Горячее лето

Прошло два дня. Эмма убедилась, что хочет узнать Реджину поближе. Брюнетка замечала за ней каждый, даже самый маленький, косяк и готова была взорваться. С Робином она больше не созванивалась. Телефон несколько раз вибрировал от звонков и сообщений, но быстро перестал. Миллс это совсем не нравилось: видимо, не было в Локсли того характера, который мог бы зацепить её. Свон почти перестала цапаться с Джонсом, смирившись со всей этой ситуацией.

~~~

Ночь была долгой. Эмма лежала и рассматривала потолок. Очень хотелось спать, но организм так не считал, сон не шёл. Блондинка встала с дивана и максимально тихо поднялась по лестнице на третий этаж, откуда можно было выйти на крышу. Дверь туда, естественно, запиралась, и Эмме пришлось вернуться в холл. Она достала из чемодана красную кожанку, которую всегда брала с собой, и, накинув её на плечи, вышла на улицу. Было светло. Звёзд видно не было, только лунный серп проглядывал меж облаков. Девушка прошла к смотровой площадке, располагавшейся слева от гостиницы. Оттуда открывался потрясающий вид на море. Около двадцати минут Эмма вглядывалась вдаль. Мыслей не было. Совсем. Она просто наслаждалась ночью. В какой-то момент блондинка достала телефон, зашла в заметки и… Пальцы замерли над сенсорными кнопками, пульс участился, хотя дыхание осталось ровным. Девушка почувствовала довольно слабый порыв ветра, растрепавший её волосы. Свон закрыла глаза и улыбнулась. Вскоре ноготочки в спешке клацали по экрану:

Я не помню первую встречу Я не помню что было и как Об глаза твои можно обжечься В то же время в них будто снега Я запомнила каждый изгиб твой Я хочу прикоснуться к тебе Хочу стать я твоей защитой Не прошу ничего я взамен Твой сарказм и манера речи В бархатном голосе сталь Я надеюсь что время лечит С первой встречи во мне печаль

Эмма перечитала своё творение. Она была немного в шоке. Свон никогда раньше не творила. Ни стихи, ни рисунки. Единственное из творчества – она любила фотографировать. Я конечно, не знаю, что это было… но… Во-первых, надо будет потом перечитать это на трезвую голову, а во-вторых… Она замужем или как? Я до сих пор не нашла ответ. Эмма убрала телефон и, ещё немного постояв на площадке, вернулась в дом. Спала Свон плохо, всю ночь ворочалась и несколько раз просыпалась. Около пяти утра блондинке это надоело и она пошла в душ. Холодные струи воды покрывали каждый сантиметр тела, пытаясь пробудить спящий организм и заставить его взбодриться. Минут через сорок Эмма вышла из ванной. — Как же ты долго там торчишь, — сказал Киллиан. — Научись мыться хотя бы чуточку быстрее. Тебе же от этого легче будет. Свон проигнорировала слова парня, так как спать захотелось именно сейчас. Всю планёрку блондинка пыталась уснуть у кого-нибудь на плече, вернее, её организм. Безуспешно. День проплывал, как в тумане. Даже зарядка не спасла девушку. До шести вечера надо было успеть прийти в себя. На вечернем мероприятии началась большая игра. Лагерь разделился на две большие команды. Шестёрка попала в команду, которая сначала должна была убегать и прятаться по территории, а также искать стикеры. Блондинка так и не вникла полностью в правила. Единственное, что она поняла: надо убежать и спрятаться, что и сделала после звукового сигнала. Эмма спряталась за одной из беседок, рядом с которой росли деревья с ветвями, закрывающими пространство до земли. Устроившись поудобнее, девушка провалилась в сон.

