Проигравший платит

Глава Отдела тайн Северус Снейп давно привык к одиночеству. Привык возвращаться с работы за полночь, а приходить на службу раньше всех своих сотрудников. Привык в одиночестве отмечать, а скорее, просто не замечать праздники и дни рождения. Иногда ему в голову закрадывалась крамольная мысль внять уговорам Люциуса и попробовать найти себе пару, но он тут же безжалостно отметал ее. И впрямь – ну кому нужен закоренелый холостяк, да еще с таким невыносимым характером?! А уж легенды про его характер слагали самые зловещие. Не одно поколение студентов называло Снейпа не иначе как «ужасом подземелий». Даже собственные сотрудники, втайне обожавшие своего начальника за высочайший профессионализм и совершенно гениальные идеи, порой опасались открыть рот, чтобы не заслужить язвительную отповедь. Да что там сотрудники! Создавалось впечатление, что Снейпа побаивался и сам Министр магии, в прошлом не раз доказавший исключительное мужество и храбрость в стычках с Пожирателями смерти. Пожалуй, лишь один-единственный человек в Министерстве отваживался спорить с главой Отдела тайн. Судя по всему, Главному аврору Гарри Поттеру, успевшему за первые семнадцать лет жизни противостоять василиску, дракону, акромантулу, Амбридж и самому Волдеморту, было неведомо такое чувство, как страх. Особенно перед Снейпом, которого Гарри самолично вытащил из горящей Визжащей хижины, а затем с пеной у рта отстаивал его доброе имя в Визенгамоте. За те десять лет, что им довелось работать под крышей Министерства магии, Поттер из угловатого подростка в нелепых круглых очках превратился в интересного молодого мужчину с великолепной мускулатурой и – как ни странно! – не по-гриффиндорски развитым интеллектом. В неполные тридцать лет он поймал столько преступников и распутал столько заковыристых дел, что Министр магии Кингсли Шеклболт без колебаний назначил его Главным аврором. Хотя с годами всенародная слава Поттера чуть померкла, его по-прежнему считали завидной партией. После довольно мирного, если не сказать дружеского, расставания с Джинни, чья спортивная карьера в итоге перевесила желание стать примерной женой и матерью, Гарри вновь оказался совершенно свободен. Теперь почти каждый вечер он был занят тем, что уничтожал мешки писем от поклонников и поклонниц, назойливо предлагавших ему руку, сердце, собственный небольшой, но очень процветающий бизнес и еще много того, без чего Гарри мог превосходно обойтись. С уходом Джинни в старом доме на площади Гриммо наконец-то воцарилась тишина. И Гарри внезапно почувствовал, как не хватало ему этого ощущения тишины и покоя. Выяснилось, что он так и не успел по-человечески отдохнуть после войны, моментально окунувшись в весьма интенсивную учебу в Академии авроров, а ровно год спустя женившись на Джинни. Обретя свободу, Поттер отнюдь не ударился во все тяжкие, как предсказывали ведущие волшебные газеты и журналы, а занялся самообразованием, для чего даже записался на заочные курсы в магический Оксфорд. Несмотря на то, что за годы службы в Аврорате, а также благодаря упорной учебе Поттер поднаторел в области зелий, темных проклятий и артефактов, все же до запредельного уровня знаний Снейпа ему было далеко. Тем не менее он при любом удобном и неудобном случае смело заводил диспуты на эти и многие другие темы с бывшим профессором, отлично осознавая, что почти наверняка не выйдет из них победителем. Эти постоянные пикировки с главой Аврората, как ни странно, доставляли удовольствие и Снейпу. Они вносили разнообразие в его довольно скучную и пресную жизнь, поэтому он порой сам провоцировал Гарри ввязываться в спор. Особенно Снейпу нравилось, что Поттер не умел проигрывать и по-детски злился, когда, добив противника последним аргументом, Северус