Что за школа без прикола

Леонард недовольно щурится от слишком яркого люминесцентного света, пытается перевернуться на другой бок, шумно вздыхает и, наконец, просыпается. Вид у него ужасный: аристократическая бледность уже переросла в болезненную, темные круги под глазами стали иссиня-черными, взлохмаченные волосы походили на вороньи гнезда. Он никогда не задумывался как мертвецы себя чувствуют в загробном мире, но вот сегодня отлично понял – вот так. Лурье внезапно понял что, был в чистилище, но не имел понятия почему он тут оказался. Он не нарушал никаких заветов, даже о смерти никогда не задумывался – для Леонарда она была чем-то невероятно далеким, с ней молодой учитель сталкивался всего дважды: в двенадцать, после гибели любимой кошки и в шестнадцать, когда мама сообщила ему о смерти какого-то далекого дяди. - Проснулся? – Даже лежа спиной к Дмитрию, Леонард чувствует что сейчас его товарищ по несчастью горько усмехается, - Я заметил что дверь в стене поддается, не хочешь попробовать ее выбить? Лурье говорит что согласен – а что ему остается? Он устал торчать тут, в этом месте, провонявшем потом, мочой и страхом. Фукидид как-то говорил что только взаимный страх может сделать союз надежным – что ж, к нынешнему положению дел эта цитата подходила как никогда: и Дмитрий, и Леонард, двое взрослых мужчин боялись открывать глаза, боялись просыпаться и снова видеть неприятный свет ламп торгового центра, слышать непонятное электрическое пощелкивание и шорохи, чувствовать запах мокрого ковролина и снова, снова понимать что они застряли здесь навечно. - Хорошо. – Леонард делает глоток воды, смывает солоноватый привкус лежалых крекеров, - Но я боюсь что у меня не хватит сил чтобы выломать ее. Поджатое тело учителя, несмотря на такой короткий срок заточения, как-то сжалось, лицо – осунулось и истаяло. Он походил скорее на каркас прежнего Леонарда, но не только физически. - Надеюсь за дверью выход. – Дмитрий старательно игнорирует навязчивые воспоминания о прошлой жизни. В голову лезут уже давнишние репетиции с братьями Ашкенази, теплые выходные в доме бабушки, совершенно дурацкие шутки Марка. – Я так хочу домой. Леонард неловко кивает, даже не желая думать о том, что будет если за дверью окажется стена или коридор с тупиком. Он слишком многое не успел в той, настоящей жизни: не признался в чувствах любимое девушке, не остепенился, не завел собственную семью. Мертвый в живом теле. Живой в загробном мире. - Ладно, пойдем. – Ковер как-то неприятно скрипит под ногами, а привычные магазинные полки словно удлиняются. Леонард убирает в рюкзак бутылку воды и найденное в игровой комнате детское одеяло. Лишь бы дверь открылась. *** - У меня друг есть, он на мента учится. – Иван с неприязнью провел ложкой по непонятной рисовой каше с кусочками курицы, которая в столовском меню гордо именовалась «плов». – Может его попросить? - А чего он сделает? Ну влезет туда, потом пропадет, а мы в итоге будем искать и его тоже? – Здравая мысль Маши заставила Ивана глубоко вздохнуть и опустить ложку. Каша неприятно захлюпала, засосала столовый прибор и отказалась отдавать обратно. Заседание сыщиков круглого стола в школьной столовой началось с опозданием – Дарина, которая весь вчерашний вечер говорила что нашла что-то, способное помочь в поисках Леонарда, пришла на пятнадцать минут позже. В руках она держала огромную папку с гербом (видимо один из друзей старшей сестры участвовал в поисках), а извечный желтый рюкзак казался тяжелее обычного. - Вот! – Она опустила папку на стол и радостно уселась рядом с Машей и Алисой, - Тут пара незакрытых дел о пропавших учениках. Это как подарок на новый год, думаю что с таким багажом у нас все получится. - Нам