Испей меня, как чистую воду

«Имя: Ляпис Лазурит Возраст: 22 года Внешность; последняя подтвержденная информация, зафиксированная за 22.05.20: 1. Рост: 176 см 2. Вес; на вид: 60-67 кг. 3. Цвет волос, их длина и состояние: Синий цвет; Андеркат; Натуральный цвет – брюнетка; Наружных повреждений - сухость, ломкость и т.д. - не обнаружено. 4. Черты: лицо вытянутое, женственное. Большие глаза, глубоко посажены. Нос прямой, губы пухлые, высоко посажены. 5. Цвет радужки: насыщенно-синий. 6. Состояние тела: Подтянутая фигура, спортивная. 7. Физические повреждения: не обнаружено. Доп. Факты: Имеется небольшая татуировка на задней стороне шеи. Род деятельности: студентка. Адрес проживания: Нейбл Ист, 1190. Сожители: обнаружено – 1, по совместительству является племянником Лазурит. Мальчик лет 14-15, чёрные кудрявые волосы. Рост: 154. Вес; на вид: 55-60 кг. Нахождение на территории здания: в будние дни - вечер, выходные - весь день, бывают исключения в виде отсутствия на пару часов в день. Причина отсутствия: предположительно - прогулки. Семья; из живых: Зять, проживает в другом городе. Фотография: присутствует; прикреплена ко внешней стороне документа. Срок выполнения: 22.05.20 - 22.06.20.» Очередной заказ очередного убийства. Таких было и будет сотни, подобных ему, наполненных сухой информацией и фактами, которые никогда более не пригодятся. За стечением времени новенькие бланки стали ежедневной обыденностью, которую убийца держала в голове неделю, не более, а затем информация под гнетом других факторов улетучивалась, уступая новой, вымученной и невероятно серой. Раз за разом пункты заказа выстраивались в блондинистой голове, заменяя прошлые. Неизменным оставалось лишь их поочередность и одно единственное правило: заказ должен быть выполнен. Неважно как, но прописанные печатными буквами сроки не должны нарушаться. Забавно, как человек изо дня в день должен подстраивать устройство своей жизни под слова на бумажке. Это же всего лишь буквы, чёрное на белом, а имеет столь большое влияние, от которого под сердцем скапливалась неприятная тяжесть. Пространство озарил глубокий, чуть хрипловатый вздох. Который уже раз? Перидот не считала, но в мыслях ругала себя за столь непрофессиональное поведение, хотя завсегдатаями слушателями были лишь пыльные стены да покоцанный стол, на котором покоились небрежно закинутые ноги в потертых кроссовках. Надо бы новые прикупить, а то ещё пара вылазок - и все, большие пальцы точно сквозь натертую дырку пролезут и начнут всех неудержимо приветствовать, одаривая прохожих видом на чёрный облупленный лак. Заметка на будущее: чёрный лак больше не покупаем. - И что же ты натворила, малышка. - прошептала девушка, проходясь короткими ногтями вдоль веснушчатой щеки, тем самым чуть почесывая. - Небось обидела какого-нибудь богача с крохотным членом, отказывая в отсосе. Или же просто плохо его сделала? Один хер. Снова разговоры. И снова с самой собой. Она уверена, со стороны это выглядит чуть нездорово, но у Пери было неопровержимое оправдание: поблизости всегда бродил лохматый корги, обнюхивая пыльные поверхности, а затем, закономерно, чихая. Вот и её постоянный собеседник. Пожалуй, самый интересный и, безусловно, надёжный, из тех, что у неё были. Пёс в очередной раз сотряс помещение громким чихом, что поднял в воздух ещё больше пыли. Уборка, черт... Заклятый и непобедимый враг блондинки. Баталии с ним всегда были полны неожиданностей и болезненных потерь - в основном, времени -, отчего девушка каждый раз оттягивала неизбежную встречу с ним, которая заставит её вновь столкнуться с, как ей казалось, самым скучным занятием во всей сраной вселенной. - Хей, малыш, ищешь чего перекусить? - Перидот сверкнула чистыми зелёными глазами, пропитанными нестираемой