Странность

       Ночь. Сон у Гона был беспокойный, он постоянно крутился и хмурил свои тёмные брови, губы шептали что-то тихое и непонятное, а загорелое лицо казалось болезненно бледным. Руки очень крепко сжимали одеяло. Он словно предчувствовал нечто плохое.       Хисока вошёл в комнату тихо и незаметно, как и полагается убийце. Фрикс, почувствовав на себе лукавый взгляд, медленно открывал глаза, а мужчина терпеливо ждал. Сначала Гон подумал, что это помутнение сознания и обычная галлюцинация, но после пары секунд осознания понял, что это страшная реальность. Сонливость как рукой сняло, и Фрикс быстро спрыгнул с кровати и выпустил нен, не понимая, что этим сильнее заводит фокусника. — Что ты здесь делаешь?! — как бы мальчик не старался, но дрожь в голосе скрыть не удалось, как и ужас в карих глазах. Янтарные глаза опасно сощурились, и ухмылка растянулась на бледном лице. — А как ты думаешь? — спросил Хисока, подходя всё ближе, а Фрикс отходил всё дальше, пока не упёрся в стену. И вот Моро нависает над юношей, и в глазах мужчины плещутся страсть и вожделение, желание обладать этим хрупким телом. — Кил… — хотел Гон позвать на помощь друга, но рот был быстро закрыт рукой. — Тише-тише, — шепчет Хисока на ушко. — Расслабься, — словно змей искуситель напевает он. И тащит сопротивляющегося Гона к кровати. — Отпусти! — кричит Фрикс, но крик тонет в глубоком поцелуе. Глаза юноши расширяются от ужаса, а тело на секунду окоченело, но когда адреналин хлынул в кровь, то он завертелся в неистовой пляске. Он крутился и вертелся, пытаясь ударить Хисоку руками и ногами, пока тот лишь получал удовольствие от слабых ударов его юной жертвы.       Моро с нежностью укладывает Гона на кровать и, отстраняясь от юноши, нависает над ним, жадно впитывая каждую эмоцию на загорелом лице. — Великолепно, — напевает он и опускается ниже, целуя шею. Фрикс словно юркий зверёк пытается выбраться из лап охотника, но что-то пошло не так. Руки как будто склеились и прикрепились к спинке кровати. Додумавшись активировать рен, он увидел розовую ауру Хисоки, которая не давала пошевелиться рукам. — Моя аура имеет свойство резины и жвачки, — объясняет Моро, попутно снимая футболку. Открывшийся вид ему определённо нравится. Молодое тело, в котором бьётся сила и жизнь. Как же хочется его сломать , думает он, но нельзя: не наигрался. Он покрывает поцелуями грудь и живот, а сердце Гона бьётся слишком быстро, в голове беспорядок и мысли затуманились — страшно! А охотник опускается всё ниже и стягивает зелёные шортики, так любезно подаренные Мито-сан. Они полетели на пол, а за ними и трусы. — Пожалуйста, не надо, — шепчет Гон, он пытается сдвинуть ноги, но не получается, после усердного сопротивления он устал, что тело просто не двигается… или от страха? Он может лишь с ужасом наблюдать за насильником, который в данный момент насмешливо и с прищуром смотрит на него. Хисока не может не наслаждаться этим зрелищем, языком он слизывает несколько капель слёз. — Хватит, пожалуйста, — продолжает шептать Гон, но мужчину это только раззадоривает. — Нет, — говорит он вполне ожидаемый ответ и продолжает экзекуцию. Он продолжает покрывать загорелое тело поцелуями, оставляя засосы и укусы, особенно ярко на шее, словно метя свою территорию. Бледная рука накрывает маленький не вставший член, но тот и не думает подниматься. Слишком мерзко и неправильно, но это для Гона. Он попытался толкнуть ногой Хисоку, за что получил в живот. Заскулив от боли, он просто перестал шевелиться надеясь, что Хисоке он просто надоест, но он ошибался. — Оближи, — промурлыкал Моро и, засунув пальцы в рот, стал не без удовольствия наблюдать за розовым маленьким язычком, который медленно смачивал тонкие и длинные пальцы. Возбуждение уже отзывалось болью, и сил терпеть не было.       Руки опустились вниз и смяли смуглые ягодицы Гона, мокрыми от слюны пальцами он начал нарочно медленно растягивать пленника. Фрикс в это время щурился от неприятных ощущений внизу, недавно прекратившиеся слёзы потекли снова от стыда, боли и унижения. В данный момент он был морально разбит. Услышав шорох спадающей одежды, он, уже не надеясь, захлёбываясь от слёз, произнёс: — Н… не надо, пожалуйста, — Хисока даже не обратил внимания на этот тихий лепет. Его внимание было занято совершенно иным. Фрикс закрыл глаза, иначе он не выдержит. Он почувствовал прикосновение чего-то большого и тёплого. Гон зажмурил глаза ещё сильнее, начиная молиться, чтобы всё закончилось. Хисока входил медленно, специально растягивая собственное удовольствие, пока жертва кусала до крови губы и сжимала до боли зубы. Руки затекли и онемели, ноги не слушались. Слышались лишь шлепки да стоны удовольствия и боли. Глаза Моро безумно закатывались, он получал неимоверное удовольствие от собственных действий. А Гон тихонько хотел умереть…       Вскоре всё закончилось, зарычав Хисока кончил и встал с юного тела, убрав своё нен, он начал одеваться. Посмотрев на своё творение, он удовлетворённо хмыкнул. — Спасибо, Гончик, — ласково потрепав по волосам, он ушёл. А Фрикс лежал и смотрел пустым взглядом вверх, думая, что лучше бы он остался на Китовом острове…