произносил: «Вырасти-то вы выросли, Поттер, но на подколки по-прежнему ведетесь как первокурсник». Глядя на этих двоих со стороны, казалось, что их связывают куда более близкие отношения, чем долгая служба в одном и том же учреждении, но это было обманчивое впечатление. Поттер и Снейп, давно простившие друг другу испорченные школьные годы и потрепанные нервы, являлись просто коллегами. Пожалуй, так продолжалось бы и дальше, если бы не вмешательство ее величества Магии. *** Это случилось в один из ничем не примечательных дней, когда Главный аврор Поттер и его заместитель Уизли отлеживались в больнице Святого Мунго после очередного, к счастью, не очень серьезного ранения. Снейп, до сих пор чувствовавший ответственность за жизнь и здоровье Поттера и не доверявший скупым вердиктам целителей, решил самолично проведать раненого, а заодно и протестировать на нем только что запатентованное Укрепляющее. Переступив порог палаты, он застал одетых в больничные пижамы Поттера и Уизли в разгар жаркого спора. – ...А я тебе говорю, Рон, что у твоих любимых «Пушек Педдл» (1) нет ни малейшего шанса против сборной Ирландии. – Ничего подобного! – артачился Уизли. – В этом году они показывают неплохие результаты. – Ага, – издевательски кивнул Поттер, – в игре против команды юниоров они проиграли «всего» десять очков, да к тому же проморгали снитч. – Это неудивительно, – не сдавался Рон, – как раз перед тем матчем у ловца родилась дочь, и он был немного взволнован. – Ну да, конечно, рождение четвертой дочери выведет из себя кого угодно, – хмыкнул Поттер. – Если я хоть что-то понимаю в квиддиче, ирландцы просто размажут их всухую. – Добрый вечер, – перебил спорщиков Снейп. – На вашем месте я не был бы столь уверен, Поттер. При такой феноменальной способности проигрывать любое пари, я бы посоветовал мистеру Уизли не оплакивать заранее поражение любимой команды. Особенно если вы, Поттер, убеждены, что именно так и случится. С этими словами Снейп поставил на прикроватную тумбочку фиал с зельем и вышел из палаты, оставив Гарри и Рона сидеть с открытыми ртами. – Нет, ты это слышал?! Снейп сказал, что «Пушки Педдл», возможно, одержат победу, – промямлил наконец Рон. – Вот уж не думал, что он интересуется квиддичем. – Погоди минутку, – прервал друга Гарри. Он вскочил с постели, сунул ноги в больничные шлепанцы и, осознав, что голова больше не кружится, выскочил за дверь. Снейпа он догнал уже возле самой лестницы. – «Пушки Педдл» непременно проиграют этот матч! – выпалил он, схватив Снейпа за мантию. – Снова нарываешься, Поттер? – усмехнулся Снейп, делая попытку освободиться из цепких пальцев бывшего гриффиндорского ловца. – Если они выиграют, можешь меня поиметь! – гаркнул Гарри в порыве раздражения, забыв, что и кому говорит. В тот же момент в коридоре, точно от сильного сквозняка, мигнули все светильники. – Очень надо! – процедил Снейп, не обращая внимания на это странное явление. Он вырвал из рук Гарри собственную мантию и устремился вниз по лестнице. – Тоже мне знаток квиддича! – покачал головой Поттер, возвращаясь в палату. – Да эти мазилы уже лет десять ни одной игры не выиграли! *** Ровно через неделю полностью поправившиеся Гарри и Рон сидели на трибуне для почетных гостей и наблюдали за «самой странной и непредсказуемой игрой за последнее десятилетие», как позже написали в «Ежедневном пророке». На глазах изумленных друзей ирландцы допускали промах за промахом, точно на всех членов команды разом наложили Конфундус. Они посылали бладжеры в собственных игроков, не попадали в кольца противника, а в конце игры прославленный ловец ирландской сборной позволил увести снитч прямо у себя из-под носа. Секунду спустя Рон вскочил со своего места и ринулся обнимать Гарри, вопя как