something blue

      Есть несколько фактов о Хлое Буржуа, которые знали все во втором студенческом общежитии при Университете Западного Парижа. Она – дочь мэра города (говорит об этом минимум четыре раза в день). Не является натуральной блондинкой (как бы не уверяла в обратном). Ненавидит Маринетт Дюпен-Чен (никто не знает ни одной причины, которая бы хоть немного походила на что-то вразумительное). Живет в общаге из-за разногласий с отцом (его можно понять). По праву носит титул главной стервы всего универа (хотя Лила Росси готова оспорить первенство).       Но было кое-что, чего о ней не знал почти никто. Хлоя Буржуа абсолютно не умела пить. Хотя делала это с завидной регулярностью и рвением, достойным лучшего применения.       Вот и сейчас, в это пасмурное утро понедельника, она мучилась от жуткого похмелья, хотя через два часа, третьей парой в расписании у нее стоит «Методология и организация научных исследований» и пропускать нельзя. Очень хочется опохмелиться, да и в этой методологической мути на трезвую голову не разберешься, но Сабрина, соседка и, ладно, подруга, стоит над душой, прячет банку пива, которая была припасена за тумбочкой как раз для подобных случаев, и сует в лицо стакан с шипучкой.       — Лучше пиво, — Хлоя накрыла глаза ладошкой и щурилась на это рыжее недоразумение сквозь пальцы. Так свет не слишком раздражает.       — Лучше вчера было остановится на пиве, — Сабрина вздохнула и посмотрела внимательно-внимательно, но с должным сочувствием.       — Да, ты права, текила была лишней, — Хлоя села, свесив с кровати ноги, забрала стакан и аккуратно отхлебнула. Руки немного тряслись.       — Как и ром.       — Ром?!       — Да. Ты вчера превзошла сама себя. Так еще и с Блю Кюрасао.       — Ненавижу синий.       — За это и пила.       Хлоя раздраженно выдохнула и откинулась на подушку, предусмотрительно вернув пустой стакан. Перед парой надо будет забежать за кофе, пойти через парк, чтобы проветриться, а в идеале еще и заскочить в аптеку за маской. На всякий случай. Хотя куда-то идти в принципе решительно не хотелось.       — Может, Дюамель сегодня обойдется без меня? — Она протащила подушку через голову и накрыла лицо, из-за чего последние слова потерялись в ткани и синтепоне.       — Хлоя, нет, — мягко ответила Сабрина, — ты же знаешь, что он позвонит твоему отцу.       — Знаю. Сволочь, — Хлоя отшвырнула подушку и резко встала. О чем сразу пожалела. — Голова кружится.       — Интересно, почему это?       — Ой, не беси, — Буржуа взглядом проследила за подругой, направляющейся к шкафу. Точно. У нее у самой пары. Через полчаса. Что-то там про международное право или вроде того. Ох, Хлоя почти почувствовала себя совестливо. Почти. — Я в душ.       Что было еще одной пыткой. Общий душ. С парой десятков человек. Отвратительно. Спасибо, папочка.       Хлоя в первые же три дня установила персональный шкафчик с кодовым замком около душевых, потому что таскаться с корзинкой принадлежностей через коридор было выше ее сил. Введя привычные цифры на колесике, она взяла все необходимое, периферийным зрением замечая юркнувшую в коридор макушку, замотанную в полотенце. Потому что в те же первые три дня она приучила остальных, что душ принимает, когда хочет сама, и исключительно в одиночестве.       Горячие струи били по плечам, запах медового шампуня заполнял пространство. И это было бы прекрасно, если бы Хлою не тошнило. Поэтому нужно было покончить с этим как можно быстрее.       

***

      Хлоя успела разжиться кофе и даже не опоздала на пару. Парк и аптеку, правда, прошлось отменить. Макияж занял больше времени, чем она рассчитывала.       Она привычно заняла место в хвосте аудитории, швырнула первую попавшуюся тетрадь на парту и открыла на телефоне Инстаграм, краем уха слушая лекцию и стоически сражаясь с желанием организма опорожнить желудок в мусорное ведро или сумочку. И где-то минут за 5 до конца началась какая-то суета, в которую пришлось вникать. Дюамель прокашлялся, привлекая всеобщее внимание.       — Председатель студенческого совета нашего факультета попросила дать ей пару минут, чтобы донести до вас какую-то информацию, — он подошел к двери и впустил в аудиторию несколько человек, в числе которых была и одна из самых любимых студенток Хлои Буржуа. — Мадемуазель Маринетт, прошу.       — Спасибо, месье Дюамель, — кивнула вышеназванная, — ребята, всем привет.       Она прижала к груди какую-то кипу бумаг и подошла к кафедре. За ней стали двое парней – сомнительного вида брюнет с гитарным футляром на плече и диджей, который вечно ошивается с Адрианом.       — Хочу кому-то напомнить, а кому-то рассказать, что через две недели, в субботу, будет наш традиционный смотр. В этом году он претерпел небольшие изменения…        Дюпен-Чен начала рассказывать про свое очередное мероприятие, будто бы всем присутствующим здесь всецело не наплевать. Хлое уж точно. Она достала пилочку, чтобы как-то себя отвлечь и не слушать это недоразумение. Тошнота никуда не делась, как и головокружение. Скорее бы звонок. На следующей паре она не появится. Бюстье не обидится, а Хлое хочется жить, а не мирить существование с похмельем. В общагу она уж точно пойдет через парк, нужно проветрить голову.       Раздалась спасительная трель, оповещающая о конце занятия, но Дюпен-Чен и ухом не повела, продолжала вещать. О-о, нет, только этого Хлое не хватало, как же. Она встала, сунула так и ни разу и не раскрытую за лекцию тетрадь в сумку, выбросила пустой бумажный стакан в мусорку и пошла к выходу.       — Н-но, — Маринетт вылупилась на нее во все свои глазёнки, — я еще не закончила.       Хлоя раздраженно выдохнула.       — Посмотри на мое лицо, Дюпен-Чен, — Буржуа чуть склонила голову, отчего головокружение усилилось. Она не зажмурилась из чистой вредности, — это лицо человека, которому насрать.       Брюнет за спиной Маринетт положил руку на ее плечо и сделал шаг вперед, но она вскинула руку, не давая ему пройти.       — Это информация от деканата, — произнесла Председатель студсовета на одном выдохе, — и я обязана донести ее до всех студентов.       — Я услышала даже больше, чем хотела бы, — Хлоя скривилась и окинула Маринетт взглядом. Что за сплошное разочарование? Темные волосы, собранные в два детсадовских хвостика, отливают синевой. — Вот смотрю на тебя и вспоминаю, что ненавижу синий цвет. Оревуар.       Хлоя вышла в коридор, небрежным движением руки закрыв за собой дверь. Негромкий гул, поднявшийся в аудитории, она проигнорировала.       

