ЧАТ

Как-то с первого дня сложилось, что восьмой курс никто из преподавателей особо не мучил. На нарушение некоторых правил просто закрывали глаза. Одним из нарушением правил было ношение чата с собой. Конечно, старшекурсники на стол его не выкладывали, но на перерывах, в столовой и в библиотеке все сидели с ними. Гарри и его друзья не стали исключением. Ведь Гермиона разрешила. Да, та самая Гермиона. Наверное, пережив войну, она поняла, что школьные правила – сущая ерунда. А может, и раньше, на мосту, когда сказала, что нарушать правила весело. В целом, не важно, когда случился перелом в отношении Гермионы к правилам. Все носили с собой чаты и были весьма этим довольны. Не сказать, что это сильно сказалось на учебе. Кто хотел учиться, учился и с чатами. А кто не хотел, смотрел на занятиях на окружающих, радуясь, что война закончилась. Гарри учился прилежно. Почти как Гермиона, что сильно раздражало Рона. Однако, Поттер из раза в раз объяснял другу, что хочет стать аврором, а для этого надо сдать экзамены на отлично. Уизли, как обычно, хлопал друга по плечу и говорил ему о том, что тот наивный дурак. Его и Рона спокойно возьмут в Аврорат без всяких там экзаменов. Хотя бы потому, что они - герои войны. Гарри, хоть и понимал, что Рон прав, учился так усердно, как мог. Вечера все дружно проводили в чате. Даже Гермиона не отключалась, пока готовилась к занятиям или когда Рон заглядывал к ней в комнату. Гарри постоянно читал общий чат. Иногда даже сам что-то писал. Какую-то шутку или подсказку, делясь известными только их троице хитростями. И каждый вечер Малфой был в сети, но молчал. В один из дней, когда Рон ушел к Гермионе и долго не возвращался, а Гарри выучил и написал все, что требовала учебная программа, Поттер заглянул в чат. Пролистав предыдущие сообщения, убедился, что Малфой снова молчит. Нажав на колдографию слизеринца, на которой тот с высокомерным лицом поправляет галстук, снова написал ему пару слов. «Привет! Что нового?» Сова снова унесла письмо и отправила его прямо в руки, которые тут же открыли конверт. И снова долгое перечитывание написанного Поттером. «Может, он просто занят чем-то важным, поэтому так долго письмо открыто?» - Мелькнуло в голове Гарри. Но… Нарисованная рука снова смяла письмо и вышвырнула в нарисованное окно. - Это уже обидно, - вслух сказал Поттер и снова нажал на колдографию Малфоя. «Я же вижу, что ты читаешь. Почему не отвечаешь?» - Написал гриффиндорец и с нетерпением принялся ждать, что произойдет дальше. А дальше было все, как всегда. Сова унесла письмо, передала, руки открыли конверт. Письмо долго читалось. Дольше, чем первое и второе. Но конец и у этого письма оказался таким же, как у первых двух. «Ну, ты сам на это напросился! Дорогой дневник! Когда я был маленьким, всегда хотел брата. Не такого, как Дадли. Нет. Я хотел такого, который был бы примером для подражания. Например, такого, как мой крестный…» Гарри писал, и писал, описывая несуществующего родного брата, приключения, в которые они могли бы оба вляпываться, если бы были на одном факультете. Затем написал, что могло бы случиться, если бы его брат оказался на факультете Слизерин. Затем, если бы его распределили в Когтевран. Закончил Пуффендуем. Довольный собой, посмотрел, сколько всего написал. Улыбнувшись, нажал на сову. Письмо дошло до адресата. Малфой, видимо, не мог поверить своему «счастью» - стать тем, кто зачем-то читает дневник героя магического мира. Гарри долго наблюдал за тем, как Малфой читает, а потом… Нарисованная рука смяла письмо и собиралась выбросить его в окно, но неожиданно замерла и разгладила листы. После этого рука положила письмо в непонятно откуда взявшуюся папочку. Но ответа не было. Гарри усмехнулся. Ведь так теперь будет каждый день… *** Гарри не мог высидеть в комнате. Рон притащил Симуса и других ребят, с которыми громко обсуждал всякую ерунду, мешая Поттеру сосредоточиться. Уизли перестал обращать внимание на рвения Гарри учиться. Он жил так, как ему было удобно, считая, что знает достаточно для Аврората. Гарри же казалось, что того, что он знал, мало. Он хотел учиться. Хотел закончить эссе по Трансфигурации пораньше, чтобы освободить себе больше времени для других заданий. Но из-за шума ему это никак не удавалось. Взяв книги и сумку, Гарри спустился в общую гостиную. Несколько девчонок сидели на диване у стены. Одна из них заколдовала спицы и смотрела, как те вяжут какую-то игрушку. Другая внимательно читала какой-то увесистый фолиант. У камина на диванчике сидел Малфой и задумчиво смотрел то в чат, то на огонь. Ещё кто-то лежал на ковре и гладил мурлыкающую кошку. Переступив через парнишку на ковре, Гарри пошел к свободному столу. Разложив свои вещи на столешнице, взглянул на Малфоя. Кажется, тот так задумался, что и не заметил, что в гостиной есть кто-то еще. Гарри взял чат в руки и нажал на колдографию Малфоя. Он давно написал несколько черновиков для тех самых загруженных дней, в которые не сможет писать длиннющие письма с воспоминаниями или своими мыслями. Отослав письмо, покосился на Малфоя. Тот тут же открыл письмо и с интересом принялся читать. Абсолютно бесшумно, хотя Поттер помнил, что вписал пару смешных моментов. Дочитав до конца, Малфой вернулся к началу и еще раз перечитал. И снова сохранил. Разобравшись с письмом, снова задумчиво посмотрел на огонь. - Гарри! Вот ты где! – Воскликнула Гермиона, сбегая с лестницы. Как же это было не во время. Поттер поморщился и увидел, как испуганно обернулся слизеринец. Взглянув на Гарри, Малфой встал и, пройдя мимо Грейнджер, ушел на лестницу, ведущую к комнатам. - Что случилось? – Спросил Поттер, но Гермиона молча проводила Малфоя взглядом. - У тебя случайно нет моей папки с пергаментами по Травологии? – Спросила она, когда слизеринец скрылся из виду. - Нет, вроде. Может, у Рона? - У Рона вряд ли… Ему на эту учебу… Сам понимаешь… Слушай, я что-то сделала не так? – Спросила девушка. - Почему ты так думаешь? – Удивился Гарри. - Да вы оба испепелили меня взглядами… Поттер громко рассмеялся. - Тебе показалось, - сказал он. Гермиона, пожав плечами, отправилась по комнатам спрашивать про свою папку. Поттер остался в гостиной дописывать свое эссе.