оглашенный: – Выиграли! Они выиграли! – Ну надо же! – потрясенно откликнулся Поттер, до которого, вероятно, не сразу дошел смысл сказанного. – Опять проиграл! *** Через неделю Гарри начал замечать, что с ним творится что-то неладное. Его волшебная палочка, за столько лет словно ставшая частью его самого, внезапно принялась капризничать и временами не реагировала даже на простейшие приказы. Если раньше Гарри мог с уверенностью воспользоваться ею против десятка Пожирателей смерти, то сегодня не решился бы с ее помощью убить таракана. Потрясенный и расстроенный, он обратился к знакомому артефактору, который, проверив палочку всеми возможными способами, вынес вердикт: – Палочка абсолютно исправна. Проблема, судя по всему, не в ней, а в тебе. Я, конечно, не колдомедик, но твоя магическая аура явно не в порядке. – Может, проклятие? – почесал в затылке Поттер. – Нет, не похоже, – последовал ответ, – скорее, невыполненная магическая клятва. – Да не давал я никому магических клятв! – возмутился Гарри, но тут же осекся на полуслове, вспомнив собственную фразу, опрометчиво оброненную в больничном коридоре. «Никогда не поверю, чтобы Магия приняла всерьез эту несусветную глупость! – подумал он. – Или все-таки приняла?» – Давал или нет – твое сугубо личное дело, – пожал плечами артефактор. – Но я посоветовал бы тебе разобраться с этим как можно быстрее. Не владеющий магией Главный аврор – все равно что дракон без крыльев. *** В ту ночь Гарри никак не мог заснуть. Он ворочался с боку на бок, вспоминая мельчайшие подробности своего последнего спора со Снейпом. Картина складывалась весьма неприглядная. Брошенная в сердцах фраза: «Если они выиграют, можешь меня поиметь!» – была воспринята Магией буквально. Мордредовы «Пушки Педдл» – самая отвратительная команда чуть ли не за всю историю квиддича – выиграла, и теперь дурацкая клятва лишала Гарри возможности творить волшебство до тех пор, пока Обет не будет исполнен! Тут Поттер похолодел от ужаса и на всякий пожарный прикрыл руками задницу. Спать тем временем расхотелось совершенно. «Мерлин, что же делать?! – Гарри мерил шагами гостиную, нервно выкуривая одну сигарету за другой. – Как объяснить произошедшее Снейпу? Он ведь в лучшем случае поднимет меня на смех, а в худшем – проклянет так, что нынешняя ситуация покажется мне цветочками!» Промаявшись до рассвета, но так и не найдя выхода, Гарри решил... пустить все на самотек и ничего не предпринимать. Потеря магии, безусловно, приносила ему огромные неудобства, но обратиться к Снейпу за помощью, да еще в таком интимном деле, он был просто не в состоянии. *** До конца рабочего дня оставалось каких-нибудь полтора часа, когда Министру магии Шеклболту приспичило созвать совещание глав всех отделов с непременным участием начальника Аврората. Гарри, разумеется, предпочел бы как можно меньше попадаться на глаза кому бы то ни было (утром он так и не сумел применить Бреющие чары и теперь щеголял не слишком опрятной щетиной), но отвертеться от совещания не представлялось возможным. – Не нашлось времени привести себя в порядок, Поттер? – негромко поинтересовался занимавший соседний стул Снейп, от проницательного взгляда которого, похоже, не укрылась несвойственная Поттеру небритость. – Да, бурная ночь, знаете ли, – огрызнулся тот, мысленно обвиняя Снейпа во всех своих несчастьях. В этот момент в кабинет вошла личная секретарша Шеклболта, левитируя перед собой поднос, уставленный чашками с кофе. Увидев среди присутствующих Гарри, девушка, уже довольно давно, но тщетно, строившая ему глазки, на краткий миг потеряла бдительность. Поднос накренился, и одна из чашек полетела вниз, расплескивая свое содержимое. Забыв о коварно изменившей ему магии, Гарри выхватил волшебную палочку и попытался