Кровавая баня
Штраф: Недельный обет молчания - отсчет начнется спустя три часа после получения штрафа На секунду лицо юноши словно застыло, а взгляд перестал фокусироваться. Но спустя мгновение слезы полились градом. Глаза ужасно распухли, а щеки покраснели. — Все будет хорошо! И ты не волнуйся… я кое-что слышала, не скажу Бакуго. Обещаю! — она как-то натянуто мне улыбнулась и протянула руку с вытянутым мизинчиком. По привычке я ответил ей тем же, лишь бы она уже отстала. Когда девушка ушла, я поднялся с пола. Нужно было переодеться и забрать вещи из класса. Удивительно, но в классе были почти все ученики. — Ты, если что, не расстраивайся, Бакуго даже не пытался работать в команде. В следующий раз получится! — растрепав мои волосы, сказала розоволосая девушка. Коряво ей улыбнувшись, я сделал шаг вперед и споткнулся. Удержав равновесие я оглянулся, сзади меня стоял низкий парень с волосами в форме шаров. Он был красивым. Лучше, чем все в этом классе. — Извини меня, пожалуйста, а как тебя зовут? Давай дружить? — в этот раз моя улыбка было настоящей, от всего сердца. — Дорогуша, если ты не прекрасная дама, то тебе со мной ничего не светит. Но ты можешь вступить в наш порн… — на последнем слове его рот закрыл блондин с молнией на волосах. Встретившись со мной взглядом, он опустил свою голову. И оттащив одноклассника, совсем скрылся с глаз. — Каминари какой-то странный, — послышалось где-то сзади. Звучит знакомо. Стоп, это он? Парень, про которого мне все говорили на протяжении года. Что ты сделал, Каминари? Мои мысли прервал хлопок дверью. В класс зашел Мидория, у него была сломана рука, видимо главный герой смог его поранить. На него с похвалами набросился почти весь класс, и я далеко не ушел от них. — Как ты это сделал? Такой сильный поток воздуха, твоя причуда — это же усиление тела? — встать перед Деку было нереально, поэтому я протиснулся сзади и, как старый знакомый, оперся на спину одноклассника.***
Открыв глаза, я удивился незнакомой обстановке. Подняв голову и оглядевшись, понял, что нахожусь в классе. Точно, после расспроса Мидории я почувствовал себя еще хуже, чем после тренировки, и сел за парту — видимо, так и уснул. Домой идти не было сил. Запрокинув голову назад, я испугался: помимо меня в классе был и Тодороки. Он не обращал на меня совершенно никакого внимания; понаблюдав за ним какое-то время, я заметил, что он слушает музыку в наушниках. Придвинув стул, я сел возле него — он до сих пор меня не заметил или притворялся. Нерешительно протянув руку, я позаимствовал один наушник. Звучала какая-то меланхоличная музыка, я не мог разобрать слова, видимо это была иностранная группа. Скосив взгляд в сторону, я замер. Мой одноклассник смотрел прямо на меня. На минуту растерявшись, я вернул себе самообладание и, оперевшись локтями о парту, посмотрел на него в ответ. А он, просто нахмурившись, отвернулся от меня и стал дальше смотреть в окно. У Тодороки был отвратительный шрам, который притягивал к себе взгляды. Засохшая кожа на его месте трескалась и делала лицо еще более неприятным. В моем классе целых два красивых человека. Нормальных, а не идеальных, как все в этой школе. Это очень приятно. Даже мысли о главном герое ушли на второй план. Смешно, главный герой и второй план. Такая ирония. — Знаешь, твой шрам чертовски красивый.