Волшебный киномарафон

Вся команда Мстителей устраивалась поудобнее в мини-кинозале, находящемся прямо на базе. Доктор Стрэндж откуда-то достал фильмы про членов команды, про то, как они стали героями. Магические штучки, всё такое. —Ну, с кого начнём? Кто откроет завесу тайн и загадок первый?—Тони Старк стоял возле проектора и осматривал присутствующих,—может, ты, Брюс Беннер? Или, например, ты, Бартон? Никто что ли не хочет? Тогда начнём с молодых. Да, Питер Паркер?—на губах миллиардера появилась усмешка, а Питер покраснел. На него пялились почти все! Не считая Стренджа, конечно. Он все знал и без этого. —Н-ну хорошо, мистер Старк, если хотите, можете начать с меня, но...—он сделал паузу, вероятно, обдумывая насколько личными могут быть кадры, ай, ну не извращенцы же они, в конце-то концов,—сегодня без «но», мистер Старк, я вас понял, и не надо на меня вот так смотреть!—Нет, ну вы видели этот взгляд? В данный момент, Старк не мог терпеть никаких «но». —Вот и отличненько!—мило улыбнулся Тони и, включив проектор и выключив свет, сел рядом с Паркером. Фильм начался с того,—а как же без этого—что маленького мальчика в игрушечных маске и репульсорах спас—да кто ж мог подумать!—Тони Старк. И по случайности (или нет) этим мальчиком оказался Питер Паркер. Потом радиоактивный паук укусил подростка, над которым издевались в школе. С его организмом, откровенно, начала происходить какая-то хрень. Его физические способности не то, что улучшились, он мог даже полететь, если сильно того захотел или была необходимость. Он мог передвигаться по любым поверхностям(не только горизонтальным, но и вертикальным), его интуиция с того момента ни разу не подводила его! Регенерация тканей в его организме происходила так быстро, что он не успевал понять, где у него болит. И он уж точно не собирался никому говорить об этом. Никаких исключений. Все, кто был приближен к школьнику, догадались сами. Может он и был пауком, но конспирация не была его сильной стороной. Поэтому через некоторое время об этом знала Мэй, Нэд с ЭмДжей и—о Боги, как такое могло произойти?—Энтони Эдвард Старк. Иногда казалось, что он знает абсолютно всё. Даже больше, чем Фьюри. А потом начались приключения под названием «Мстители. Убей или будь убитым». Которые, по правде говоря, нравились Питеру только первую неделю. Ну и тогда, когда они с Тони что-то конструировали, моделировали, изобретали или просто расслабленно сидели в мастерской в обнимку и говорили о чём-то совершенно неважном. Так не было с Лиз, не было с ЭмДжей или кем-то ещё. Так хорошо было только с Ним. С его учителем, наставником, в какой-то степени отцом. Питер смотрел на себя со стороны. Так странно смотреть фильм о себе самом. Иногда хочется ударить ладонью по лбу, потому что за такие глупые поступки хотелось сквозь землю провалиться и пропасть где-то в районе ядра, чтобы оно, такое горячее, выжгло весь стыд. Ну вот, например, «лучший момент», по мнению Клинта, Питер скакал по крышам Нью-Йорка на очередной тренировке, догоняя Марка, которого специально для этого отправил Старк. И, сам того не заметив, прыгнул на следующую крышу,слишком широко раскрыв ноги, практически в шпагате. Костюм порвался в самом интересном месте, на заднице Питера. Он никогда не надевал белья под костюм, во-первых, было дико неудобно и жарко, во-вторых, оно, по его мнению, смотрелось под тем же костюмом не очень красиво. И именно в этот момент его показали крупным планом. Питер тихо застонал и закрыл лицо руками. Он только начал это как-то даже забывать, и вот опять. —Нет, Питер, это самое смешное, что я когда-либо видел,—заявил Соколиный глаз, задыхаясь от смеха и вытирая слёзы с щёк. —Вообще-то, ни капельки не смешно, такое может случиться с каждым,—со все ещё красным лицом, Паркер скрестил руки на груди. —Ну, Питти, не дуйся, дядя Клинт всего лишь пошутил,—прошептал Старк прямо в ухо парня.—Ты же помнишь, что было дальше? Мм?