Придурки

      Был субботний день и класс 1-А решил собраться вечером и всем вместе поиграть во что-нибудь, посмотреть фильмы, поесть пиццу. В общем, обычный вечер. Сперва все шло хорошо — посмотрели пару фильмов, перед этим конечно очень долго спорили, что именно смотреть, Денки притащил видеоигры, девушки принесли попкорн, кто-то из класса заказал пиццу. Но потом кто-то из компании предложил поиграть на желания, и какого-то черта всем эта идея показалась просто отличной. Вниз созвали всех, кто еще не был там, ведь чем больше народу, тем веселее, хоть и отдельные личности так не считали. Уже и Хагакурэ прыгала по столу, обсыпанная мукой, и Урарака весело изображала люстру, и даже Шото заставили таки пойти и гавкать на Минету в течение нескольких минут. Но даже при этом всем вечер шел хорошо. Пока вдруг не раздался веселый голос Мины: «Бакуго, ты проиграл! И теперь ты должен… Взять кого-то из парней и станцевать с ним в нарядах бразильских танцовщиц!». В ответ конечно же последовали возражения: — Да не буду я этого делать, совсем с катушек съехала, Черноглазка? — Еще как будешь, если ты сел играть, значит ты соглашаешься со всеми правилами. Так что ты обязан это выполнить. Или ты не держишь свое слово, а, Бакуго? — Ладно. Так, придурок, — Кацуки поморщился и ткнул пальцем в Киришиму, — идешь со мной. Остальным ждать здесь.       К Яойорозу с просьбой сделать нужные костюмы был послан Эйджиро, который вернулся через несколько минут. — Окей, ты принес перья. Где сам костюм? — Ну… Это и есть костюм, Бакуго. — Чего? Ты пошутить пытаешься что-ли? Если да, то у тебя не получилось. — Мне и самому что-то не очень смешно.       Парни рассмотрели то, что принес Эйджиро. По сути это была коротенькая юбочка, скорее даже просто полоска ткани, и куча перьев. Оба были смущены, Кацуки к тому же и зол на это все, но отступать было уже поздно. Они переоделись и неловко подняли глаза друг на друга. В голове Киришимы тут же пронеслась мысль: «Матерь божья, да у него же просто идеальное тело, какой же он красивый. Вот черт, я слишком долго его рассматриваю, так неловко!». В то же время Кацуки думал, что, нельзя безнаказанно быть таким охренительным. Парни спустились вниз и застыли у дверей в общую гостиную. — Черт, мы выглядим как полные придурки, — недовольно пробормотал Бакуго. Эйджиро сделал несколько шагов, виляя бедрами, положил ладонь на кокетливо изогнутую талию и обернулся. — Зато мы просто шикарные придурки, — радостно воскликнул он, широко улыбаясь, и вошел в гостиную, с порога посылая всем воздушные поцелуи.

