забавам с её грудью. — Я собираюсь отметить тебя, — предупредил он, прежде чем довольно сильно впиться в её левую грудь. Отпустив грудь Сансы с хлопающим звуком, Петир перешёл к ложбинке между её грудями. — И здесь, — сказал он, повторив то же самое. — И тут, — объявил он, присосавшись надолго к её шее. Когда он закончил, то отстранился, с усмешкой любуясь своей работой. Затем Петир перешёл к животу Сансы, проложив горячими поцелуями дорожку к её пупку. Санса посмотрела вниз и заметила красноватые отметины там, где Петир прикасался к ней губами и поняла, что это, должно быть, царапины от его бороды и усов. Её ноги были следующими и Петир начал со ступней, поцеловав одну за другой. Потом настал черёд лодыжек. Петир приподнял каждую ногу Сансы, чтобы поцеловать икры, а одну из них он даже нахально укусил. Лоно Сансы пульсировало, желая внимания, пока Петир целовал её колени, а его усы чувственно покалывали её бледную кожу цвета слоновой кости. Санса не вполне осознавала, чего же хочет её тело, в чём оно нуждается. Но она понимала, что оно желает чего-то, и тягучая боль внутри неё всё нарастала. — Петир… — умоляюще прошептала она, даже не зная о чём именно она его просит. Петир бросил на неё совершенно порочный взгляд, похоже, он как раз точно знал, чего ей хочется. Он укусил её за внутреннюю сторону бедра и Сансу охватила лёгкая тревога из-за того, что он так приблизился к её женскому началу. И как только ему могло прийти в голову наклониться прямо туда? Петир медленно раздвинул её ноги ещё шире, но она воспротивилась. Ей не понравилось насколько открытой и уязвимой она оказалась перед ним, глядевшим прямо в её обнажённое, влажное средоточие. Петир покачал головой, без слов веля ей не смущаться. Его глаза просто повторяли “ты прекрасна” вновь и вновь, пока она наконец не разрешила ему раздвинуть её ноги. Санса была так смущена, что когда в первый раз почувствовала язык Петира между ног, она не владела своим телом достаточно, чтобы сдержать стон. И она застонала. Петир, разумеется, получил наслаждение и от этого. Он принялся целовать и лизать, и, Семеро, посасывать. “Петир… Петир…” — вновь и вновь повторяла она как молитву. То, что с ней проделывал Петир, вернее, то, что она позволяла ему с ней проделывать, было так не похоже на то, что подобает настоящей леди. Шло совершенно вразрез со всеми приличиями. Но, Неведомый побери, ощущалось оно как самое правильное. Петир поглощал её с закрытыми глазами, обхватив руками её бёдра, чтобы иметь возможность наклонять их для лучшего доступа. Вскоре Санса обнаружила, что хватается пальцами за волосы Петира, побуждая его продолжать. Семеро, пожалуйста, не останавливайся. Он сжал её крепче, безжалостно дразня языком её самый чувствительный кусочек плоти. Санса крутилась под Петиром, всё сильнее вцепляясь в его волосы. Он застонал от боли и от этого внутри неё возникла такая восхитительная дрожь, так что она сама застонала в ответ. Язык Петира скользнул к её входу и медленно проник туда, а потом вернулся обратно. Санса вздрогнула и закатила глаза. Она чувствовала как нечто растёт в ней… нечто великолепное и ещё непознанное. — Петир… — задыхаясь, прошептала Санса и он открыл глаза, встретившись с ней взглядом, и это было всё, в чём нуждалось её тело, чтобы раствориться в удовольствии. Под влиянием этого ощущения Санса откинула голову назад, с её губ срывались бессвязные звуки, она сжимала волосы Петира и её тело сильно трясло от струившихся сквозь него волн жара и наслаждения, буквально разрывавших её на части. Когда всё закончилось, Санса постаралась восстановить сбившееся дыхание. Петир в последний раз поцеловал её складки и заполз на неё. Санса открыла глаза и смотрела как он улыбается ей, вытирая блестящее лицо. — Как тебе? — тихо спросил Петир и Санса начала смеяться не в силах