Детективнее некуда

— Ооооу… Голова раскалывалась. Но Киму отчего-то казалось, что это не главная его проблема. Он чувствовал боль в сгибах локтей, упирающихся во что-то твёрдое, и натирающие запястья верёвки. Какая поразительная банальщина. Такое мог сделать либо любитель старинных фильмов, либо тот, у кого не нашлось даже самых завалящих наручников. Ну, Киму от этого только лучше. Нащупать бы узел… — Очнулся? — прозвучал знакомый голос где-то совсем рядом, — Ну, подождём твоего русского приятеля. Он открыл глаза. И он прекрасно знал, что увидит. Сева сидел, крепко привязанный к стулу. Его висок был разбит, по щеке текла кровь, на скуле наливался синяк. Он с трудом поднял голову, и в его глазах на секунду вспыхнула надежда, но тут же угасла с пониманием того, что Ким просто-напросто разделит с ним участь. — Все в сборе? Тогда приступим. — усмехнулся молодой мужчина с зализанными назад чёрными волосами. — Лесли. — хмыкнул Ким, без труда узнав его, — Какая неожиданная встреча. — Ким? Что происходит? — Ты получил что хотел. Отпусти его. — Безнадёжно. Но попытаться стоило. — Даже если бы я мог, я бы этого не сделал, и ты это прекрасно знаешь. — он обернулся, будто обращаясь к кому-то у дальней стены: — Чем быстрее мы покончим с этим, тем проще всем. Приступай. Он щёлкнул пальцами. — Даже и не подумаю! — ответили ему. От такой наглости он аж поперхнулся. А длинноволосый веснушчатый блондинчик, которого Ким абсолютно точно где-то видел, но никак не мог вспомнить, где конкретно, тем временем продолжал. — Я вольный бродяга. Я никому не подчиняюсь и ни перед кем не отчитываюсь! И знаешь что? Мне надоело наблюдать, как ты калечишь людей! Я не собираюсь больше это терпеть. Я ухожу! Лесли выхватил из кармана идеально выглаженных брюк штучку, больше всего похожую на автомобильный брелок. Ким знал, что это за штучка. В этой галактике таких не было и быть не могло. Её используют для управления конкретным (из-за сложности и ограниченности настроек) человеком с помощью древнейшего и самого проверенного средства – боли. — Ты можешь отказаться от участия в моей маленькой мести. Ты можешь постоять в сторонке и побездельничать. Но уйти ты никуда не можешь. Он застыл. Кажется, эта штучка была настроена на него. Это радовало. Ким решил попытаться взять ситуацию в свои руки до тех пор, пока не удастся их развязать. — Ещё не поздно передумать! Ты же не хочешь оставаться рядом с этим, верно? Блондин усмехнулся. Кажется, это и было тем, что ему недоставало. — Этот парень – форменный псих! Я бы с радостью отсюда сбежал и вас бы с собой прихватил, но… Уй-я! Лесли, донельзя расстроенный подобным поведением своего помощничка, всё-таки нажал на кнопочку на той штучке. Тот как-то нелепо дёрнулся и едва не упал на пол. — Иещ… Ладно-ладно. Уговорил. Я, пожалуй, тут, в сторонке постою. Без обид, мужики. Старался как мог. Тем временем Лесли педантично закатал рукава крахмально-белой рубашки и для пробы врезал Всеволоду в челюсть. Тот такого явно не ожидал, но от вскриков и иных проявлений сильных эмоций воздержался. А лицо Лесли приобрело весьма воодушевлённый вид. «Сейчас будет злодейский монолог.» — подумал Ким. И не ошибся. — Двадцать лет тебе удавалось прятаться от меня. Двадцать лет я преследовал тебя по всей вселенной. Но вот наконец настал час расплаты! Судя по выражению лица Севы, он только что узнал о своём друге что-то новенькое. — Я нигде не прятался, — спокойно заметил Ким, — Ты просто искать умеешь х*рово. Всеволод скорчился от сильного удара в солнечное сплетение. — Пока твой приятель жив, — прокомментировал Лесли, — за твою дерзость я буду наказывать его. И за грубую лексику тоже. — Я что-то… не понял. Чего тебе Ким-то сделал? — Ох… Много чего. Начиная с того, что этот грубый, бестактный, неотёсанный недоучка способен за пару минут вывести из себя любого мало-мальски образованного человека, и ты, я вижу, ничем его не лучше, так он ещё и исхитрился уничтожить мою коллекцию – собрание уникальных, бесценных артефактов со всех концов вселенной, которые я искал всю свою жизнь! Теперь пришло время узнать, каково это, когда всё, что тебе дорого, уничтожается на твоих глазах. — А тебе не кажется, что между вещичками и людьми есть небольшая такая разница? — вклинился его помощник. — Будь так любезен, постой и помолчи. А лучше – выйди за дверь. — произнёс он таким тоном, что сомнений не оставалось – это была угроза. Блондин замер в тёмном узком коридоре и перевёл дух. Из-за стены доносились мерные, ритмичные звуки ударов. Он тихо направился подальше оттуда.

