Разминка для Танизаки

      Джуничиро проснулся на футоне от лучей солнца, что светили ему в глаза, отчего тот поморщился. Желая укрыться от них, Танизаки повернулся к стороне, где обычно лежал Доппо, и провёл рукой в поисках возлюбленного. На своём привычном месте мужчины не было, подросток нехотя приоткрыл один глаз, чтобы взглядом попытаться отыскать пропажу. Недовольно выпятив губу, Танизаки приподнялся на локтях и прислушался: никакой активности со стороны кухни слышно не было. Она находилась достаточно близко к спальне, так что пребывание там Куникиды должен был выдать запах еды. Джуничиро выполз из своего тёплого укрытия, почувствовав, как от прохладного утреннего воздуха по телу пробегают мурашки. Он ещё заставит Доппо почувствовать себя виноватым за то, что оставил его, такого бедного и несчастного, бродить по квартире ранним утром и мёрзнуть! Не утруждая себя тем, чтобы накинуть хоть какое-то подобие одежды (Джуничиро предпочитал спать в одном нижнем белье), он направился к кухне. Пропажа-пропажей, но утренние ритуалы никто не отменял, и потому Танизаки, проверив, что вода горячая, залил ей кофейный порошок. Раз вода была горячей, не нужно быть детективом, чтобы догадаться, что недавно кто-то её разогревал. Следовательно, Куникида, скорее всего, всё ещё дома. Да и где ему быть в свой выходной? Услышав непонятные скрипы со стороны гостиной, Джуничиро взял приготовленную чашку кофе и направился туда, застав за активной деятельностью Доппо, который непонятно как добрался через тонны ещё не разобранных коробок до настенного турника и теперь добросовестно подтягивался на нём. Видимо, это не составляло для агента никакого труда, так как не слышалось ни тяжёлого дыхания, ни пыхтения. На мгновение Танизаки замер в дверном проёме, наблюдая, а затем подошёл чуть ближе, улыбнувшись уголком рта. Происходящее доставляло ему некое эстетическое удовольствие. Так продолжалось ещё несколько минут, но упражнение подошло к концу, и Доппо встал на пол, дабы отдохнуть. Он повернулся и, увидев Джуничиро, улыбнулся ему в ответ:       — Уже проснулся?       — Ага, — слегка наклонив голову, сладко протянул Танизаки и подошёл к любимому, чмокнув его в щёку. — Утренняя разминка?       — Не хочу терять форму на выходных, — рука обвила талию Джуничиро, и тот решил отложить обвинения за навязанное одиночество в постели на неопределённый срок. — Не хочешь присоединиться?       — Предпочитаю полагаться на способность, — загадочно ответил Танизаки и растворился в пространстве, мгновенно материализовавшись по другую сторону от Куникиды.       — Джуничиро…       — Да-да, я помню, никаких способностей дома.       Они встречались три месяца, жили вместе и того меньше — всего два. Но Танизаки, будучи без ума от этого бархатного голоса, научился различать малейшую интонацию, и потому по ней одной мог распознать, в чём провинился на этот раз.       — Время перерыва закончилось. Я должен вернуться к тренировке, — взгляд Доппо устремился на беговую дорожку.       — Ладно, я просто тут посижу, — всё ещё держа кружку кофе, Танизаки плюхнулся на диван.       Куникида же встал на беговое полотно, быстро нажал пару кнопок на панели, выбирая необходимый режим, и отправился в своё пешее «путешествие». Джуничиро смотрел на то, как дёргается кадык любимого при каждом шаге, как напрягаются мышцы на руках и ногах, становясь явственнее и больше, из-за чего появлялось дикое желание покусать их. Сейчас сам Куникида был желаем им, и отказать себе в такой прихоти было бы ну просто кощунством, поэтому Танизаки подобрался к беговой дорожке и положил локоть на поручень. Затем его рука как бы невзначай переместилась к панели управления, и — какая случайность! — он задел кнопку, и беговая дорожка прекратила работать.       — Прости, До… Но ты, наверное, и без того устал? Не хочешь немного… Отдохнуть? — заговорщицки подмигнув, Джуничиро пролез под поручень и встал в полный рост перед Доппо, закидывая руки на его плечи и подтягиваясь, отчего Куникида рефлекторно подхватил парня под попу.       — Но тренировка…       — Да-да, ещё не закончена, я в курсе, — бестактно перебил Танизаки, теперь проведя коленкой по чужому бедру и затем обняв ногами Куникиду за торс, телом откинувшись немного назад. — Но у меня есть упражнение получше…       Теперь Куникида был полностью в его власти.       — Джуничиро…       — Джуничиро, Джуничиро… — недовольно перекривил его Танизаки. — Только и слышу: Джуничиро, не сейчас, Джуничиро, позже… Джуничиро, это ведь стол босса… Джуничиро, оденься…       — Но мы были в парке! — возмутился такому кривлянью Куникида. — И, послушай…       — Ну и что, что в парке! — капризно воскликнул Танизаки. — Рядом была фотокабина… — его рука переместилась на грудь, опускаясь к торсу и пересчитывая кубики сквозь майку.       — Джу…       — Да, мне мало того, что у нас есть! В-вот, когда к Дазаю приходит его бывший напарник… Чуя Накахара, да? Их целыми часами не видно, хоть и слышно… кхем… но я к тому, что он к нему чуть ли не каждый день приходит! А что у нас?!.. — Танизаки обиженно подался спиной назад, чтобы удобнее лечь перед Доппо.       Однако его лопатка угодила прямо по кнопке включения, и беговая дорожка, завибрировав, выбила землю из-под ног Доппо. Он поскользнулся и упал носом прямо на грудь горе-любовника, крепче хватая его руками и перевернувшись, слетел вместе с ним с дорожки. К счастью для Джуничиро, основной удар пришёлся на позвоночник Куникиды, которым тот встретился с полом. Виновато закусив губу, Танизаки поспешил слезть с него, чтобы не причинять ещё больше вреда. Затем сел рядом, приподнимая голову Доппо. Тренажёр продолжал работать как ни в чём не бывало, что лишь раздражало Джуничиро в этот момент.       — Прости, я не хотел, чтобы всё так… Всё нормально? — он начал обеспокоенно осматривать тело Доппо, пальцами касаясь челюсти, рёбер, перемещаясь ладонью ещё ниже…       — Всё нормально, — коротко ответил ему Доппо, перехватывая руку. — Думаю, я даже могу вернуться к упражнениям, — он сел, пошевелил плечами, чтобы убедиться в их сохранности, и кивнул, показывая, что всё в порядке. Поднявшись, Доппо подошёл к дорожке и выключил её, при этом посмотрев не без сожаления. И Джуничиро знал, почему: он невзначай вмешался в его идеальное расписание, украв несколько драгоценных минут. Расписание Куникиды было тем бытовым камнем преткновения, который порой проскальзывал в их беседах укором или даже небольшой ссорой. Наличие его так сильно укоренилось в жизни Доппо, что Танизаки пока не брал на себя ответственность бороться с этим. Но в последнее время буквально всё подталкивало его именно к отчаянной и жестокой борьбе за их совместное счастье, и Джуничиро начинал поддаваться знакам судьбы. Так что ему во что бы то ни стало сейчас нужно было затащить своего же парня в постель.       Тем временем Доппо уже успел приступить к отжиманиям, сгибая локти и всем телом наклоняясь к земле, при этом удерживая его на весу. Снова начали напрягаться мышцы, послышалось тихое сопение. Во время упражнения Куникида держался идеально ровной струной, которая то поднималась, то опускалась. В какой-то момент Джуничиро заинтересовался, сколько отжиманий он сможет сделать в принципе, однако решил узнать об этом как-нибудь попозже. Сам он подошёл к напряжённой фигуре, присел перед ним на корточки, наклонив голову и пытаясь заглянуть в глаза, как надоедливый кот, а затем и вовсе заполз на парня сверху, обхватывая его мощную грудь руками. Было просто поразительно, насколько прекрасной оказалась физическая подготовка Доппо: он продолжал отжиматься как ни в чём не бывало! И, к счастью для Танизаки, из-за полной концентрации на упражнении Куникида не смог упрекнуть его во вмешательстве. Впрочем, могло ведь быть и такое, что Джуничиро просто решил немного модифицировать банальные отжимания дополнительной нагрузкой. Так что он тут ещё и помогает.       