база нужна. – Давид залпом осушил стакан с киселем, - У всех крутых детективов есть своя база. - Где ты взяла документы? – Иван проигнорировал предложение Давида, - Как вообще школьник мог такое достать? - Это не я взяла, - Дарина смущенно опустила взгляд, - Ну, точнее я тоже принимала участие. Это Кирилл, тот который в прокуратуре работает. Он недавно приглашал нас к себе на работу, а эта штука прям на столе лежала. Вот совпадение, правда? - То есть ты украла документы. – Слова Алисы были полны удивления, - А что будет когда Кирилл узнает об этом? - Узнает? Да он эту папку как подставку для кофе использовал, я ее считай спасла. Все молча принялись за еду – изучать документы в школе было во-первых бессмысленно, а во-вторых опасно. Не дай Бог какой-нибудь учитель обратит внимание на то, чем занимаются одиннадцатиклассники: отберет бумаги, оставит на дополнительных занятиях по математике и в итоге они не только Леонарда не найдут, но и смысл жизни потеряют. - Так вот, база. У меня тут есть местечко на примете, после уроков покажу. – Давид встал из-за стола и взял тарелку из-под плова, - Возражения не принимаются. *** В нос ударяет запах мочи и гнили – Леонард недовольно хмурится и смотрит на детский бассейн, кажущийся неизмеримо глубоким. В его прошлом были и любовь, и ненависть, и какие-то откровенно бредовые проблемы. Один писатель однажды сказал что все это есть в нашей жизни только для того чтобы подготовить нас к встрече со смертью. Но только там не было цветущих детских бассейнов, походящих на болото. - На дне ключ. – Голос Димы звучит отрешенно, - И я думаю что он от той двери напротив душа. Дно бассейна практически не видно из-за темно-зеленой гнили и непонятной тины, мерзкий запах режет глаза, но Лурье все равно видит неясные очертания ключа. - Кто нырять будет? – Леонард прекрасно знает ответ на свой вопрос: сейчас Дмитрий скажет что не умет плавать, похлопает глазами и молча уломает Лурье на этот самоубийственный поступок. - Я не умею плавать. – Парень неловко убирает волосы за уши, - Я там утону быстрее чем достану ключ. Леонард глупо улыбается, сжимает края потрепанной футболки и снова смотрит на дно бассейна – у него нет выбора. Они выберутся отсюда только если получат этот чертов ключ. Стухшая вонючая вода просачивается сквозь сжатые веки, режет глаза и забивается в нос. Лурье проводит рукой по дну, поднимает целый слой тины и непонятного зеленоватого ила, но ключ никак не находится. К горлу тут же подкатывает тошнота, Леонард сжимает зубы и снова водит рукой по кафелю, надеясь что эта пытка скоро закончится. - Открой глаза! – Голос Дмитрия, звучащий сквозь толщу воды, кажется неизмеримо далеким, - Открой глаза! Открой глаза! Леонарду не хочется слушать такие советы – открыть глаза? Он не сумасшедший, еще чего доброго получит какое-нибудь заражение роговицы или еще чего похуже, так что он только посильнее сжимает веки и наконец выцепляет многострадальный ключ. - Ну наконец-то! Я уже думал что ты там утонул. – Рука Димы кажется слишком бледной, слишком сухой, походящей на руку мертвеца. - Зачем… Зачем ты говорил мне открыть глаза? – Вонючая вода густо стекает с волос, запах гнили остается в носу. Леонард отряхивается как бездомный пес после дождя, старается избавиться от ненавистной болотной вони. - Я молчал. – На лице Димы застывает маска удивления. – О чем ты вообще? *** - Гараж? – Маша осмотрела непонятное сооружение, адрес которого им выслал Давид, - База в гараже, вот это да. Гараж выглядел… Ну не слишком презентабельно: замок под обрезанной пластиковой бутылкой, подтеки красно-коричневой краски, походящей на свернувшуюся кровь, и, самое главное, придверный коврик со звездочками, никак