Сломанный Ангел

      «Кас пил уже третью чашку кофе за эту ночь. Хоть он и не придавал ему энергии в человеческом смысле, но это был единственный напиток, вкус которого он начал понимать. Ему совершенно не спалось, и уже в который раз он пролистывает престарелые тома в надежде получить хоть какую-то информацию о тьме. Зевнув, он прикрыл глаза. Кас был измотан — морально и физически. Измотан настолько, что стал нуждаться во сне. Перед глазами всё плыло, и он решил играть по правилам.       Откинувшись на стуле, он вяло взял в руки телефон и нашел в контактах Дина. Нажав на звонок, он ещё раз вздохнул.       Он уже знает, что будет.       Ответ поступил незамедлительно. Точнее, Дин открыл дверь в бункер и сбежал по лестнице, падая в объятия ангела. Кас устал отвечать и просто ждал, когда окрыленный хорошей охотой Дин отлипнет от его безразличного состояния, и снова на белой рубашке Ангела отпечатается кровавый след. Ну что ж, играть так играть.       — Что случилось, Дин? Почему ты вернулся? — Кас пытался добавить волнения, но вышло лишь безразличие, приправленное горечью.       — Ничего страшного, заживет, — как заводной повторял уже в сотый раз Винчестер, приправляя свою речь широкой радостной улыбкой.       — Тогда зачем ты здесь? — Кас знал, что будет дальше. Хоть к такому и невозможно подготовиться — он был готов.       Перед тем, как ответить, Дин присел на одно колено и достал компакт диск, внутри которого лежало кольцо. Кас усмехнулся про себя. В прошлый раз это была резиновая уточка, а ещё раньше тост с маслом и виноградным желе (Именно желе, ибо виноградный джем ужасен. Просто ужасен!) Изящное, тонкое кольцо с резьбой «HUNTER», которое было чутка великовато для прекрасных тонких пальцев Каса. Кольцо было сделано не из золота, как привыкли дарить, а из чистого серебра. У Дина, кстати говоря, было точно такое же. С одной лишь разницей: у него оно было с надписью «ANGEL».       — Кас, мы уже давно вместе. Знаем друг друга и доверяем больше, чем себе. Я бы очень хотел сделать это как-то иначе…        Теплый, полный любви взгляд Дина всколыхнул в Касе воспоминания. Он проклинал и одновременно восхвалял те дни, когда получалось уловить хоть толику той любви, которую Дин держит в себе, а сейчас они собрались воедино в самом настоящем взгляде. По щекам Каса начинают литься слезы, но он не знает почему. Эту речь он слышал уже бесчисленное количество раз. Будто не замечая мокрых дорожек на лице Каса, Дин продолжает:        — Не в этом месте, не в это время, — на этом слове рука Дина прикрыла открытую рану, продолжавшую кровоточить, сколько бы Кас ее не лечил, — Хотел подготовить речь, устроить романтику… Всё как подобает нормальным людям. Но, — ностальгический смешок, — мы не обычные люди. И никогда ими не были. Мы — Винчестеры. Главные охотники на зло, самые неказистые и выбивающиеся из системы. Мы те, кто стали причиной многих смертей и многих счастливых жизней. Мы — семья. И ты стал её частью, но кое-чего тебе не хватает, — Дин внимательно взглянул в мокрые глаза ангела, раскрыл его ладонь и вложил туда кольцо, отрезвляющее своей прохладой мозг Каса, и обхватил его лицо руками.        — Кастиил, ангел господень, бравый воин, защитник всего живого и похититель моего сердца. Хотел бы ты стать моим мужем и носить Винчестерское бремя с честью? — Дин говорил с кристальной серьезностью, и искал ответ в глазах Каса, которые он не мог отвести от ярко-зеленых глаз Дина.       — Дин, я… — ему было все равно. Во второй раз говорить «нет» было гораздо легче. Он уже увидел его разбитый взгляд и пустоту, разинувшую свой пыльный и темный рот в глазах Дина. Кас знал, на что идёт, и ему было, как выражаются люди, «по-барабану». Но Винчестер не верил, не мог свыкнуться с отказом. Дин будто резко потерял смысл жизни, хотя так оно и было. Он открыл рот и заговорил не своим голосом:       — Кас, Каас!»       — Кас, вставай уже! — сбоку от только что проснувшегося ангела стоял Сэм, — Завтрак?       — Ты же знаешь, я ангел и не ем человеческую пищу, — Кас приподнялся на локтях, заглядывая в болотные глаза Сэма.       — Ну, я подумал, раз ты начал спать, значит и есть захочешь… — Сэм почесал затылок и добавил, — Всё равно присоединяйся. Дин уже там.       — Ага, хорошо, — отрешенно сказал ангел и Сэм вышел, хлопнув дверью. Он снова повалился на подушки, закрывая лицо руками. От упоминания одного имени его прошиб холодный пот, руки затряслись и он попытался успокоить себя фразой «Все позади». Но он врал. Все только впереди.       Кас с трудом переступил ту груду древних книг об ангелах и заклятиях, валявшуюся перед и на кровати. Именно этим он и занимался все эти дни. Пытался понять, что же с ним произошло. Спустившись к Винчестерам, он поприветствовал их натянутой улыбкой, присаживаясь за стул напротив. Он не хотел выходить, но знал, что если не сделает этого, то Дин точно что-то заподозрит. По пути Кас захватил свой любимый черный кофе.       Ели они в тишине. Никто не хотел обсуждать случившееся.       Дину тоже было нелегко. Не только Каса сегодня тревожили воспоминания. Дин жевал своё утреннее тако, пока в его голове вырисовывались нежелательные картины поцелуев на этом столе. Он помнил всё до мельчайших подробностей.       «Их обычный поцелуй перетек в страстный.       Сэм уехал по делам и они наконец-то остались вдвоем. Сначала хотели провести время перед телеком, но, как только дверь закрылась, на двух влюбленных сказались две недели разлуки и они, сами того не понимая, занялись сексом прямо на этом кухонном столе.       Дин нежно обводил руками шею Каса, вызывая прерывчатые стоны. Он схватил Каса и резко усадил его на стол, ангел обхватил его торс ногами, а руки закинул на плечи, еще сильнее прижимаясь к Дину и получая низменное удовольствие от близости с любимым.        Но им было мало.       Охотник спустился от губ к ключицам, оставляя мокрую дорожку на шее. Он покрывал Каса красными засосами-лепестками и спускался всё ниже. Винчестер ловкими движениями стягивал с себя надоедливую одежду, попутно оголяя кожу своему любимому для желанных ласк. Кастиэль притянул Дина к своим губам и забирался своим языком к нему в рот. Дин гортанно простонал и приподнял Каса за талию, отвлекаясь от поцелуя, чтобы стянуть с него штаны. Лоб ангела покрылся испариной, и он ещё раз горячо прошептал его имя, когда Винчестер провел своей рукой по синим боксерам, крепко сжимая член через ткань, на что Кас двинул бедрами на встречу к руке.       Дин запустил руку под резинку, попутно стимулируя соски-горошины. Винчестер знал, что самое чувствительное место Каса, помимо члена — это руки, беря в рот два его пальца и гортанно постанывая, сосал их, как самую вкусную конфетку в мире. Он пропускал язык между фалангами и облизывал подушечки. Изо рта Каса то и дело вырвался сладостная песня ангела, а в уголке губ от этого собиралась слюна.       