кровавые слёзы

now

      — Вы — конченые психи, — хрипит мужчина, сплёвывая кровь изо рта. — Это ты хорошо подметил, — Чонгук вытягивает губы в усмешки, расхаживая перед связанной жертвой, которая стоит на коленях. Ведя за собой тяжёлую металлическую палку по железному и пыльному полу, издаётся неприятный скрежет для ушей мужчины, не для Чонгука. Ему вот очень нравится эта обстановка. Холодный, сырой, тёмный и заброшенный гараж, связанный мужик, который истекает кровью, бросаясь колкими фразами, и два главных надзирателя. Вампир насвистывает себе под нос, с ухмылкой глядя в глаза своей жертвы. — Убейте уже меня и валите нахуй, — срывается на крик окровавленный мужчина. У него лицо превратилось в кровавое месиво, запястье рук изнывает от сильной и толстой верёвки, голые колени стёрты в мясо от того, сколько раз Тэхён провёз его по голому металлу. — Вы просто кусок дерьма. — Это ты кусок дерьма, — отзывается Тэхён, беря чужую шею в свои длинные пальцы. — Ты даже пяти копеек не стоишь, — шипит старший в лицо мужчины и с силой сдавливает шею ногтями. — Тэ, он меня заебал, я голодный, — устало произносит младший, с жалостью смотря на того. Тэхён коротко кивает, так как этот чувак его тоже бесит, и он тоже хочет уже новой порции свежей крови. Тэхён заезжает пяткой тяжёлой подошвы по и так кровавому лицу, от чего мужчина хрипит ещё громче, кидая оскорбления в сторону вампиров. Но кому есть какое дело до них? Для них это как любимая мелодия для ушей, приносящая кайф. Мужчина падает на бок, сплёвывая кровь изо рта, Тэхён наблюдает за этим, довольный своей же работой. Старший берёт у Чонгука металлическую палку и со всей дури замахивается на мужчину, проходясь по ногам. Тот орёт нечеловеческим криком, не узнавая свой собственный голос, ни ног, ни лица он уже не чувствует, сознание медленно уплывает, картинка перед глазами расплывается и темнеет. Вампир поднимает вновь мужчину, который уже не сопротивляется, только еле слышно дышит, на последнем вздохе наблюдает свою смерть. — Прощай, ублюдок, — произносит Тэхён и ударяет тяжёлым металлом по шее жертвы, от чего его голова отлетает в сторону стены гаража, а тело мешком валится на холодный и пыльный пол. Чонгук всё это время со спокойным лицом наблюдал за этим, лишь иногда поднимал уголки губ вверх, ведь Тэхён такой красивый, когда жесток и груб. Он превратил в такого же вампира и Чонгука — жестокого и хладнокровного. Он уже не думает о прошлом, для него теперь есть только Тэхён, жажда крови и насилия над людьми, которые путаются под ногами как тараканы. За три года своего рода «обучения» Чонгук научился быть настоящим вампиром, тем, который видит свою настоящую сущность и развивает её, а не пытается стать «хорошим» вампиром. Тэхён уже показал ему, что если младший хочет остаться с ним, то тут без вариантов — нужно убивать. Для Чонгука это сначала была тоже пытка, он пересиливал себя, свои нервы и так далее. И спустя некоторое время он влился в эту игру, не без помощи Тэхёна конечно, и эта игра стала приносить нереальное удовольствие. Он реально почувствовал весь сок вампиризма. Чонгук научился себя контролировать, когда видит кровь. Научился быть бездушным и бесчувственным по отношению к жалким людям. А ещё он без ума от своего старшего вампира, который почти каждый божий день давал