остановить падение. С тем же успехом он мог воспользоваться отполированным куском деревяшки! Заученное еще на первом курсе заклинание «Вингардиум Левиоса» не сработало, и через пару секунд кабинет огласил жалобный звон бьющегося стекла. – Да уж, ночка действительно выдалась бурная! – услышал Гарри ироничное хмыканье Снейпа. – Даже палочка не слушается! Поттер уже собирался сказать что-нибудь едкое, но вместо этого отвернулся от Снейпа, делая вид, что всецело поглощен темой сегодняшнего заседания. *** Поттер сильно ошибался, когда решил, что ему удастся так просто отделаться от Снейпа. После совещания Гарри вернулся в свой кабинет, чтобы в тишине и покое подумать о том, что же предпринять в создавшейся ситуации. – Может, ты все-таки расскажешь, что у тебя с магией? – Снейп без стука вошел в комнату и, не дожидаясь приглашения, устроился на стуле для посетителей. – Вам не приходилось слышать, что врываться в чужой кабинет считается верхом неприличия, мистер Снейп? – процедил сквозь зубы Гарри, от злости позабыв, что они уже пару лет как перешли на «ты». – В чужой НЕЗАПЕРТЫЙ кабинет, – вкрадчиво напомнил Снейп, – хотя у его хозяина имеется превосходная волшебная палочка, которая почему-то отказывается служить своему владельцу... Отпираться и врать, похоже, было бесполезно. Как сказал знакомый Гарри артефактор: «Не владеющий магией Главный аврор – все равно что дракон без крыльев». – У меня откат из-за нарушения магического Обета, – кисло промямлил Поттер, стараясь не смотреть Снейпу в глаза. – Какого Обета? – растерялся тот. – Две недели назад в Мунго я сдуру заявил, что если «Пушки Педдл» выиграют, то ты сможешь меня поиметь... В общем... они выиграли, а у меня пропала магия. – Но ведь ты просто пошутил! – оторопел Снейп. – Я пошутил, а Магия, по-видимому, нет! – горестно констатировал Гарри. Пару минут Снейп потрясенно молчал, впервые за долгое время не найдя что ответить, а потом негромко произнес: – Вот же угораздило меня поспорить с человеком, единственный и несомненный талант которого – находить проблемы на собственную – прости за каламбур! – задницу! – А что, если... – с надеждой начал Гарри, но тут же осекся и густо покраснел. – Договаривай, Поттер, не тяни! – поторопил его Снейп. – Все равно хуже, чем сейчас, тебе уже не будет! Гарри зажмурился и на одном дыхании выпалил: – Если я тебе подрочу, может, Магия сочтет это за выполнение Обета? Он ожидал чего угодно. Того, что Снейп разъярится и, как тогда, на пятом курсе, швырнет в него чем-нибудь, возможно, даже потяжелее банки с сушеными тараканами. Или того, что его немедленно превратят в этого самого таракана, благо защитить себя он теперь был не в состоянии. Или того, что Снейп просто выскочит из кабинета, грохнув дверью. Но ничего подобного не случилось, и Гарри осторожно открыл сперва один, а затем и второй глаз. То, что он увидел и услышал, повергло его в легкий шок. Снейп и не думал стирать его в порошок. Вместо своих обычных издевок он только криво усмехнулся, пожал плечами и совершенно невозмутимо произнес: – Магический откат – дело серьезное и может кончиться весьма плачевно. Так что... давай попробуем. – Да... Спасибо! – от радости, что он снова обретет способность колдовать, Гарри даже забыл, какую цену придется за это заплатить. Снейп тем временем поднялся и, обогнув стол, приблизился к нему почти вплотную. – Мантию снять? – сухо поинтересовался он, точно спрашивал, сколько толченых жуков-скарабеев необходимо добавить при изготовлении Костероста. – Как тебе удобно... – выдавил из себя Гарри. Отвернувшись, чтобы не смущать Снейпа, он на ощупь нашел язычок молнии на его брюках и потянул вниз. – Перед началом стоит, пожалуй, поплевать на ладонь, – тоном знатока заметил Снейп. – Так будет