Счастливое лето

***

      Всё это время Люциус провёл у кровати сына. Драко выглядел довольно плохо.       Как только Северус вошёл в гостевую комнату, старший Малфой послал ему полный надежды взгляд.       — Зелье готово, — ответил Снейп на безмолвный вопрос.

***

      Пока зельевар вливал антидот в рот Драко и массировал горло, чтобы тот его проглотил, Люциус не находил себе места.       — Почему он до сих пор без сознания? — воскликнул Малфой.       — Он просто спит, — терпеливо пояснил Снейп.       — Но ты уверен, что зелье поможет? — аристократ всё никак не успокаивался (ну, его можно понять, сын всё-таки!).       — Всё. Будет. Хорошо. Обещаю, — ответил Северус, выделяя каждое слово.       — Как долго он будет спать? И не лучше ли было ввести зелье через укол?       — Люциус! — да, у Снейпа тоже может закончиться терпение. — С твоим сыном всё будет в порядке. Он проснётся через час или два и будет абсолютно здоров, — голос Северуса смягчился. — Тебе нужно развеяться. Пройдись, а я прослежу за Драко.       Это не звучало как предложение, поэтому Малфой молча вышел из комнаты.

***

      Люциуса привлекли рыдания, доносившиеся из одной из комнат. Он предполагал, что Северус уже обсудил с Поттером его приключения.       «Да что ты с ним сделал, Сев?» — думал блондин, осторожно заглядывая в комнату.       Гарри лежал в той же позе, в какой оставил его опекун. Подушка слегка заглушала его всхлипы.       Люциус осторожно закрыл дверь. Он знал о детстве Снейпа, но надеялся, что Северус не будет похож на своего отца.       Аристократ вернулся в комнату сына.

***

      Северус не удивился, когда друг вернулся спустя две минуты, но выражение его лица настораживало. Ещё больше удивился Снейп, когда Люциус бросил на них двоих заглушающее заклинание.       — Что случилось?       — Что ты сделал с Поттером? — без предисловий начал Малфой.       — Ничего. Просто наказал его за ночные полёты, — Северус был удивлён вопросом.       Люциус мысленно ударил себя рукой по лицу. Гениальный зельевар мог иногда сильно затупить.       — Да это очевидно! Я про другое, Сев. Как ты его наказал? Ты бил его? Чем? Ремень? Трость? Розги? — аристократа несло совсем не туда.       — Малфой, у тебя крыша поехала? — раздражённо рявкнул Снейп. — Я, конечно, в курсе слухов обо мне, которые ходят по школе, но не думал, что мой лучший друг в них поверит и сделает меня законченным садистом! Я. Просто. Отшлёпал его. Рукой.       Блондин смотрел на него нечитаемым взглядом.       — Да что ещё? — огрызнулся зельевар. — Что ты на меня так смотришь? Как будто ты сына так не наказываешь!       — Наказываю. И Драко, несомненно, получит своё за варку неизвестных зелий, когда окончательно поправится. Но сейчас не об этом. Если наказание действительно было таким, как ты говоришь, то почему он до сих пор плачет? Даже не плачет, а рыдает у себя в комнате? А?!       — Плачет? — недоумённо прошептал Снейп. — Да клянусь, Люц, я не наказывал его сильно!       — Тогда почему он до сих пор не успокоился? Драко, чтобы успокоиться, хватает пяти минут моих объятий, — аристократа насторожило то, как Северус отвёл взгляд, и догадка мелькнула в голове.       -Сеееверус, — убийственно спокойно протянул Малфой, — ты же утешил ребёнка после наказания?       Ответом ему послужили молчание и виноватый взгляд.       — Быстро отвечай, что ты сказал ему после порки?!       Люциус Малфой немного владел легилименцией, поэтому ему не составило труда посмотреть воспоминание, которое Северус выдвинул вперёд. Блондин увидел всё, что произошло после того, как Снейп закончил наказание.       — Поздравляю тебя, Северус, ты идиот, — вынес вердикт Малфой.       — Я просто хотел дать ему время успокоиться, — оправдания прозвучали жалко.       — Ты ушёл, даже не сказав, что прощаешь его! Не обнял, не успокоил, не заверил, что теперь всё хорошо! Знаешь, о чём теперь будет думать расстроенный после наказания ребёнок?! Да о том, что ты его никогда не простишь, что он тебе больше не нужен! Ты, придурок, сказал, что уходишь к Драко, а Поттер теперь будет думать, что моего сына ты любишь больше! — Люциус перевёл дыхание, а затем язвительно продолжил: Как ты думаешь, о великий воспитатель, такие мысли помогут ему успокоиться?       Казалось, Северус не может быть ещё бледнее, чем всегда. Оказалось — может.       — Люциус, я такой идиот… — на Снейпа больно было смотреть.       — Ну да, я ж тебе это уже сказал, — фыркнул Малфой, смягчившись от жалкого вида друга.       — И что теперь делать? Он никогда меня за это не простит…       — Ага, только Гарри думает так же и считает виноватым себя, — усмехнулся Люциус. — Северус, вот ты вроде умный, но иногда такой дурак! Причём в самых очевидных вещах.       — Хватит уже, - поморщился Снейп. - Скажи лучше, что делать теперь?       — Поговорить, Сев, поговорить, - ласково, как маленькому ребёнку, начал объяснять Малфой. - Обнять, погладить, успокоить. Действуй, начинающий папаша, — засмеялся Люциус, но тут же замолк, увидев, как погрустнел друг. — Сев?       — Я не папаша, я просто нянька до конца лета, пока ему ищут новую семью, — Северус пытался скрыть печаль в голосе раздражением. Только старого друга не проведёшь.       — Ну да, я вижу, что вы съесть один другого готовы взглядом побитой собаки, когда думаете, что никто не видит, — усмехнулся Люциус.       — Мерлин, ну и язва же ты, Малфой! Всё-то ты видишь! Да, я привязался к нему за это время, но вряд ли он испытает ко мне то же самое. Я его весь год третировал!       Аристократ не удержался и всё-таки хлопнул себя рукой по лбу. Ну, а что делать, если друг не замечает очевидных вещей?       — Северус, ты уже давно стал для него кем-то большим, чем злобный учитель. И даже не спорь, — прервал он открывшего было рот Снейпа, — мне со стороны виднее. Только вы так и будете оба считать себя недостойными любви, и никто так и не отважится поговорить! А сейчас, — резко сменил тему блондин, снимая заглушающее, — я хочу побыть со своим сыном. А ты пока иди успокаивай своего! — и он указал пальцем на дверь, пихая в спину своего лучшего идио друга.