прекратить приступы хохота, поднимающиеся в груди. Петир с удовольствием смотрел на неё. — Это было… — она покраснела. — Нереально. Петир усмехнулся, довольный, что доставил ей удовольствие. Он наклонился, чтобы крепко поцеловать её. У этого поцелуя был странноватый вкус. Затем Петир скатился с Сансы и улёгся рядом с ней. Санса перевернулась набок, натянув на себя одеяло, чтобы прикрыть наготу. Её взгляд пробежался по телу Петира от его плеч к рукам и изящным кистям, к едва заметной грудной клетке и худым ногам, и остановился на заметной выпуклости в бриджах. — Это не больно? — вырвалось у неё, охваченной любопытством, как ему может быть удобно с чем-то таким большим и твёрдым в штанах. Петир обернулся к ней, приподняв в недоумении бровь, а затем проследил за её взглядом и рассмеялся. Санса поймала его взгляд и весело улыбнулась, невинно пожав плечами. — Ммм, иногда бывает. Но в основном просто неудобно, — ответил Петир, всё ещё тяжело дыша. Санса понимающе кивнула, размышляя как она может помочь ему. — Что я могу сделать? — спросила она через время и Петир сразу же застонал. — Тебе ничего не нужно делать, любовь моя. В конце концов это пройдёт, — сказал он, но Санса решила, что этот ответ ей не нравится… ей не хотелось, чтобы это прошло просто так. Она села и снова посмотрела на его пах, осторожно положив руку Петиру на бедро. Он пристально следил за ней. Было приятно, когда он касался её… значит, должно быть приятно и когда она коснётся его? Санса нерешительно провела пальцами по твёрдой выпуклости, и Петир мгновенно вздрогнул, прошипев её имя. Их глаза встретились. — Тебе приятно? — спросила Санса, не с целью подразнить, а с искренней надеждой и любопытством. Петир кивнул. — Очень. Она накрыла выпуклость рукой, и Петир тяжело вздохнул. — Ты не обязана это делать, Санса, — сказал он ей, но она не обратила на его слова никакого внимания и начала двигать рукой по всей длине. К удовольствию Сансы Петир не стал больше возражать, и она взялась за шнуровку бриджей и принялась её распутывать. — Санса… — снова неуверенно произнёс Петир, когда со шнуровкой было покончено. Санса попыталась поймать его взгляд, но Петир смотрел прямо туда, где лежала её рука. — Чего ты хочешь, Петир? — спросила Санса таким развязным тоном, что снова ощутила себя совсем не леди. Петир прерывисто вздохнул. — Я хочу, чтобы ты потрогала меня, — ответил он и Санса просунула руку в его бриджи, ахнув, когда почувствовала под ладонью, какой он твёрдый и горячий. Петир издал громкий стон, стараясь плотнее прижаться к её руке. Санса опять начала двигать рукой. Медленно, вверх и вниз. Петир закрыл глаза, но через какое-то время протянул руку и накрыл кисть Сансы, побуждая её ускорить темп. Санса послушалась и сжала ладонь. — Санса… — простонал Петир, стаскивая бриджи, чтобы они не стесняли её движений. Глаза Сансы широко распахнулись, когда она полностью увидела его член. Он оказался намного больше чем, как она думала, он будет… чем вообще, как она считала, они бывают. Она слышала, что они отвратительны на вид, но у Петира, по её мнению, член выглядел довольно привлекательно. На нём выступали вены, а крупный розовый кончик слегка сочился белой жидкостью, такую Санса не видела раньше никогда. Весь пах зарос тёмным и густым волосом, и Санса решила, что ей нравится дорожка, идущая от пупка к низу живота. Кожа члена была мягкой, но сам он был твёрдым как камень. Санса быстрее задвигала рукой и грудь Петира начала вздыматься чаще. Сансе доводилось слышать сплетни и перешёптывания о многих вещах, происходивших в постели. Санса мысленно поджала губы, прежде чем замедлиться, а затем совсем остановиться, и её рука плотно обхватила член. Петир мгновенно распахнул глаза и стиснул зубы, застонав от безнадёжности. — Санса?! — на его красивом лице отразилось