***

      Аптека встретила ее бледным светом люминесцентных ламп, неприятным запахом лекарств и отсутствием других посетителей. Последнее не могло не радовать. Хлоя сразу направилась к кассе.       — Добрый день! Чем могу помочь? — Дежурно поздоровалась девушка на кассе.       — Три маски и какую-нибудь шипучку с ацетилкой.       — Похмелье? — Провизор знающе улыбнулась. — Может, еще бутылку минералки?       — Она нужна была мне пару часов назад, но давай, — Хлоя пожала плечами, а потом заметила выбивающийся из общей обстановки торговый стенд в паре метров слева. — А там что?       — О, новая уходовая косметика, — девушка проследила за взглядом клиентки. — Кремы для лица не бог весть что, но средства для волос просто отпадные, сама пробовала.       Буржуа посмотрела на ее шевелюру. Действительно недурная.       — Что порекомендуешь?       Провизор чуть наклонилась, внимательно вглядываясь в волосы Хлои.       — Возьмите дегтярную маску. Запах не очень, но оно того стоит.       — Хорошо. Считай. Больше ничего, — Хлоя приложила телефон к терминалу. — Если маска окажется говном, я вернусь.       Девушка рассмеялась, складывая товар в пакет, не подозревая, насколько это было серьезной угрозой.       — Если только визуально, — она протянула покупки, — чек внутри. Всего доброго! Приходите еще.       — Ага.       Всё. Теперь в общагу. Через парк.       

***

      Остальная неделя прошла довольно спокойно, хотя все в тот же дебильный понедельник Сабрина, переступив через себя и выказав недюжинную смелость, высказала Хлое за ее перепалку с Дюпен-Чен. Буржуа процитировала себя же, сказала, что ей насрать, и ушла тестировать маску, которая оказалась действительно годной, хоть и ужасно воняла и была неприятного коричневого цвета.       В субботу она привычно собиралась в клуб. Хотя нет. Не совсем привычно. Потому что сегодня обещал заскочить Адриан. А это было явлением даже более редким, чем белые львы и лошади-двойняшки. Поэтому надо выглядеть просто безупречно. Она даже всерьез подумывала пойти в салон на укладку и макияж. Но Агрест точно бы заметил эти ухищрения и вряд ли бы оценил должным образом. Сборы из-за этого, конечно, затянулись, но оно того стоило.       В клубе Хлоя была уже в половину одиннадцатого. Адриана еще не было. Она отправилась к стойке. Просто так сидеть не хочется, но развлекаться без Агреста не тянет.       — Куба Либре, — бросила Хлоя, взбираясь на барный стул.       — Будет исполнено.       Кто-то со стороны мог бы сказать, что стоило взять что-то полегче, но Хлоя с алкоголем не дружила в принципе, что четыре градуса, что сорок – все одно, завтра все равно будет страдать. Где-то на периферии сознания здравый смысл голосом Сабрины говорил, что лучше бы она с таким упорством налегала на учебу. Мадемуазель Буржуа недовольно передернула плечами и потянулась к поданному коктейлю. Музыка обволакивала, хотелось выйти на танцпол, зеленые, желтые и красные всполохи света бросались в глаза.       Она допивала вторую порцию, когда пришло сообщение от Адриана.       «Прости. Сегодня никак.»       — Двойной бурбон. Чистый.       Хлоя залпом выпила шустро налитый виски и пошла на танцпол. Развлекаться без Агреста по-прежнему не хочется, но и сидеть страдать тут она не будет.       Сознание приятно уплывало в алкогольном мареве. Люди вокруг веселились, отрывались, получали удовольствие. Хлоя постепенно поддавалась всеобщему приподнятому настроению и запустила руки в волосы, плавно двигаясь под начало очередного трека. Разрыдаться хотелось совсем чуть-чуть. Она сжала зубы и зажмурилась. А после через силу улыбнулась. Личное правило: «21 секунда с улыбкой на губах – и все будет хорошо». Это что-то из психологии или другой околонаучной мути, но пока это работало, Хлою устраивало. Она набрала полные легкие спертого дымного воздуха и открыла глаза. Напротив стоял парень со смутно знакомым лицом. Он воплощал преступление против моды со своими драными джинсами, футболкой с эмблемой какой-то третьесортной инди-рок-группы и кучей фенечек. Но он смотрел на нее, протягивал ей руку, а она улыбалась.       Этот парень совсем не похож на Адриана, но Адриана сегодня не будет, и это не стоит ее страданий в субботнюю ночь. Хлоя делает шаг навстречу, принимает руку и переплетает их пальцы. Поднимает их руки вверх и слегка приседает, ослабляя хватку и скользя пальчиками вниз, останавливаясь на шее, а после смеется, отпуская его, и начинает танцевать, прикрыв глаза, повернувшись полубоком и преднамеренно задевая парня плечом. Адриана сегодня не будет. Но Хлоя не останется одна.       Атмосфера в клубе поглощала, живое озеро людей вокруг теряло свою личность, Хлою захватило то щемящее чувство, когда музыка играет только для тебя и, может, твоего партнера. Хлоя ощущала его тело своей спиной и плечами. Он ловил ее руки, когда она вскидывала их вверх или в стороны. Ей нравилось. Она пьянела еще больше от эмоций, от вороха чувств. Все это не могло не достичь критической отметки. Хлоя, себя не контролируя, откинулась спиной на парня сильнее, чем рассчитывала. На его вопрос «Тебя вывести?» она смогла только кивнуть.       