* * *

Крыс следовал за неизвестными от самой Москвы. Благо, следовать пришлось недолго. Но на месте возникла проблема – стоило ящерке отцепиться от корпуса флаера, как чей-то ботинок отправил её в ещё один полёт в ближайшие кусты. Крыс не поручился бы, было ли это сделано намеренно, но факт остаётся фактом – это было сделано. И сейчас он в настоящем своём облике (холодно, небезопасно, некультурно и эстетически неприемлемо) отлёживался на сырой земле, спешно заращивая сломанные треклятым ботинком рёбра и вполголоса матерясь. Спустя десять минут, так ни разу не повторившись, не использовав ни единой гласной и не израсходовав до конца свой словарный запас, и по этой причине в глубине души весьма довольный собой, Крыс наконец покинул импровизированное укрытие. Но время уже было упущено. Первой его мыслью было длинное замысловатое выражение, состоящее исключительно из нецензурной лексики и не подлежащее хоть сколько-нибудь точному переводу. Второй его мыслью было обойти место остановки флаера по большому кругу. Не успел он начать приводить свой незамысловатый план в действие, как тут же наткнулся на кое-что интересненькое. Вернее, на кое-кого. — И почему это ты идёшь первая? Давай лучше я пойду. Мало ли что. У тебя даже оружия нет! — возмущался мальчишка лет четырнадцати, размахивая массивным бластером, выглядящим таким древним и затасканным, будто его бывший владелец прошёл всю Вторую Галактическую, да ещё и бросил его в конце концов где-то на помойке. — Хватит уже играть в рыцарей, Паш, — обернулась к нему светловолосая девочка, — Не надо меня спасать. Она отвернулась. А у Крыса появилась идея. Бесшумно подойти к мальчишке сзади, обезоружить и одновременно с этим применить приём, которому Крыс научился у уроженца маленькой далёкой планетки Уолкэн (по крайней мере, так утверждал сам Крыс) ‒ его суть заключалась в том, чтобы зажать определённую точку на шее противника, тем самым вырубив его ‒ затем превратиться в него, а его самого спрятать в ближайших кустах, и всё это проделать без единого звука. Это заняло у него не больше тридцати секунд. Делу помогал и сам мальчишка ‒ ему в голову не пришло даже попытаться закричать, зато пришло надеть камуфляж. Удивительная тупость. — Ты что, обиделся? Алиса как-то странно на него посмотрела. И вдруг весело улыбнулась. — Я? Да нет. Я просто… белку увидел. Она рассмеялась. — Белку? Что такого особенного в белке? — Ну… мне просто показалось… Ладно, неважно. Он изобразил стыдливую усмешку. У него возникло стойкое чувство, что он несёт какую-то чушь. С другой стороны, если Алиса ничего не заподозрила, значит, всё идёт по плану, верно? Ну, камера, мотор, сцена вторая! Они дошли до заброшенного ангара. Наверное, здесь когда-то, ещё в прошлом веке, стояли истребители. Почему его до сих пор не снесли, оставалось загадкой. Вот и вход. Запасной – главные ворота у них вряд ли получилось бы открыть. Дальше – по узкой заржавевшей винтовой лестнице на расположенный под самой крышей «второй этаж», по тёмным коридорам… Наконец за очередным поворотом они наткнулись на человека. Секундная пауза. — Дикарь? — воскликнула Алиса. У того на лице появилось выражение, которое Крыс обычно называл «Только не опять!». По этому выражению очень легко было определять людей, знакомых с Алисой Селезнёвой. — Где остальные? — напрямую спросил он. Блондинчика смутить было не так просто. — Там, — он указал на дверь в конце коридора. — Только тихо.