лучше скользить. Впрочем, если у тебя есть крем или гель... «Какой, к Мордреду, гель! – чуть не сорвался доведенный до предела этой нелепой ситуацией Гарри. – Я здесь, между прочим, работаю, а не занимаюсь не пойми чем!» – Ага, – сказал он вслух, сделал как было велено и, по-прежнему не решаясь посмотреть на Снейпа, стащил с него трусы. Едва лишь пальцы Гарри несмело коснулись теплой нежной плоти, член Снейпа дернулся, будто приглашая взять его в руку. – Не бойся, он не кусается, – вопреки невозмутимому тону, дыхание Северуса слегка участилось. – Я в курсе, – отозвался Гарри, обхватывая налившийся член, и принялся двигать рукой. Снейп издал невразумительный звук, очевидно, пытаясь задушить стон. Гарри ускорил движения, скользя влажной ладонью по всей длине – от основания до обнажавшейся головки. Невзирая на то, что Снейп в очередной раз спасал задницу Поттера от неприятностей, несчастной жертвой обстоятельств он явно не выглядел. Наоборот, отважившийся взглянуть ему в лицо Гарри обнаружил у него совершенно расслабленное и, несомненно, довольное выражение. Особенно когда мечтавший избавиться от Обета Поттер в качестве бонуса уделил внимание не только гордо вздыбленному члену, но и поджавшимся от удовольствия яичкам. Так продолжалось еще несколько минут. Наконец Снейп зашипел сквозь стиснутые зубы, член дрогнул, а пальцы Гарри оросила теплая сперма. – Недурно, – коротко бросил Снейп, после того как, справившись со сбившимся дыханием, привел себя в порядок. – Можешь не возвращать, – он протянул Гарри носовой платок. – Спасибо за помощь, Северус, – произнес Поттер, вытирая перепачканную спермой руку. – Не стоит благодарности. Лучше проверь – вернулась ли к тебе магия? С некоторым трепетом Гарри взял со стола волшебную палочку и воскликнул: – Люмос! К его огромному разочарованию, ничего не произошло. – Наверное, завтра утром все наладится, – без всякой уверенности в голосе сказал он. – Очень возможно, – невозмутимо кивнул Снейп и направился к двери. – Спокойной ночи, Поттер. *** Добравшись до дома с помощью каминной сети, Гарри наскоро поужинал и расположился в гостиной. Дожидаясь, когда же произойдет долгожданное освобождение от Обета, он снова и снова прокручивал в голове странное завершение сегодняшнего вечера и все больше убеждался, что дрочить Снейпу оказалось не так уж и страшно, а, пожалуй, даже приятно. Гарри вспомнил о том, как пульсировала под пальцами горячая упругая плоть, и едва не застонал от охватившего его внезапного возбуждения, снимать которое пришлось в душе в полном одиночестве. Полчаса спустя, так и не дождавшись возвращения магии, Гарри уже спал крепким, здоровым сном. *** Проснувшись, как обычно, в половине седьмого, Гарри первым делом схватил волшебную палочку, направил ее на валявшийся на полу ботинок и произнес: – Вингардиум Левиоса! Ботинок не тронулся с места. Гарри в сердцах пнул подушку, вылез из постели и поплелся в ванную. Пока он с отвращением рассматривал свою заросшую густой щетиной физиономию, из зеркала раздалось тихое: «Ох!» – и оно треснуло ровно посередине. – Да, зрелище преотвратное, – удрученно согласился с зеркалом Гарри. – Обещаю, что сегодня непременно разберусь с этой проблемой. *** Впрочем, это было легче сказать, чем сделать! Гарри даже не представлял, как сообщит Снейпу, что их вчерашняя попытка освободить его от опрометчиво данного Обета не увенчалась успехом. Практически весь день он провел в личном кабинете, стыдясь показываться на глаза сотрудникам и ломая голову над тем, как обхитрить Магию и не исполнить клятву буквально. Уж очень не хотелось подставлять Снейпу свой девственный зад. За пять минут до окончания рабочего дня Гарри робко постучал в дверь кабинета начальника Отдела тайн. – Не помешал? – спросил