Игрок

Дорогой дневник:

Я ненавижу себя.

Запись номер 23:       Зачем мне дальше жить, если меня никто не любит? Если я бесполезная игрушка?       Если у меня ничего не получается: ни в школе, ни в личной жизни, нигде!       Даже дома я никому не нужна!

***

Запись номер 34:       Я... я не хочу умирать, я... я боюсь!       Но я могу самоуничтожиться!       Это выход?

***

Запись номер 36:       Иногда, когда папа замахивается на меня бутылкой, я бегу в свою комнату и прячусь.       Это больно… Когда тебя бьют!

***

Запись номер 14:       Мамы уже давно нет.       Она ушла, забрав с собой братика.       Папа так и пьёт!       Они не развелись, поэтому пособие он не платит!       Он заставляет меня убираться и делать непристойные вещи…

ЭТО БОЛЬНО!!!

***

Запись номер 67:       Он связался с плохими людьми, которым должен денег. Я это знаю.       Я уже начинаю обманывать, чтобы украсть из магазина немного поесть, я не раз была в полицейском участке.       Там тоже больно.       Везде для меня боль.       Я не могу это рассказать никому, иначе они заберут меня у папы, хотя он и гнида, я должна быть с ним… должна быть…

***

Запись номер 68:       Дневник, слушай меня, он плохой человек! И с плохими людьми, но я должна быть у него…

***

Запись номер 69:       Люди с автоматами заходят в наш дом.

Мне страшно.

      Я собрала вещи и оделась не по погоде, если мне будет тяжело, я далеко не убегу.       Я сложила много очень важных вещей в рюкзак и пишу, чтобы меня не слышали.       Они слушают, как скребётся о бумагу ручка. Это странно.       Они говорят об этом, я их слышу?       Они ведь внизу…

***

Запись номер 70:       Я попросила их записать в тебе юбилейную запись.       Боже, спаси меня, дай мне способ не жить в этом грязном мире, а существовать в прекрасном…

…Молю…

***

— И на этом записи обрываются? — спрашивает Лейтенант Борис, смотря на труп, который закрывают белым полотном. — Да, — говорит судмедэксперт Евгений. — Видимо, ее застрелили, а отца увезли. — Да что же, так не везёт! — Говорит Детектив Фадис. — Гош, а дата и имя установлены? — Ага, вот они, — судмедэксперт быстро встаёт и произносит. — Дата смерти… — Ну? — спрашивают Фадя и Боря, смотря на Георгия. — Их нет, — убитым голосом говорит врач. — Чего? — Боря берет ученого за руку, но, оказывается, что это не врач, а девушка, примерно ему по подбородок, стоит и смотрит своими голубыми глазами прямо ему в душу. — Их нет. — Их нет… — заворожённые внешностью говорят оба — и лейтенант, и детектив. Идентичная с трупом девушка выхватывает дневник и пропадает в «ошибках».