* * *

Как только они вошли, стало понятно, что предупреждение Дикаря было нелишним. Никто из находящихся в комнате не заметил их появления. Двое знаменитых капитанов сидели друг напротив друга. Оба были связаны. Над Первым склонился незнакомый Алисе молодой мужчина в идеально чистой белой рубашке. А вот костяшки его пальцев были испачканы в крови. Удар. И жуткий хруст. Первый обессиленно уронил голову на грудь. Ненависть Второго была почти осязаема. Алиса обернулась, боясь увидеть на лице друга в равной степени отчаяние и азарт придуманного на ходу плана. Но там не было ни того, ни другого. — А вот это ты зря. — каким-то странным, будто не своим голосом сказал Пашка. Алису снова посетило острое, неприятное чувство дежавю. Он прищурился, а его губы расплылись в знакомой широкой ухмылке. Миг – и на том месте, где только что был Пашка, стоял бледный черноволосый мужчина, буднично сжимая в руке бластер и торжествующе улыбаясь. — Сюрприз! — усмехнулся Крыс так, будто изо всех сил старался спародировать Чеширского кота, и нажал на спусковой крючок. Незнакомца откинуло назад, к стене, об которую он в довесок к прямому попаданию ударился головой. Из носа у него пошла кровь. — Надеюсь, ты его не грохнул случаем? — Алиса и не заметила, когда именно капитан Ким успел освободиться. Крыс задумчиво повертел Пашкин бластер в руках. — У этой рухляди что-то с настройками мощности… Алисочка, с каких пор тебя так удивляют мои превращения? Не стой столбом, лучше помоги… как его там… Алиса заподозрила, что имя Первого капитана он не назвал не из забывчивости, а скорее из презрения ко всякого рода авантюристам, но в остальном мысль была верной. — Что Вы сделали с Пашкой? — узелок на верёвке никак не хотел поддаваться. — Ничего такого, можешь не беспокоиться. Уже должен был очнуться. — и он постучал по левому запястью, где в теории могли быть часы. Капитан Ким, по всей видимости, закончив с обезоруживанием бессознательного человека, деликатно кашлянул. — Судя по вашему общению, я чего-то не знаю. — Это всё Алиса, — улыбнулся Крыс странной улыбкой, не навевающей абсолютно никаких ассоциаций с маньяками, — В её присутствии мне даже курить не хочется. Готов поспорить, ты тоже замечал за собой подобное. Ким хмыкнул. Видимо, это означало «да». Алиса одним своим появлением отбила у него преследовавшее его уже неделю желание спиться. Сама же она, покраснев от такого комплимента, приступила к оказанию первой помощи. Ну, насколько это вообще возможно без аптечки. Первый открыл глаза. Она видела, как он едва может сфокусировать зрение. — Всё в порядке. Это я, Алиса. Вы меня узнаёте? Не двигайтесь, пожалуйста. Возможно, у Вас сломаны рёбра. — Возможно? — хрипло переспросил он и попытался улыбнуться. — А с ним что делать будем? — Крыс указал на Дикаря, до этого старательно изображавшего элемент декора. Тот нервно сглотнул. — Пресвятой Аксолотль, ты ещё здесь? — Ким хмыкнул, — У тебя сутки, чтобы убраться на другой конец галактики. Что будет потом, уже не моё дело. — Подожди-ка. — остановил его Крыс, — Телефон есть? Дикарь кивнул, доставая из кармана куртки древнюю раскладушку. — Звони в полицию. И в скорую заодно. — прибавил шейпшифтер. — Почему именно он? — спросил Ким. — Ну, вот ты, например, знаешь, где мы? Вот и я не особо. Воцарилось молчание, прерываемое только сбивчивыми объяснениями Дикаря и болезненным кашлем Всеволода. Наконец он закончил и, пройдясь напоследок по странной напоминающей маленький пульт штучке, удалился. — Я только одного не понимаю. — после небольшой паузы вдруг сказала Алиса, — Вы вытащили из тюрьмы Крыса, а… кем бы он ни был ‒ Дикаря. Так в чём разница? Врать в глаза ребёнку Ким бы, конечно, смог, но ему абсолютно не хотелось это делать. Особенно учитывая