он у внимательно изучавшего какой-то артефакт Снейпа. – Разве что самую малость, – отозвался тот, откладывая артефакт в сторону. – Надеюсь, у тебя все наладилось? Он поднял на Гарри взгляд и, заметив двухдневную щетину, вздохнул. – Не наладилось, – констатировал он. – Знаешь, у меня есть идея, – шалея от собственной наглости, произнес Гарри. – Помоги нам Мерлин! – без особенного энтузиазма выдавил Снейп. – Без него обойдемся! – припечатал Гарри. – Я весь внимание, – Снейп скрестил на груди руки, точно пытаясь отгородиться от безумных идей своего бывшего студента. – Минет! Вот что наверняка сработает! – озвучил родившуюся в муках мысль Поттер. – В смысле? – от подобной безапелляционности Снейп едва не свалился со стула. – Ты хочешь, чтобы я сделал тебе минет?! Воздух вокруг него слегка замерцал, и Гарри почудилось, что еще секунда – и на столе перед Снейпом материализуется банка с сушеными тараканами, а может, и не одна. – Нет, нет! – поспешил успокоить он Северуса. – Не ты, а я! Я ведь сам сказал, что если эта мордредова команда выиграет, ты сможешь меня поиметь... Вот я и подумал... – Не знал, что ты умеешь! – несмотря на ядовитую фразу, лицо Снейпа уже не пылало гневом, более того, он выглядел заинтригованным. – Думать или делать минеты? – поинтересовался Гарри, радуясь тому, что в ближайшее время его точно не убьют. – И то и другое! – Так я попробую? – на всякий случай переспросил Поттер. – О Мерлин! – возвел глаза к потолку Снейп. Он бросил в дверь Заглушающим и Запирающим, а затем подошел к Гарри и с подозрением в голосе осведомился: – Уверен, что справишься? Мне бы не хотелось остаться без члена. – Я постараюсь! – закивал, словно китайский болванчик, Гарри, внезапно ощутивший всю тяжесть свалившейся на него ответственности. За свою тридцатилетнюю жизнь Гарри Поттер испытал многое, возможно, побольше, чем иные убеленные сединами маги, но вот делать минет ему не доводилось никогда. Впрочем, отступать было некуда. Отсутствие магии мешало ему с каждым днем все сильнее, а другого способа вернуть ее, похоже, не имелось. Гарри жалобно вздохнул и, собрав в кулак все свое аврорское мужество, опустился на колени. «Давно не виделись! – кисло подумал он, когда перед его носом закачался весьма внушительный даже в полувозбужденном состоянии член. – Ну что стоишь, иди к папочке!» Он представил вместо члена леденец из «Сладкого королевства» и лизнул головку. Раз, второй, третий. Ощущения были вполне терпимыми. Осмелев, Гарри сперва примерился, а затем, отбросив всякую осторожность, насадился на член ртом. Дышать, правда, сразу же стало несколько проблематично, и Гарри слегка занервничал, но тут Снейп совершенно неожиданно положил руки ему на плечи и мягко погладил, точно побуждая продолжать. Окрыленный собственным успехом на этом странном и доселе неизведанном поприще, Поттер принялся размашисто двигать головой, издавая при этом абсолютно неприличное причмокивание. Снейп застонал и подался бедрами вперед. Потом вцепился в волосы Гарри, задавая темп и беря управление процессом в свои руки. Хорошо, что в этот момент их никто не мог увидеть. Наверное, Рита Скитер продала бы душу за колдофото Поттера с членом Снейпа во рту. Но, к счастью, Охранные чары на двери кабинета работали исправно, и совсем скоро Гарри довел Северуса до такого бурного оргазма, что тому пришлось опереться на стол, чтобы унять дрожь в ставших внезапно ватными ногах. Некоторое время они молчали. Снейп чуть расфокусированным взглядом изучал Гарри, словно впервые его увидел, а Гарри думал в основном о том, что делать минет, оказывается, очень даже приятно. – Ты не собираешься проверить? – отмер наконец Снейп. – Что проверить? – отозвался все еще погруженный в свои мысли Поттер. – Вернулась ли к