люди живут, чтобы спасти себя

      Когда Джемин начал сомневаться в своей ориентации? Он толком не уверен, но когда первые колокольчики в сознании его истерически зазвенели, он понял — пора с этим что-то делать. Некогда мальчик-паинька из хорошей семьи начал опаздывать домой, приходя за полночь, а позже чуть вообще перестал являться; на место рубашкам пришли майки с футболками, а поверх кожаная куртка с множеством заклёпок, независимо от времени года; волосы он красил в самые разные нестандартные цвета; в кармане вместо блокнота с записями к экзаменам — пачка сигарет на случай, если опять сдадут нервы. Можно подумать, он совсем изменился в худшую сторону, но все равно благодаря своим способностям оставался в первой десятке лучших учеников старшей школы.       — Джемин-а!       Тэхи бежала навстречу На, а парень пренебрежительно фыркнул. Не то чтобы она была ему противна... Совсем даже наоборот — она нравилась ему, но не как того хотелось бы им обоим. Она — очередная жертва обстоятельств, его омут, в котором он хочет забыться.       — Привет, — смазанный поцелуй в губы. — Ты почему не на занятиях?       — Джено опять выносит мозг.       Джено... от одного имени его всего перетряхивает, а тело задается мелкой дрожью. Они были из двух соперничающих всегда и во всем школ, их компании часто дрались, да и сам Джемин один раз сцепился с Ли, но влюбился так, как никогда не случалось, так, что бабочки внутри бьют со всей дури, царапая ребра, норовясь разорвать тонкую кожу и вылететь наружу. Сердцу не прикажешь, так ведь? Но Джемин все равно боролся, менял девчонок и, того не хотя, разбивал девичьи сердца, но что он мог поделать?       — Какой же он мерзкий, — девушка закатила глаза и тяжело вздохнула, будто Джено — вселенская проблема. — Опять доставал насчёт учёбы и просил не водиться с вами. Жаль, что братьев не выбирают.       — Он прав, не думаешь? У тебя и правда плохо с учебой, и он как-никак твой брат, который беспокоится о тебе, не стоит говорить таких вещей за глаза.       Тэхи язвительно засмеялась, а у На внутри будто кошки заскреблись. Ещё один немаловажный нюанс, благодаря которому он начал встречаться именно с Тэхи — она сестра Джено. Он думал все это время, что это поможет ему, ведь они похожи, но единственное, что их объединяло — это внешность, не более того.       — Он твой враг, Джемин, и да, кстати, завтра опять намечается сходочка на пустоши между школами из-за какой-то девчонки, так что Джено не упустит шанса избить тебя.       — Сам разберусь, — Джемин выдохнул и устало потёр глаза.       На опять провёл вечер с одноклассниками, обсуждая то, что на самом деле было ему неинтересно, и держа за руку человека, который не вызывал у него абсолютно никаких эмоций. ***       Опять та же пустошь, те же лица, изменилась лишь тема конфликта. Среди всего этого сброда не было никого, кто думал бы головой, а не кулаками, кроме самого Джемина, но сам он никогда не лез, ведь подобного рода мероприятия помогали ему снять стресс. Странно? Пожалуй. Безрассудно? Не то слово.       Погода на удивление радовала, и единственное, чего он и правда хотел сейчас — полежать на траве у берега реки Хан и забыть обо всех проблемах, но положение не позволяло.       «Могли бы и прогноз погоды глянуть, что ли» — глупые мысли опять заполнили голову.       Как и предполагалось, перепалка началась практически сразу же, как обе стороны встретились, и единственное, на чем акцентировал внимание Джемин — злой взгляд Джено, который был направлен именно на него. Но, стоило их взглядам встретиться, Ли сразу же отвел глаза, напряжённо закусывая внутреннюю сторону щеки, будто был чем-то озадачен, а до перепалки ему не было никакого дела.       «Забавно».       Как и ожидалось, первым, кто налетел на Джемина, был виновник всех его сердечных метаморфоз, никто иной, как Ли Джено. Он схватил На за ворот кожаной куртки, но не стремился ударить и лишь разглядывал чужое лицо, будто в поисках чего-то.       — Почему не ударишь?       — А ты почему не сопротивляешься?       — Очень познавательный и информативный диалог, — Джемин наклонил голову и с легким прищуром, сам от себя не ожидая, произнес: — Может, отойдём и поговорим?       — Не самое лучшее время ты выбрал, — Джено не бьет На даже вполсилы, то ли жалея, то ли не желая причинить боли в принципе.       — Слабовато, — с оскалом и слишком надменно.       Драка заканчивается вызовом полицейских, но к тому времени Джемин, вдоволь избитый на пару с потирающим ссадины Джено, благополучно удаляется, не желая портить себе личное дело.       Каково это, когда любимый тобой человек избивает тебя до острой боли в груди и кровоточащей губы? Джемину это известно, как никому другому, но в этот раз что-то изменилось, и он искренне не понимал, что происходило в голове у старшего. Было больно морально настолько, что хотелось скулить и плакать, кричать, сдирая себе горло.       Ноги сами принесли к магазину, а после и к полкам с алкоголем. Купить все необходимое тоже оказалось не проблемой, ведь поддельное удостоверение всегда покоилось во внутреннем кармане кожаной куртки.       