Наруто? Опять ты

Наруто нёс песок Гаары, и не понимал: с каких пор он такой тяжёлый? Как Казекаге его носит каждый день? Кое-как неся его в каменную "пещеру", спотыкаясь на ровном месте, Узумаки донёс вещь Гаары, сотый раз проклиная её. Бывший джинчурики однохвостого пришёл в сознание, тяжело дыша, еле приоткрывая глаза. Ну, это предпологаемо: мало кто вообще выживал после этих смертоносных орудий. — Где я? — спросил красноволосый, медленно поворачивая голову к своим спасителям. — Мы тебе всё потом расскажем.—сказала Сакура, пока лечила его. Посмотрев на свою грудь, Казекаге увидел нежно-мятный цвет, излучающийся из рук куноичи. Сама Харуно мягко улыбалась. —Спасибо, но мне не нужна помощь,—Не покоряя свою гордость, сказал Гаара, отодвигая руки Сакуры — где мой песок? — Не знаю, Наруто и Какаши-сенсей пошли его искать, — сказала девушка, пожимая плечами, а затем продолжила — Не вставай, будет хуже, — медик обратно уложила его на спальный мешок. Всё-же лучше, чем холодный каменный пол. — Гаара, как ты носишь этот свой песок, он же тяжелезный?,— Крикнул Узумаки, заходя внутрь — Еле донёс, даттебайо! — Спасибо,— поблагодарил того Казекаге, мягко улыбнувшись своему приятелю — Буду рад поболтать, — посмотрел он на Сакуру — Наедине. — Хорошо, — сказала девушка, помогая встать красноволосому — Только быстро. — Естественно, мы быстро,— крикнул Наруто напоследок, выходя из прохладного помещения в не менее прохладный лес. — Я думал, будет жарче,— сказал Гаара, глядя на тень от деревьев. Он опирался об плечо лисёнка, но вскоре, и сам начал ходить. — Наверное, прогулятся тебе сейчас не помешает,— искренне улыбаясь, сказал Узумаки. Его прищуренные голубые глаза, словно море, из которого нельзя выбраться, жёлтые волосы, как доспевшая пшеница. Лёгкая улыбка с белоснежными зубами и розоватыми губами - всё влекло Казекаге к этому парнишке. Солнце, которое пробивалось через листья деревьев, освещало его, опять-же, и без того светлые волосы. Его яркие лучи делали глаза зеленоватого оттенка, а Гаара опять засмотрелся. Он медленно поднял свою руку, тогда она казалась особенно тяжёлой, и положил её на волосы своего лисёнка. Тиская мягкие волосы Наруто, и тот покраснел. — Гаара? — спросил Узумаки, который не менее покрылся румянцем. Казекаге притянул того за волосы ближе к себе. — Я люблю тебя, Наруто, люблю с тех пор, как ты меня победил. — Продолжая рассматривать милую физиономию Нару, выдал тот. — Прости — Виновато опустил голову джинччурики, обнимая за плечи Гаару — Но я не люблю тебя. Красноволосый поднял грустное лицо Наруто, он приблизился к нему своими губами, Узумаки даже не сопротивлялся. Когда губы Казекаге были в сантиметре от потресканых губ Наруто, раздался звук....

звон будильника

— М?,— сонно произнес Нару — Какого черта ? — не хотел он отпускать подушку, но пришлось. — А ты не пробовал щипать себя во сне?,— Иронично спросил Курама — это всё было твоё подсознание, и наша с Хатаке игра, надеюсь, тебе понравилось, мы долго старались, — Узумаки быстро ущипнул себя, но было поздно — он уже не во сне. — Курама, спасибо, наконец-то, я понял, какаво это: когда тебя любят, понял, хоть и не на долго, — без шуток поблагодарил своего биджу Наруто, и пошёл на кухню, искать рамен. И вдруг, кто-то постучался ему в дверь...