Прежде чем я признаюсь тебе

      Когда на праздновании тридцать первого октября всем захотелось сыграть во что-нибудь, то Кана сразу предложила карты. Проигрывать этой пьянице и выполнять потом странные задания никто не хотел, потому начали искать альтернативу. «Я никогда не» тоже перестала интересовать, потому что почти каждый знал, кто что «не» и кто что «да». В Мастера играть отказывались только те, кто встретил с этой игрой прошлое Рождество, и остальные решили просто довериться протестующим. Когда даже Лаксусу стало интересно, почему половина гильдии спорит, Леви вспомнила про игру «Орел или решка», которую узнала от Гажила.       Правила просты: один игрок задает второму на ухо вопрос, и тот должен ответить либо имя, либо «Да/нет». Если отвечают имя, то второму игроку и человеку с этим именем предстоит одновременно сказать, выбирает он орел или решку, и если выбор совпадает — вопрос озвучивается. Если «Да/нет», то рандомный человек выбирает еще такого же, и выбор между орлом и решкой происходит между вторым игроком и вторым рандомным человеком. По словам Гажила, который тоже в эту компанию игроков затесался, в Фантом Лорде игра была на втором месте после «Я никогда не». Игра началась после того, как ребята уселись более-менее удобно на полу рядом с барной стойкой.       Первый вопрос был от Миры Люси, та выбрала Грея, но вышел орел против решки. Джувия почти сразу же вспыхнула, представив, что вопрос был с пошлым подтекстом, и что Люси снова решила забрать у нее милого Грея. Подтекста там никакого не было, но Мира пообещала в следующий раз задать именно такой вопрос. За полчаса Акире никто ничего не задал, но само ее имя уже было озвучено — в вопросе от Люси Гажилу о том, кто же его спас от нападения Лаксуса почти сразу после вступления Железного в гильдию. Зачем Хартфилии потребовалось это узнать — непонятно, но Дреяру, сидящему с Громовержцами неподалеку, от этого вопроса явно не по себе было. — Акира! — поднявшись на ноги и чуть не рухнув на Лисанну, восклицает Кана и быстро оказывается рядом с подругой, обнимая ее за шею и наклоняясь к уху, — Есть ли в нашей гильдии кто-то, кроме Лаксуса, кого ты считаешь красивым и сексуальным?       Фернандес едва ли не давится воздухом, смотря на брюнетку. Потом пожимает плечами и несколько долгих секунд думает, что ответить: имя того человека или простое «Да». Окидывает взглядом друзей, коротко смотрит в сторону Дреяра и, откинувшись на руки, наконец произносит. Будь что будет, не станет же никто истерику заводить по этому поводу? И дружбу рушить тоже. — Бикс.       Бикслоу, разговаривающий с Фридом, удивленно смотрит на подругу. Кана тут же вскакивает, снова натыкаясь на кого-то, и тащит Кукольника в их несуразный кружок, заставляя сесть рядом с Гажилом. Фрид интересуется вслух, что за вопрос можно было такой задать, если ответом является Бикс, а вот Лаксус, похоже, что-то услышавший, уже готов негодовать. Весь прошедший месяц Акира жила в старом доме вместе с Венди, решив проучить парня с его максимализмом, и под конец это уже начало раздражать. — Орел, — отпив из бокала, произносит Акира. — Орел, — все еще не понимая, каким образом его в эту игру привлекли, в унисон с синеволосой выбирает Бикслоу.       Кана начинает хохотать и заваливается на спину, но пинает Фернандес, чтобы она озвучила вопрос. Либо алкоголь в голову уже ударил, либо ей уже ничего не страшно, но Фея спокойно произносит «Кого я считаю красивым и сексуальным в нашей гильдии, кроме Дреяра» и даже выдерживает просто убийственный взгляд того самого Дреяра. Кто-то начал говорить, что пора убегать, пока не поздно, а кто-то не выдержал и тоже засмеялся. Бикслоу несколько секунд просто смотрел на подругу, а потом рывком стянул шлем. — Красивый, значит? — Ты забыл «сексуальный», — кивает Фернандес и склоняет голову. Послышался хруст стекла — это Лаксус от злости отломал у своей кружки ручку.       В этот же момент Лаксус не выдерживает и сообщает, что тоже играет. Фрид качает головой, но после вопроса Миры соглашается тоже сыграть в пару раундов. Эвергрин уже во всю смеется и показывает Акире большой палец, полностью довольствуясь выходкой подруги. Бикслоу как-то странно улыбается и надевает шлем обратно, принимаясь за игру. Правда, еще где-то пять вопросов ничего интересного не было, и Акира начала скучать, улегшись Леви на колени. Надо бы спросить у Гажила, слышит ли он, как дракон, своего ребенка. — Мира, — произносит хриплый голос, но Фернандес даже не смотрит в сторону друзей, — Решка, — вместе с Лаксусом тот же выбор говорит и старшая Штраус. Акира все так же продолжает лежать на коленях Редфокс, покручивая бокал с остатками вина в пальцах, — В общем, ты просто шикарная, Мира.       