замешательство. Он никогда ещё не выглядел настолько отчаявшимся. Это вызвало у Сансы злодейскую улыбку. Петир нахмурился, толкаясь в её руку. — Пожалуйста, милая. Почему ты остановилась? Санса знала, что он сердится на неё не по-настоящему, но его голос звучал раздражённо. — Что ты хочешь, чтобы я сделала, Петир? — спросила Санса и он нахмурился ещё больше. — Двигай рукой, — потребовал он и Санса хихикнула, прикусив нижнюю губу. — И ничего больше? — переспросила Санса и Петир замер, по-видимому поняв, что было у неё на уме. Он поймал её взгляд. — Чего ты хочешь? — повторила она. Петир осторожно провёл языком по губам. — Хочу ощутить твой рот на моём члене. Ты сделаешь это для меня? — Санса вздрогнула от звука его глубокого и хриплого голоса. Санса кивнула и глаза Петира ещё больше потемнели. Она пододвинулась ближе, облизнула губы и наклонилась, дыша на его обнажённую кожу. Петир громко застонал, когда её губы обхватили его член. — Семь преисподних, Санса, — выдохнул Петир, наблюдая за тем, как она заглатывает всё больше и больше. Санса вернулась назад, достигнув середины члена, и полизала его, заставляя Петира толкаться бёдрами вверх в поисках её рта. Она удовлетворила его желание и начала снова, её горло сжималось, а с губ Петира сорвался стон. На этот раз она заглотила член полностью и Петир опять застонал, чувствуя тесноту её горла. Петир коснулся лица Сансы и погладил её щёки, когда она начала двигаться. Его руки принялись уговаривать её принять больше… и двигаться быстрее, и Санса последовала его указаниям. — Ебать, милая, да! Санса улыбнулась, счастливая от того, сколько удовольствия она ему приносит. Звуки, которые из-за неё издавал Петир, были такими сексуальными, что Санса сама опять начала заводиться. Её лоно заныло от желания. Петир начал двигать бёдрами, подстроившись под её ритм, что Санса восприняла как знак того, что он вот-вот кончит. Об этом свидетельствовали ещё и непрерывные тяжёлые вздохи, исходящие из его вздымающейся груди. Вскоре Санса отстранилась, заставляя Петира опять бросать на неё такие полные отчаяния взгляды, что она чуть не рассмеялась. Она ничего не сказала. Она не знала, что говорить, но знала, что она хочет… что ей нужно, чтобы это произошло. Так что она опустилась на колени, чтобы оседлать Петира. Его глаза тут же распахнулись, но он ничего не сказал, просто смотрел на неё равно как с изумлением, так и с желанием. Вскоре её лоно нависло прямо над его подтекающим от возбуждения членом. Санса положила руки на грудь Петиру, а он взялся руками за её бёдра. Она сглотнула и на мгновение прикрыла глаза прежде чем опуститься на него. Член скользнул внутрь неё, не причинив ей никакой боли, а Петир простонал, закрывая глаза: — О, милая, — он тяжело дышал, поглаживая её бёдра большими пальцами. Санса качнулась и волны наслаждения заструились сквозь неё. Ей было так приятно чувствовать член Петира внутри себя. Она ощущала себя невероятно наполненной и совершенной. Петир начал поднимать её вверх, а потом направлять обратно, его бёдра двигались с ней в одинаковом ритме. Их темп быстро ускорился, Санса с воодушевлением скакала верхом на Петире и её грудь подпрыгивала ей в такт. Сансу немного смущали те звуки, что срывались с её губ, но Петир, похоже, наслаждался ими, и, как ни удивительно, сам издавал не менее громкие звуки. Петир стонал и выкрикивал её имя, и это звучало просто великолепно. Вскоре он опрокинул Сансу на спину, сильно качнув бёдрами. Она застонала, откинув голову на подушки, и обвивая Петира ногами. Стукнув пятками по его спине, она велела ему двигаться быстрее, и он подчинился. Петир встал на колени и задвигался быстрыми толчками. Санса сделала выдох, больше похожий на вскрик, вызвавший у Петира довольную усмешку. — Петир, — выдохнула Санса. — Ммм, Петир. Петир зарычал, падая