—он облизал ушную раковину и зацепился зубами за мочку. Кажется, Стрэндж всё-таки был извращенцем. Как иначе можно было объяснить то, что происходило на экране? Питер Паркер залетел в мастерскую в Марке, он все же додумался залезть в него. Не с голой же задницей по Нью-Йорку гонять. Как только двери закрылись, Питер вышел из брони. В своём костюме. Порванном на жопе. Тони поднял бровь, без слов спрашивая, что произошло на этот раз. Мальчишка когда-нибудь перестанет краснеть? И в фильме, и в жизни Питер был похож на помидор. —М-мистер Старк, я прыгал по крышам за Марком, как вы сказали. О-оно само,—он повернулся пятой точкой к Старку, а тот тяжело выдохнул воздух, ставший плотнее. —Да, всё верно, Пит, я сказал тебе тренироваться с Марком, но не говорил портить мой костюм, помнишь?—он поднял вопросительный взгляд на Паркера и, увидев утвердительный кивок, продолжил,—Помнишь, что бывает с теми, кто не слушается, Пит?! Господигосподигосподи, выключите это кто-нибудь. Питер сжал руку Старка на подлокотнике. —Стрэндж, выключи фильм,—резко произнёс Тони. —Нет-нет-нет, Стивен, не смей, сейчас, кажется, будет что-то интересное,—Соколиный глаз с интересом смотрел на экран, где все ещё шёл фильм. —Мистер Старк, простите меня, я правда не хотел портить костюм, мне очень жаль,—парень опустил глаза в пол. —Слушай, паучок. Правила есть правила. Провинился-неси наказание,—миллиардер подошёл к Питеру и положил обе руки на плечи,—Делай как положено,—прошептал Тони ему на ухо. Реальный Паркер сидел с закрытыми глазами и молился, чтобы все быстрее закончилось, а ещё лучше, чтобы не начиналась определенная часть этого всего. —Хорошо, мистер Старк. —Я сказал, как положено, Паркер. —Да, папочка,—заикаясь прошептал Питер и нажал кнопку на своём костюме. Тот медленно сполз по телу на пол около ног Питера. Мужчина резко выдохнул. Идеальное тело, теперь ничем не прикрытое, подрагивало из-за неровного дыхания. Чуть подкаченные руки и плечи, идеальные мышцы груди и пресса. И вставший член. Питеру это нравилось. Но не тогда, когда на тебя смотрит вся команда. Нет. Сегодня он возненавидит тот день, хотя до сих пор, он был одним из лучших дней его жизни. —Извинись перед папочкой, малыш,—Питер определенно знал, что нужно делать, чтобы папочка простил его. Он рухнул перед Старком на колени и начал расстегивать его ширинку.—Не так быстро, солнце, ты же не хочешь порвать ещё и мои штаны. Питера вело. Он хотел папочкин член во рту. Хотел извиниться. Хотел доставить удовольствие. —Прости меня, простипростипрости. Мне так жаль. Я так люблю твои подарки. Мне жаль, что я испортил костюм,—тем временем парень уже расстегнул ширинку Старка и стянул с него брюки вместе с бельём.—Прости, папочка. Старк смотрел вниз. Прямо в глаза своего мальчика. Питер выглядел невинно. Настолько невинно, насколько невинно может выглядеть человек с членом во рту. Тони громко застонал от осознания того, что Паркер стоит перед ним на коленях, наверняка разбитых из-за резкого приземления, и при этом возбуждён до придела. —Питер-Питер, что ты делаешь со мной? —Тони вцепился пальцами в его волосы и потянул на себя.—Заставь папочку кончить на твоё прекрасное личико, малыш. Питер застонал. Ему нравилось, когда Тони так называл его. Малыш, ребёнок, паучок, пацан. Эти прозвища напоминали Питеру, какая была между ними разница в возрасте. Это возбуждало его. Тони Старк, властный, опытный и взрослый. Папочка. Паркер всхлипнул, выпустил член изо рта и снова обхватил его губами, насаживаясь глубже. —Пятница, отключи электричество на всей территории базы.—Старк не мог оставить все как есть. Позже, когда он успокоит плачущего от такого позора мальчика, он серьезно поговорит со Стрэнджем. Возможно, кулаком. Он слышал, как выключаются все системы и ждал, пока выключится проектор. Слишком долго ничего не происходит, и его осенило,—Стрэндж, ещё минута фильма и я найду способ расщепить тебя на атомы. —Ох, конечно,—чародей усмехнулся и повернулся обратно к экрану.—Конечно... конечно. —Папочка, я так хочу, чтобы ты кончил на мое лицо, пожалуйста, папочка,—Питер с экрана умолял. Он был так возбужден, он был на грани. Как и Тони. —Несносный ты мальчишка, из-за тебя я чувствую себя подростком. Сейчас... ах..—Старк низко зарычал, заливая лицо Паркера спермой. А тот вскрикнул и, кажется, тоже кончил, так и не прикоснувшись к себе. —Ну и? С кого начнём наш киномарафон?—ухмыльнувшись, спросил Стрэндж.