Вот сейчас вроде бы все должны разбегаться или возмущаться. Кому-то сразу ясно, что Лаксус пытается отыграться, но, как принято у девушек, Люси и Эрза начали возмущаться, что такое нельзя говорить какой-то другой девице, если у тебя есть девушка. Синеволосая резко поднимается, с трудом удерживая фокус зрения, и поворачивает голову в сторону ухмыляющегося блондина и недовольных подруг. — Мой дорогой, выбрал бы хотя бы кого-то другого, чтобы заставить меня ревновать или попытаться отыграться, — подняв бокал, салютует Мире, — Ты реально шикарная, Штраус, будь я другой ориентации, нахрен даже Лаксуса в женском виде, — и выпивает остатки. Такое поведение удивляет всех, в том числе принимающую все новости подобного плана Кану.       Акира поднимается на ноги, чувствуя, что голова немного начинает кружиться, берет одну из неоткупоренных еще бутылок и становится лицом к друзьям. — В свое оправдание скажу, что Бикс просто хороший парень, а Мира — отличная девушка. Еще я немножко завидую Леви, что у нее отношения намного лучше моих. Теперь, с вашего позволения, я хочу откланяться и напиться в одиночестве.       Девушка делает поклон под дружный смех друзей и направляется к выходу. Почти сразу ее перехватывает Лаксус, кидая себе на плечо и перенимая бутылку, обещает промыть Бикслоу мозги на следующий день за то, что влез в голову его девушки, и уходит. Акира почти не брыкается, но точно быть спокойной потом не намерена. В какой-то момент, когда впереди уже виднеется дом парня, Фернандес все же начинает буйствовать, требуя поставить ее на ноги и отпустить, но получает желаемое только в теплой гостиной, где Лаксус укладывает ее на диван и укутывает в плед, потому что волшебница решила выйти на улицу без верхней теплой одежды, а разбираться с этим в гильдии не хотелось. — Леви завидуешь, значит? — открыв бутылку, Лаксус делает глоток и передает синеволосой, — Никогда бы не подумал, что ты хочешь такую же, как у нее, жизнь. — Я не хочу такую же, — сделав гораздо больше глотков, парирует Фернандес, — Я хочу спокойную жизнь с любимым человеком, который не ставит свои по-настоящему эгоистические желания выше чужих. Я хочу жить с человеком, который понимает чужие чувства, а не акцентирует внимание только на нужных ему самому. Я уже не первый раз говорю тебе, что понимаю твою ненависть к Ивану, но почему ты не желаешь понимать меня?       В каких-то несколько секунд Акира перебирается с дивана на колени Громового, приникая к груди клубочком, и сжимает правую руку в кулак, собирая ткань рубашки. — Если ты не хочешь спокойной жизни, то я уйду и мешать не буду. — Именно поэтому я и хочу уничтожить Воронов, — с чувством, что не имеет права обнять, произносит Лаксус, — Ради спокойной жизни, черт возьми. Я думал, что если уничтожить еще созданный Союз, то все пройдет более гладко. Я хочу, чтобы у тебя, у Хвоста Феи, у всего Ишгара была по-настоящему спокойная жизнь. — Из тебя хреновый миротворец, — резко откинувшись назад, Акира забирает бутылку и делает еще несколько глотков, — А я, похоже, спаиваюсь. До Каны, впрочем, далеко. Обними меня, пожалуйста.       И Лаксус обнимает. Отставляет бутылку куда подальше, обнимает и начинает укачивать, как ребенка, пока Акира говорит что-то совершенно непонятное. — Возвращайся. Без тебя не очень. — Секса в жизни мало стало? — Тебя мало стало.       Акира слабо улыбается и засыпает. Лаксус относит ее в спальню, раздевает, одевает в одну из своих футболок и укрывает теплым одеялом. Сам убирается в гостиной и возвращается в гильдию за брошенными вещами. Там встречает уже поубавившуюся в количестве участников компанию игроков, Гажил и Леви недавно ушли, Венди спит на коленях Миры, а Чарли и Хэппи куда-то пропали. Забрав пальто Акиры, Дреяр интересуется, надолго ли эта посиделка, и без вопросов и предложений забирает Венди на руки. Если Фуллбастер или Драгнил решат отнести девочку, то наверняка куда-то с ней угодят в нетрезвом состоянии, а Фернандес ему голову оторвет, если с Марвелл что-то случится. Поэтому перед окончательным возвращением к Акире Громовой относит Венди домой. И с каких пор он стал так заботиться о ком-то, не имеющем к нему никакого отношения?