***

      Они прошли к лавочке через дорогу от главного входа. На улице было свежо, но зябко, и толку от модной укороченной джинсовки было мало.       — Возьми, — ее сегодняшний кавалер протянул свою ветровку.       Не фонтан, но выбирать не приходится. Хлоя закуталась в это синее безобразие.       — Как ты себя чувствуешь?       — Я пьяная,— Хлоя глупо захихикала. Она хотела добавить что-то еще, но сознание начинало подводить, язык за малым не заплетался.       — Такси уже едет. Тебе нужно кого-то предупредить, что ты уходишь?       Хлоя и забыла, что осталась одна в этот вечер. Как не ко времени он напомнил об этом.       — Адриан не пришел.       Парень кивнул. Буржуа склонила голову и почувствовала щекой воротник его ветровки. Была не была. Она аккуратно настолько, насколько могла в своем состоянии, провела носочком по его ноге, от икры до середины бедра.       — Ты поедешь со мной? — Собственный пьяно-игривый тон снова рассмешил ее.       — А ты не боишься? — Он зеркально ей тоже склонил голову.       Хлоя шумно выдохнула. В голове была каша, места страху в которой не было.       — Мой папа – мэр, — авторитетно заявила девушка, пытаясь сфокусировать взгляд на собеседнике, который грозился раздвоиться.       Он ничего не ответил, только как-то обречённо вздохнул и сел рядом.       Хлоя решила не упускать возможности и прильнула к его руке грациозной кошкой, как бы это ни выглядело со стороны. Она положила подбородок ему на плечо и улыбнулась. В голове пульсировала какая-то мысль, которая никак не могла принять ясные очертания.       — Стой.       — Я сижу, — парень в выдохе усмехнулся.       — Нет. Ты не понял. П-д-жди, — Буржуа ладонью накрыла лицо. И через пару секунд поняла, чего хотела. — Как тебя зовут?       Она икнула, и парень начал было говорить свое имя.       — Лу…       Но Хлоя не закончила свой вопрос.       — А то у меня принцип. «Не трахаться с незнакомцами».       Его «к-ка» утонуло в кашле, он встал, заставляя Хлою откинуться на лавочке, но от дальнейших перипетий их спасло подъехавшее такси.       Он помог Хлое сесть в машину, сам утроился рядом и бросил водителю «вторая общага Западного универа». Буржуа на чистых рефлексах расстегнула сумочку и поставила на коленки. Соображать голова отказывалась.       На месте они были минут через 15, хотя маломальское чувство времени оставило Хлою еще на танцполе. Еще несколько минут и она каким-то образом оказалась на знакомом этаже.       — Туда, — она потащила спутника к душу. Ей нужен был шкафчик.       — Как скажешь.       Он взял ее под руку и повел по коридору, стараясь сократить шумопроизведение. Уже у искомого шкафчика Хлоя принялась возиться с замком, но тот никак не поддавался. Тогда она отошла, пропуская вперед своего спутника.       — Вводи ты. 19-33. Год рождения Крала Лга… Гла…. Гала… — Язык отчаянно сопротивлялся немецкой фамилии. — Неважно.       — Карла Лагерфельда? — Спросил парень, наклоняясь к замочку.       — Да-а.       — Готово. Что тебе нужно?       — Я сама, — Хлоя пихнула его боком и знающе взяла со второй полочки пачку презервативов. Парень снова закашлялся. — Идём.       — Послушай…       Хлоя не дала ему договорить, схватила за руку и потащила к комнате.       — Идём.       Знакомая дверь с 12-А на уровне глаз была замкнута. Еще одно испытание. Последнее.       — Сука, ключи, — выдохнула Хлоя и попыталась скинуть рукой морок с глаз, лишь размазав тени и тушь. — Сбоку.       Парень вроде соображал, забрал у нее сумку и достал связку из бокового кармашка. Пара секунд – и они внутри. Хлоя расфокусированным взглядом окинула темную комнату.       — Сабрина уехала.       — Твоя соседка?       Буржуа агакнула и попыталась пройти к кровати, но запуталась в собственных ногах и за малым не упала, но ее успели удержать.       — Тише. Давай, я помогу.       Он довел девушку до кровати и усадил. А после начал вертеть головой. Хлоя потянула его за руку к себе.       — Подожди, — парень аккуратно сбросил ее руку, подошел к тумбочке Сабрины и что-то взял. Послышался неприятный скрип. — Прежде, чем ты окончательно вырубишься, давай немного приведем тебя в порядок.       Он снова очутился перед ней и опустился рядом на колени. Ее лица коснулось что-то освежающе-прохладное.       — Закрой глаза.       Хлоя послушно сделала, что ей было велено. Открывать их уже не особо хотелось, одолевала дремота, но потом прикосновения к лицу исчезли, и она резко распахнула глаза. Парень что-то бросал в мусорное ведро около шкафа.       — Иди сюда, — Буржуа капризно ударила ладошкой по кровати.       Он подошел и снова опустился рядом.       — Послушай, — он был устал и спокоен, — я никогда не воспользуюсь перебравшей отчаянной девушкой. Пожалуйста, ложись спать.       Парень осторожно взял протянутую к нему руку и поцеловал внутреннюю сторону запястья.       Хлоя шмыгнула носом, вырвала свою руку и прижала ее к груди. А потом все же улеглась, хоть и не без помощи. Она закрыла глаза и почувствовала, как парень снимает с нее туфли и поднимает ее ноги на кровать. Девушка уснула меньше, чем через минуту, хотя слышала, что он еще шебуршит чем-то в ее комнате.       