то, что мозг никак не мог придумать правдоподобную ложь. Но Крыс в своей привычной манере и с не менее привычной улыбочкой снова ответил вместо него. — Разница, Алисочка, заключается в том, кто в итоге побеждает. Ну, и ещё немного в бюрократии. Кстати о ней… Кимушка, дорогуша, я надеюсь, ты не забыл наш уговор? Первый, до этого офигевавший молча, не выдержал. — Какой ещё, к пиратской мамаше, уговор?! На этот раз Ким честно попытался опередить Крыса в риторической гонке. — Понимаешь… — В качестве платы за мои услуги, — начал он, с наслаждением растягивая гласные, — капитан Ким пообещал мне, цитирую… «простить историю с Медузой». Реакция превзошла все его ожидания. Всеволод запрокинул голову, тихо демонстрируя свои познания в непечатной лингвистике. Причём, к кому конкретно был обращен его праведный гнев, осталось за кадром. Алиса переводила недоумевающе-неверящий взгляд поочерёдно с одних участников сцены на других. Впрочем, Ким, как ни странно, никаких признаков стыда или беспокойства не выказывал, а, напротив, загадочно улыбался. — Ах, этот уговор… — явно намеренно копируя фирменные интонации оппонента, начал последний, — Что ж, я своё слово сдержу. Более того, лично пойду сражаться с экологами за твои права на постройку базы. На памяти Алисы в последний раз такое выражение лица у Крыса было, когда она, в неудачный момент перепрыгнув через забор, случайно приземлилась на него. Сейчас же удар по голове был ментальным, но не менее серьёзным – надо же, кому-то удалось выиграть у него в игру «Найди лазейку»! — На постройку… базы? — в полнейшем шоке переспросил он. Всеволод, которому повезло наблюдать это зрелище из первых рядов, попытался засмеяться, но вызвал этим только новый приступ кровавого кашля. Ким, которому повезло в остальных аспектах, друга в этом благородном начинании поддержал. — Ты же не думал, что я могу просто так взять и простить… то, о чём ты думал? А, ну да. Точно. Растерянность на лице шейпшифтера на пару секунд сменилась злостью, но, к сожалению для уже приготовившегося наблюдать Севы и к счастью для самого себя, даже в такой провокационной ситуации умудрился сохранить относительное спокойствие. — Хорошо. Ладно. Допустим… — он вдруг истерично рассмеялся, — Ты использовал меня! Всё это было бесполезно! — Если честно, я не очень-то ожидал от тебя такой добросовестности. Я думал, ты уже давным-давно с Земли улетел. Ким задумался. И тут заговорила Алиса. — Дайте ему шанс. Я за него ручаюсь. — О чём ещё я не знаю? — подозрительно спросил Всеволод. — У меня тот же вопрос. — прокомментировал Ким. Воцарилось молчание. Наконец решение было принято. — Значит, так. Раз уж на то пошло, то предлагаю вот что. Ты будешь объявлен мёртвым, а что делать дальше – твоё дело. Назовись Эриком, Артемисом, Уильямом, оставайся на Земле, живи на любой другой планете Содружества или вне его, научись вязать крючком, поступи в Космофлот или на театральный… Но учти – только попробуешь вернуться к прежней жизни, и я тебя лично найду. Что будет дальше, ты прекрасно знаешь. — Идёт. На большее я и не рассчитывал. Дверь с грохотом распахнулась. — Алиса! Ты здесь? Ты не ранена? На пороге стоял Пашка, встрёпанный, раскрасневшийся, с толстой палкой в качестве оружия наперевес. — Ну наконец-то! — воскликнул Крыс, — А я уже переживать начал. Ты где был-то? — Вход не мог найти, — отмахнулся Пашка, даже не взглянув на собеседника. Всё его внимание было приковано к одному-единственному человеку. — И вовсе не надо было меня спасать, Паш, — Алиса обняла его. — Если кто спросит, передайте, что я ушёл. — вполголоса проронил Крыс. Аккуратного вида ворона, напоследок подмигнув Киму чёрным глазом, вылетела в окно. На полу, поблёскивая как новенький, остался лежать Пашкин бластер.

