Наследники-2

1861 год. Нежинский особняк Дорошенко. Елена Александровна вовсю готовилась к грядущему пополнению семейства; — закупала милые вещички, в детских был сделан свежий ремонт! До счастливого события оставалось чуть меньше двух месяцев, а пока всё свободное время пани Дорошенко посвящала сыновьям Николя и Дмитрию. О Володе, впрочем, она так же не забывала; — регулярно отправляла старшему сыну посылки и весточки из родного дома.      За приятными хлопотами Александр Васильевич словно помолодел душой; — всё чаще он вспоминал времена, когда Николя и Натали были детьми; рассказывал интересные истории из их жизни.       Например, Елена Александровна поразилась тому, что Николя к пяти годам уже умел быстро читать; а Натали в том же нежном возрасте вполне свободно изъяснялась на французском и латыни!        С момента гибели мужа прошло почти полгода. За это время к ней сватались дворяне всех мастей; — князья и графья неоднократно предлагали ей руку и сердце… только вот ей никто не был нужен, она прекрасно справлялась с делами сама! Да и детям вряд ли кто- то смог бы хоть немного заменить Николя…       Елена Александровна все ещё хотела познакомиться как можно скорее с таинственной Лидией Шеффер… однако Дорошенко- старший не разделял её положительного настроя в этом отношении. Он прекрасно помнил и Лидди, и её отца Ивана Шеффера, и замученных крестьян…       Тёплым весенним вечером пани Дорошенко пила чай в гостиной; — рядом уютно примостились шестилетний Николя и четырёхлетний Дмитрий. Счастливо улыбаясь, женщина поглаживала по светлым кудрям обоих отпрысков; а они поочерёдно гладили и целовали мамин животик. Николя- младший поразительно походил на своего несчастного отца; — Митя же, напротив, был очень похож на свою матушку!       » — Мамочка! Когда уже ты принесёшь нам сестрёнку? Мы могли бы с ней играть и учить её всяким разностям; — а Володя мог бы защищать малышку! Скорее бы!»      » — Осталось подождать ещё совсем чуть- чуть, и у Вас будет младшая сестричка! Ребята, я очень рада; что Вы её уже полюбили…наш папа тоже был бы невероятно счастлив!» В глазах Елены тут же блеснули непрошеные слёзы; — она попыталась скрыть их от ребят, отвернувшись к зеркалу и сделав вид, что поправляет причёску. Но внимательные мальчишки всё же заметили, внезапная грусть мамы не ускользнула от них.        " — Почему ты плачешь, мамочка? Ведь всё хорошо?» — спросил младший Митя, перебираясь к ней на колени. Николя всё так же прижимался к животу мамы, где вовсю пиналась Лиза.       » — Ничего…это я от счастья, сынок! У нас и правда всё хорошо!» — молвила Елена Александровна, не переставая ласкать сыновей. Она бросила быстрый взгляд на портрет мужа; — ей почудилось, что Николя грустно улыбается ей с портрета…

***

       Польша. Варшава. Григорий Петрович Червинский уже который день праздновал «победу». Ящики из- под дорогого французского вина быстро пустели, а сам Григ с поразительной быстротой терял человеческий облик. Его самые сокровенные фантазии спешили к нему с завидным постоянством…        Вот молодой пан Червинский идёт по бесконечному длинному коридору, где всего несколько дверей. Первая дверь распахивается перед ним, и он видит комнату; поразительно напоминающую больницу. На кровати лежит молодая девушка в ночной сорочке. Григ с вожделением бормочет; — " Как же давно у меня не было женщины!», на ходу расстёгивая брюки и приближаясь к ней вплотную… спустя миг он видит, что перед ним… Катрин Кречетская! Григорий в замешательстве…и тут замечает, что перед ним не человек… а фарфоровая кукла, которая падает с кровати и разбивается на тысячу мельчайших осколков! В шоке он выбегает из комнаты…и входит в следующую дверь. На мягком диване сидит Натали Дорошенко… и кормит грудью младенца!        Григ протягивает к ней руки… и замечает, что белоснежное платье девушки на глазах превращается в розовое… из- за пятен крови на нём! Младенец на руках у Натали; — всего лишь свёрток ткани, отдалённо напоминающий человека… Из третьей двери выглядывают Анна Львовна и Алексей Косач; призраки качают головами. Неожиданно младенец на руках у Натали обретает реальные очертания… и в этот момент его подхватывает на руки Анна Львовна и уносит за дверь… В самом конце коридора белеет дверь, до которой Григорий бредёт, казалось бы, целую вечность. В отличии от предыдущих, эта дверь открывается с трудом; — приложив немало усилий, Григ попадает в красивую комнату; которая больше похожа на дворец! В самом конце комнаты стоит Лидия Шеффер с младенцем на руках; — Григ ускоряет шаг… но Лидди, напротив, отдаляется от него всё больше и больше… спустя мгновение она совсем исчезнет из виду…

***

              Лидди наконец- то выписали из больницы; — угроза выкидыша, к счастью, миновала; — она намеревалась сразу же вернуться в Дюссельдорф, но Юрий Захарович и Глеб Викторович, (тот самый врач, который сообщил ей о грядущем пополнении семейства), — оба в один голос советовали ей пока воздержаться от дальних поездок. Второй триместр не слишком её беспокоил; — токсикоз наконец- то отступил, и в целом Лидия чувствовала себя вполне сносно! От Хованского она знала, что Кречетская пришла в себя… но, к сожалению, не помнит ничего дальше 1856 года…поэтому выступить свидетелем на суде не сможет… Её физическое здоровье к тому времени практически полностью пришло в норму, держать бывшую крепостную в клинике больше не было смысла… в общем, стоял вопрос насчёт перевода Катрин в специализированное лечебное учреждение… Лидди сняла комнату неподалёку от клиники, чтобы не тратить время на дорогу. Она задумчиво листала свежую прессу, когда в дверь постучали несколько раз.       » — Откройте, пожалуйста, Лидия Ивановна! Это Алексей Фёдорович!» — услышала она.      » — Кто?!» — не веря своим ушам, переспросила Лидди. Перед её глазами тут же мгновенно всплыл образ другого Алексея…милый Алёша Косач, его бархатный голос и обворожительная улыбка. Но это не мог быть он… кто же это тогда? Вскоре послышался шум удаляющихся шагов… Лидди решила, что незваный гость ушёл; и вышла во двор подышать свежим воздухом! Постояла минут пятнадцать, жадно вдыхая свежий тёплый воздух, и вернулась обратно. Возле окна смутно маячил чей- то силуэт, Лидия осторожно приблизилась… и обомлела! Перед ней был тот самый парень, которого она несколько месяцев назад едва не пристрелила из отцовского ружья! Гость широко улыбнулся ей.       » — Разрешите представиться; — Алексей Фёдорович Корниенко, правая рука Прохора Петровича Потапенко! Я прибыл, чтобы охранять Ваш покой!» — сообщил он.