не сочетающийся с суровым, и, как сказал Иван, «уральским» гаражом. - Ну может там внутри круто. – Вано попытался вставить ключ в проржавевший замок, - Да и вообще грех жаловаться. Не в овраге же сидим. Кузены молча кивнули – видимо даже овраг нравился им гораздо больше чем эта консервная банка. Однако выбора не было и, открыв скрипящую дверь, школьники осторожно прошли внутрь. Ничего интересного: банки с закатками на полках, зимняя резина в углу, потрепанный пыльный стол и стулья. Не было самого главного гаражного элемента – машины, давидовской девятки. - Я в магазине, скоро вернусь. – Маша вгляделась в закорючки на крошечном листке бумаге, - Нашел блин время. *** - Душ… Ржавая вода капает на кафельные плитки, звук капель эхом отдается в крошечной комнатке три на три. - Может выход где-то рядом? – Дима шарит руками по заплесневелым плиткам, надавливает на те, что прикреплены не слишком хорошо, надеясь что хотя бы одна из них откроет тайный проход. Но все тщетно. - Мы можем поспать на лежаках, - Леонард тщательно скрывает разочарование в голосе, - А как проснемся, то найдем выход отсюда. - Сколько мы тут уже? – Дмитрий поднимает потускневшие от усталости глаза на товарища по несчастью, - Месяц? Неделю? Год? Время здесь течет как-то странно, ты не замечал? - Не важно как оно течет. Мы скоро выберемся отсюда, я клянусь. – Лурье сам не верит в свои слова. Он прекрасно понимает что уже давным-давно потерял ощущение реальности происходящего. - Ты говоришь неправду. – Дмитрий смеется: смеется надрывно, скрипяще, смеется как человек, полностью потерявший надежду. – Каждый раз как мы просыпаемся ты клянешься что случится что-то хорошее, Леонард. Где оно? Где твое хорошее? Лурье молча опускает взгляд и стыдливо пожимает плечами – он не знает. Но все равно верит. *** Кузены молча смотрят на то как упорно Давид пытается выудить помидор из только открытой литровой банки, параллельно рассказывая о том как он потерял пакет с покупками пока шел к гаражу. Помидор никак не сдавался – проскальзывал между пальцами, обходил руку по краю банки, видимо не желая стать перекусом бывшего нижнетагильского школьника. - Нет, вы прикиньте! Даже на Вагонке так быстро пакеты не пиздят как в этом вашем Энске. - Может просто ты косой? – Дарина, похоже, не хотела слушать оскорбления в сторону родного Энска, - Вот и потерял. - Да еще бы я потерял. Там то что мамка купить просила, а то они с Мариной опять на дачу умотали и не успели затариться продуктами. – Давид попытался схватить помидор – соленье не согласилось с такими действиями и, подобно бравому камикадзе, развалилось, оставив после себя косточки и маринад. - Твоя мама с сестрой на даче бывают чаще чем ты на уроках. – здраво подметила Алиса, - Ты не планируешь начать ходить? - Я? Нет, спасибо. – Раскольников слизал рассол с пальцев, - Обойдемся. Жалко блин что пакет потерял, я вам там конфеты купил. Нет вы представляете? Он просто пропал! *** Пена, пахнущая химической земляникой, стекает по плечам вместе с горячей ржавой водой. Леонард с наслаждением снова намыливает голову и встает под душ. Он понятия не имеет каким образом Дима нашел целый пакет с относительно свежими продуктами и, самое главное, куском земляничного мыла, но ничего против этого не высказывал. Главное не то как эти предметы к ним попали, а то что они смогу несколько дней прожить как настоящие люди. - Леонард. – Голос Димы дрожит, так что Лурье сразу понимает что возникла какая-то проблема, - Там кто-то стоит возле двери. И смотрит на нас. - Стоит? – Леонард вздыхает и наскоро вытирает тело полотенцем, - Ты не знаешь кто это? - Он представил себя как Анжей. И сказал что он тут Бог. Порождение безумия в сумасшедшем мире.