Им было слишком горячо и больше терпеть они не намерены. Кастиэль на скорые пальцы растянул себя, пока Дин избавлялся от оставшейся одежды. Проверив степень растянутости, охотник удовлетворенно усмехнулся, смешал выступившую капельку смазки со своей слюной и аккуратно приставил головку ко входу. Комнату наполнил звук общих вздохов, как Дин называл его «Ангельского хора» и размашистых хлопков. Они упивались друг другом, Кас всё сильнее изгибался и насаживался на Дина, который только крепче обхватил своего ангела и занял его губы смазанным поцелуем. В комнате становилось всё горячее из-за двух тел, которые только быстрее начали приближаться к кульминации. Чувствуя, что скоро кончит, Дин обхватил член Каса и в ритм своих толчков стал надрачивать ему. Когда любимый ствол наконец попал по простате, ангел выгнулся в экстазе, крича протяжное «Дииииин!» и тут же пачкая их обоих спермой. Дин кончил вслед за ангелом и взял руку Каса в свою, крепко сжимая и поднося к губам, целуя в знак вечной любви и близости.» Это был один из тех дней, когда Кас остался с ним до самого утра.       Дин вынырнул из прострации как раз в тот момент, когда Сэм уже третий раз окликал его. Это немного ужасает, когда Дин так зависает и смотрит в одну точку стеклянным взглядом. Отмахнувшись фразой «я в порядке» и «наелся», Дин вышел из-за стола и направился в комнату.       — Чё это с ним? — задал односложный вопрос Сэм и ткнул в Каса ложкой.       — Не знаю, — Кас врал и поэтому отводил взгляд, пока Сэм был занят своим салатом.       — Это с ним как раз после твоего возвращения. Я чего-то не знаю? — Сэм говорил с набитым ртом.       — Нет. Мне неизвестно, чем вызвано такое настроение Дина, — повторился Кас, — Пойду к себе, — вышел из-за стола, задвинув стул.       Он тут уже несколько дней и у него так и не получилось нормально поговорить с Дином. И, конечно же, он винил себя в этом. Проходя мимо стола, взгляд Каса случайно попал на балкон, где и была их последняя встреча, перед инцидентом.       «Кас и Дин стояли на балконе, вышедшие только что из постели. Сэм укатил за продуктами, и у них образовалась свободные пара часов, половину из которых они провели перед теликом в обнимку, а другую в жарком сексе. Дин уже хотел отпустить Каса, но из-за прекрасного вида вокруг он не выдержал и снова впился в эти ангельские губы своими. Он не устанет повторять, что поцелуи с Касом — лучшее, что случалось в его жизни. Он ловил каждый вздох и стон Каса, еле сдерживаясь, чтобы не нагнуть его прямо тут. Уже четвертый раз за день. Он безумно его любил и был уверен, что Кас тоже.       От Каса пахло ванилью и сексом. А от Дина пахло Касом.       Кас притянул любимого ближе, вжимаясь своим стояком ему в бедро. Кас знает, что Дин это любит. А ещё он знает, что ему нравится, когда ему прямо как котику чешут волосы (и целуют головку). Ещё он знал, что если нежно провести по шее, Дин подставит ее для поцелуев. Он знал, что если укусить его за мочку уха, то можно услышать звук, будоражащий все его чувства и нервные окончания. Он знал, если Дин попросит, Кас, не задумываясь, сделает. Если Кас попросит, то Дин в лепешку расшибется, но найдет то, что ему нужно.»       Но сейчас Кас ничего не чувствовал.       Будто и не было тех вечеров в поле под открытым небом. Или поцелуев до дрожи. Или мимолётных взглядов, значащих больше чем слова. Или утренних минетов вместо завтрака…       Все будто потеряло смысл.       Под грустные мысли Кас не заметил то, как попал в свою комнату и, сваливаясь на кровать, заснул. Больше ему ничего не снилось.

