250 грамм боли

Одинокими тёмными вечерами, когда даже небо отказывается смотреть на меня, закрываясь одеялом чёрных как смоль туч, я часто вспоминаю о моментах, когда что-либо было сделано мною не так. Не так сказала, не так себя повела, надо было по-другому. Я думаю, у каждого есть такая привычка. Мы снова и снова ворошим прошлое, анализируя свои ошибки, хоть и не в силах их исправить. Мы учимся жизни, наступая на грабли, но мы также превращаемся в параноиков, навязывая себе мысли о неизбежных неудачах. За 20 лет своего существования я должна была научиться многому. Огонь, вода, медные трубы стали для меня привычными  атрибутами жизни, только вот ни на что не влияющими. Я не стала умней, я не стала сильней; всё, чем я стала - это маленьким человечком с прогнившей душой, чьи убеждения ничего не значат в этом огромном мире, полном таких же прогнивших душ. Моё сердце состоит из боли, которую причинили мне люди, и которую я причиняю себе сама. Моё сердце - бездонный сосуд для неукротимых болезненных чувств, и я ощущаю, как они пожирают меня, становясь одним целым с моей ослабленной душой. Так рождаются демоны. Их армия растёт каждый день, каждую ночь, с каждым новым воспоминанием они становятся сильней. Ежедневно, просыпаясь, я иду на войну со своими демонами, но проиграв очередную битву, засыпаю в надежде не проснуться. Может, правду люди говорят, что "один в поле не воин"? Может. Вот только рядом нет никого, кто смог бы мне помочь. Это чувство одиночества не покидает меня, а может я сама не отпускаю его. Обособленная от людей я ощущаю себя независимой, хоть и слабой. Променять силу на свободу - это так по мне. Хотя, если честно, я пыталась просить помощи. Сначала просто просила, потом уже срывалась на крик. Всё, что я слышала в ответ - это эхо и замедляющийся стук собственного сердцебиения. Я била стены, пытаясь пробить себе путь к спасению. Я всё кричала и кричала: - Помогите! Я больше не могу оставаться одна! Помогите! Меня кто-нибудь слышит? ЭЙ, БЛЯТЬ, МЕНЯ КТО-НИБУДЬ СЛЫШИТ??? - собирая последние силы повторяла я. Конечно, меня не слышал никто. Замкнувшись в себе, я существовала эти последние несколько лет, думая лишь о том, как прожить ещё хотя бы денёчек. Депрессия заменила мне мать, а долгий беспокойный сон - отца. Слёзы стали моими друзьями, стыд и жалость к себе - моими учителями. Музыка стала спасительным кругом. Каждый новый аккорд дарил мне ещё один вдох, каждая новая мелодия - надежду на завтрашний день. Я решила сама вырабатывать свой кислород, но пальцы не слушались, и струны дарили лишь отравляющий углекислый газ. Я задыхалась. Я либо тонула в глубоком океане отчаяния, либо плыла в бесконечном космическом пространстве с бутылкой в одной руке, а с сигаретой - в другой. Иногда оба состояния сливались воедино. В те моменты я будто находилась в другом мире, на другой планете, но стая голодных акул преследовала меня, и, догнав, разрывала на мелкие кусочки до тех пор, пока от меня не останется лишь один кровавый ошметок. Я стала обузой для всех, кто меня знает. Я стала ураганом для самой себя. Нет ни одного человека во всей чёртовой вселенной, кто бы презирал меня так же сильно, как я сама. Вы можете называть меня королевой драмы. Вы можете говорить, что я не права, что всё это лишь громкие слова, чтобы заставить вас заметить меня. Ох, старое доброе привлечение внимания. У вас может быть своя правда, ну а это - моя. За период времени длиной в 20 лет я не накопила опыта, знаний, силы. Всё, что у меня есть - это голубые глаза, гитара, на которой я так и не научилась играть, и 250 грамм боли...