hate to fate

Он честно ненавидел его. . В глазах мутнело от блеска солнца, и все заливалось бензинными пятнами. Было ли так ярко дневное светило или придурок с самыми добрыми глазами? Эдди не мог ответить на этот вопрос, даже если бы попытался. Когда брюнет сидел так близко, от какой-то внутренней агрессии и взрыва эмоций колотилась кровь, разрывая плоть изнутри, руки тянулись к чужому лицу, надевая чужие очки на чужой лоб, вглядываясь в чужой прищур глаз. Кучерявый всегда упрощал задачу с ответом на вопрос фразой: - А так ты даже чуть-чуть похож на свою мамку... Но ее тебе не переплюнуть. Нет. Он честно ненавидел его голос и эту его отвратительную манеру нести чушь, его томный тихий шепот на ушко... Только это могло вызвать большую ненависть. . Много - много - много раз его пальцы касались, разнося бактерии. - Фу, Ричи, убери свои руки! Но аккуратные пальцы сжимали ладонь сильнее, касались шеи, гладили волосы, задевая кожу снаружи и что-то потаенное - внутри. Мурашками "бактерии" пробегали по коже. От. Каждого. Черт. Касания. Чужие пальцы, трогающие не руки Эдди раздражали даже больше, чем те моменты, когда этот кусок дегенерации трогал маленькие ладошки ипохондрика. О да. Он ненавидел чужие руки на свой талии, бедрах, изнемогал в приступе злости от касаний груди и плеч. . Но хуже всего были губы. Пухлые, искусанные, розовые, невероятно манящие, отвратительные, грязные и самые мягкие. Они дарили самые нежные касания. Эдди из-за чужих губ слишком часто носил свитера, которые ему начали нравится, и это факт он тоже ненавидел. Красные цветы распускались на коже, позже меняя цвет. Эти губы доводили до изнеможения все существо Эдди, который метался по простыне и медленно, но верно терял рассудок. Он утопал в ненависти к РичардуМатьЕгоТозиеру и готов был посвятить этому занятию хоть всю свою жизнь. . Эдди ненавидел ту самую минуту, когда решился поменять все, ради одного самого отвратительно лучшего человека в его жизни. . И уж поверьте, его "ненависть" была взаимной.