Белый волк в Хогвартсе

      — На ста-арт! Внима-ание! Марш! — раздалось, казалось бы, по всему лесу.       Птицы, конечно, не снялись с мест из-за голоса Ромба, усиленного волшебным рупором, но эхо пронеслось знатное. Зелёные первокурсники озирались, пытаясь найти старосту их курса, но никто не обладал способностью видеть сквозь стены. Или пока не обладал…       — Ну и чего стоим? — на этот раз голос был более недовольным. — Или не все на русском понимают? Я ведь и как наши коллеги туманные альбионщики могу… — Ромб прочистил горло, слегка отодвинув рупор ото рта, звук стал более отдалённым. — Get ready! Get set! Go! Гоу я сказал!       Маришка оглянулась на Геральта. Он стоял всего через несколько человек от неё. Мальчик выглядел потерянным, смотрел куда-то вдаль, не шевелясь и не моргая. Марина осторожно подошла к нему, словно боялась испугать, между делом наблюдая, как самые решительные её однокурсники уже почти скрылись в мрачном волшебном лесу.       — Что мы будем делать, Геральт? — голос её был мягким и вкрадчивым       — Думать, — холодно ответил ведьмак.       — Но все уже ушли!       — Ты тоже можешь идти, если тебе так хочется.       Геральту хотелось рычать. Вся эта ситуация с детским телом, с игрой в ребёнка ему уже порядком осточертела. Особенно его недовольство собственной жизнью накалила встреча с директрисой Колдовстворца Констанцией Николаевной. И кто так ненавидел маленькую новорождённую?.. Констанция определённо была не глупой, он буквально физически ощущал её внимательный взгляд. Она осматривала его как новую интересную игрушку. И, казалось, не верила ему ни на грош. Не верила в его наспех придуманную историю о контузии и потери памяти. Даша жалась как потерянный котёнок в её кабинете. Это был не страх, скорее глубокое уважение, перерастающее даже в лёгкую степень раболепия.       — Геральт… — Маришка поджала губы, ей совсем не хотелось проигрывать из-за его нерешительности, но идти одной в страшный лес тоже ни капельки не хотелось.       — Я думаю.       Констанция Николаевна изучала его своим хитрым почти кошачьим взглядом. Она опиралась на подоконник, приютивший на своём широком плече несколько разносортных кактусов.       — Я слышала, что тебе уже лучше, — с мягкой улыбкой произнесла директор магической школы. — Но видеть тебя своими глазами в добром здравии ещё приятнее. Я надеюсь, что со временем ты вспомнишь подробности из своей жизни и поделишься с нами. Дарья говорила, что кое-что ты всё же помнишь.       «Чёрт бы побрал эту Дарью…» — выдавливая глуповатую улыбку подумал Геральт.       — Сегодня пройдёт ежегодное соревнование для первокурсников. Я объявляла это за завтраком в общем зале, ты отсутствовал там, по понятным причинам. Мне бы хотелось удостовериться, что ты достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы принять в нём участие.       Кабинет был светлым. Прибранным. И почти без пыли. Геральт заметил лёгкий её налёт только на очень старых книгах, которые не стоило брать лишний раз в руки, чтобы не попортить их состояние, а уж тем более стирать с них пыль. Стул был обит чёрной кожей, не потрёпан. Скорее всего новый. На столе лежали бумаги.       — Я в порядке, — с напускной охотностью заверил ведьмак. — Какой приз?       — Только победитель будет в праве узнать.       «Понятно, пытается заинтриговать толпу, значит или приз так себе, или испытание. Или и то, и другое сразу»       — С удовольствием приму участие.       Маришка терпела долго. Но всему же есть предел, верно? Ей хотелось потрясти его за плечи, крикнуть ему в лицо, что даже если ему страшно, надо хотя бы попробовать, чтобы потом не жалеть. Хотя на самом деле страшно, скорее всего, было только ей самой. Вместо всего этого она только снова позвала его по имени, на этот раз Геральт откликнулся быстро.       — Я не знаю, куда нам идти, — честно сказал ведьмак. — Я не знаю, чего они от нас хотят. Больше скажу, я просто не понимаю, для чего это всё надо.       — Констанция Николаевна говорила на завтраке, что эта игра называется «Пойди туда, не знаю куда. Принеси то, не знаю что», — важно поделилась информацией девочка.       — И кому-то должно стать проще от такой формулировки? — мрачно заметил Геральт.       Почему все дети ушли в лес? Они что, знают больше, чем Марина? Может быть им всем дали какую-то наводку, а ей нет? Или Маришка забыла. Нет. Она была мягкой, слишком доброй, доверчивой, но не самой глупой. Забыть что-то важное она не могла. Особенно если это что-то касалось таинственного приза.       Геральт нахмурился. Лес как лес. Ничего не обычного. Стемнеет правда скоро. Из-за чего каждая тень могла напугать детей. Но он-то не был ребёнком.       — Хорошо, — наконец обронил ведьмак. — Пойдём.       — Куда? — Маришка была готова пойти куда угодно, лишь бы только не стоять на этой полянке.       — Я не знаю, куда. Но разве не об этом говорится в условии этой дурацкой игры?

