Некромант

— Эта земля мертва, — проговорила Фартуна, подняв лапу и разжав её, между пальцев рассыпался чёрный песок. — Невероятно, как такое возможно? — изумилась Анемона. Она без труда отломала от дерева сук и раскрошила, на чёрный песок опала чёрная труха от дерева. Какой-то из песчаных дыхнул огнём на ветку, которую держал в лапе, огонь мгновенно пожрал древесину, и на землю опала труха. — Из этого места вытянули всё, что только возможно, — пояснила Фартуна, — не знаю, что это могло быть, но столь быстрый способ наносит очень серьёзный вред окружающей среде, понадобится сотни лет, чтобы земля начала плодоносить. — Пауки, — со злостью проговорила Снежна, — вытянутое из этого места было превращено в араву пауков. — Да, — Рубин вдохнул и скривился, — оно здесь, — прошипел он. — Остановитесь! — послышался откуда-то спереди божественно прекрасный голос, все, кроме Рубина и Фартуны, расслабились и благоговейно посмотрели туда, откуда прозвучал голос. Анемона так же посмотрела в ту сторону и изумлённо открыла пасть, сердце её наполнилось светом и теплотой, а разум затопило счастье, искреннее и безграничное, ещё никогда она не видела существ, на столько прекрасных существ, существ, которые были бы столь невероятными, столь… божественными, да, именно так. Дракон, освещённый белоснежным светом, исходившим из всего на тела, был невероятно красив, причём красив не как красивый дракон, а КРАСИВ, такой красотой можно только восхищаться и только поклоняться ей, даже стремиться к нему было бы просто глупостью, это существо можно было описать только одним словом — идеал, и никак иначе. — Вам незачем здесь находиться, — проговорило существо своим идеальным, во всех смыслах этого слова, голосом. Морская вдруг поняла, что ей и правда, не нужно здесь находиться, лучше пойти домой и восхищаться мыслями об идеале, который она увидела. — Идите домой, уходите! Принцесса развернулась и уже готова была улететь, как и сказало божество, как прозвучал ещё один голос, этот был максимально неприятным, скрипучим, свистящим и неверно противным, Анемоне захотелось вымыться, смыть всякое воспоминание не только о словах, о самом звуке этого голоса. — Стойте! Живо придите в себя. — Этот голос был на столько омерзителен и противен, что это мигом вывело самку из состояния блаженства, ей захотелось прирезать это чудовище, чтобы навсегда избавить мир от одной возможности звучания столь омерзительного голоса. Анемона посмотрела на светящееся существо и удивилась: неужели это существо она приняла за божество? Ну да, светится и парит в воздухе, однако так и Рубин может, да и какой от него идеал, ведь даже морды его не видно. — Хватит играть в игры, — проговорил земляной уже нормальным голосом, — яви себя в истинном облике и сражайся. — А ты действительно хочешь этого? — усмехнулось существо. — Подумай, кому это нужно и кто стоит за всем этим. — А зачем? — Некромант криво усмехнулся. — Я и так это знаю, кому и зачем это нужно. Существо, явно, удивилось, приземлилось на землю и посмотрело на собеседника. — Ну и кому, озвучь свои мысли, — попросило существо. Некромант на это лишь рассмеялся, громко и беззаботно. Согнулся дугой, схватился за голову и завыл, громко, неистово, душераздирающе, страшно. — Рубин, что с тобой? — Фартуна подошла к земляному и заглянула ему в глаза. — Он вернулся, — уверенно проговорило светящееся существо, — Рубин, ты прекрасно понимаешь, кто истинный противник, ты должен понимать, что ни один из нас не может умереть, ты… — Будешь служить свету, или править тьмой, — закончил вставший некромант, с трудом смотря на существо из света, — скинь морок и покажи себя. — С начала скажи, чью сторону ты выбрал? — потребовало существо. — Я выбрал свою сторону уже давно, — проговорил Рубин тяжело, обычными, вполне разумными глазами смотря в глаза Анемоны. Дракон засветился сильнее и исчез, с его исчезновением начало появляться что-то, точнее, это было дерево, огромное, неимоверно огромное чёрное дерево, кора и листья были с мелкими зубцами во всём остальном он был обычным, разве что размерами больше всего, что могло вырастить в обычных условиях. — Меллорн, — проговорила Фартуна с некоторым трепетом, смотря на чудо, — Рубин, что будем делать? — Думать, — коротко ответил земляной и приобнял морскую крылом, — идём отсюда, нужно отдохнуть. — Что будем делать? — в который раз повторила Фартуна. — Не знаю, — Некромант накрыл голову крылом и тихо зарычал. — Против кого я пошёл, — тихо высказался он, — против Матери, слившейся с Мелорном, Сапфир, прошу, отзовись, где ты? Земляной лежал неподвижно и думал, рядом с ним стояли самки, вокруг них трое, земляной не обращал на них внимания, в данный момент все ресурсы его тела ушли на обработку ситуации, ему никогда ещё не было так страшно, да и не был он ещё в такой ситуации. Это же надо, пойти против творения зодчих, да, конечно, драконы тоже творения зодчих, но сравнивать его и простую Мать — это всё равно что сравнивать гвоздь и самострел, и тот, и тот сделали драконы, вот только мощность их несравнима. — Если я умру, мир будет разрушен, — проговорил Рубин, — если умрёт Мать мир будет разрушен, — он посмотрел куда-то вперёд, в