всякие наставления, прерывая иногда страстными поцелуями и жарким сексом. Чонгук настолько привык к присутствию Тэхёна, насилия, пыткам, что создаётся такое ощущение, что он живёт этим всю свою жизнь. Чонгук с Тэхёном вышли на свежий воздух, вдыхая аромат сырой земли от дождя. Чёрные тучи на небе медленно плывут, забирая с собой плохую погоду. Хотя Чонгуку нравится такая погода, когда дует холодный несильный ветер и капает мелкий дождик. А Тэхён всегда капризничает, сразу уходя в какое-либо здание, лишь бы не находиться на улице в эту ужасную погоду. Младший достаёт телефон, чтобы посмотреть время и слегка охуевает. Они потратили на этого мужика уйму времени, сейчас уже час ночи и Чонгук очень голодный. Сразу в двух смыслах. Он что-то бубнит себе возмущённо под нос, на что Тэхён, как он умеет и любит, закатывает глаза и движется в сторону своей шевроле. За ним плетётся Гук, матеря его про себя за то, что так много времени потратил на какой-то кусок мусора. Чёрная шевроле рассекает автомагистраль на высокой скорости. Чонгук уже привык к этому, Тэхёну в кайф это делать. В крови разливается нотка адреналина. За лобовым стеклом виднеется какой-то парень, который ковыряется в своей машине. Тяжело вздыхая и недовольно, с хмурыми бровями, смотря на сломанную машину. — А вот и ужин, — ухмыляется Тэхён, переводя взгляд на Чонгука, который уже расплывается в довольной улыбке и обнажает свои острые, жаждущие крови, клыки. Они останавливают свою машину у обочины, почти рядом с чужим автомобилем. — Чувак, какие-то проблемы? Мы можем чем-то помочь? — заговаривает Тэхён, дружелюбно смотря на парня. — Не знаю в чём дело, — пожимает он плечами, указывая рукой на открытый капот. — Не заводится и всё. — Давай гляну, поболтай пока с моим другом, — улыбается тот, «заинтересованно» подходя к важным деталям. Чонгук также притворно давит улыбку, похлопав парню по плечу, мол: «Он разберётся». Чонгук видит вздувшуюся вену на шее жертвы, слышит, как по ней течёт такая тёплая и манящая кровь. Взглянув на Тэ, который подаёт жестом знак, младший впивается острыми и длинными клыками в шею парня, жадно высасывая кровь и блаженно прикрывая глаза. Кровь стекает по подбородку вампира вниз, но Гуку всё равно, сейчас он только думает про свою жажду. Отстраняясь от парня, он берёт его рукой за шею и тащит в сторону Тэхёна. — Ты чего? — спрашивает Чонгук и бросает тело в руки старшего. Тэхён облизывает свои губы и припадает зубами к кровоточащей ране, высасывая оставшуюся кровь. Через несколько минут он отбрасывает безжизненное тело на голый асфальт и настигает младшего за считанные секунды. — И почему ты такой неаккуратный? — цокает языком Тэ и проводит своим мокрым языком по подбородку Чонгука, где скопилось чужая кровь. Он ведёт мокрые дорожки, слизывая всю кровь, и припадает к маленьким губам, к которым так хотелось прикоснуться всё это время. Чонгук отвечает на поцелуй, проникая языком в чужой рот. Обвивает руками шею Тэхёна и прижимает его к дверце чужой машины. Тэхён ухмыляется в поцелуй, бродя ладонями по манящему телу парня, не разрывая поцелуй. — Двигаемся, — улыбается Тэхён в губы парня и толкает его тело к своей машине. Тот без сопротивления, только с капелькой недовольства, поддаётся старшему. Чем быстрее они приедут домой, тем быстрее отымеет Чонгука.