***

      Большинство детей разделилось на группы. Не по интересам, конечно. Потому что интерес был у всех один — победить. С самого начала учебного года первокурсники разбились на некоторые компании, внутри которых налаживались вполне обычные детские дружеские отношения. От того они были достаточно искренними. Но не всегда. Внутри каждой такой группы друзей через некоторое время после начала этой игры возникло понимание того, что они не знают, как поделить приз. Потому что по условиям игры он был только одним. Что делать, если искали они его вместе, а получить сможет кто-то один?       — Мой отец рассказывал мне про эту игру! — авторитетно заявила девочка с почти чёрными волосами.       — И что ты знаешь? Где прячут то, не знаю что?       — Это… — девочка с чёрными волосами втянула воздух. — Это каждый раз в разном месте. И это всегда разное.       — Ничего ты тогда не знаешь, — ехидно заметил Егор. — Пойдёмте отсюда, — мальчик знал, что небольшая группа из пяти человек пойдёт за ним, поэтому даже не обернулся, чтобы удостовериться.       Он перепрыгнул через небольшой ручей, только слегка замочив края штанин. Однокурсники почти сочувственно посмотрели на Мадину и тронулись за Егором. Девочка пошла следом, поёжившись от странного чувства. Ей казалось, что за ними кто-то как будто наблюдает.

***

      Геральт уверенно шагал в самую чащу. Но почему лес? Можно было вернуться в Колдовстворец. Он был всего в паре километров от того места, где их оставили. Но тогда, он бы знал, куда идёт… Так не годится. Идти нужно туда, не знаю куда и искать то, не знаю что. Но как он тогда поймёт, что оно именно то, про что он не знает если он действительно не знает? Можно хоть камень взять и сказать, что вот оно то, не знаю что.       Геральт пнул ветку. Недовольство нарастало. Душило его. Глупая игра. Глупый мир. Глупый Колдовстворец. Глупый он… Ведьмак повернулся на Маришку. Девочка шла ниже травы. Напряжённо вглядывалась в деревья и искала то, чего не знала. То, чего не знал никто.       Что-то было не так. Что-то не то. Медальон спокойно лежал на груди ведьмака, лишь покачиваясь от его быстрых шагов. Нет, преподаватели не могли отправить шайку беспомощных детей в опасный лес на съедение кому-либо. Или могли? Нет. Исключено. Они же хотят получить на выходе квалифицированных магов. Иначе смысл этого всего заведения.       Ведьмак наступил ногой в неглубокий ручеёк и выругался. Теперь его ботинок промок. На земле были следы. Здесь кто-то уже проходил. Геральт развернул в другую сторону.       — Почему мы не догоним их? — спросила Маришка.       Девочка тоже заметила следы. Да, она определённо была не глупой. Геральт объяснил, что не имеет смысла ни с кем объединяться, чтобы потом не делить приз и не ругаться.       — Тогда почему мы идём вместе?       — Я разве звал тебя с собой?       От обиды Маришка лишь сжала кулачки. Геральт нахмурился, он вёл себя как… Геральт. Не стоило ему обижать её. Она же ребёнок. Маленький человек не проживший и капли его опыта. Человек, почти не знающий горя и предательства. Но всё ещё было впереди.       — Я думала, что мы будем помогать друг другу! Я думала, что мы друзья! Ты совсем никого здесь не знаешь. Все обсуждают тебя за спиной, они почти не видели тебя, но уже боятся… — Марина замолчала, осознав, что сказала слегка больше, чем планировала. — Я думала, что мы будем хорошей командой, как раньше…       Как раньше? Геральт честно пытался припомнить, когда это они были командой, но так и не нащупал ничего близко похожего в своей памяти.       — И как же они отзываются обо мне? — усмехнулся ведьмак, ему правда было интересно.       — Это не важно, — отмахнулась Маришка.       Геральт выдохнул. Он оцарапал руку о какой-то острый куст, и царапина всё ещё слегка саднила, но он знал, что это ощущение пройдёт совсем скоро, и не обращал внимания.       — Послушай, мне они не нужны. Они могут говорить обо мне, как угодно, они могут кидать в меня камни и своё собственное дерьмо, плевать я хотел, — Геральт остановился, видимо подбор слов был не самым удачным для разговора с маленькой девочкой. — Но когда им понадобится моя помощь. А обычно так и происходит. Я помогу. Но запрошу двойную цену.       Маришка не поняла, о какой цене говорил Геральт. Но спрашивать не стала. И говорить ничего тоже не стала. От него веяло одиночеством и злостью. Может быть, Геральт просто не умеет дружить, не хочет доверять, но она-то умеет. Она научит его. Ведьмак остановился, словно прочитав её наивные детские мысли. Нахмурился. Шумно втянул воздух, словно хотел проанализировать его запах. Ему очевидно что-то не понравилось, но он пошёл дальше, не оглядываясь.       Всё это действо могло бы напоминать самую обычную лесную прогулку, если бы не одно но… Теперь Геральт точно знал, за ними следят.