* * *

— Ферзь на уровень ферзя-три. Всеволод смотрел в потолок. Эта партия была уже семнадцатой за день. Георгий Константинович, по-видимому, свои угрозы исполнять не собирался, и Первый с Третьим на соседних кроватях коротали время как могли, играя на компьютере с голосовым управлением в усложнённые шахматы. Илэ задумался. Даже приподнялся на локте, чтобы лучше видеть поле на экране. — Слон на уровень ферзя-три. — Пешка на уровень короля-два, — усмехнулся Всеволод. — Кто выигрывает? — раздался голос. Окно открылось. На подоконнике сидел Ким, слегка неуверенно улыбаясь. — Как всегда. Сева. Ким спрыгнул с подоконника, с умным выражением лица изучая «поле битвы». — Каждый раз удивляюсь, как человек, у которого никогда нет даже намёка на план, может быть чемпионом Земли по шахматам. — Он меня с ума сведёт! Я не понимаю его логики… — Илэ выглядел растерянным, — Я вроде всё делаю правильно, но всё равно проигрываю. — А ты делай неправильно, — рассмеялся Всеволод, — «Логика» здесь не сработает. Ким рассмеялся следом. Даже Илэ смог слабо усмехнуться. — Человек-импровизация как всегда в своём репертуаре, верно? — Хех. У тебя-то что? — Ничего особенного. Так, небольшие неприятности. — Какого рода? — тут же нахмурился Илэ. Второй беспечно отмахнулся. — Неважно. — Не знаешь, кстати, сколько нам ещё здесь торчать? — усмехнулся Первый. — По-моему, осталось два дня. — Терпимо. Илэ откинулся на подушку, о чём-то задумавшись. — Ты это планировал с самого начала? — Ты про что? — Про твою сделку. Ты с самого начала планировал обмануть Крыса? Ким смущённо пожал плечами и усмехнулся. — Обманом я бы это не назвал, но в целом да – если бы Севка не потребовал объяснений, он бы узнал о подробностях только сегодня. — Ну ладно, ладно. — Всеволод примирительно поднял руки вверх. — Но согласись, ты бы на моём месте тоже возмутился. — Так-то да, но… Он поймал взгляд Кима, в котором за стыдом скрывалось странное, нервное веселье. И тоже не смог удержаться от смеха. — Фил, видел бы ты его лицо, когда Кимка ему про экологов сказал! Его как будто по голове чем-то тяжёлым стукнули. Неет, это зрелище надо было видеть. Ким молчал, опустив глаза. Наконец он собрался с духом. — Послушайте… Мне надо вам кое-что сказать. Только не перебивайте… Я долго думал над этим. Боюсь, что моё прошлое может настигнуть меня в любой момент. Вам необязательно подвергаться такому риску из-за меня. Я пойму, если вы презираете меня за те деяния, что я совершил в молодости. И теперь я должен исправить все ошибки. Мне нужно лететь. Простите, но Трёх капитанов больше нет. На несколько секунд повисло тяжёлое молчание. — Не понял, ты что, издеваешься? — слишком громко нарушил его Всеволод. — Да плевать нам, что ты там творил двадцать лет назад! — Но ведь… — неловко начал Ким, но Сева не дал ему закончить. — Ты идиот, что ли? Думаешь, мы дадим тебе так просто улететь в одиночку? Ну уж нет, наразделялись уже, пиратскую мамашу! — Ты же не хочешь мне сказать, что собираешься лететь со мной? У тебя же вроде как семья… — попытался образумить его Ким. — Да что там, в первый раз, что ли? — Даже не думайте, что можете улететь без меня. Мне надоело околачиваться в околопланетных пространствах. — хмыкнул Илэ. — Ты уверен? — Более чем. Не зря же я уже второй год перестраиваю тот списанный крейсер… — Ты про это ничего не говорил. — заметил слегка ошарашенный подобным заявлением Всеволод. — Может быть. — пожал Илэ плечами. — И ещё кое-что. Больше никаких секретов. Договорились? — Мне скрывать нечего, — ответил Сева, — Договорились! — Договорились, — усмехнулся Ким.

* * *

— Ким? Наконец-то. Сколько можно ждать? Элла неодобряюще взглянула на него с экрана видеофона. Впрочем, широкая улыбка Второго, донельзя редко появляющаяся на его малоэмоциональном лице, её весьма обнадёживала. Она помедлила всего секунду, прежде чем нетерпеливо спросить: — Ну так? Что с Севой? Где он? — В порядке. В больнице. На Земле. — отрапортовал Ким. — Что с ним? — судя по её виду, она ожидала чего-то подобного. — Я же говорю – ничего такого. Воцарилось молчание. — И ещё кое-что. — чуть сомневаясь, начал Ким, не совсем уверенный, стоит ли это говорить, — Думаю, ты должна знать. Мы летим. За пределы галактики. Втроём. Элла вздохнула, покачав головой. Нет, они неисправимы. Что её муж, которого хлебом не корми, дай ввязаться в очередное приключение, что Ким, видящий смысл своей жизни в погонях и перестрелках, и даже Филип, с виду кажущийся тихим домоседом, на деле был влюблён в космос так, что очень немногие силы могли их разлучить. Впрочем, спорить бесполезно. Они всё равно возьмут её с собой.