***

      Хлоя проснулась, резко распахивая глаза. Возможно, ей снилось что-то неприятное, но она этого не помнит, хотя так просыпаться она обыкновения не имеет. Перед ней была пустая сабринина кровать. Отлично. Она в общаге. В голове было пусто, во рту скребли кошки, присутствовало привычное похмельное чувство тошноты. Хлоя села, свесив ноги с кровати. Одна рука занемела, видимо, она спала, обняв ее другой, и не шевелилась всю ночь. Функционирующей рукой она убрала волосы с лица и заметила на тумбочке бутылку минералки. Ту самую, которую купила еще в понедельник. Стакан стоял рядом. И еще на тумбочке лежала пачка обезболивающих. Удивительно. Хлоя похвалила себя за предусмотрительность и потянулась за бутылкой. Взгляд упал на синий рукав.       — Что?..       Предусмотрительностью и не пахло. Что за херня вчера творилась? Она взяла минералку и начала жадно пить. Думать с таким сушняком было бы невозможно.       Так. Вчера был клуб. И?       Нет, так не пойдет. Хлоя потянулась за таблетками.       В клубе были коктейли. Потом Адриан написал, что не придет. И Хлоя заказала бурбон.       — Сука!       Мешать коктейль с чистым крепким алкоголем было не лучшим решением. Хлоя запустила руки в волосы и принялась массировать кожу головы. После бурбона она пошла на танцпол. Где-то в этот момент память машет ручкой и покидает мадемуазель Буржуа.       — Так, — разговоры с собой – действенный способ привести мысли в порядок. — На мне какая-то отвратительно-синяя ветровка. Я как-то оказалась в общаге.       В голове что-то щелкнуло.       — Там был парень!       Точно. Какой-то парень. Они танцевали. Лица она его не помнит, имени и подавно. Видимо, он помог ей добраться до общежития. И даже до комнаты. Иначе откуда бы взялись таблетки и вода? Сабрина уехала раньше, чем Хлоя ушла, и на тумбочке ничего не было. Но как он вообще смог войти в общагу?..       — Ответы рождают все больше вопросов, — Хлоя откинулась на подушку. Щеку что-то неприятно оцарапало.       Пачка презервативов. Целая.       — Твою ма-ать… — Она резко окинула себя взглядом, но была полностью одета, даже в двух куртках. — Ну, по крайней мере, я могу быть уверена, что не переспала невесть с кем на пьяную голову.       За себя было немного стыдно.       Но это все Адриан виноват! Она бы не пошла в клуб без Сабрины, если бы не должна была встретиться там с Адрианом.       Хлоя прижала неприятно приходящую в форму руку.       «Я никогда не воспользуюсь перебравшей отчаянной девушкой».       Тот парень! Он сказал ей это и уложил спать. А перед этим стер макияж. Хлоя подошла к мусорке. Ну точно. В ведре несколько перепачканных салфеток. Какой сознательный ей попался.       По спине пробежал холодок от осознания, насколько все могло пойти хуже. Буржуа шумно выдохнула. Ничего плохого не случилось и незачем об этом думать.       Но даже обидно, что она ни лица не помнит, ни имени не знает. Хлоя Буржуа редко питает к кому-то чувство благодарности.       