Танизаки уткнулся носом в светлую макушку, прислушиваясь к чужому дыханию. Его руки никак не могли оставаться в такой ситуации в покое, и потому ненароком стали стягивать с Доппо майку, оголяя его живот. Осмелев, Джуничиро положил ладонь на голую кожу, почувствовав, как по всему телу Куникиды прошла мелкая дрожь (руки Танизаки очень часто мёрзли), и он всё же остановился. Затем аккуратно сел, так что Джуничиро пришлось сползти со спины и осесть на пол. Он смотрел на агента невинными, ничего непонимающими глазами, в которых игриво поблёскивали бесовские блики.       — А… теперь закончил? — Джуничиро подобрался ближе, утыкаясь носом во вздымающуюся и опускающуюся от частого дыхания грудь.       — Я начал совсем недавно. У меня ещё двадцать минут тренировки, — вкрадчиво ответил ему Куникида, зарываясь пальцами в рыжую шевелюру.       Двадцать минут… Да Танизаки с ума сойдёт от такого количества времени!       Джуничиро просяще заглянул к нему в глаза, приподнимаясь и опираясь руками на плечи:       — А пораньше никак нельзя? Ты ведь у меня такой сильный… — ещё одним аргументом он счёл поцелуй, поспешив вовлечь в него Доппо. В объятиях Джуничиро почувствовал себя так, словно его накрыли большим и тёплым одеялом, и улыбка сама заиграла на пухлых от долгого поцелуя губах. Доппо отпрянул от поцелуя и спокойно произнёс:       — Ещё двадцать минут.       Вот же стенка! Куникида начал подниматься, чтобы продолжить физические упражнения, однако Танизаки упорно повис на его шее, не желая отпускать:       — Нет-нет-нет! Ну посиди ещё со мной, я замёрз…       — Одежда в коробках возле кухни.       Порой Доппо был настолько непробиваемый, что Джуничиро приходилось долго размышлять, правда ли он ничего не понимает или же просто делает вид, что не понимает. И зачастую ему требовалось достаточно много времени, чтобы дать точный ответ на это.       — Я про другое тепло говорю… — его рука стремительно зарылась в чужие волосы, притягивая лицо Куникиды к своему.       — Давай я тебе принесу одежду?       Значит, всё же притворяется. Танизаки недовольно надулся, всё же отпустив Доппо к его драгоценным тренировкам. Да пусть что хочет делает! Пусть хоть все выходные тренируется! Бегает там, прыгает…       Взгляд Джуничиро невольно зацепился за сгибающиеся и разгибающиеся сильные руки, в объятиях которых тут же захотел оказаться, вздымающуюся грудь и ровную спину. В конце концов, он ведь ещё не все свои методы опробовал? Тяжело вздохнув, Джуничиро вышел из гостиной и направился к кухне. Всюду стояли разных размеров дорожные сумки, в некоторых местах их новой квартиры можно было заметить следы недавнего ремонта в виде оставленных инструментов и ремонтной пыли. Они въехали сюда не так уж и давно — неделю назад. Но из-за большой нагрузки на работе на уборку времени совсем не хватало. Танизаки с опасением ждал этих выходных, так как боялся, что Доппо решит именно на них устроить генеральную уборку, разобрать вещи, полностью обустроиться на новом месте. Однако Куникида молчал о своих планах, и в сердце Джуничиро появилась надежда на то, что любимый наконец решил посвятить время отдыху, которого им недоставало всю неделю. Но всё оказалось гораздо проще: у него просто был запланирован другой вид деятельности.       Джуничиро раскрыл коробку с их вещами, аккуратно и заботливо уложенными туда Доппо. Конечно, Танизаки чувствовал, что его любят и он нужен своему парню, однако иногда Куникида становился холодным и отстранённым, от чего все убеждения Джуничиро начинали понемногу сходить на нет. Худшим было то, что таких моментов в последнее время становилось всё больше и больше.       Танизаки придирчиво перебирал одежду, вновь размышляя, что он делает не так. На ум как-то ничего не приходило, и вместо этого стали появляться беспокойные мысли о том, что его любовь к нему остывает. Такое ведь происходит с людьми тут и там: сходятся, расходятся, затем вновь сходятся, образуют семью, а после распадаются — и это происходит снова, и снова, и снова. Джуничиро было страшно подумать о том, что они могли бы войти в число таких пар.       