✴✴✴

Они вваливаются в спальню Тэхёна, параллельно страстно целуясь, немного задерживаясь возле углов и стен. Тэхён попутно стаскивает одежду Чонгука и откидывает на холодный кафель. Толкая чонгуково тело на кровать, вампир набрасывается на него сверху, с силой сжимая его бёдра. По телу Чонгука пробегают мурашки каждый раз, когда чувствует, как возбуждается Тэхён от одних только поцелуев. Тэхён мастерски снимает с младшего нижнее бельё и смазано целует в губы. Чонгук не остаётся в долгу, принимаясь срывать одежду с вампира и отбрасывая её, куда только попадёт. Когда одежда была полностью снята, Тэхён берёт запястье Гука и с силой прижимает к кровати. Заглядывая в красивые чёрные глаза Тэхёна, Чон видит в них страсть, желание, голод. По телу разливается приятные чувства возбуждения. Тэхён никогда не был нежен, ни в первый, ни во второй раз. И это, как ни странно ещё больше распаляет. Температура в комнате начинает повышаться, становится невыносимо жарко. Особенно когда Тэхён вставляет два пальца в узкую дырочку. Внизу живота запорхали бабочки, когда длинные пальцы Тэхёна движутся внутри Чонгука. Он тихо выстанывает имя партнёра, жмуря глаза, и сам насаживается на пальцы Тэ. У Чонгука смешиваются эмоции и чувства, по телу разливается будоражащая волна удовольствия и возбуждения. Тэхён умеет доводить младшего до такого пика наслаждения, что даже после секса, Гук может второй раз соблазнить Тэ и снова насадиться на его член, а старший и не отказывается. У Чона слипаются прядки волос от пота, так как температура тела повышается в два раза больше из-за созерцания Кима, его неземной красоты и длинных пальчиков в узкой дырочке Гука. Чонгук закусывает свою нижнюю губу до крови, на что Тэ по хищному смотрит на младшего, припадая к его сладким губам, целуя долго и глубоко, а пальцы просовывая ещё глубже. Чонгук слегка извивается под Тэхёном, двигая бёдрами вперёд, прося большего. — Тэ… — стонет младший в чужие покрасневшие губы. — Прошу… Тэхён довольно улыбается, наблюдая, как тот его страстно умоляет. Стоны Гука для Тэхёна как красивая и любимая музыка, которую он готов слушать хоть целую вечность. Ким тихо выдыхает в маленькие губы и пристраивается поудобнее между ног младшего. Приставляя головку члена, Тэхён попутно целует чонгукову шею, оставляя мокрые дорожки. Чонгук вскрикивает от неожиданности, хотя пора бы уже привыкнуть к этому, когда Ким резко и грубо вставляет член на всю длину и сразу начинает набирать бешеный темп. Не щадя Чонгука, он вдалбливает его в постель, наслаждаясь прекрасными и громкими стонами. Чонгук испытывает каждый раз нереальное удовольствие рядом с Тэ. Он готов отдаваться ему хоть на всю ночь. Чон, если честно, не знает и не понимает, почему он так реагирует на него. Как бы когда он был человеком, у него были девушки, первая любовь даже когда-то была. Он никогда не думал о парнях в интимном плане. Но повстречав Тэхёна, в голове будто что-то перемешалось, что Гук действительно по-настоящему влюбился в Кима. Может это на него так вампиризм повлиял, а может Тэхён, а может всё вместе. В любом случае, Чонгуку нравится его нынешняя жизнь. Жизнь с Ким Тэхёном. Этот вампир будто дополняет младшего, как будто бы вторая его частичка тела, которая жизненно необходима всем живым существам и Чонгук тому не исключение. Кто знает понятие — родственная душа — тот, скорее всего всех лучше его поймёт. Потому что Гук искренне верит, что Ким его родственная душа. И этому есть множество причин и доказательств. Например, когда они касаются друг друга — это равносильно электрическому заряду по всему телу. Чонгук может с Тэхёном быть самим собой, даже в первый день он его никак не стеснялся. И, Чонгуку кажется, что старший появился в его жизни для того, чтобы научить жить по-настоящему. По этому да, Тэхён — его «вторая половинка». Спустя ещё несколько толчков в податливое тело, Тэхён кончает на живот Гука, с негромким рыком и сбившимся дыханием. Он падает на чонгуково тело, восстанавливая дыхание. Чонгук также тяжело дышит, обнимая того за широкие и сильные плечи, проводя по ним маленькими коготками. — Хочу выпить, — хрипит Ким и поднимается с постели, подходя к шкафу с одеждой. Достав с верхней полки бутылку абсента, он присаживается на край кровати, отпивая жидкость из горлышка. — Как ты пьёшь эту гадость, — морщится Чонгук. Сколько бы раз Чонгук не пытался понять весь вкус абсента, никак у него не получается. Для него слишком горько. Ну, правильно, там около семидесяти процентов спирта. Иногда, даже страшно за горло и желудок Тэ, но потом вспоминаешь, что этому вампиру пятьсот с лишним лет, который пьёт это уже наверно столько же, уже ничего не страшно. Чонгуку больше по душе хорошие дорогие виски и он будет счастлив так же, как и Ким от абсента. Тэхён лишь пожимает плечами, вновь присасываясь к горлышку. Абсент — его любимый алкоголь и он ни на что его не променяет. Горло приятно обжигает и разливается по телу как самый приятный яд. Чонгук приползает к голой спине вампира, обвивая его шею руками, прижимаясь к Тэхёну голой грудью и расположив на его плече свой подбородок. — Я снова голодный, — шепчет Чонгук, смотря на Тэ огромными глазами, будто моля его принесли завтрак в постель. Тэхён откладывает стеклянную бутылку на маленький столик и припадает к припухшим губам младшего своими горькими, от алкоголя, губами. Чонгук почти не ожидал такого порыва от Тэ, обычно после секса они редко целуются, отправляясь сразу на охоту, где им не до нежностей сопливых. Ким утягивает его в глубокий и грубый поцелуй, вновь наваливаясь на него сверху. — Как насчёт разносчика пиццы? — охрипшим и низким голосом спрашивает Тэхён, заглядывая тому в самые, по мнению Тэхёна, красивые глаза. Чонгук довольно закусывает нижнюю губу, согласно кивая. Тэхён ухмыляется в ответ, вновь припадая к сладким губам.