***

      Сабрина наверняка заметила мужскую ветровку в шкафу, но тактично молчала. Либо решила, что эта безвкусица принадлежит Адриану (зеленоглазому блондину, которому синий категорически противопоказан), либо, что у нее кто-то появился (как это может быть кто-то, кроме Адриана?).       — Как прошли выходные? — Спросила она у Хлои, перебирая боксы с едой, которые ей дала с собой на ужин мама. — Что будешь?       — Все отлично, была в том клубе на набережной, ничего интересного, — Буржуа вгляделась в боксы, — гратен с бататом?       — Да.       — Давай его.       Хлоя забрала еду и потянулась за вилкой. Все же, у домашней еды своя прелесть. Кухня в отеле отменная, но еда там отнюдь не домашняя. Правда, поняла мадемуазель Буржуа только в студенческую пору. Спасибо Сабрине.       — Мои комплименты шеф-повару, — Хлоя улыбнулась, проглотив первый кусочек.       — Я передам маме твое восхищение, — рассмеялась Сабрина в ответ. — Хочешь куда-то сегодня?       — Нет, — не очень обнадеживающее «мне с головой хватило вчера» Буржуа оставила при себе. — Может, лучше посмотрим какой-нибудь фильм?       — Да, конечно, давай! — Сабрина подскочила и начала искать зарядку от ноутбука. Он у нее без питания не работал. — Кстати, ты пойдешь на тех выходных на университетскую вечеринку?       — Фто? — Хлоя проглотила батат. — Какая-какая вечеринка?       — Фестиваль в формате вечеринки с выступлениями. К вам же на пару Маринетт приходила про него рассказать.       — А, в тот самый раз, когда я не стала слушать эту дуру и ушла? — Буржуа пожала плечами и вернулась к ужину.       — А, — Сабрина нервно хихикнула, — ну, да. Но там будет классно! Сам смотр не будет соревнованием, но будет какой-то фотоконкурс. Для мероприятия вообще клуб арендуют. Плюс шведский стол, все дела. Официально – никакого алкоголя, но, сама понимаешь, пунш будет не так прост.       — Ладно, может, сходим.       

***

      Хлоя сидела в кафе-кондитерской недалеко от кампуса и помешивала черный чай с лимоном, убегающим от тоненькой ложки, вглядываясь в кружку словно в бездну, светло-коричневую бездну тошнотворного настроения. Заказанный лавандовый чизкейк стоял рядом, она к нему так и не притронулась. Злость отпустила, осталось лишь мерзкое чувство сомнительной правоты и гордыни. Она опять поцапалась с Дюпен-Чен. Возможно, возможно, в этот раз Хлоя действительно перегнула палку. Но на что эта убогая Маринетт рассчитывала, когда прервала их разговор с Адрианом (с которым Хлоя не виделась 3 недели, на минуточку), чтобы опять начать заливать про этот свой дурацкий фестиваль и пытаться увести Агреста куда-то там в итоге? В этот раз с ней был только тот брюнет с гитарой и сомнительным вкусом, что и в прошлый раз, но Хлое показалось, что она видела его где-то еще. И этот фрик определенно стрёмно на нее пялился.       В конечном итоге Адриан сказал подруге успокоиться и взять себя в руки. «Хлоя, ты ведешь себя некрасиво» бросил он вместо прощания и ушел с убожеством и модной катастрофой.       Мадемуазель Буржуа вздохнула, положила ложечку на край блюдца и наконец отпила уже остывший чай.       Послезавтра эта проклятая вечеринка/фестиваль/смотр/достижение-всей-жизни-Маринетт-Дюпен-Чен. Посещать это мероприятие желания нет, но, видимо, туда пойдет Адриан. Хлое никакого выбора не остается. Да и Сабрина хотела пойти.       На вкус чизкейк оказывается превосходным. Но для поднятия настроения этого оказывается недостаточно.       

***

      Суббота. До этого трижды проклятого фестиваля еще полдня, но выглядеть надо на все 120. О-о, Хлоя обязана затмить там всех. И пусть организаторша Маринетт усрется. И там действительно будет Адриан. Он выступает с какой-то универской группой, из-за этого их в четверг и прервали. Сомнительное удовольствие – брать нового клавишника за 2 дня до выступления, но речь об Агресте, он выложится, подруга в нем не сомневалась. На счет группы никакой уверенности не было.       Ко всему прочему, сегодня по расписанию день дурно пахнущих процедур. Хлоя, мурлыкая под нос незатейливый мотивчик какой-то популярной попсовой песенки, шла в душ. Предварительно помыв голову, она нанесла дегтярную маску, закутала голову в полотенце и, выкинув грязные перчатки в ведро в коридоре, вернулась в комнату, дабы выждать положенные 25 минут. Хлоя помассировала руки с увлажняющим кремом, а после принялась подпиливать ногти. Настроение было предвкушающее.       Когда она начала смывать маску, привычно откинув голову назад, то заметила, что вода была не такого, как обычно, оттенка, хотя освещение тут ни к черту, поэтому должного внимания на это девушка не обратила. Она нанесла на волосы бальзам и только тогда поняла, что что-то действительно не так. Хлоя поднесла несколько прядей к лицу.       Второе общежитие при Университете Западного Парижа сотряс пронзительный женский крик.       