бесконечность, — Меллорн за ближайшие три сотни лет приведёт магическое пространство в достаточно устойчивое состояние, однако до этого момента этот мир станет паучьим гнездом и смерть Матери уже ничем не поможет. Повисло молчание, никто не мешал размышлениям некроманта. — А если убивать не сразу, а медленно, — предложил Вихрь, — такое возможно? Рубин заторможенно посмотрел на песчаного, попытался перевести мысли на новое русло, но это не удалось. Некромант закрыл глаза и потерял сознание, умные разумные в развитой цивилизации назвали бы это перезагрузкой. — Повтори, что ты сказал, — проговорил Рубин, очнувшись и посмотрев на песчаного. Тот повторил, а некромант задумался, серьёзно задумался, три часа непрерывных размышлений дали результат в виде ритуала. — Есть один возможный выход, — проговорил он, осмотрев присутствующих, — только мне понадобятся те, кто умеет чертить и обладает хорошим пространственным мышлением, а ещё лист бумаги и чернила. — Ну и что за план? — уточнила Снежна. — Ритуал угасания, — проговорил земляной, — невероятно сложный ритуал, предназначенный для наказания и придуманный ещё зодчими, кто-кто, а эти знали толк в наказаниях. Так вот, жертва умрёт, точнее, перейдёт в состояние лича и будет медленно угасать, теряя энергию при этом ощущая невероятную боль, эманации боли подпитывают заклятие, не позволяя личу вырваться, если сделать, к дереву подойти будет просто невозможно, но это и не понадобиться, печать и ритуал сдерживания уж точно не позволят Матери вырваться, однако тут возникает беда — для «угасания» нужно семь магов, и если четыре, ну ладно, пять одарённых у нас есть, то вот на место ещё двух нужно будет что-то придумать. Некромант выдохнул, встал и осмотрелся в поисках воды. — Уверена, — Анемона оскалилась в улыбке и протянула ему кувшин, — ты что-нибудь придумаешь. Рубин оскалился в ухмылке и кивнул. — Разумеется придумаю, — проговорил он и уточнил, — можете показать, где еда и вода, мне нужно набраться сил. От чего-то принцессы тут же отшагнули от некроманта, странно, каннибализмом он, вроде бы, не страдал. — А ты уверен, что это безопасно? — уточнила Фартуна, смотря сверху на три фигуры, выписанные одна в другую. Первой шло что-то вроде солнца, круг и лучи, исходящие от него во все стороны, точнее, пять лучей с рунами на концах, дальше шла классическая пятилучевая пентаграмма, так же с рунами, самой большой была семилучевая звезда с кругами на каждом конце и вписанными в него рунами, именно в этих кругах и должны стоять маги. — Ты что, конечно же, это не безопасно, — усмехнулся земляной, — но когда это нас останавливало? — Ну да, — кивнула болотная и присмотрелась к другому концу фигуры, — кажется у них всё готово, — предложила она, — только я так и не поняла, как мы будем заклинание произносить, тут такое расстояние, что друг друга не расслышим, даже если орать будем во всё горло. Рубин просто показал самке бусинку красного цвета, проклинательница минуту висела неподвижно, после громко выругалась и рывком попыталась вырвать её из лап самца, но тот ловко уклонился и убрал шарик куда-то, откуда его достал. — Дай угадаю, это будут Заря и Кувалда? — усмехнулась Фартуна, помотав головой и, видимо, отгоняя соблазны. Услышав имя, Рубин непроизвольно вздрогнул. — Ну уж нет, — покачал он головой, — уж лучше Радугу, — в голосе земляного можно было услышать опасение, — ты ведь и сама прекрасно знаешь, что случится, если сюда попадёт хоть тень этой особы. — Согласна, — кивнула Фартуна, — немного погорячилась, но тогда, может Адамант или Могила, почему сразу Радуга? — Решено, — земляной кивнул сам себе, — Адамант и Кувалда. Через два часа всё было готово, самым сложным оказалось найти несколько цистерн крови для создания тонких дорожек крови, вызов постоянно что-то жующего и, кажется, спящего даже во время жевания дракона не составило проблем, а вот вызов второго был сопряжён трудностью в виде раздробленной лапы у некроманта, но он даже не стал ничего говорить, просто обведя перийцев взглядом и бросив «недоноски». Оба новопризванных были больше Рубина и более массивные, но это, скорее всего, было из-за избыточной мускулатуры у Кувалды и масс жира у Адаманта. Что бы там ни было, но ритуал был начат, красный шарик, который продемонстрировал некромант, был синхронизатором памяти, его нужно было растворить в воде и выпить, это позволяло слышать мысли всех, кто так же выпил воду, сам по себе красный шарик был сильнейшим наркотиком. И вот Рубин, Фартуна, Анемона, Рак, Вихрь, получивший кулон Леса, Адамант и Кувалда стояли на своих местах и в унисон говорили заклятие, впрочем, внешне это особо никак не проявлялось, разве что уснувшее дерево начало слегка колыхаться, но этого никто увидеть не мог, так как все улетели сразу, как ритуал начался. На удивление всё прошло спокойно, планов на ходу менять не пришлось, древо вздрогнуло и застыло, жуткие плоды начали медленно превращаться в пепел, само дерево так же умерло, с него отлетело несколько пылинок. Рубин знал, что вот так, по пылинке дерево начнёт умирать, почти незаметно и неотвратимо, порой скованные драконы умирали так столетиями, страшное зрелище, но в данном случае необходимое.