Летние грозы

— Знаешь, я бы уже начал задуматься насчет твоей самоуверенности, — с усмешкой сказал Никита. — Ты пытаешься скрыть это? От меня? Ха...       "Ч-что? Что здесь происходит?" — спросил сам себя Леша. Парень уже догадался, где именно тот находился. Нет, это была совсем не реальность, а снова какой-то тупой сон. Алексей досадно цокнул, открыл глаза и обнаружил себя в школьном кабинете. Он сидел за третьей партой. Леша искал людей взглядом, пытался услышать еще чей-то голос, но все было тщетно. Фыв стал судорожно трогать себя за лицо, чтобы выбраться из астрала. — Надо же... — Леша выдохнул и нервно ухмыльнулся, — с таким сюжетом кошмаров у меня еще было. Что ж, ну здесь меня хотя бы не насилуют...       Алексей расслабился и был готов к любым физическим пыткам, ибо прекрасно понимал, что все это ненастоящее. Это иллюзия его подсознания, однако когда в поле зрения парня попал Никита, Леша сжал руки. Он скосил брови, оскалился и грозно следил за одноклассником, что расхаживал по классу. Сквозь жалюзи в кабинет попадали тонкие просветы Солнца. — Ты, оказывается, тоже больной, — Никита подошел ближе. Фыв прищурился, но оставался спокойным. — Сава ведь отделался еще легко, — парень зевнул, быстро подвинул один из стульев и сел напротив Леши. — Не надейся, что я и другие люди оставят тебя в покое.       Дыхание Леши сбилось, зрачки расширились из-за прилившего в кровь адреналина. Парень уже приготовился смыться с этого места, но мышцы не слушали его. Никита встал, больно схватил парня за воротник и сказал прямо в лицо: — Слушай, давай-ка я поясню тебе все очень простым языком: тебе не скрыться... Убежишь — я найду тебя снова. И так будет повторяться вечно, пока твои ступни не сотрутся в кровь, а разум не выйдет из под контроля. Рано или поздно ты сдашься и сойдешь с ума, а после этого уже сам будешь молить меня о смерти... — Никита широко улыбнулся и потянулся пальцами до рукояти кухонного ножа, стальное лезвие сверкнуло на солнечных лучах. — Я совсем не против поиграть в догонялки, потому что знаю, кто выйдет победителем!       Алексей открыл рот и уже почувствовал то, как в его шею вонзят клинок, но ничего подобного не произошло. Леша открыл глаза уже в реальной жизни. Он спокойно лежал на спине и смотрел в потолок, одеяло было на полу — видимо из-за холода ему и приснился кошмар. Парень пошевелил рукой, поднял голову и огляделся. Сейчас его пробуждение было слишком странным, но внутри он чувствовал такую сильную тревогу, что с каждой секундой состояние Фыва ухудшалось. "Все... все против меня?.. — Леша взглянул на дрожащие ладони. — Что происходит? Почему Никита? Почему не кто-то другой?!" В это мгновение Алексей сжал зубы от ужасной боли в животе, парень съежился и продолжил лежать уже в позе эмбриона. — Да что за... херня? — прошипел он, закрыв один глаз. — Я же... даже не испугался!..       Леша пытался доказать себе, что в этом нет ничего такого, ибо это всего-навсего какой-то сон, который не имеет абсолютно никакого значения с его жизнью. Да, все было бы хорошо, если бы не сомнения Алексея. Его неопределенность в самом себе сыграла с ним злую шутку, особенно после сегодняшней встречи. Помимо страха Лешей завладело еще и неистовство.       После жуткой боли Фыва начало тошнить, он чувствовал, как жар охватывает все его тело. "Черт, может простудился? Или съел что-то не то?" Алексей был готов рвать волосы с головы, кричать, но не мог как минимум потому, что в соседней комнате спал Дима. Стоило Леше вспомнить слова Никиты из сна, и тут в его мыслях начала крутиться одна единственная фраза, которая еще минуту эхом раздавалась у него в голове: "Я поймал тень прошлого за хвост".       Леша уже успел подумать, что тот сходит с ума и эти боли лишь фантомные, но вскоре покалывания в области желудка начали исчезать. Теперь в горле появилась сухость, а тошнота все еще не прошла. Он повернулся обратно на спину и зажмурился. — Что я такого сделал, черт возьми?.. — Алексей закрыл глаза ладонями и жалобно прохрипел. — Разве я виноват в этом?       