нежностью к вышеупомянутому существу. - Ты, приятель, гений, нам обоим надо бы чего-нибудь перехватить перед дорогой. Вторая пара глаз воодушевленно впечатала влюблённый взгляд в хозяйку, заставляя ту устало растянуть губы в подобии улыбки. Этот пёс всегда был для неё своего рода отдушиной пред ежедневными рутинными событиями, что высоким непреодолимым забором окольцевал девушку. Вполне может быть, если бы она поискала, то непременно нашла выход или же маленькую расщелину во внушительных размерах заборе, неважно. Но хочет ли она этого? Ноги опустились на твёрдую деревянную поверхность, а затем и их обладательница отклеила пятую точку от стула, при этом жалобно кряхтя что-то, скорее всего, матное. Да, определённо матное. Затекшая спина прохрустела симфонию боли и желания посетить, наконец, врача, а глаза утомленно заслезились, когда на них попал лучик солнца, что победоносно пробился сквозь одно единственное окно, прикрытое шторами. Привычная обстановка привычной комнаты. Её комнаты. Или, скорее, рабочего места, в котором она пребывала, от силы, одну скоротечную ночь в неделю, а затем бросала тут все ради хостелов, которые находились в непосредственной близости от объекта. (Спросите: что же делает Тыковка во время её бесконечных вылазок? А я вам отвечу: во всю развлекается на тонких руках соседки Пери, которую она "обременяет" заботой о своем пушистом товарище). Та с нескрываемой радостью принимала непутевого пса, позволяя тому вальяжно обхаживать её небольшую, но бесконечно чистую от нечисти и пыли квартирку. Кстати о соседке - она должна была прийти с минуты на минуту, дабы как раз безжалостно отобрать комок глупости у своей хозяйки и позволить той с чистой душой покинуть кирпичное здание, отправляясь на очередную вылазку. Чуть размяв онемевшие конечности, невысокая девушка неспешно поковыляла на кухню, которая встретила её - чем же ещё - залежами давнишней, мать его, пыли. Кто бы мог подумать? Будто столетиями здесь не было никого, кроме злосчастных тараканов и редких лучей солнца, что старательно пробивались в захламленную квартиру. Зачем им это? Видимо, только для того, чтобы осветить поток белесых хлопьев, которые непринужденно витали в воздухе, постепенно убивая находящихся здесь своим обилием. Достав все нужные приспособления для кормежки своего неизменного попутчика по этому кругу жизни и заодно съев небольшой батончик, Перидот до краёв наполнила миску с кривенькой надписью "Тыковка", а затем лениво удалилась обратно в комнату с выцветшим столом, на краю которого тяжёлым грузом лежал все тот же новенький бланк. Настало время взглянуть на виновницу сего торжества, благодаря которой у Пери на карте прибавится пара нулей. - Глянем... Уф, черт, да ты красотка. - Сама этого не заметив, девушка удивлённо хмыкнула и завороженно впилась яблочно-зеленым взглядом в глянцевый клочок бумаги, на котором по плечи была запечатлена, без утайки и прикрас, невероятно привлекательная девушка. Да она без задней мысли могла дать фору всем тем расфуфыренным подиумным моделям, поражая каждого этим глубоким, безмерно печальным взглядом лазурных глаз. Нет, вполне возможно, блондинка преувеличивала значимость её красоты, но для чуть затуманенного утренней рутиной сознания той это было именно так. - Тыковка, глянь! Упомянутый корги, освободив миску от оков сухого корма, забавно переваливаясь набитыми едой боками, подскочил к хозяйке. Влажный носик тут же задергался в немом жесте заинтересованности, а небольшие глазки заблестели, разглядывая протянутый предмет. - Хорошенькая, правда? - Тыковка, уловив ласковые нотки в голосе, свойственные хозяйке только во время похвал своего питомца, тут же резво завилял хвостом, пока взгляд неотрывно гулял по тонкому лицу, непривычному