Суп из корня лотоса

Все началось с того, что Вэнь Нин стал замечать следы хозяйничества на кухне. В помещении, где хозяином по праву считался он, ибо любил готовить, и у него это хорошо получалось, а Цзян Чэн предпочитал не вмешиваться. Лотосы на пристани — обычное дело, в отличие от очищенного корня этого растения, появляющегося каждый раз в другом месте: в кухонном шкафчике на полке, в ящике чуть ниже, в глиняном горшочке, где обычно хранится смесь из специй. А затем, как выяснилось путем эксперимента и наблюдения, спустя некоторый отрезок времени, корень лотоса так же таинственно исчезал. Всё выглядело так, будто кто-то приносил корень лотоса на кухню, а затем через время его перекладывал или забирал. В очередной раз, пересматривая имеющиеся в наличии продукты и вспоминая, какие блюда можно из них приготовить на ужин, Вэнь Нин снова нашел корень лотоса. На этот раз в мешочке с сушеными ягодами. «Неужели здесь поселился призрак?» — мысленно удивился Вэнь Нин, а спустя секунду усмехнулся своему же предположению. Очевидно, что это мог быть только Цзян Чэн. Но зачем? Взяв корень в руки, Вэнь Нин попытался ответить на свой же вопрос. Однако вместо ответа он пришёл к другим вопросам. Каким образом Цзян Ваньинь приносил корни лотоса на кухню, что он, её хозяин по праву, даже не замечал этого? «Я же практически все время нахожусь здесь. Либо же вместе с ним. Либо же здесь и с ним. Только если в те часы моего отсутствия, когда я помогаю господину Вэю, - строил теории Вэнь Цюнлинь. И действительно, раз в несколько дней он приходил к Вэй Усяню и помогал в различных делах, начиная от усмирения злых духов, а заканчивая присмотром за младшими адептами и перестановкой мебели. — Точно! Всегда по возвращению от господина Вэя я нахожу новый корень на кухне, которая выглядит… не настолько чистой, какой я её оставляю». Ответ на вопрос о цели Цзян Чэна пришёл мгновенно, стоило Вэнь Нину наткнуться на глиняный горшочек, который стоял немного, но достаточно, чтоб Вэнь Нин это заметил, не так, как он его обычно ставит. «Ах, Цзян Ваньинь. Ты скорее будешь пытаться сделать все сам, нежели будешь просить чьей-то помощи», — подумал Вэнь Нин и на его губах появилась нежная улыбка. Ответы нашлись на все вопросы. Даже на тот про блюдо на ужин. Вэнь Нин решил не терять времени и принялся подготавливать посуду и ингредиенты для супа. Сначала он поставил греться горшок, мысленно благодаря богов, что он не треснул во время кулинарных попыток Цзян Чэна (он ведь точно не знал о предварительном нагреве) и глава ордена не обжегся или не порезался. Затем Вэнь Нин взял нож, доску и, очистив корень, начал его резать на тонкие кружочки. Закончить ему не дали. Вэнь Нин, как это бывает всегда, полностью погрузился в процесс готовки и не заметил, что с самого момента, когда он нашёл корень лотоса, за ним наблюдали. Цзян Чэн не ожидал застать Вэнь Нина: тот вернулся раньше обычного. Поэтому глава ордена решил просто смотреть и поэтому все это время стоял в дверях, оперевшись на их откос. До того момента, как Вэнь Нин намерялся резать корень лотоса. Тогда он сказал не очень, но достаточно, чтоб Вэнь Нин вздрогнул, громко: — Что ты делаешь? Вэнь Цюнлинь сразу обернулся и они с Цзян Чэном встретились взглядами. — Н-ничего. Прости, пожалуйста, я ничего не... Я просто хотел… Я. Договорить ему не дали. Глава ордена быстро подошёл и забрал нож у Вэнь Нина. На вопрошающий взгляд оного последовал ответ: — Ты можешь порезаться. Да и вообще, что ты там надумал, у тебя не получится, — в этой фразе можно было уловить едва заметные нотки разочарования. — Годжи, — тихо сказал Вэнь Нин. — Что? — Ягоды годжи. Ты их не добавлял. Верно? Взгляд Цзян Чэна смягчился. — Ты делал все верно. И очень хорошо все скрывал. Но не учёл, что, не зная рецепт, по вкусу в памяти, блюдо восстановить сложно. И что я замечу уменьшение нужных специй, кроме нетронутых ягод годжи, — продолжал Вэнь Нин. — Можешь принести уже рёбрышки, а то там, где ты их оставил, их учуют наши собаки. — Вэнь Нин снова улыбнулся, едва, но достаточно, чтоб Цзян Чэн это заметил. За эту улыбку он был готов на все. Даже признать свое поражение на войне с рецептами. *** Позже, когда на улице стемнело, а дом наполнил лёгкий сладковатый аромат готового супа из лотоса, Вэнь Нин с Цзян Чэном уже сидели за столиком перед тарелками. Вэнь Цюнлинь, наливая суп каждому в тарелку, догадался, когда вся эта затея пришла в голову Цзян Чэну. Несколько недель назад Цзян Ваньинь, так же за столом, беседовал с зашедшим в гости господином Вэем, а Вэнь Нин, так же, угощал их приготовленным супом. Тогда-то Вэй Усянь и вспомнил о своём детстве и супе сестры, которым она его кормила. Цепочка воспоминаний пронеслась в голове Вэнь Нина и, похоже, это отразилось на его лице. Полностью погрузиться в мысли ему не дали. — Спасибо, — тишину нарушил голос Цзян Чэна. — Ты приготовил вкусный суп. Улыбка. За счастье Цзян Чэна Вэнь Нин мог бы пожертвовать всем. Даже целостностью его кухни.