На глаза попалась старая футболка Доппо, и на губах Джуничиро заиграла лёгкая ностальгическая улыбка. Однажды получилось так, что вся его одежда была в стирке (благодаря Доппо), а одежда его парня лежала совсем рядом, чистая и отглаженная (опять же, благодаря Доппо). До этого он никогда не надевал его вещи, потому как не знал реакции Куникиды на это. Но с кухни так вкусно пахло (наверное, не стоит уточнять, благодаря кому), идти совсем голым не хотелось, и Танизаки надел чужую майку. Стоило ему предстать в таком виде перед обладателем этой вещи, как получил в свой адрес восхищённый взгляд, полный умиления и даже желания. А затем услышал просьбу одеваться так почаще. Ну, почему бы и нет? Джуничиро быстро набросил эту старую футболку и твёрдой походкой направился в сторону гостиной. Воспоминания приятно грели душу и придавали уверенности в том, что теперь Доппо точно не устоит.       Теперь Куникида просто отдыхал, сидя на коврике спиной к дверному проёму и попивая воду из бутылки. Танизаки тихо подкрался к нему и как можно аккуратнее, чтобы не напугать, обвил руками его плечи.       — Я оделся, но мне всё ещё холодно.       — Так… — Доппо повернул голову, чтобы дать ему очередные указания, но замолк, увидев Джуничиро. Последний лукаво улыбнулся, ведь получил именно ту реакцию, которую и хотел увидеть. Завороженный изучающий взгляд, приоткрытые губы, частое дыхание… Или это только от тренировки? Танизаки положил руку на щёку Куникиды, чувствуя себя не в своей тарелке:       — А теперь… поможешь согреться?       Сердце болезненно сжалось. Появилось чувство, словно сейчас произойдёт что-то нехорошее. Только не надо сейчас говорить о неуместности этой футболки. Или о том, что здесь всё же тепло. Или в который раз занудно твердить о расписании… Ведь не может быть такого, чтобы оно стало главнее Джуничиро!       — Ещё двенадцать минут.       А.       Вот оно что.       Джуничиро затравленно кивнул, отойдя от Доппо и уходя на кухню. Там он забрался на стул, поджав к подбородку колени и обхватив их руками. В одно мгновение ему стало безразлично всё вокруг. Какой теперь во всём этом смысл, если его парень так легко от него отказался?       Нижняя губа предательски задрожала. Стало ещё холоднее, чем утром. В глазах помутнело и защипало. Ещё слёз не хватало… Танизаки шмыгнул носом и удобнее устроился на своём месте. Он не нужен Куникиде. Да он и самому себе, по сути, перестал быть нужным. Вот скоро ему предстоит собирать вещи и отправиться к сестре, по-видимому. А жаль, ведь в квартиру заселились совсем недавно… Впрочем, не надо хоть вещи будет собирать по новой. И встать бы сейчас, собрать волю в кулак да пойти в новую жизнь. Но сердце упорно просит ответной любви, которое уже долгое время дарило одному человеку, и потому заставляет Джуничиро сидеть на месте без действия.       От неожиданно положенных на плечи больших ладоней, по телу Танизаки прокатилась волна электрического тока. Он неуверенно запрокинул голову, посмотрев в глаза над ним. Настолько долго здесь сидел, что прошло так много времени?..       — А… как же… твои занятия?       «И то, что я тебе больше не нужен».       В ответ ему была послана нежная улыбка и лёгкий невинный поцелуй в лоб.       — Ты расстроен. Я не могу чем-то заниматься, когда ты в таком настроении.       Джуничиро нахмурился, сбросил с себя ладони, чего хотел меньше всего, сполз со стула и встал в полный рост перед Доппо. Он стал в боевую позицию, выпрямив спину и сложив руки на груди. Без боя он теперь не сдастся. Хотя… о каком бое сейчас может идти речь?       — А я не могу думать ни о чём другом, когда мой собственный парень не хочет уделить мне и минуты, — Танизаки отвёл глаза, потому что невозможно было возмущаться, глядя в эти глаза напротив, которые манили своей притягательностью, затягивали в себя, заставляя все-все негативные мысли убраться из головы. Но эти мысли нужны были Джуничиро прямо сейчас, потому что та обида, капля за каплей накапливающаяся где-то на подсознании, больше не могла оставаться с ним и просила выбраться наружу через те слова, что неминуемо должен был высказать парень. — Т-ты знаешь… мне очень обидно, когда ты сам составляешь себе некое чёткое расписание, а потом внезапно оказывается, что мне совсем нет там места, — Джуничиро вцепился пальцами в эту злосчастную майку, теребя ткань. Его голос задрожал, и начало складываться впечатление, словно он вот-вот расплачется. — Ты так и скажи, что просто не планировал меня в своей жизни… — Танизаки хотел бы и дальше говорить, да только воздух в лёгких закончился. Нижняя губа предательски задёргалась, пальцы, держащие ткань, затряслись, и внутри что-то неприятно сжалось от холода и осознания того, что Куникида сейчас вряд ли найдёт себе оправдание. На что тут надеяться, если в последнее время отказы стали слышаться из любимых уст всё чаще и чаще? Их совместные вечера приобрели некоторую холодность, и Доппо словно отстранялся от Джуничиро, от чего было вдвойне больнее и неприятнее. Так вот как это всё закончится?       Внезапно сквозь мутную пелену из слёз, начинающих застилать глаза, Танизаки заметил, что расстояние между ними сокращается, а затем почувствовал тепло чужого тела и бессознательно прижался к нему. Теперь он не отказывал себе в желании уткнуться носом в грудь и покрепче ухватиться за плечи, как за спасательный круг.       Кажется, Джуничиро действительно сказал сейчас слишком много лишнего. Он мог бы и потерпеть, хотя бы чуть-чуть, а там…       — Прости, — послышался сверху любимый приглушённый голос. Если бы звуки можно было целовать, сейчас Танизаки непременно это сделал, потому что понял, как ему до безумия не хватало бы родного тембра. — Прости, я виноват перед тобой.       «Какой бред!» — пронеслось в голове Джуничиро, и ему невыносимо захотелось рьяно начать доказывать обратное. Это ведь он начал возмущаться, именно он закатил бессмысленную истерику и вывалил на Доппо столько претензий, хотя прекрасно знал, насколько тот бывает не приспособлен к тому, чтобы выражать свои истинные чувства. Однако вместо внятных доводов и адекватного разговора из его рта начали вылетать жалкие хриплые звуки, неприятно оседая в нём самом где-то в районе груди. Какой же он всё-таки никчёмный.       — Я знаю, что у меня плохо получается отдавать то же, что ты даёшь мне каждый день, — тем временем продолжал Куникида, успокаивающе поглаживая своего «глупого бесполезного» парня по волосам, — но это не оправдывает меня. Я должен чаще показывать то, как сильно ты мне нужен.       Танизаки поднял на него взгляд, говорящий о том, что тот вот-вот разрыдается, как пятилетняя девчонка. В последнее время он стал слишком эмоциональным. И эта его эмоциональность ещё больше была видна на фоне всегда такого собранного и спокойного Куникиды. Парень приоткрыл рот, чтобы начать убеждать Доппо в том, что он идеален, что Джуничиро сам виноват в происходящем и вообще… Но его мысли разом испарились, когда его губы накрыли чужие и затянули в полный любви и нежности, неторопливый, поцелуй.       — Тогда… — оторвавшись, Танизаки смущённо опустил глаза, сжав губы, которые теперь хотели расползтись в хитрую улыбку. — Тогда можешь сейчас показать, как сильно ты меня любишь? — его рука прошлась по голому торсу, а щека потёрлась о мощную грудь. Кажется, его желание побывать под этим человеком росло с каждой минутой, и оно было настолько сильным, что никакие эмоциональные переживания не могли помочь избавиться от него. Да и надо ли?..       — Конечно. У меня как раз вписано в расписание времяпрепровождение со своим парнем. Начнём с лёгкой растяжки, да? — усмешка Доппо тут же исчезла в ещё одном неторопливом поцелуе Джуничиро, который мгновенно оторвался и произнёс:       — В этот раз можно и погрубее…