***

      Жуткий вопль, а после топот и визгливое «Сабрина!» сама Сабрина услышала даже через музыку в наушниках. А потом дверь в комнату с хлопком распахнулась.       — Сабрина! — Мокрые синие пряди обрамляли злое лицо Хлои Буржуа.       — Что? Пиз… Как? Что? — Дар речи к ней вернулся только через несколько секунд, когда лицо Хлои уже пошло красными пятнами. В таком бешенстве ее еще никто не видел.       — Я не знаю, что это за херня! — Она захлопнула дверь, потому что в коридоре уже слышался нервный смех, а убийства пока что никому не нужны. До выяснения обстоятельств. — Это маска! Это виновата эта гребанная маска! — Хлоя кинула баночку со средством подруге в руки.       Сабрина открутила крышечку и взяла на палец немного бурой субстанции, которая на солнечном свету теперь отливала насыщенной синевой.       — Что это за херня? — Хлоя праведно орала. — Какой обмудок вообще посмел? Что мне теперь делать с этим дерьмом?! — Она за малым не вырывала волосы клочками.       Сабрина перехватила ее руки и усадила на кровать.       — Дыши. Не случилось ничего, что нельзя было бы исправить.       — Что? — Буржуа попыталась выскочить, но подруга ее удержала. — Мои волосы стали синими! Синими, твою мать! Я ненавижу гребанный синий цвет!       — Его можно свести, — Сабрина понимала, что это все будет долго и нудно, но для начала нужно привести Хлою в чувство.       — Чтобы нормально свести, нужно знать, что это, — стоило Хлое закончить фразу, как она распахнула глаза. В уголках незамедлительно начали скапливаться слезы и голос задрожал. — Я не знаю, что это. Это может быть какая-то дешевая китайская херня, которая не сведется с моих волос.       Хлоя вырвала свои руки из рук подруги, закрыла ими лицо и разрыдалась.       

***

      — Я никуда не пойду, — послышалось со стороны кокона из пледа на кровати. Торчали только ноги, голова была тщательным образом замаскирована       Сабрина вздохнула. Истерика прекратилась минут 20 назад, когда Хлоя поставила решительный крест на всей своей грядущей жизни. Волосы высохли и были теперь насыщенного синего цвета.       — Может, поедем в салон? Там дальше видно будет, — тяжело быть голосом разума в такой ситуации.       — Я еще не готова услышать, что мне придется стать лысой, чтобы избавиться от этого убожества.       — Хлоя… — Ничего не поделаешь, такое тоже может быть. — Послушай, все не так плохо. Любая дрянь выводится. И вообще, даже с синими волосами ты все равно самая красивая девушка во всем универе. Тем более, цвет лег ровно, как ни странно.       — Это только твое мнение, — пробурчал кокон.       — Набери по видеосвязи Адриана, я уверена, он…       — Нет! — Хлоя рывком вскочила и отбросила плед. Самые настоящие волны струились по плечам. — Адриан, мать его, Агрест ни за что не должен видеть меня в таком состоянии! Никто не должен!       — Это ты зря, — Сабрина решила пойти другим путем. — Ты действительно выглядишь великолепно. Настоящая наяда или нимфа.       Хлоя вздохнула. Ситуация все еще продолжала быть беспросветным пиздецом, но девушка уже потихоньку начинала мыслить рационально. Вопреки расхожему мнению, дурой она не была. И, ко всему прочему, знала, что ей, голубоглазой блондинке, столь ненавистный синий к лицу. Хотя от блонда ничего не осталось, сейчас волосы наверняка оттеняли лицо и делали кожу светлее. И выглядит, Хлоя готова биться об заклад, это недурно.       — Подай мне зеркало, — она сперва зажмурилась, а потом решила, что нет смысла оттягивать неизбежное. — Хм. Да. Ты права.       — Ну вот, — поджала руки к груди Сабрина и улыбнулась. — Может, мы все же пойдем на фестиваль?       — Ты серьезно? Ты сейчас серьезно?       — Вполне, — она пожала плечами. Намеченная стратегия работала. — Посуди сама, кто бы это ни сделал, он надеялся тебя задеть. Наплюй на это. Ты – Хлоя Буржуа. Тебя не заботят жалкие выходки каких-то убогих мудаков. Ты всегда ходишь с высоко поднятой головой. Подобная глупость даже настроение тебе испортить не должна. И пусть все отсосут.       — Ты когда успела стать такой дерзкой и хитрой? — Хлоя выдала паскуднейшую из своих ухмылок. — Но я не могу с тобой не согласиться. Хотя, — она подбросила одну прядь перед лицом, — с чем это дерьмо можно скомбинировать я не особо представляю.       — О, у меня есть идея! Тот черный топ, который v-образный, леггинсы из последней коллекции Габриеля. И та синяя ветровка. — Улыбалась Сабрина до того заговорщически, что Хлоя за малым не подумала, что вся эта ситуация – ее рук дело. — О! И туфли от Марка Джейкобса!       — Хорошо, — прикинула лук в голове Буржуа, — мы пойдем. Но напьюсь я там просто адски!       