и чужому. Но, на удивление, приятному. - Даже жалко будет убивать... Бля! Перидот оглушил громогласный звонок. Самый обычный, впрочем, но безумно громкий. Стоит и его сменить, но для подобных махинаций ей следует находиться в собственном доме хотя бы 2 дня в неделю, а она такой роскошью, увы, не обладала. Собрав не особо законные материалы в закрытую черную папку и сунув ту в небольшую сумку подле стола, а затем прихватив и её саму, Пери лёгкой пробежкой достигла входной двери, подле которого она ухватила поводок и небольшой зелёный костюмчик, что представлял собой не самую впечатляющую копию привычного людям инопланетянина с большущей лысой головой. Дверь с тихим скрипом распахнулась и пред блондинкой тут же возвысилась приветливая тонкая фигура. - Приветик, Паула. Готова к очередному прокату моего непутевого пса? - Женщина в ответ смешно изменилась в лице и отрицательно замахала руками, из-за чего Пери в угоду личного пространства отошла чуть назад. Всё ради её излюбленной неприкосновенности. - Что ты, он вовсе не непутевый! Может, слегка глуповат и порой странно реагирует на... - Дальнейшую нервозную скороговорку девушка уже не слушала, прекрасно зная, что её соседка устроит целую тираду, дабы оправдать и в правду чуть туповатого пёсика. -...и шланг на заднем дворе он перестал грызть... Ох! Прости, я, видимо, опять забылась. Снова на неделю в командировку? - Агась, в командировку. Вот только на этот раз мне придётся задержаться... хм, где-то на месяц, плюс-минус пара дней. Мы заключаем ооочень важный договор, так что каждый сотрудник должен порвать себе ж...пятую точку, но выложиться на все 101 процент. Я пойму, если тебе неудобно и... - Перидот прекрасно осознавала, что эта добродушная женщина никогда не откажет тому, кто столько скорби и горечи вложил в свой голос и поведение. Поэтому продолжать "плакаться" не пришлось, так как Паула буквально через секунду подобного тона остановила блондинку, выставив открытую ладонь перед собой. - Всё хорошо, Перидот, я понимаю! Не стоит волноваться, я приму его с распростертыми объятиями, как и всегда. - Паула добросердечно улыбнулась и хотела было ещё что-то добавить, но девушка лихо всучила той в руки поводок и костюмчик, не давая ей более тратить время на ненужные разговоры. - Шик! Держи ключи, корм, как всегда, на кухне в ящике. Удачи! - Торопливо распрощавшись с соседкой, Пери развернулась и припала к полу коленом, даруя Тыковке прощальный и при этом чертовски смачный поцелуй в лоб, попутно задорно почесав радостного пса за ухом. Ухватив за тканевые ручки несоразмерную её пропорция спортивную сумку - ибо была ну уж слишком громадной -, собранную сегодняшним утром, а затем и рюкзак чуть поменьше, девушка быстрым шагом направилась к гаражу, в котором хранился старенький джип. Ну что ж, Ляпис Лазурит, пора знакомиться. * * * На уличных часах пробило два ночи. На удивление тихо для центра города, но это необычное совпадение лишь играло Перидот на руку. Какой же честный убийца захочет изворачиваться в куче народа, силясь проникнуть в грядущее места преступления. Правда вот, проникать все же пришлось, и не абы куда, а в, черт его за ногу, гейский клуб. Так, Пери, насколько ты гей, говоришь? Девушка раздражённо топталась подле людного входа в клуб, потирая предплечье. Название она не запоминала, все равно никогда более не пригодится. Вроде все и хорошо: очередь не такая уж и внушительная, люди на удивление приветливы и добродушны - для тех, кто стоит в очереди в 2 часа ночи, желая пробиться в гей-клуб -, а парочка девушек уже успели подарить ей бегло начирканные номера на бумажке, но вот внезапно возникший хренов зуд в районе кисти не давал покоя. Так, Пери, что там мамочка говорила? "Помой за собой сраные тарелки