(прим. автора: включите песню Maria Villar - Muérdeme)

      Если делаешь глупость, то отдавайся этому на сто процентов и тогда ты будешь выглядеть самым уверенным в себе человеком. Видимо, Киришима следовал этому правилу всегда и везде. Даже самые невозможные глупости, самые неловкие и неудобные ситуации в его исполнении выглядели как запланированные шутки, над которыми можно посмеяться всей компанией. Стоило парням войти в комнату, как все засвистели и захлопали, кто-то уже включил музыку. Эйджиро уже крутился в центре гостиной, Бакуго недовольно и неловко последовал к нему, как вдруг его неожиданно подтолкнули в спину и он сам не понял как вдруг оказался прижатым к обнаженной груди Киришимы. Это было просто невероятно неловко для обоих. Но Кацуки совладал с собой, выпрямился, ухмыльнулся и прошептал: «Ну что, потанцуем?». Ответом ему стала протянутая рука и веселая улыбка. Парни взялись за руки и у них появилось такое чувство, словно время остановилось, что все остальное просто пропало. Теперь есть только музыка и они, больше никого. Они прильнули друг к другу и просто танцевали так, как им хотелось. Жар разгоряченных тел, блеск в глазах, мелькающие улыбки, бесстыдные касания рук там, где вздумается. Парни просто следовали ритму и отдавались этому танцу. Но тут музыка прекратилась и им пришлось остановиться. Эйджиро и Кацуки просто стояли, прижавшись друг к другу так плотно, что между их телами едва бы прошел лист бумаги, и смотрели друг другу в глаза. Но тут кто-то из класса начал говорить и юноши сразу же отпрянули друг от друга. Бакуго тут же развернулся, крикнул, что выполнил все, что должен был, и ушел наверх. Киришима стоял растерянный какое-то время, а после пошел переодеваться.       Кацуки зашел в комнату донельзя смущенный. Ему было неловко, стыдно, он злился, что позволил себе вытворять такое, что вел себя так открыто. Он переоделся в футболку, в которой обычно спал и упал на кровать, протянул руку за телефоном. Некоторое время Бакуго просто пялился на экран, потом открыл переписку с Киришимой и теперь уже с отсутствующим взглядом смотрел туда. Ему вроде и хотелось написать что-то, вот только что, да и зачем? Спустя несколько минут парень все же начал быстро печатать. Bakubro: Хэй, придурок, ты все еще в этом сборище? Заткни их там, иначе вам всем конец, я церемониться не буду, серьезно, тише Kirishittyhair: Нет, я ушел сразу после тебя. Но я могу спуститься и попросить всех угомониться, бро. Bakubro: Не надо. Я сейчас сам схожу Хотя нет Стой Сходи все же ты, мне одеваться лень Kirishittyhair: Окей, сейчас спущусь. Погоди, ты не переоделся что ли еще? Bakubro: Я собираюсь спать и я в футболке, дерьмоволосый Заткнись, спустись и заткни всех остальных Kirishittyhair: Да без проблем. Всегда пожалуйста. Bakubro: Зачем ты ставишь эти точки? Выглядит так, словно ты пытаешься быть серьезным. Тупо. Иди уже Kirishittyhair: Все, я с ними поговорил, ребята обещали вести себя потише. Эй, я всегда пишу с точками, я так привык. Ты просто не замечал. Спокойной ночи. Bakubro: Ага, спокойной       Бакуго еще какое-то время смотрел на их переписку, пока значок онлайна рядом с аватаркой Эйджиро не исчез. И тут он поступил так, как делал множество раз — стал писать то, что давно хочется сказать, чтобы вновь стереть и не отправлять. Кацуки печатал несколько минут, как кто-то внизу уронил целый шкаф с посудой, судя по звукам, и он от неожиданности он выронил телефон. Тот как назло упал куда-то под кровать. Парень заглянул туда, но не увидел сразу, куда делся телефон и решил сперва сходить и разобраться с тем, кто устроил такой шум, тем более после того, как всех попросили быть тише.       Киришима уже вышел из душа и собирался лечь спать, как экран телефона мигнул, оповещая о новом сообщении от Бакуго.       