Джемин пришёл к укромному месту у реки, когда солнце приближалось к горизонту, и всё вокруг окутывало золотое сияние. Солнечные лучи, словно мёд, стекали по коже, погружая в свои объятия. Ветер нежно перебирал взлохмаченные волосы и нес в себе запах трав и освежающий речной аромат, прошибающий легкие. Ветер забирался за шиворот, пуская приятные мурашки по коже и, словно ласковые руки матери, успокаивал, нашептывая что-то на ухо. Джемин очень любил природу.       Парень даже не заметил, как к нему подошли сзади, и сработал на автомате, когда чужая рука сжала его плечо. Очнулся он только тогда, когда навалился всем телом на Джено и на несколько мгновений засмотрелся на чужое раскрасневшееся лицо.       — От тебя разит алкоголем, — Джемин специально сделал недовольное лицо и тут же откатился, давая русоволосому отдышаться. — Нахрена приперся?       «Лучшая защита — это нападение».       Если внешне Джемин сохранил спокойствие и даже смог изобразить на лице отвращение, то внутри него проснулась маленькая школьница, которая хотела пищать и бурно жестикулировать. Сердце бешено колотилось, вытворяя невозможные кульбиты, дыхание сбилось, а по телу пошла еле заметная дрожь — он был слишком впечатлительным и слишком влюблённым, чтобы совладать с реакцией организма.       — Я поговорить хотел.       — Может, ты протрезвеешь и потом что-то будешь решать, а?       — Я трезвым не смогу.       У На сердце снова пропустило удар от того, как старший смотрел на него — с тоской и некой надеждой.       — Окей. Если ты так хочешь, я расстанусь с твоей сестрой, но последствия будешь разгребать сам. Мне не нужна лишняя головная боль, — Джемин открыл бутылку пива. — Я надеюсь...       — Нана...       Парень подавился воздухом, разливая на и без того перепачканные в пыли джинсы чуть ли не половину содержимого бутылки, и озадаченно посмотрел на Ли, чувствуя, как к щекам приливает смущение.       — Меня никто так не называл... кроме мамы, — «Которая умерла», — и я удивлён.       — Тебе очень подходит, — и грустная улыбка, от которой Джемину на месте хотелось вскрыться жестяной пробкой от пива.       — Спасибо...       — Ты такой красивый, — Ли развернулся лицом к младшему с выражением, полным решимости, и На сразу же передумал отшучиваться.       —Ты перепил.       Джемин по привычке пригладил волосы, как было, когда он чувствовал волнение или смущение. Хотелось убежать куда-нибудь, и в то же время он жаждал остаться, чтобы насладиться моментом некой близости вдоволь. Признаться честно, для него сидеть так рядом с Джено пару минут было настоящим счастьем. Этот человек принёс ему боль, из-за которой ломило все тело, этого человека он сам яростно бил кулаками и должен был ненавидеть, но сердце думало иначе, а душа тянулась к человеку с улыбкой, которая для Джемина была подобна солнечному лучику, что пробивается сквозь почерневшие тучи.       — Нана, ты...       — Я?       — Я не уверен, но ты, кажется... или не кажется...       — Совсем шарики за ролики заехали? Скажи мне адрес, и я отведу тебя домой. Если будешь хорошо себя вести, даже на кроватку или диванчик уложу, а не брошу на крыльце.       — Ты нравишься мне, Джемин...       «Здравый смысл покинул чат» — мозг Джемина не мог переварить должным образом полученную информацию, а сердце колотилось до такой степени, что стук его отдавался в ушах. Казалось, ещё чуть-чуть, и польются слезы от раздирающих грудь эмоций.       — Ты серьёзно сейчас? Ты меня ни с кем не перепутал, ну...       — Ты дебил?       Джено рассердился, а на лбу пролегла складка. Его волнение сменилось раздражением, и, будто назло, захотел ударить младшего по его прекрасной физиономии, и без того пострадавшей от его рук.       — Чего ты сразу обзываешься...       — За тобой постоянно девки с признаниями таскаются, а сейчас ты врубил дурачка. Просто отшей меня уже и не мучай, ради всего святого.       Молчание повисло в воздухе, а солнце, уходящее за горизонт, опрокинуло ковш ярко-розовых всполохов, погружая берег реки в чарующую атмосферу.       — Я, кажется, влюблён в тебя.       Улыбка тронула губы Джено, и он заливисто засмеялся.       — Что смешного?       — Мы просто такие дураки. Я и думать не смел...       Ли замолчал, как только чужие мягкие губы коснулись его и вовлекли в нежный поцелуй, в который Джемин вложил всю боль и отчаяние, в коих он утопал изо дня в день. Он вплел пальцы в русые волосы и позволил первой слезе дорожкой спуститься к губам, придавая поцелую ещё больше горечи. Джено, как заворожённый, впитывал в себя все то, что пытался показать ему На, даже не подозревая, что этот на первый взгляд хрупкий мальчишка таил в себе так много.       Джено чувствовал непередаваемый спектр эмоций, буквально каждой клеточкой тела растворяясь в этом моменте. Одно дыхание, одни эмоции на двоих и много скрытого за, кажется, непробиваемой стеной боли и отчаяния — они одно целое, маленькая вселенная, что таит в себе множество секретов.       — Звезды сияют так ярко.       — Но не так ярко, как ты.       А впереди их ждёт целая вечность.