вперёд на выставленные руки и замедляя темп. — Боги, я люблю тебя, Санса. Он повторял ей прямо в ухо, толкаясь в неё снова и снова: — Ты такая красивая. Санса улыбнулась, придвигая к нему ладонь. Он понял её намёк и перенёс свой вес на одну руку, чтобы они смогли переплести пальцы. — Быстрее, Петир, пожалуйста, — взмолилась Санса, и Петир зарычал, снова задвигав бёдрами и заставляя её вскрикивать. Санса ещё шире раздвинула ноги, чтобы ещё лучше соединиться с Петиром, и он в полной мере использовал открывшуюся возможность. Петир коснулся губами шеи Сансы, сделал засос и опустился ниже, чтобы приласкать её грудь. Санса изогнулась, сильно прикусив губу. — Ещё быстрее? — спросил Петир, отстраняясь, чтобы посмотреть на неё. Санса закивала пылко, отчаянно, и Петир усмехнулся. А ей казалось, что она сейчас взорвётся, если он не ускорится… но одновременно она чувствовала, что взорвётся, если Петир задвигается быстрее. Петир снова сел, так сжимая бёдра Сансы обеими руками, как будто вспахивал её. Всё, что она могла сделать — держаться за него так же крепко, как и он держался за неё. Ногти Сансы впились в кожу на руках Петира. Петир притягивал Сансу к себе, в то же время толкаясь в неё. Их бёдра сталкивались жёстко, почти болезненно. Санса была уверена, что завтра покроется синяками и будет страдать от боли. Петир задвигался так сильно и быстро, что всё тело Сансы сотрясалось от каждого толчка. Петир весь вспотел и тяжело дышал, трудясь, чтобы доставить ей удовольствие. Санса ощутила себя распадающейся на части, достигающей пика, и притянула Петира к себе. Ей хотелось, чтобы он был как можно ближе, когда она кончит… чтобы всё его тело соприкасалось с её телом… чтобы его голая грудь прижималась к её груди. Наконец первая волна обрушилась на неё, и Санса громко вскрикнула, растворяясь в белом сиянии. Это было настолько потрясающе. Её тело содрогалось от этой силы. Она чувствовала как сжимается вокруг его члена, а Петир стонет, беспорядочно толкаясь и погружая её в эти ощущения всё глубже. Санса схватилась за спину Петира и провела по ней ногтями, глубоко вонзая их в кожу, заставляя Петира снова вскрикивать и стонать от боли пополам с наслаждением. Убрав руки, Санса обнаружила, что её ногти в крови. Она хотела было извиниться, но последние волны удовольствия рухнули на неё, доводя наконец её до пика, а руки Петира сжались в смертельной хватке на её талии. Точно останутся синяки. Санса почувствовала, как Петир излился внутри неё, сопровождая всё вскриками: “о, ебать, Санса”, “даааа!” и “Боги, ты идеальна, я люблю тебя. Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя”. Она улыбнулась ему, всё ещё приходя в себя от собственного оргазма. Петир позволил сладкому мгновению растянуться чуть дольше, прежде чем неохотно вытащить из неё свой член и перекатиться набок, обняв её руками. — Если после этого ты не заразишься и не свалишься с ног… то я и не знаю, что вообще сможет с тобой справиться, — пошутил Петир, и Санса рассмеялась, прижимаясь и целуя кожу на его груди, а затем принимаясь выводить на ней воображаемые узоры. Петир счастливо напевал себе под нос, целуя её макушку. — Петир? — прошептала Санса. Он повернулся к ней выжидающе. Его глаза горели таким зелёным светом, какого Санса не видела прежде никогда. Взгляд был ясным, лишённым любых преград, стен и масок. Здесь был только Петир и его сердце, открытое для неё. — Кажется, я… — Санса запнулась, слегка прикусив нижнюю губу. Петир с любопытством склонил голову набок. — Кажется, я в тебя влюбляюсь. Петир мигнул от неожиданности, а затем справился с удивлением и широко улыбнулся. Но Санса солгала. Она была уверена, что уже влюблена в него. — Я так рад, что заболел, — пошутил Петир в ответ, но судя по тому, как сияли его глаза, её признание сделало его невероятно счастливым.