Твой холодный взгляд

      Чимин сидел один, сонно потирая опухшие, красные глаза, рукавом своей черной толстовки. Все его одногруппники наслаждались обедом и веселились в компании друзей, в то время как омега, сидел за последней партой совершенно подавленный. Он бы и сам мог сходить в столовую, встретиться со своим лучшим, а точнее сказать, единственным другом, но ему физически было трудно подняться, да и есть, совсем не хотелось.       Все тело Чимина нестерпимо болело при малейшем движении. Омега аккуратно облокотился на свой локоть, задержав дыхание. Он боялся сделать резкое движение, из-за которого его тело снова может пронзить острая боль, но она — ничто по сравнению с тем, что ему приходиться выносить почти каждую ночь.       Виновником постоянных страданий омеги, является его собственный брат — Хенмин. Альфа, который старше Чимина на четыре года. Он высокий, и в каком-то смысле, даже красивый. Родители вечно хвалят альфу перед друзьями и коллегами, рассказывая какой он у них безупречный сыночек, но только Чимин знал правду. Он видел истинное лицо брата — лицо настоящего безумца, что с яростью наносит удары по хрупкому телу омеги, пока их родители спокойно спят в своей спальне.       Сколько Чимин себя помнит, ему всегда доставалось от старшего брата. Изначально, все держалось на элементарном отбирании игрушек и словесных издевательствах, с легким применением силы, к примеру, Хенмин никогда не боялся толкнуть младшего брата даже в присутствии родителей, ведь те никогда не наказывали его.       Чимин всегда плакал и жаловался на Хенмина, но в ответ получал лишь ледяной взгляд и упрек от отца за очередную «истерику», только его папа старался как-то успокоить и помочь маленькому омеге, вот только стоило ему что-то предпринять, как его сразу же останавливал отец мальчишек и между ними начинался очередной скандал.       В конце концов, папа омеги сдался под давлением отца, и Чимину ничего не оставалось только, как положиться на самого себя, но даже став старше он так и не смог понять, почему его отец все это допускал, и казалось, даже поощрял Хенмина за такие выходки. Он будто никогда и не любил своего младшего сына. А что касается папы, так тот и вовсе стал относиться к Чимину равнодушно, ему даже начинало казаться, что его папу подменили. Он не чувствовал себя любимым, омега был для них, словно бельмо на глазу.       С возрастом самооценка Чимина все падала, а жестокость Хенмина только росла. Он буквально уничтожал омегу, стирал его с лица земли. Каждый божий день, альфа твердил Чимину какое он ничтожество, что в этом мире он всего лишь будущий подарок какому-нибудь старому, жирному альфе в знак удачной сделки. Брат постоянно издевался над внешностью омеги, называл его отбросом и говорил, что тот никогда не будет любим, и с каждым днем Чимин верил ему все больше.       Вскоре Хенмин стал применять к омеге грубую силу. Если брат был дома, то Чимину приходилось очень несладко. Ночью, когда родители спали, альфа приходил в комнату младшего брата и открыто домогался его. Он принуждал его к аморальным и грязным вещам, и омега всегда сопротивлялся, что очень не нравилось Хенмину. Альфа приходил в бешенство от отказа и избивал Чимина на полу его собственной комнаты за каждое неповиновение.       Омега понимал, что альфа может в любой момент изнасиловать его, если того захочет, и Чимин ничего не сможет с этим поделать. Вот только Хенмину нужно было не это, ему нравилось унижать, избивать и превращать брата в безвольную, податливую куклу. Он вымещал весь свой накопившийся гнев на Чимине, используя отказы, как предлоги для злости. Омега уже не сомневался, что его старший брат настоящий псих.       Чимин не знал, что делать. Он не мог рассказать родителям, Хенмин слишком сильно запугал омегу, да и отец, скорее всего, убьет его за такие россказни. Чимин пробовал закрывать дверь, убегать на ночь из дома, но после этого ему доставалось от альфы в двойном объеме.       Со временем, Чимин стал зашуганным и тихим омегой, которого тошнит от запаха корицы, именно так пахнет его старший брат.       