✴✴✴

Чонгук расслабленно лежит на диване в гостиной в одних лишь коротких шортах. Внутри жуткий голод. Всё, о чём сейчас он думает, это про кровь. Тэхён сделал заказ пиццы минут сорок назад и сейчас сидит на кухне и попивает абсент. В принципе, для Чонгука это неудивительно. Тэхён один раз как-то сказал, что это немного притупляет голод, но все и так понимают, что пьёт он его не из-за этого. Чонгук бы с удовольствием пользовался этим методом, вот только перенести горечь абсента он не в состоянии. Есть только единственный случай, когда он готов почувствовать его вкус — это на губах Тэхёна. В принципе, любая горечь на тэхёновый губах становится сладостью. Именно поэтому Чонгук так любит его целовать. Даже сейчас, когда Тэ расслабленно сидит на стуле, раздвинув ноги в стороны, он выглядит чертовски сексуально. Его волосы немного взъерошены из-за прошлой ночи, шея усыпана красными засосами — работа Гука. Он смотрит на него как на самую красивую и дорогую статуэтку, к которой нельзя прикасаться. Тэхён действительно очень красив, Чонгуку хочется постоянно смотреть на него, ибо никак не налюбуется. Раздаётся короткие два стука в массивную чёрную дверь, Чонгук в одну секунду оказывается около двери, открывая её. Перед ним стоит молодой парень, а в руках у него большая коробка пиццы. Он приветливо улыбается Чонгуку, протягивая в его руки коробку. — Можете зайти, я сейчас деньги принесу, — улыбается Чонгук и запускает доставщика в коридор. Тот послушно проходит, оглядываясь в большом доме. Гук скрывается за стенами, а к молодому парню подходит Тэхён. — Привет, друг, — произносит Тэ и лижет свою нижнюю губу. Доставщик опять улыбается, кивая головой. Тэхён подходит к нему ближе, смотрит в глаза и басит: «Пискнешь хоть слово — язык вырву». Парень нервно забегал глазами, не в силах что-либо произнести, его не загипнотизировали, нет, просто Ким хочет посмотреть, насколько этот малец воспринимает его слова. А Ким ох как не любит, когда его не слушают. Тэхён начал неторопливо ходить вокруг него, проводя своими длинными пальцами по груди жертвы. — Запомни мои слова, — шипит, словно змея, на ухо Тэхён. У вампира краснеют глаза, а чёрные зрачки стали ещё чернее и дьявольски. Длинные клыки выпирают изо рта, руки Тэхёна обнимают сзади парня за талию. Ким наклоняет голову парня в бок, чтобы ему было удобнее впиться в манящую шею, где уже вены вздуваются, от того, насколько сковал страх жертву. Чонгук стоит на лестнице и наблюдает за этой картиной с хмурыми бровями и длинными когтями, которые хотят впиться в тонкую кожу парня. — Какого чёрта, Тэхён. Не трогай его. Младший вампир недовольно подходит к «парочке» и вырывает парня из лап Тэхёна, бросая короткое: «Я первый». И впивается в шею парня, блаженно прикрывая глаза, жадно высасывает густую кровь. От острых клыков вампира, парень громко крикнул, зажмуривая глаза. У Тэхёна глаза становятся ещё злее и яростнее, когда он слышит крик доставщика. Чонгук отпускает жертву, придерживая её за жилет. Он бросает ещё живое тело в руки Тэ. — И что это было, малыш? — интересуется Тэ, недовольно подглядывая на младшего. — Он твой, — сухо кидает Чонгук и уходит из особняка, громко хлопнув за собой дверью. Тэхён хмурит брови, не понимая ситуации, но быстро отпускает эти мысли и возвращается к истекающему кровью парню. Зубы недовольно скрипят, он швыряет тело парня вглубь гостиной. — Напомни мне, что я обещал сделать, если ты издашь хоть писк? — спокойно спрашивает Тэхён, подходя к парню, который валяется на полу, держась рукой за шею, где красуется вампирский укус. Он болезненно шипит, напуганными и огромными глазами смотря на вампира. Тот в свою очередь уже вплотную подходит к парню, поднимая его с пола за шею. — Язык вырвать, верно? — улыбается Тэхён, сжимая хрупкую шею своими сильными пальцами. Спустя ещё несколько хрипений парня, Тэхён отпускает его, облизывая свои пальцы, которые испачкались в крови. Он облизывает кровавые губы, сглатывая вязкие слюни. Желания высосать оставшуюся кровь возрастает до максимума, но если Тэ это сделает, парень сдохнет, так и не почувствовав жизнь без языка. Поэтому Тэхён вновь берёт паренька уже за отросшие волосы. — Открывай ротик, лапочка, — лепечет вампир, на что парень положительно отзывается, послушно открывая рот. — Твоё последнее слово? — интересуется дьявол, склонив голову к плечу. — Ненормальный, — хрипит парень, сглатывая огромный ком в горле. — Это ты зря, — ухмыляется Тэхён. В первую секунду он ломает парню руку в запястье, во вторую выворачивает плечо, в третью выгибает пальцы в другую сторону с характерным хрустом, который приятно ласкает слух, ещё ласкает слух болезненные крики и стоны из уст паренька. В четвёртую секунду дошли руки до языка, Тэ голыми руками выворачивает красно-розовый язык и с силой вырывает его изо рта, откуда полилась густая кровь в огромном количестве. В пятую секунду треск сломанной шеи и довольная дьявольская улыбка на губах Тэхёна.