и вынеси мусор, девчонка!" - неее, не то. "Как только почувствуешь жжение в левой клешне - беги оттуда, словно крыса с тонущего корабля. " - даа, именно это. Хоть мать девушки не была самым благодушным человеком на планете, но вот что касалось житейской мудрости - беги сразу к ней, не пожалеешь. Накормит заварными макаронами, напоит разбавленным пивом, просветит на всю оставшуюся жизнь и отпустит восвояси, отвесив перед этим подзатыльник. Но сейчас явно не об этом. - Документы, будьте добры. - Верзила-охранник ознаменовал приближение блондинки ко входу басистым гласом. Девушка слегка дёрнулась и тут же опомнилась, вспоминая, как оставила спортивную сумку с вещами в одном из местных хостелов. Благо, рюкзак с удостоверением внутри у неё всегда с собой. Продемонстрировав нужный документ громиле, она несколько опешила, ибо вместо "Проходи, не стой." охранник широко улыбнулся во все 32 и распахнул входную дверь, пропуская Пери внутрь. Мде, непривычно, учитывая, сколько раз она была в клубах - на самом деле не шибко много -, а при входе её всегда обливали словесным говнищем. Внутри оказалось... мило? Цветастые софиты на потолке освещали не самое маленькое помещение, вознаграждая каждого из прибывших пёстрой оболочкой, сменяющую свой цвет каждую секунду. Сквозь толпу увлеченных танцами зевак привычно скользили несколько миловидных официанток. Или же их лучше назвать хреновым маскарадом, ибо одеты они были явно не слишком профессионально. Если точнее – их нагое тело прикрывал лишь коротенький радужный топик и еще более короткие шортики с кожаными сапогами до точеных коленок. Возле барной стойки толпились пьяницы, некоторые из которых утомленно валили свинцовые головы на столешницу. Перебрали ребятки. - Блядский зуд... - Сквозь зубы процедила Пери, когда новая, ещё более мощная волна жжения одолела её кисть. Вот мать говорила бежать, а нет, работа есть работа, как говорится. И почему только эта Ляпис по последним данным находилась именно здесь, хрен его поймёт. Хотя, хрен как раз и поймёт. Благо, киллер должна была лишь глянуть на неё издалека, приглядеться и осмотреть местность. Никаких прямых контактов. - О, чувиха, классные очки! Дашь примерить? - Невысокая девушка с густыми бледно-сиреневыми волосами пьяненько шаталась рядом с блондинкой, на лице у которой от такого вопроса отобразилась одна лишь эмоция: "Чо бля?". - Эми, что я говорила тебе по поводу домогательств? - Мелодичный, глубокий голос. Внутри грудной клетки от столь тёплого тембра расцвел жар, постепенно и непреодолимо завладевая телом. Тягучее, неведомое ранее чувство уюта и странной безопасности растекалось в животе, стремясь подняться выше - к самому важному человеческому органу. Тепло. - Оххх, Ляпз, ну ты только глянь на эти ахуенские очки! - Необыкновенно синие глаза, укрытые лёгкой пьяной дымкой, скользнули по тонкому лицу, на котором рассыпаны, казалось, тысячи милых веснушек. Зелёные, словно спелый плод, ореолы. В них теплился яркий огонёк, который храбрился разрастить настолько, что поглотит сознание синеволосой полностью, без единого остатка. Кисти обеих чудовищно сильно горели, но это не имело значения. Сейчас важны лишь слившиеся в единое целое сине-зелёные цвета глаз. По спине Пери внезапно прошёлся табун мурашек. Что она должна, нахрен, делать в такой ситуации? Припасть к ее ногам и предложить выйти за неё? Да у блондинки даже кольца нет. Бублик с соседнего столика? Изысканно, но вымученно, не пойдёт. А свалить, как мать говорила? Вот эта чертовски шикарная идея, но, к сожалению или счастью, удивлённо распахнутые лазурные глаза будто пригвоздили непутевого киллера к поверхности. Черт, она же киллер! И, видимо, позабыв о своей профессии, она стояла и бесконтрольно мямлила, пока вдоль