5
От боли, обиды в груди вырос ком И выйти слезами грозился. - Антоша, машина стоит за углом, Я с пар насовсем отпросился. Давай в магазин заглянём по пути, Куплю тебе чай и малину... И не извиняйся, Антон, прекрати!- И лёгкой приятной щетиной К горячей щеке прикоснулся моей, Пылала она в лихорадке. С дыханьем его стало сразу теплей. -Не парься! Всё будет в порядке! Поспишь, будет силы здоровой прилив. Давай-ка домой собираться,- На ватных ногах и по лестнице вниз Я медленно начал спускаться. Прошло минут 10, и каждый пролёт Давался трудней и труднее. -Ну нет, Шаст, послушай, ведь так не пойдёт! На мне всё же будет быстрее! Он силой своей заточил меня в плен, Руками обвил моё тело: Одной- у лопаток, другой- у колен, Что в воздух оно вдруг взлетело. Мы быстро прошли лабиринт этажей, Ловя удивлённые взоры, И следом за нами звучали острей Людей возмущённые споры. И снова мой взгляд от болезни размыт, Устало склонил я мордашку, Дыханьем своим согревая холмы Ключицы его под рубашкой. И прямо как с первого нашего дня Врывается в воздух константой Арсения запах, где нотки звенят: Эспрессо, парфюм и лаванда. Мы вышли из здания. Морось пошла, До дрожи костей пробирая. Арс тут же мне отдал частичку тепла, На плечи пиджак надевая. На заднем сиденьи меня уложил, Открыв двери немца сталь ловко. И только завёл свои 200 кобыл, Сорвались мы с места парковки.