тебе магия, болван! – беззлобно усмехнулся Снейп. – Ах да, конечно! – запоздало спохватился Гарри. Он поднялся с пола, достал волшебную палочку и взмахнул ею. – И что это было? – поинтересовался Снейп. – Заклинание «Агуаменти», – удрученно ответил Гарри, – в горле пересохло после... – он замялся. – В общем, пить сильно хочется. Только вот ничего опять не получилось! – Да я и сам вижу, что не получилось, – сказал Снейп, наколдовал стакан с водой и протянул его Гарри. Казалось, неудача расстроила его ничуть не меньше Поттера. – Вот же мордредов Обет! – Гарри вполголоса пробормотал несколько непечатных ругательств и, обреченно глядя на Снейпа, принялся расстегивать форменную мантию. – Поттер, – с опаской спросил тот, – ты что задумал? – А разве непонятно? – горько вздохнул Гарри. – Собираюсь выполнить Обет в полном объеме. Иначе говоря – дословно. – Та-ак, – Снейп скрестил на груди руки, – а моим мнением по этому поводу ты поинтересоваться не желаешь? Может, я совсем не жажду... как ты тогда выразился... поиметь тебя. На Поттера стало жалко смотреть. К подобному повороту событий он оказался явно не готов. – Спасибо, что не отказался помочь, – еще раз вздохнул Гарри и поплелся к выходу. – Вот уж никогда и представить не мог, что мне придется спасать твою героическую задницу таким оригинальным способом, Поттер, – неожиданно изрек Снейп. – Подожди здесь. Ровно через минуту он вернулся, подошел к Гарри и, стянув с него мантию, небрежно отбросил ее в сторону. – Постой, – занервничал Гарри, позорно пытавшийся оттянуть момент своего избавления от Обета, – а смазка? Я читал... без смазки будет больно. Особенно в первый раз! – Твои осведомленность и начитанность поражают меня все больше и больше, – усмехнулся Снейп, – но раз уж ты спросил... – он вытащил из кармана маленькую баночку. – Экспериментальный вариант. – Так вот чем вы в Отделе тайн занимаетесь! – строго погрозил ему пальцем Гарри. – Ну... если ты такой принципиальный... – Снейп спрятал баночку обратно в карман. – К Мордреду принципы! – решительно заявил Гарри и храбро расстегнул брюки. *** Поттер уже привык, что с ним часто происходили странные вещи. Но ничего более странного с ним еще никогда не случалось. Он, голый до пояса, лежал грудью на столе, широко расставив ноги, а Снейп – тот самый Снейп, которого Гарри ненавидел все годы учебы в Хогвартсе и который едва не умер, в очередной раз защищая Гарри – невероятно бережно готовил его к первому в жизни анальному сексу. Гарри чувствовал, как пальцы, щедро смазанные экспериментальным лубрикантом, скользят в нем, посылая по всему телу импульсы чего-то до дрожи приятного. «Не так уж все и страшно!» – подумал Гарри. Зря он это подумал, потому что удовольствие внезапно сменилось такой болью, что он заскрипел зубами и вцепился в край стола. – Поосторожнее с моей задницей! – взмолился он, обращаясь к пыхтевшему как паровоз Снейпу. – Мне на ней еще сидеть и сидеть! – Сначала ищет на нее приключений, а потом просит «поосторожнее», – сварливо отозвался Снейп, крепко ухватив Гарри за бедра. – Не нравится – могу прекратить, и решать твою проблему будет просто некому! – Ты бессовестно пользуешься моей беспомощностью! – взвыл Гарри, когда член Северуса вошел в него до самого упора. – Ага! – подтвердил Снейп. – Я, может быть, уже давно мечтал тебя отыметь. Вот только случай не представлялся. – Так и знал, что ты давно уже это запланировал! – попытался возмутиться Гарри. – Разумеется, я так жаждал лишить тебя девственности, что специально нанял тренера, который за неделю сделал из этих неисправимых мазил крутых профессионалов. – Что, правда?! – пораженный подобным слизеринским коварством, Гарри даже забыл о своей многострадальной заднице. – И откуда в тебе столько наивности