Киришима взял телефон в руки, сел на кровать и открыл сообщение от Кацуки. Снова пишу тебе, хотя знаю, что никогда не отправлю и ты никогда это не прочтешь. Зачем? Я не знаю. Но господи, сколько же всего мне хочется тебе сказать. Ты меня так бесишь порой. Ты громкий, чересчур дружелюбный, вечно зачем-то лезешь обниматься, вечно улыбаешься от уха до уха. Но мне это нравится. Ты мне весь нравишься. Ты сильный, Эйджиро, смелый, отважный. Красивый. Как бы я хотел обнять тебя в ответ, сказать в лицо все то, что пишу так часто и просто не отправляю. Я боюсь, понимаешь? Боюсь, что ты просто посмеешься надо мной. Хотя смеешься ты на самом деле просто чудесно. Но если бы ты все узнал, я не знаю, умер бы от стыда. Мои чувства такие странные, они кажутся совершенно неправильными, тем, что я просто не должен чувствовать. Когда мы танцевали сегодня, я сперва чувствовал себя невероятно глупо. Но потом я взглянул в твои глаза и понял, что отказаться просто не могу. Ты был таким раскрепощенным, не знаю, что на тебя нашло, но на меня оно нашло тоже. Я чувствовал, что еще немного и не смогу сдержаться, поцелую тебя прямо там, на глазах у всех. О боже, я люблю тебя? Эйджиро просто не понимал, как ему на это реагировать. Радоваться? Он ведь все издалека любовался Бакуго, еще со спортивного фестиваля, но понимал, что самое большее, на что он может рассчитывать это дружба, и этого хватало, парень был счастлив, что может разговаривать с Кацуки, улыбаться ему, приобнимать изредка. Киришиме хотелось вскочить, пойти к нему, поговорить об этом. Но в то же время было так страшно. Казалось бы, только что узнал, что твои чувства взаимны, но почему же ноги подкашиваются и дышать становится невозможно от одной только мысли, чтобы вживую поговорить. Киришима вскочил, прошелся по комнате несколько раз туда-сюда, вновь сел на край кровати, не понимая, что ему стоит сейчас делать. Написать сообщение в ответ, пойти поговорить, лечь спать и делать вид, что ничего не было? Столько мыслей проносилось в его голове, парень просто не мог решить, как следует поступить. Эйджиро обхватил голову руками и замер, пытаясь определиться в своих действиях. Кацуки прикрикнул на шумящих внизу одноклассников, высказал претензии лично Изуку и поднялся обратно наверх, когда в общей гостиной установилась тишина. Он заглянул под кровать, протянул руку нашаривая телефон, там еще оставалось сообщение Эйджиро, которое все равно отправлять никогда не планировалось и надо было его стереть. Бакуго зашел в диалог и на пару секунд обомлел, сообщение было отправлено и прочитано пять минут назад. Видимо, когда тот выронил телефон, нечаянно нажал на кнопку отправки. Кацуки тут же вышел и быстрым шагом направился к Киришиме. Уже стоя у комнаты он вдруг подумал было развернуться, уйти, удалить сообщение и сделать вид что ничего не было, как дверь внезапно распахнулась. — Я услышал шаги, подумал, что это можешь быть ты. Привет — Эйджиро, я… — Я прочел твое сообщение. Подожди, просто выслушай. Я не знал, что мне делать, идти поговорить с тобой, сделать вид, что ничего не было? Я просто не понимал, но теперь знаю, что лучшим вариантом будет просто ответить на твои чувства так, как мне того хочется. Знаешь, я в тебя влюбился еще на спортивном фестивале, смотрел на тебя и не знал, как назвать то чувство, что рождалось во мне. Потом я наслаждался дружбой с тобой. Ценил и помнил каждую твою улыбку, каждое прикосновение. А сейчас, — Киришима запнулся, его голос дрогнул, а на глазах выступили слезы. — А сейчас я люблю тебя. Бакуго не мог найти слов для ответа. Это было так безумно, идти с намерением сказать, что все это было просто глупостью, и получить ответное признание. Парень шагнул в комнату, заставив Эйджиро отступить назад на пару шагов и закрыл за собой дверь. В его голове до этого момента проносились сотни мыслей, но сейчас осталась только одна: «Хочу поцеловать этого придурка». Кацуки сделал еще шаг вперед и тут же притянул к себе Киришиму за пояс. Помедлив еще секунду, он запустил руку в слегка растрепанные и влажные волосы Эйджиро, которые после душа уже не напоминали костер, а просто лежали на плечах. Бакуго осторожно, с совсем не присущей ему нежностью провел ладонью по щеке парня и поцеловал. Руки обоих опустились, Киришима нашарил ладонь Кацуки и переплел их пальцы. Казалось, что все застыло в этом моменте, для каждого из парней существовал только человек напротив и это было прекрасно.