Счастливое лето

      Снейп аппарировал прямо к воротам Хогвартса.       — Мистер Поттер, — обратился он к ученику, — нам нужно в больничное крыло, необходимо обработать ваши раны.       — Да, сэр, — тихо ответил мальчик, всё ещё пребывая в растерянности.

***

      Шагая вслед за Снейпом по территории замка, Гарри думал. Как Снейп оказался на Тисовой? Почему забрал в Хогвартс? И главное, что будет дальше, придётся ли вернуться назад? К тому же очень не хотелось показывать спину кому бы то ни было. Хватало и того, что Снейп, этот сальноволосый ублюдок, видел его слабым. Гарри привык быть независимым и скрывать свои чувства, в том числе и боль, от остальных. А теперь его увидел Снейп (Снейп!). Тот, кто ненавидел его весь этот год, постоянно пытался унизить и уколоть побольнее. Что ж, теперь у него появится ещё больше поводов для насмешек. Но всё же какие-то сомнения терзали мальчика: ведь Снейп всё-таки спас его, причём уже во второй раз, учитывая взбесившуюся метлу, может, он не будет выставлять его семейную жизнь на всеобщее посмешище?

***

      Пока Гарри предавался таким мыслям, Снейп также напряжённо думал. Всё, во что он верил (или хотел верить), неожиданно оказалось полной чушью. Золотой мальчик оказался вовсе не тем избалованным принцем, каким представлял его себе зельевар. И ничем не был ребёнок похож на своего отца, разумеется, кроме внешности. Он скорее… Да, это нужно было признать, напоминал самого Северуса в детстве. Лишённый любви родных людей, Гарри рос как сорняк, никому не нужный, даже докучающий одним своим присутствием. Хотя чего ещё можно было ожидать от Петуньи?       Как бы сильно Снейп ни ненавидел Джеймса Поттера, он бы не пожелал такого ужасного обращения его сыну. Никто, особенно невинный ребёнок, не заслуживает жестокого обращения и пренебрежения.       А ещё Снейп чувствовал вину. Одиннадцатилетний ребёнок, после тяжёлой жизни у родственников, впервые приехавший в Хогвартс, наверняка надеялся на поддержку и хоть капельку заботы. Разумеется, он её получил. От всех. От всех, кроме него. И сейчас профессору было стыдно, стыдно за то, что он перенес свою ненависть к Джеймсу на его сына, который абсолютно ни в чём не был виноват. Чёрт возьми, да он даже не знал своего отца, как он мог быть на него похожим! А ведь Минерва не раз говорила, что мальчик своим умением сопереживать и желанием помочь больше похож на Лили. А он был глупцом, раз не замечал этого.       Лишь сегодня, глядя в наполненные болью и страхом зелёные глаза, Северус увидел не сына Джеймса или Лили, а просто мальчика Гарри, несчастного и одинокого. И для себя Снейп решил, что попытается изменить своё отношение к Поттеру.

***

      В больничном крыле было тихо. Мадам Помфри уехала в отпуск, так что обрабатывать раны на теле Гарри Снейпу предстояло самому.       — Раздевайся и ложись на живот, — сказал профессор мальчику, а сам пошёл за необходимыми зельями.       Однако когда он вернулся, то увидел, что Гарри так и стоит возле кровати, нервно теребя край майки.       Снейп только тяжело вздохнул. В конце концов, нельзя было ожидать полного доверия от ребёнка, которого ты ненавидел весь год!       -Пот… Гарри, — позвал он спокойно.       Мальчик вздрогнул и взглянул на своего профессора: слышать своё имя из уст Снейпа было неожиданно.       — Я не причиню тебе вреда, наоборот, хочу помочь, — продолжил Северус, приободрённый хоть какой-то реакцией. — Я был несправедлив к тебе. Мы с твоим отцом были врагами, а ты так на него похож, что…       Да, просить прощения Снейпу всегда было сложно. Но он сглотнул непонятно откуда взявшийся комок в горле и решился:       — Извини меня, Гарри, я был неправ. Сказав это, Северус посмотрел прямо в лицо мальчика. В зелёных глазах плескалось волнение и… радость?       — Спасибо, сэр, — тихо прошептал Гарри.       В больничном крыле повисло молчание.       Через пару минут Снейп прочистил горло и мягко сказал:       — Мне нужно осмотреть твою спину.       Гарри робко кивнул. Он начал стягивать с себя майку, постоянно морщась от боли. Задержавшись на мгновение, он решился и аккуратно прилёг на больничную койку.       А Снейп в это время ужасался. Мальчик был худым, кожа да кости. Синяки ярко выделялись на бледной коже. Большинство ударов пришлось на спину, но несколько попало по рукам и, возможно, по ягодицам.       Зачерпнув мазь из банки, Северус начал осторожно наносить её на спину. Гарри шипел, но старался не дёргаться. Закончив обрабатывать спину и руки, Снейп предложил:       — Мне нужно к директору. Я дам тебе мазь, если она ещё нужна, обработаешь сам.       Гарри кивнул, слегка покраснев.       Снейп удовлетворённо продолжил:       — Я оставлю зелья на тумбочке. Это обезболивающее и снотворное. Выпей и ложись спать.       — Да, сэр.       Кивнув, Снейп развернулся и вышел из лазарета, успев услышать тихое: «Спасибо».       Улыбнувшись, он направился к директору.