и самомнения, Поттер? – Снейп на удивление нежно погладил Гарри по спине. – Конечно же, выигрыш любимой команды твоего рыжего приятеля был абсолютной случайностью. Но я же не виноват, что у кого-то – слишком длинный язык и совершенно неприличная тяга к спорам! А теперь, может, позволишь мне вернуться к моей спасательной миссии? Наша светская беседа, безусловно, весьма познавательна, но меня она, как ни странно, слегка отвлекает. Несмотря на все еще значительный дискомфорт, Гарри решил, что попросить сейчас Снейпа остановиться и прекратить было бы уже не просто нелепо, но и невежливо. В конце концов, тот ведь мог и отказаться спасать Поттера, в очередной раз влипнувшего в переделку, но вместо этого оказал своему бывшему не самому любимому студенту всяческое содействие. И даже не пожалел на него экспериментальной смазки... У Гарри вдруг пересохло во рту, а перед глазами завертелись разноцветные круги. Боль, жжение и дискомфорт внезапно сменились яркой вспышкой чистого наслаждения. Гарри никогда в жизни не испытывал ничего подобного. Неудивительно, что ему тут же захотелось повторить, и он постарался как можно глубже насадиться на таранивший его тыл член Снейпа. Сзади послышалось довольное хмыканье, и член въехал в анус Гарри по самые яйца, отчего тот, не сдерживаясь, завопил от затопившего все его существо удовольствия. Теперь это уже совершенно не походило на вынужденные манипуляции, единственной целью которых было избавление Гарри от коварного Обета. Скорее, на классный секс, приносивший обоим его участникам море наслаждения. Снейп кончил первым, с коротким всхлипом, похожим на стон, притиснув Гарри к себе. Поттер уже обхватил собственный член, чтобы довести и себя до спасительной разрядки, но в ту же секунду почувствовал, как ладонь Северуса по-хозяйски накрыла его пах. Их пальцы встретились, и в момент оргазма Гарри ощутил, как его магия – вероломная, неверная магия! – снова возвращается к нему. – Ух! – только и смог выдавить он, сползая со стола на пол. – Это было... – Неплохо! – удовлетворенно кивнул Снейп. Вместо того чтобы педантично привести себя в порядок, он – как был в расстегнутых брюках и выбившейся из них рубашке – опустился на пол рядом с Гарри. – Неплохо, да... – эхом отозвался Поттер. – И магия, кажется, вернулась! – он взмахнул палочкой, и мантия с брюками, неопрятной кучкой валявшиеся возле двери, аккуратной стопкой сложились на стуле. – Ты просто волшебник! – Да, мне уже доводилось это слышать, – с тихим смешком ответил Снейп, – правда, с теми людьми я не общался столь близко. – Спасибо, Северус! – Гарри почувствовал, что если сейчас же не отправится домой, то заснет прямо здесь, на полу в кабинете Снейпа, положив голову ему на плечо. – Полагаю, тебе стоит пойти домой и как следует выспаться, – словно читая его мысли, произнес Снейп. «И ты меня даже не поцелуешь?!» – неожиданно пронеслось в мозгу у Поттера. – Ты прав, – не скрывая сожаления, сказал он, призывая завалившиеся под стол трусы с помощью вновь обретенной магии. На душе у него было паршиво. Ему категорически не хотелось уходить из этого кабинета. Не хотелось думать о том, что с завтрашнего дня они с Северусом опять станут просто коллегами и ничего больше. Уже взявшись за ручку двери, Поттер внезапно обернулся и быстро выпалил, хитро улыбнувшись: – Если я еще когда-нибудь с тобой поспорю, можешь меня поиметь! __________________________________________ 1. «Пушки Педдл» (англ. Chudley Cannons; другой перевод – Палящие Пушки) – английская команда по квиддичу, неизменный аутсайдер турнирной таблицы, тем не менее – любимая команда Рона Уизли. Форма игроков ярко-оранжевая, она украшена летящим ядром и черной двойной буквой «П». https://harrypotter.fandom.com/ru/wiki/Пушки_Педдл