На глаза Чимина выступили горькие слезы, ведь прошлой ночью все повторилось. Омега вытер глаза тыльной стороной ладони и шумно вздохнул, стараясь успокоиться. Он перевел взгляд в окно и печально улыбнулся, понимая, что никто не в силах ему помочь.       Чимин устало лег на парту и закрыл глаза, представляя, как его истинный альфа врывается в комнату и спасает бедного омегу из лап безумца, но это всего лишь мечта, ведь в реальном мире его истинный даже не замечает его, от чего Чимину становится еще хуже. Каждый равнодушный, холодный взгляд приносит омеге невыносимую боль в сердце.       Его альфа — Мин Юнги, пахнет крепким черным кофе. Он учится на третьем курсе, в то время как Чимин только на первом.       Он сразу же узнал своего истинного, как только поступил сюда учиться. Их первая встреча была такой мимолетной, но навсегда отпечаталась в голове у омеги.       Чимин был поражен им с первых секунд, он даже еще не успел ощутить его запах, как понял, что влюбился. Может, это прозвучит глупо, но омега влюбился в него с первого взгляда. Ему понравилось в нем абсолютно все: его низкий приятный голос, милая совсем не подходящая для альфы внешность, темно карие холодные глаза и запах, что сводил с ума бедного омегу.       Чимин не понимал, почему Юнги совершенно равнодушен к нему. Он всегда любил смотреть сериалы об истинных парах и искренне верил, что, найдя своего истинного он, наконец, обретет счастье, и что его альфа кинется к нему с объятиями и спасет из этого ада, который Чимин вынужден был терпеть, но Юнги такого не делал. Он вообще ни черта не делал, словно альфа плевать хотел на все это.       Чимин с головой погрузился в свои мысли, поэтому не сразу заметил, как на его плечо упала чья-то теплая ладонь. Может, в какой-нибудь другой день, омега бы и испугался, но сегодня он тяжело поднялся и, нахмурившись, медленно обернулся.       — Тэхен? — слегка удивленно произнес Чимин, видя перед собой своего лучшего друга.       С ним они знакомы еще со школы и вот удачно поступили в один университет. Тэхен — омега. Он веселый, открытый, но Чимин прекрасно знает, что это просто маска, ведь Тэхену ничуть не легче. Его семья обанкротилась, папа умер, когда ему было всего четырнадцать лет. Отец вынужден работать на двух работах, чтобы его сын мог спокойно получать образование, ну а омега в свою очередь учился не покладая рук, чтобы не потерять стипендию. В добавок к этому, сердце Тэхена было разбито, ведь его истинный альфа изменил ему с другим омегой, что напрочь отбило веру в любовь.       — Почему тебя не было на обеде? — возмутился Тэхен, садясь рядом с Чимином, толкая его.       — У меня нет аппетита, — парень устало покачал головой, облокачиваясь на плечо друга.       — Ты опять всю ночь убивался по своим сериалам? — недовольно произнес Тэхен, щипая сонного омегу за щеку.       — Больно же! — воскликнул Чимин, прижимая руку к лицу, — я ничего не смотрел.       — Серьезно? — Тэхен поднял бровь, сверля, сжавшегося омегу гневным взглядом, — думаешь, я не вижу твоих красных глаз, врунишка?       — Ну, разве, что немного, — Чимин опустил лживые глаза, неловко улыбнувшись.       Он решил подыграть другу. Тэхен прекрасно знал о том, что происходит между Чимином и его братом, и не раз пытался вмешаться, но омега не позволял ему этого сделать, ведь Тэхен беден, а это значит, что он никак не сможет защитить себя и свою семью от гнева Хенмина.       — Сколько раз я тебе говорил, хватит смотреть свои сопливые мелодрамы! Поверь мне, истинная пара не значит вечная, — сурово проговорил омега.       Он прекрасно знал, как сильно Чимин влюблен в Юнги, но и Тэхен слишком много пережил, чтобы понимать, что истинный альфа не всегда тот, кто сделает тебя по-настоящему счастливым.       — Ты ведь знаешь обо всех моих проблемах, так не отбирай у меня хотя бы последнюю радость в жизни! — отчаянно прошептал Чимин, сдерживая подступившую обиду. — Сериалы и любовь к Юнги, единственное, что пока помогает мне жить. Это дает мне мнимую надежду на светлое будущее, так что не говори мне этого, только не ты. Я ведь и сам все это прекрасно знаю.       — Чимин, — тихо позвал его Тэхен, — этот ублюдок снова трогал тебя? — встревоженно спросил омега.       Он заметил неладное, как только вошел в аудиторию, но попытался убедить себя в том, что Чимин просто на просто снова провел ночь за сериалами, пока не заговорил с ним. Ответы друга были сдержанными и тихими, глаза бегали, стараясь не встречаться с глазами Тэхена, а эта до жути натянутая улыбка расставляла все по своим местам.       Чимин не отвечал. Он молча смотрел куда-то вниз. Омега понимал, что Тэхен поймал его и солгать уже не получиться, но и говорить об этом ему совсем не хотелось.       Тэхен все понял и без слов. Он аккуратно обнял омегу, стараясь не причинить ему боль. Тело омеги было таким податливым, словно Тэхен обнимал куклу.       Чимин судорожно вздохнул, стараясь не разреветься у всех на глазах. Омега нежно поглаживал напряженную спину друга, шепча на ухо успокаивающие слова.       — Знаешь, я тут видел в столовой Юнги, — произнес Тэхен, когда Чимин немного успокоился, — мы можем успеть застать его у выхода.       — Правда? — в опустошенных глазах омеги загорелся маленький огонек.       — Ну, разумеется, — Тэхен нежно улыбнулся, схватив руку омеги, а затем потащил его за собой.

***

      Юнги сидел за обеденным столом, раздраженно наблюдая за своим другом и двумя омегами. Он нервно барабанил пальцами по столу. Ему совершенно не нравилось, что эти чертовы омеги прерывают его беседу с Хосоком. Неужели они не могут потерпеть каких-то блядских пары минут пока они договорят? Вечно снуют рядом и встревают в их разговоры.       Как же бесят.       Юнги никогда не был падок на омег, а уж тем более не был мил с ними, в отличие от Хосока. Альфа потерял свою способность чувствовать запахи из-за детской травмы, а потому те больше не могли воздействовать на него своими сладкими ароматами.       Первое время Юнги было сложно принять это. Он хотел сделать операцию, но врачи все твердили, что это слишком опасно в его юном возрасте и со временем альфа смирился. Он больше не стремился вернуть себе свою способность. Юнги даже не беспокоился о том, что из-за этого не сможет найти своего истинного, ведь живя со своим ограничением, альфа понял, что главное в жизни не запах, который толкает их на интим, а внутренний мир.       Юнги хотел найти кого-то особенного, но все те, что попадались ему, были сделаны словно под копирку и альфа перестал искать. Он охладел к омегам, и мог быть с ними достаточно грубым из-за чего, те стали бояться его, но во время своей течки почему-то продолжали названивать ему, да и альфа был не против снять напряжение. Кроме секса, они больше ни на что не годились.       — Что ж, значит, увидимся позже, — Хосок лучезарно улыбнулся, как умел только он и помахал двум отходящим от стола омегам.       Юнги молчал, продолжая сверлить альфу своими темными глазами. Он ждал, пока тот, наконец, уделит ему внимание.       — Долго ты еще будешь прожигать во мне дыру? — Хосок усмехнулся, — если я тебе нравлюсь, то ты можешь сказать мне об этом прямо, я как твой лучший друг все пойму.       — Заткнись, — ядовито произнес Юнги, — ты прекрасно знаешь, что я ненавижу, когда твои блядские омеги прерывают наш разговор, ради того, чтобы узнать, когда наш всемогущий Хосок соизволит их трахнуть!       — Неужели ревнуешь? — Хосок мило улыбнулся, хватая Юнги за руку, словно он какая-то вшивая омега.       Юнги молча посмотрел на друга стальным взглядом. Хосок невольно поежился. Его будто окатили ледяной водой.       — Ладно-ладно, выкладывай, что ты там хотел мне сказать, — Хосок поднял руки вверх, желая показать, что он сдается. Бесить друга сейчас было плохой затеей.       — Ты же знаешь, что компания моего отца не в ладах с компанией семьи Пак? — Юнги устало потер переносицу, — но нам обоим нужны эти связи, а потому мне придется заключить фиктивный брак с их младшим сыном.