тела вились раскаты пока ещё неопределённого, но бесконечно яркого чувства. Что она там говорила про отсутствие контакта, м? - Мх, кругленькие. Пошли, там твоя драгоценная водка подъехала. - "Блять, она уходит! Скажи что-нибудь! Да хоть то, что у неё потрясные синяки под глазами! Говори. Слова. Ссаные. Буквы. Или уж сделай что-нибудь на крайняк, еб твою мать!" Пери, ведомая мысленным импульсом, сняла упомянутые очки и протянула их высокой девушке. Да, Пери, поздравляю, ты заработала себе весьма неоднозначный статус. Кажется, это движение было настолько неуместно и скоро, что созданный им поток ветра снёс абсолютно всех, кроме этого изумительного синего пятна. - Эм, уф... дарю. У меня таких целый ящик. - И это правда. С подобной работой девушке вечно приходится - неосознанно - разбивать их. Единственное, с собой она взяла лишь несколько штук, так что впредь придётся быть менее щедрой на такого рода подарки. Синеволосая девушка замерла, видимо, чуть ошарашенная. Её взгляд выражал... удивление, любопытство, сконфуженность, лёгкое смущение, недоверие и... надежду? Благо, долго таращиться друг на друга не пришлось, ибо она быстро вернула себе контроль над ситуацией. - Не стоит. Пошли, Эми. – Синеволосая чуть подтолкнула девушку пониже в район лопаток, дабы та оттаяла и с лицом, полным непонимания и, мягко говоря "ахуевания", проковыляла к барной стойке. Иии, они ушли. Молодец, Пери, хреновый из тебя пикапер. Хотя, стой... Какого ты вообще разговариваешь с ней? Эта девушка - очередная цель, коих до неё было сотни других. С чего вдруг она такая особенная, что удостоилась от тебя таких любезностей? Боже, даже очки ей предложила.. Ещё это жжение в руке... Надо глянуть, может укусил кто. * * * "Что за хрень?" - это единственное, что гудящим шумом фигурировало у синеволосой девушки в голове, пока собственные руки трусились, словно в помещении минус тридцать, не меньше. "Эта девушка?.. Нет, не то, чтобы она была страхолюдиной, даже наоборот. Но, боже ж ты мой, большинство всю жизнь просирают, разыскивая истинную пару. А я что? Я, мать его, даже не задумывалась об этом! Охреневаю". - Подруга, это было грубо. - Заметила Эми с лёгким осуждением во взгляде, тыкая Ляпис в бок. - Какого на тебя нашло? Крутые ж очки, а ты... - Она - мой соулмейт. - Просипела Лазурит, отводя пристыженный взгляд в сторону и сводя брови к переносице. Кисть сгорала в истоме. - Еба... Дык это ж классно! Я вот около каждого симпатяги трусь в надежде, что один из них - мой истинный. А тебе даже искать не пришлось, завидно... - Ответом ей было мрачное лицо синеволосой, чьи лазурные глаза тоскливо гуляли по толпе веселившихся пьянчуг. - Иии, ты не рада. Рассказывай, нас как раз водка ждёт. *** Виски на вкус было невероятно горьким. Таким же горьким, как и сегодняшние события. Многие бы сказали, что это феноменально потрясающий день, самый ЛУЧШИЙ чёртов день. Но вот у блондинки на душе скребли бездомные коты. Почему бездомные? Да потому, что скребут они в тысячу раз яростней и больней. Очень странно. Кажется, ей никогда в жизни не было так паршиво. Нет, конечно, она встречалась с дерьмовыми событиями, что выбивали из колеи и заставляли её ронять слезы ночами напролёт. Но то было обоснованно. А сейчас? Какая-то девка, новая цель, чьё имя теперь красовалось на внутренней части кисти рукописным почерком голубых чернил, отказала в принятии подарка и по-царски свалила. "Ляпис Лазурит" - чрезвычайно необычное имя, прямо-таки подстать имени "Перидот Грин". Но если опускать горькую правду жизни, в конце концов, что вообще все это значит? Перидот никогда не интересовалась понятием соулмейтов. Безусловно, жизнь каждого человека чуть ли не вертелась вокруг родственных душ, ибо именно этот человек, истинный - все