***

      Еще утром Хлоя рассчитывала произвести фурор. Затмить всех присутствующих и заткнуть за пояс Маринетт. В итоге, не совсем так, как было запланировано, но Хлоя Буржуа достигла желаемого эффекта. Стоило ей войти, как за какие-то несколько секунд голоса стихли, а все взгляды были обращены лишь на нее. Не хватало только резко выключившейся музыки, чтобы происходящее окончательно превратилось в какое-то третьесортное кинцо.       Стук каблуков тонул в ремиксе популярной попсовой песни, медленно, но верно возвращался нестойкий гул голосов. Кто-то даже осмелился указывать пальцами. Как вульгарно. Хлоя подошла к барной стойке, где стояли емкости с алкопуншем, подтянула к локтям рукава ветровки и потянулась за бумажным стаканчиком. Обычно она сама себя не обслуживала, но этот вечер обещал быть особенным. Сабрина говорила, что они пропустят открытие и первые три выступления, но успеют посмотреть на Адриана. И действительно, Агрест аккурат возился с проводами и аппаратурой на сцене, где ошивались еще несколько человек, среди которых был и тот фрик, таскающийся за Дюпен-Чен. Ну до чего же у него знакомое лицо!       Они были не так уж и плохи, светленькая вокалисточка пела на английском почти без акцента, а фрик, не смотря на нелепый наряд, выглядел с гитарой наперевес весьма недурно. У него на футболке было лого какой-то группы. Хлоя не знала, какой именно, но уже видела эту эмблему где-то.       К концу их песни девушка допивала второй стакан пунша. Пожалуй, стоит чуть-чуть сбросить обороты.       Когда группа раскланялась на сцене, она хлопала вместе со всеми, потому что выступал Адриан. Ведущая, подружка Маринетт с журналистики, объявила следующих, а потом добавила, что после этого будет танцевальное соревнование, и напомнила про 12-часовой фотоконкурс в Инстаграме, стартовавший в начале вечера. Хлоя особо не вслушивалась, больше занятая мыслями как и где выловить Адриана.       Унылые ребята закончили петь про какого-то фотографа, Сабрина под боком рукоплескала, Хлоя цедила третий стакан, Агреста нигде не было видно.       — А теперь обещанные танцы! — Задорно объявила, кажется, Алья. Зал взорвался. — Ну же, кто смелый? Выходите в центр!       Пунш определенно был слишком крепкий. Хлоя допила остатки залпом и направилась на танцпол. Что ж, время тряхнуть стариной.       По жребию она была четвертой. Песни у всех были разные, но в равной степени энергичные. На ее черед заиграла легендарная «Wannabe».       — О-о, — улыбаясь, протянула Хлоя, собрала волосы пальцами от висков к макушке, слегка оттянула их и резко бросила, — вы подписали себе приговор.       Пусть всего у нее было секунд сорок, но кое-что из своего арсенала, приобретенного за полуторагодовое сомнительное увлечение стриптиз-пластикой, она выдать успела. Хотелось бы в конце сесть на шпагат, но уже и растяжка не та, и леггинсы Габриель производит отнюдь не спортивные.       Хлоя вернулась к барной стойке сразу после танца, не дожидаясь результатов. Тот редкий случай, когда ей не нужна была победа. Она давно не получала такого удовольствия! Кровь бурлила, алкоголь гнал из головы ненужные мысли, было просто весело! Буржуа только взобралась на стул, как услышала из-за спины:       — Эй, синяя Эмма Бантон!       Хлоя усмехнулась, проглотив фразу о ненависти к синему, крепко схватилась за край стойки и прогнулась в спине, откидываясь через голову назад. Знакомый фрик внимательно смотрел на нее и как-то слишком спокойно улыбался, выбиваясь из общей атмосферы. Хлоя, зажмурившись, рассмеялась, не думая о том, как нелепо выглядит. А когда она открыла глаза, фрика уже куда-то уводила Дюпен-Чен, пялящаяся на Хлою во все свои зенки. Но Буржуа в кои-то веки на нее было абсолютно плевать.       Ночь только начиналась.       