Фыв встал с кровати и быстрым шагом направился в ванную комнату, ибо чувствовал, что его вот-вот вырвет. Леша делал глубокие вдохи и выдохи, собирал все мысли в одно, чтобы наконец выкинуть сон из головы. Но последняя реплика Никиты заставила парня испытать ночную тревожность. К слову, это не первый его раз, когда из-за отвратительного сновидения все физическое состояние резко ухудшается, части тела практически не слушают своего носителя, а в голове творится непонятная каша.       "Прошу, пусть этот Ад закончится как можно скорее..." Лешу рвало, у него болели голова, живот, ноги и спина, и напоследок бедному Алексею стало так паршиво на душе, что ко всему этому прибавились слезы, капающие вниз из стеклянных глаз. Парень всхлипывал, хныкал, у него не получалось сдерживать голос. — Чего? Мне это кажется, или я слышал плач? — шепотом спросил сам у себя сонный Дима.       Тем временем Фыв уже сидел на кухне и перебирал все существующие в буфете пачки таблеток. Он выпил Нурофен и обессиленно облокотился на стену. "Да никогда... никогда такого не было! Я чем-то отравился, сейчас подцепить кишечную палочку проще простого", — оправдывался Леша. Дмитрий распахнул веки, увидел включенный на кухне свет и моргнул. Казалось бы, в этом нет ничего такого: возможно, его друг просто решил утолить жажду — однако хриплые вздохи Алексея дали Диме толчок к тому, что здесь что-то не так. "По-моему воду пьют с другими звуками..." — Леха? — позвал друга Фредж. — Чего там такое? — под конец спросил он, но Дима не дождался ответа.       Дмитрий с опаской прислушался, поднялся на ноги и медленно пошел на кухню. Вид изможденного Леши поверг Диму в шок. Алексей нашел в себе силы стоять без посторонней опоры, но его ступни все еще тряслись, дыхание походило на умирающего человека, а красное лицо и бегущие по нему слезы придавали парню максимально жалкий облик. Фредж встал вплотную к другу, вытирая чужие слезы с щек. Дима не задавал лишних вопросов, ибо и без того было ясно, что Леше плохо. — Боже, тебя лихорадит... — от сонливости Дмитрия не осталось и следа. — Как это случилось? Нужно вызвать скорую... — Нет, погоди... — остановил его Фыв. — Э-это... нормально... — Ты сам понимаешь, что говоришь?! — не выдержал Дима. — Нормально?! Ты себя в зеркало видел? — Такое уже было, — признался Леша. — Н-ночная тревожность...       Фыв опустил взгляд. Ему стало так стыдно перед Димой за то, что тот расплакался вследствие какого-то сна, так теперь он еще и заставил лучшего друга волноваться за его состояние. Но почему все обернулось именно так? Эти сильные эмоции, тряска всех конечностей, боль, тошнота, рвота... Неужели слова Никиты действительно многое значили для Леши?       Парень понимал еще с самого начала, какого было Савелию жить среди того общества, в котором его удерживали, можно сказать, насильно, но именно сейчас Леша ощутил этот неописуемый страх на себе. "Но ведь... я не гей... — Алексей испуганно открыл глаза и наклонился вперед. — Я не гей!" Правда ли это на самом деле? Он не знает. В этот момент Фыв осознал, как сильно гомофобия отравляет жизнь другим людям, которые не виноваты ни в своей ориентации, ни в том, что родились в таком ужасном окружении. — Но... — Дима на секунду замолчал и спросил: — что случилось?       Алексей опустил руки. Третье веко парня вновь наполнилось горькими слезами, он не мог сдерживать голос. Фыв укусил себя за нижнюю губу. — Я просто... просто не хочу быть один, — всхлипнул Леша.       После этих слов Алексей посмотрел Диме в глаза и кинулся на него с объятьями. Фредж тут же поймал его и обхватил спину приятеля. "Имеет ли вообще какое-то значение, гей я или нет? Почему я просто не могу любить человека, несмотря на то, какого он пола?" Какого черта я вообще должен руководствоваться стандартами какого-то недалекого изверга? Да, многие такие гомофобы делят общество на "здоровых" — гетеросексуалов, и "больных" — всех остальных, принадлежащих к ЛГБТ. Эти люди настолько уверены в своей правоте, что отказываются принимать чужую точку зрения, чужое мировоззрение, чужую любовь. Гомофобы портят невинным жизни, готовы убивать, и, скрывая свой фашизм под пеленой "законов природы" или религии, утверждают, что все геи больны. Однако гомофобы не замечают одну простую вещь: больны здесь только они. И эта страшная болезнь называется ненависть.