для тебя. Он поймёт, утешит, если понадобится, выручит, придёт, когда нуждаешься, будет дарить безмерное чувство тепла, любви, свободы... будет с тобой в горе и в радости, наконец. И ещё кучу различных синонимов подобного дерьма, ибо этот человек, ну, смысл жизни. А что до Пери? Ей плевать. Было плевать, пока она напрямую не столкнулась с этим. Вспоминая слова её матери, которым она, будучи мелкой, не предала особо значения - а зря -, блондинка лишь горько вздыхала, опаляя гортань виски. И самое смешное, что эта красотка - её цель. Проще говоря, ей не суждено более существовать в этом мире, а её проводницей в уютную могилку должна быть Перидот. Не то, чтобы ей не приходилось убивать красивых людей, но вот соулмейта - нет, никогда. Она могла бы часами рассуждать на эту тему, попутно напиваясь дешевым пойлом, но, видимо, этому не суждено было сбыться. - Хреновый день? - И снова тот глубокий голос закрался в самые отдалённые уголки души, полные серости и густой тьмы. Блондинка оторопело обернулась и зыркнула на синеволосую, которая, к величайшему удивлению Пери, мило улыбалась. Жаль только, улыбка была натянутой, а печальные омуты глаз ни капли не изменились, смотря на девушку так же тоскливо и… болезненно? - Не то слово. Совсем не за этим я пришла сюда. - Синеволосая мягко присела на соседний стул, понимающе кивая. - Знаешь, обычно именно за этим люди и приходят в клубы. Но это так, к слову. - А ещё обычно люди ссутся кипятком от счастья, когда встречают соулмейта. Но это так, к слову. – Блондинка рявкнула, сама того не желая. - Вот ты огрызаешься, но на самом деле чувствуешь тоже, что и я. - Левая бровь убийцы вспорхнула вверх, обозначая немой вопрос, пока лицо чуть исказила гримаса сарказма. - Свободу. И правда. То могучее чувство, что не так давно подкосило ноги Пери - свобода. Поэтому то синеволосая выдохнула с таким облегчением, когда произнесла это. Она чувствовала небывалую ранее безопасность и это парящее в груди чувство свободы. Девушкам было... комфортно в обществе друг друга. И, хотя обе совершенно незнакомы и явно не знают всей правды, что вскоре должна сотрясти тела и души обеих, они чувствовали уют. Самый обыкновенный уют, будто знакомы хренову тучу лет, пережили вместе апокалипсис, спасали жизни друг дружке тысячи раз, полагались друг на друга и доверяли. Обидно, что все эти необыкновенные чувства вызывал лишь тот факт, что они - истинные. Это всего-то рефлекторная реакция их тел на то, что твоя родственная душа находилась рядом. - Может, ты и права. - Выдохнула блондинка, утомленно опустив голову. - Как рука? - Если ты о нехилом жжении в кисти, то, поверь, бывало куда хуже. Особенно по синьке. - Хмыкнула синеволосая, оголяя левую кисть, на которой ярко-зелёными чернилами было выведено печатное "Перидот Грин". - Пе-ри-дот. Тебе подходит. Сладко. На кончике языка скопилась странная лёгкость, стремясь развязать его и дать возможность блондинке высказаться. Вновь инстинктивная реакция тела, ничего более. Но от этого на душе не становилось тяжелей. Наоборот, подталкивало и вдохновляло. Уголки губ стремительно взлетели, что не укрылось от синеволосой. У обеих на губах эта странная, необъяснимо лёгкая улыбка. Удивительно, что буквально минуту назад обеим было невероятно хреново. Но все это чувство тоски улетучилось, уступая место чему-то куда более светлому, когда их взгляды наконец встретились. - Забавно, как судьба меняет твои планы. - Беззлобно фыркнула Ляпис, опуская аккуратный подбородок на ладонь. -Я не верю в судьбу. Миром правят факты и наука, крошка. - Ляпис сухо прыснула, от чего в груди блондинки разлилось кипящее масло, столь горячее и всепоглощающее. С чем ещё можно сравнить это чувство? Взрыв. Всеобъемлющий, исполинский "бум", от которого