***

      Хлоя куталась в плед, прижимая к себе большую кружку, над которой еще немного клубился пар. Осень становилась все холоднее, а сегодня было еще и пасмурно. Сумасшедшая Сабрина поехала в пригород на ярмарку выходного дня. Хлоя осталась в не самой приятной компании собственного похмелья, с которым боролась посредством горячего шоколада с зефирками. Не очень эффективно, надо признать, но, во-первых, её не тошнило, так что напиток не делал хуже, а во-вторых, вчерашняя ночь стоила сегодняшнего легкого дискомфорта. Хлоя танцевала и пила, веселилась и танцевала, пила и веселилась. Ей очень давно не было настолько хорошо и легко. Все же, надо признать, что подобные студенческие сборища имеют особую атмосферу.       Девушка потянулась к телефону на тумбочке, чтобы сделать чуть громче музыку, когда в дверь постучали. Она поставила кружку и поднялась, скидывая с плеч плед. Это не Сабрина, та бы вошла без стука, да и не должна была вернуться так быстро. Что-то нужно коменданту? Или это Адриан? С ним она вчера так и не пересеклась, хотя почему-то осознала это только сейчас. Хлоя призадумалась и поняла, что оставила мысль найти Агреста где-то после того самого танцевального баттла.       Стук повторился. Хлоя встрепенулась, приходя в себя, и открыла дверь.       Однако.       — Привет.       За порогом стоял тот фрик. Только теперь кончики его волос были криво выкрашены в синий.       — Чего надо? — Грубовато, но что в списке достоинств, что в списке недостатков Хлои Буржуа вежливость не числилась.       — Я бы хотел поговорить.       — Говори, — она позволительно кивнула. В душе зарождались некоторые подозрения относительно этого клоуна (будто бы Хлоя сама сейчас выглядит лучше).       — В общем, — парень выдохнул, а потом протянул Хлое какой-то бумажный пакет, — думаю, это по праву твое.       Девушка скептично изогнула бровь.       — И что это?       — Приз за победу в фотоконкурсе. Я победил с твоей фотографией.       Какого хрена? Он все продолжал стоять с вытянутой рукой. Хлоя закатила глаза и забрала пакет.       — Покажи фотографию, — потребовала она, заглядывая в бумажный мешочек. Там был набор каких-то пирожных и коробочка макарун. У Дюпен-Чен родители держат кондитерскую. Понятно, откуда этот приз. Хотя, продукция у них действительно вкусная.       — Да, конечно, вот, — парень передал ей телефон.       Хлоя предполагала, что он фотографировал танец, но нет. На кадре она, зажмурившись, смеялась, откинувшись на стуле, ненавистно-синие волосы были подобны водопаду. Ракурс был необычным, но очень удачным. Девушка улыбнулась. Это фото не могло не победить.       — Мне нравится, так что я не стану подавать на тебя в суд, — Хлоя подошла к тумбочке, взяла телефон и вернулась к двери. — Скинь мне.       — Хорошо, — парень выглядел потерянным, — я… Это не все.       — А? — Хлоя подняла взгляд от экрана телефона, где в сообщении Сабрина спрашивала, покупать ли мед или у них еще остался.       — Я бы хотел извиниться.       — За что? — Подозрительно протянула девушка, которую что-то смущало с самого начала. Неужели?..       — Это я испортил твою мас… — Хлоя прервала его звонкой пощечиной. Слов не было. Было негодование, была злость, было даже какое-то разочарование, но не было ни единого слова. — Позволь мне объясниться. Пожалуйста.       Хлоя только кивнула. Злоба рождала слезы, проливать которые не хотелось.       — Я разозлился еще тогда, в аудитории, думал, что нельзя все спускать тебе с рук, — он избегал смотреть ей в глаза. — А потом встретил тебя в клубе.       Слезы с желаниями Хлои не считались. Первая мокрая дорожка появилась на щеке. Но все удивительным образом встало на места. И показавшийся вчера знакомым логотип на его футболке, и его лицо, и то, как он провел ее в общагу. Потому что сам наверняка здесь живет.       «Я никогда не воспользуюсь перебравшей отчаянной девушкой».       — Ты танцевала и улыбалась, но казалась грустной и одинокой. И меня отпустило. Ты совсем опьянела, поэтому я помог тебе добраться до общежития и до комнаты, ведь тут все знают, где живет Хлоя Буржуа. Я решил, что мое желание напакостить тебе было детским и несдержанным, но в четверг ты снова сорвалась на Маринетт. И тогда я стерпеть уже не смог. Ты же тогда ночью потащила меня к шкафчику своему, сама открыть не смогла, мне код сказала… У моей сестры такая же маска, я знал, что она темная и вонючая, а про свою ненависть к синему ты еще тогда в аудитории упомянула. Я не долго думал. Прости. Я еще вчера хотел тебе все объяснить, но сначала Маринетт увидела на тебе мою ветровку, которую узнала, потому что сшила ее для меня на прошлый день рождения, попросила объяснений, откуда та у тебя, а потом я не решился портить тебе вечер… — Он наконец поднял на нее взгляд. — Боже! — Парень потянул руку к ее лицу, чтобы стереть слезы, но Хлоя сделала шаг назад. — Не плачь, пожалуйста, только не плачь! Это просто пищевой краситель! Он сразу сойдёт, как ты голову помоешь! Я бы никогда не испортил тебе волосы! Я могу понять, почему ты еще этого не сделала, не хотела закреплять, но…       Хлоя перестала слушать его лепет и окончательно разрыдалась. От облегчения. Она избавится от этого кошмара сегодня же!       — Эй, ну ты чего? Пожалуйста, успокойся! — Его начала охватывать паника, Буржуа это видела. Что ж, пусть почувствует себя в ее шкуре. Вчера у нее паника была посильнее этой.       Хлоя совсем не в стиле Буржуа шмыгнула носом.       — А зачем ты себе волосы покрасил?       — В знак солидарности и раскаяния, конечно же, — он был серьезен, но девушка улыбнулась. Отчаянный идиот. Но хороший парень. И часто оказывается поблизости.       — Тебе идет.       — Тебе тоже.       Она все же рассмеялась. Злость ее полностью оставила.       — Я ненавижу синий цвет.       — Я знаю, — Он робко улыбнулся. — Послушай. — Парень на секунду прикрыл глаза, собираясь с мыслями. — Я понимаю, что облажался перед тобой. Сильно. Но, может, сходим выпить кофе? У тебя уже и сладкое есть. Последняя прогулка с синей шевелюрой, все дела.       — Как тебя зовут? — Девушка прижала пакет к груди. Кажется, она уже спрашивала его имя.       — Лука. Лука Куффен.       — Что ж, Лука Куффен, — Хлоя улыбнулась, чуть склонив голову. — Я больше люблю чай. И сладостями делиться не буду. Не заслужил пока.