***

      Но вот Дину не спалось. Его тревожил Кас. Они уже несколько дней не могли нормально поговорить, хоть Дину и жутко хотелось узнать причину такого поведения Каса.       Он ломал голову о том, где же он провинился или тупанул. Обычно Кас не обижался надолго. Они не могли быть в ссоре больше нескольких дней, уж слишком нуждались друг в друге. А сейчас Кас от силы парой фраз перебросится и уйдет в свою комнату. Но особенно Дин боялся его взгляда. Обычно теплый, приветливый и нуждающийся превратится в безжизненный и равнодушный.       Дину было действительно страшно.       Он снова зарылся лицом в подушку и, надевая наушники, попытался расслабиться. Он мог часами так лежать, слушая любимые подборки, если бы не размеренный стук в дверь. Дин тут же откликнулся:       — Входи, — удобнее уселся на кровати.       — Дин, я хотел поговорить… — Кас аккуратно открыл дверь и присел рядышком с Дином.       — Давно пора, — и, не желая затягивать их разговор, Винчестер спросил главный интересующий его вопрос:        — Что тогда произошло? — он не хотел давить на него, пускай его отчуждённость и разбивала сердце. В другой ситуации он был уже втянул ангела в горячий поцелуй, но сейчас он сдерживался.       — Да, ты прав. В том месте многое произошло, — по Касу было видно, что этот разговор даётся ему с особой сложностью. Дин решил молчать, давая слово ангелу.       — В тот вечер я действительно просил о помощи. И тогда действительно пришел мой верный воин Амалиэль. Только вот, не таким он оказался, как думал я. Его мотивы мне неизвестны, однако несколько вещей о нем мне все же удалось узнать. Дело в том, что ему совершенно не нравилось правление Наоми, Метатрона и Ханны. Он был самым преданным. Он говорил, что под моим руководством все было четко и ясно. Он хотел, чтобы я снова вел ангелов за собой, пусть практически все из них меня ненавидят. А те, кто на вас напал, были единственными, кто все ещё верил в меня       — Кас, прости, мы… — Дин виновато отвел взгляд. Кажется, он начал понимать.       — Да, я знаю. Не беспокойся об этом. Все хорошо. Так вот, он решил, что всему виной вы, Винчестеры, — Кас грустно хмыкнул:       — Точнее ты, Дин, — во взгляде Каса читалась жалость.       Дин совершенно не ожидал таких слов. Они повергли его в шок и пробудили дремавшую ярость и вину. Из-за Дина его ангелу пришлось страдать. Кас продолжал.       — Он говорил, что из-за моей любви к тебе я размяк и вы меня используете. Он посчитал, что я всегда выбираю вас между вами и ангелами, только потому, что люблю тебя. Он начал меня пытать с надеждой, что я забуду свои чувства, но мысли о тебе только крепли, и на пытки я не вёлся, — Кас повел плечом, разминая затекший бок, где раньше была открытая рана, — И он придумал это. Каждый раз он вкалывал мне что-то, и я засыпал. А во сне я… — тело Каса непроизвольно дрогнуло. Руки Дина тут же потянулись его утешить. Его разрывала ядовитая ярость, но он зарыл её как можно глубже, дабы помочь своему любимому, — Видел, как ты делаешь мне предложение, а потом умираешь на моих руках, когда я говорю «да», — Кас не отвечал на обьятия, он говорил совершенно спокойно. Он хотел обнять его в ответ, получить желанное тепло, но на эти желания в ответ всплывали жуткие образы, в которых Дин умирал у него на руках.       — И ты… — Винчестер отстранился. Ему было очевидно, что тело Каса хочет, нуждается в поддержке, но в его глазах была только тоска.       — Всегда говорил «да», — Кас уставился пустым взглядом в стену, — Дин, время там текло намного медленнее, и я видел этот сон более тысячи раз, но только на тысячу первый я смог отказаться от тебя. Тогда я проснулся и сбежал. Бежал долго, пока не укрылся в сарае той девочки. При виде меня ее мама упала в обморок, а отца, как я понял, у нее с рождения не было. Только потом я понял: что-то во мне сломалось, — Кас перевел взгляд на Дина, и по его лицу стекала горячая слеза, — Я больше ничего не чувствую к тебе, Дин.