в ушах звенело, а сердце бешено стучало, силясь пробить ребра и упокоиться в руках синеволосой, дабы та снова и снова дарила ему тепло и уют. - И какие планы? - Мм? - Что планировала на сегодня? - Хех, напиться до беспамятства и захомутать местную официантку. Ты хоть видела, как они одеты? Чеерт. - Ляпис театрально помахала раскрытой ладонью перед собой, тем самым обдувая себя лёгким потоком ветра. - Ты все ещё можешь выполнить оба пункта. - Хихикнула Пери, кидая заинтригованный взгляд на мимо пробегавшую официантку. Настроение, на удивление, улучшилось, а на душе стало легче. И правда, сейчас только шутки шутить да виски пить. - Насчёт второго пункта не уверена, но вот первый - всеми руками за. Я угощаю! - Вызвалась Ляпис непривычно громко, отчего Пери чуть подпрыгнула на месте. - Ненене, позволь мне. В конце концов, кто здесь мужик. - Ляпис хмыкнула, переводя странновато ласковый взгляд с меню на блондинку. В лазурных ореолах плескался целый океан трепета. Красиво... Последовали заказы. Сначала виски в руках Перидот, затем рюмка с бесцветным напитком в тонких пальцах Лазурит. Ранее чуть напряжённые лица сменились ненавязчивыми улыбками, которые периодически растягивались настолько, что оголяли оскалы, ухмылки и добродушные усмешки. Порой просто стоит напиться и дать чувствам беспрепятственно течь, извилистыми реками разливаясь по разгоряченным алкоголем телам. - Блин, у меня же шикарные очки, зря отказалась. - Гоготнула Пери, снимая вышеупомянутые очки и потирая переносицу. - Ты все ещё можешь мне их подарить. – Горячее дыхание обогрело мочку уха, отчего Перидот окинуло легкой сладостной тряской. А ведь Ляпис давно развернулась на стуле к блондинке, осушая очередную рюмку. - Пф, хитрюга. Держи. - Блондинка поднесла очки собеседнице, а та в свою очередь, аккуратно их перехватила, неосознанно позволяя кончикам их пальцев соприкоснуться. Хм, а вот это чувство напомнило собой молнию. Стремительную, бойкую, поразительную. Она ослепляла, завладевала разумом, поражала своей красотой, хаотичностью и неповторимостью. Невероятное чувство восхищения, вдохновения и страсти. Горячей, порхающей внутри страсти, вырывающуюся, словно дикий зверь, наружу. Вспышка поразительно яркого света в глазах, а затем снова беспорядочные разноцветные огни клуба. - Ух, бля... Это было охренеть как странно. Скажи, что я не одна это почувствовала. Искры в необыкновенных лазурных глазах. Огненный отблеск скользнул по зрачкам, смешивая жар с влагой, отчего тепло вновь полыхнуло в груди. Разжегся очаг тлеющих бабочек, что невообразимым роем вились внутри, заставляя обеих потерять дар речи. Обе нуждались в этом пламени и обе беспечно обжигались, одергивали руки и убегали. Но всегда возвращались. Им не нужно слов, чтобы осознать это. Осознать, но не принять, опрометчиво сбегая от собственной пылкости и чувств. Обе трусихи, не принимающие реальность, но кто сказал, что трусы не хотят отдаться стихии. - Да... - Кроткий шёпот напомнил шелест листьев, под которыми штилем плескался океан. - Мне понравилось. Возможно, горячительные напитки развязали им языки, а, может, им просто требовалось чуточку больше времени, чтобы расслабиться. Лишь слабо приоткрыть дверцы душ, за которыми мерцали огоньки. Пока ещё слабые, ненадежные и тусклые, но вскоре они должны обратиться величавыми жгучими кострами, в которых будут нитями петлять влечение, доверие, тепло и свобода. Яркими зарницами она будет ослеплять и убаюкивать, позволяя двум девушкам слепо падать в бархатистые объятия. Но не сегодня. Сегодня их тела наполнятся лишь отголосками того потенциала вперемешку с алкоголем. Маленькие шажки, что постепенно несли их к тем самым дверцам, эхом барабанили по стенам, заполняя грудь сладостным медовым теплом.