~~~

Реджина сидела за столом и ужинала, наблюдая за наполнением столовой отрядами. Когда все собрались, среди вожатых не хватало одного человека. Одной надоедливой блондинки, которая наверняка накосячила. Где носит эту Свон? — Джонс, где сейчас ваша напарница? — металлическим голосом спросила Миллс. — Понятия не имею, — он пожал плечами, подняв брови и смотря на Реджину. — Пропала куда-то во время игры. Поди, опять дрыхнет где-нибудь. Реджина напряглась. Она всё же доела салат, но второго не дождалась и вышла из бара. Где эта чертовка? Она хочет довести меня? Поздравляю, мисс Свон, сегодня вас ждёт серьёзный разговор… Брюнетка нашла Эмму под деревом у беседки. — Я вам не помешаю? — Реджина сказала это громко, что разбудило девушку. — Я… — блондинка смотрела на женщину прищуренными сонными глазами. — Мисс Свон, сегодня после планёрки я жду вас в своем кабинете. У меня к вам очень серьёзный разговор. Реджина удалилась, так и оставив блондинку сидеть под деревом. Она была в ярости.

~~~

Эмма медленно поднялась на ноги. Девушка чувствовала себя гораздо лучше. Она проспала часа два и точно не успевала поужинать. Сегодня вечернее мероприятие подняли и после ужина сразу была дискотека, поэтому Эмма направилась в бар и поднялась на второй этаж, где всё уже начиналось. Танцевать не хотелось. Всё ещё хотелось спать. Блондинка плюхнулась на диван. — Надеюсь, вы выспались, — тут Эмма заметила подошедшую к ней брюнетку. — Не очень, — девушка отвернулась, чем сразу же повергла Реджину в ярость. — Сегодня после планёрки я вас жду, — металлическим голосом сказала Миллс. — И пожалуйста, постарайтесь не уснуть. Следите за детьми, — женщина натянуто улыбнулась и удалилась по своим делам. Реджина… Тут блондинка вспомнила про стих. Она открыла заметки и перечитала своё творение. Мне кажется, или это ужасно?.. В любом случае, попробовать можно. Что я теряю? Эмма уже продумывала чёткий план действий, как завоевать эту женщину.

Узнать, замужем ли Реджина

Найти с ней общий язык

Начать общаться

Соблазнить

Хотя надо признать, что она сама не очень понимала, как будет воплощать это в жизнь. После дискотеки и сонника Свон построила детей на улице и пересчитала. — Надо же, 24… — негромко произнесла она. — Все на местах, — также негромко сказал Джонс, слегка повернув голову в сторону Эммы и поглядев на неё. — Пересчитывай их почаще, пожалуйста, а то опять всё прозеваешь и кто-нибудь потеряется. Блондинка яростно посмотрела на Киллиана. — И чего ты так на меня смотришь? Не мне же сегодня к Реджине идти, — хохотнул он. Девушка закатила глаза. — Я тебя придушу когда-нибудь, — прошептала она. — Когда рак на горе свистнет. Вот когда свистнет — тогда и поглядим.

~~~

Планёрка началась как обычно. С недавнего времени Реджина начала внимательнее следить за Эммой. Её безумно напрягала эта блондинка. Женщине казалось, что ещё немного и между ними будет чистая ненависть. Подведя итоги дня и вкратце разъяснив завтрашнее расписание, Миллс всех отпустила. Блондинка сидела в телефоне и что-то внимательно перечитывала. — Мисс Свон, — Реджина присела на диван напротив, — я правда не знаю, что вы тут делаете. Эмма оторвалась от мобильника и вопросительно подняла бровь. — Принять вас на работу было, видимо, плохим решением. Я заметила ваше состояние на собеседовании, но, — женщина сделала паузу, слегка улыбнувшись, — я понятия не имею, почему закрыла на это глаза. — К чему вы ведёте? — блондинка выпрямилась, села ровно и уставилась на директора. — Я бы уволила вас, но смена длится всего две недели… Мне просто интересно, что с вами не так, — голос Миллс не был таким стальным, как обычно, но всё равно оставался очень серьёзным. — А разве со мной что-то не так? — Эмма слегка улыбнулась. Брюнетка пересела на диван к девушке и посмотрела в глаза. — Почему вы утопаете в неприятностях? — хриплым от усталости голосом спросила Миллс. — Я… — протянула Свон. Девушка почувствовала лёгкое возбуждение от такой близости. Реджина посмотрела в телефон Эммы, которая забыла его выключить. Блондинка заметила это, резко погасив экран, но было слишком поздно: женщина пробежалась глазами по первым строкам. — Вы пишете? — в голосе было слышно заинтересованность. — Ну, я… — Тогда мне всё понятно, — улыбнулась брюнетка. — С творческими людьми всегда сложно. Эмма отвернула голову. Она почувствовала, как краснеют её щёки и как становится жарко. — Могу я взглянуть? — Миллс с интересом смотрела на девушку. Свон слегка припоминала текст стиха. Там не было имён или явных намёков, поэтому блондинка решилась на этот шаг. Женщина пробежалась глазами и улыбнулась. — Как давно вы пишете? — она перевела взгляд на Эмму. — Ну, — протянула девушка. — Это первое. — Серьёзно? — Да… — она поджала губы. — Хотите, я помогу вам его отредактировать? — Миллс посмотрела на Свон. — А вы можете? — блондинка не верила в происходящее. В этот момент Реджина осознала, что они сидят и просто говорят ни о чём, что сейчас серьёзный разговор превращается в какую-то… откровенную беседу? Но было уже поздно, точка невозврата была пройдена, а ночь уже влияла на поведение. Обеих. Миллс показала несколько моментов и помогла поправить размер стиха.

Пусть не помню я первую встречу, Пусть не помню: что было и как… Об глаза твои можно обжечься, В то же время в них будто снега. Я запомнила каждый изгиб твой, Я хочу прикоснуться к тебе. Я хочу стать твоею защитой, Не прошу ничего я взамен. Твой сарказм металлической речи, Твоя с бархатом в голосе сталь… Я надеюсь, что время излечит: С первой встречи во мне печаль.

— Ого, так красиво получилось, — Эмме очень понравился результат. — А кому это посвящено? — поинтересовалась Реджина. — Если это не секрет, — будто опомнилась женщина. — Секрет, — моментально отрезала Эмма, опустив голову. Брюнетка поднялась и улыбнулась. — Спокойной ночи, Эмма. — Спокойной ночи, — девушка сидела с пустыми глазами. Блондинка проводила взглядом Реджину, пока она поднималась на второй этаж, и пошла спать.