***
Молчание убивало. Третье утро. Третье утро Гарри молча спускался вниз и вяло ковырял свой завтрак.***
Они старались не пересекаться, причём непонятно было: это Гарри не хотел видеть Снейпа или Снейп избегал его? Второй вариант был вполне вероятен: Северус боялся услышать от мальчика, что тот больше не хочет его видеть. Никто из них не стремился к сближению, но обоим это было необходимо.***
Погода в это утро была мрачной. На улице лил дождь, было пасмурно. Такие же серость, сырость и холод поселились в сердцах тех, кто жил в доме.***
Мальчик, в надежде избавиться от заполнившей его душу тоски, шёл в гостиную. Там горел камин и было уютно и тепло. А ещё там, на мягком диване, сидел тот, к кому тянуло. Даже если захотел бы, Гарри не смог бы его ненавидеть. Не после того, что он сделал для мальчика за последний месяц. Все эти дни Гарри много думал. Думал и вспоминал. Вот Снейп опять, в своей язвительной манере, критикует зелье. А вот он же пытается утихомирить взбесившуюся метлу. Единственным, что помнил Гарри, придя на минуту в сознание в больничном крыле, где он оказался после спасения философского камня, было взволнованное лицо, обрамлённое чёрными, как воронье крыло, волосами. Тогда он думал, что ему показалось, сказался пережитый стресс. А той ночью Снейп сидел в этой же гостиной и рассказывал, честно рассказывал обо всём. И Гарри так и не смог забыть его глаза, полные боли, вины и сожаления. Было в них ещё что-то, чего мальчик понять не смог. Однако он был умён, поэтому понял, что для Северуса Лили была не просто другом. И ради памяти о ней и в попытках искупить вину он готов был на любой ценой защитить её сына.***
Гарри тихо вошёл в гостиную и молча сел на диван, слегка касаясь своей рукой руки опекуна. Они сидели так, в тишине, наслаждаясь шумом дождя и треском поленьев в камине. И Северус понимал, что, хотя сам он никогда не сможет себя простить, этот зеленоглазый ребёнок понял его. Понял и простил.***
За окном ветер швырял холодные капли в оконное стекло. Гарри и Северус сидели, наслаждаясь молчаливым присутствием друг друга. И тепло горящего камина проникало в самые сердца.