✴✴✴

Чонгук заходит в бар, который облюбовал ещё три года назад. Заказывая себе виски, он оглядывается, ища, кому бы свернуть шею. Он чертовски сейчас зол на Тэ. Да, он ревнует. Ненавидит это чувство. Ревность — признак недоверия партнёра. Но видеть, как пальцы Тэхёна так касаются чужого тела — невыносимо для Чонгука. Тэхён должен касаться так только его, Чонгука, тела. Противно и мерзко было наблюдать за тем, как Тэхён «соблазнял» мальца. Обязательно это нужно было сделать? Нельзя было просто взять за грудки и выпить кровь. Зачем нужно было так обнимать его и что-то ещё на ухо шептать. Прокручивая этот момент у себя в памяти, он со злости сжимает рюмку с янтарной жидкостью в руках, от чего она лопается и разлетается на осколки, впиваясь в кожу Чонгука. — Воу-воу, Тэхён опять что-то натворил? — молодой парень присаживается за барную стойку рядом с вампиром. — Как же он меня бесит, — цедит сквозь зубы Чонгук, сжимая кулак, где хрустит стекло. Парень с чёрными, как уголь, волосами, глубоко вздыхает, отпивая бурбона из рюмки. Он изящно проводит пальцами по губе, слизывая остатки алкоголя. На его руках красуются большие татуировки, а на пальцах красивые изумрудные кольца. Чонгук поглядывает на сильные татуированные руки парня, облизывая губы. — Слушай, Юнги, — обращается он, повернувшись всем корпусом к нему. — Набьёшь тату? Мин Юнги — вампир и по совместительству — тату мастер. Они познакомились два года назад на одной «кровавой вечеринке». С Тэхёном они друзья уже больше двухсот лет. Юнги двадцать три с тысяча семьсот сорок пятого года. — Ты уверен, что это хорошая идея? — осторожно интересуется Мин. — В прошлый раз я был свидетелем вашей ссоры с Тэ по поводу того, что он бы не хотел, чтобы ты делал себе тату, тем более рукав. — Плевать, — шипит Чонгук. — Ему можно, а мне нет? Он делает, что хочет. Бьёт тату, курит, пьёт и лапает других, без всяких стеснений, — Чонгук скрещивает руки на груди, а Юнги растягивает букву «а», будто понимает теперь в чём дело. — И ещё, расскажешь мне кое-что про него? Вы же всё-таки долго знакомы. Юнги согласно кивает, допивая свою рюмку с бурбоном.

✴✴✴

Чонгук входит в небольшое помещение, где расположены все инструменты для тату и специальное место для клиентов. На стенах висят разные рисунки, которые Чонгук уже не раз видел, так как приходит сюда часто. Но сегодня он сюда пришёл впервые, как клиент. Он садится на специальное кресло рядом со столиком с машинкой для тату. Юнги входит вслед за ним, присаживаясь на своё законное место. Поговорив о том, какой рисунок хочет Чонгук и как его хочет набить, Юнги принимается делать контуры изображения. — Что ты хотел узнать? — спрашивает Мин, не отрываясь от руки Гука. Чонгук немного поёжился, облизав свои губы и тихо выдохнув. — Ты знаешь о бывших Тэхёна? Юнги замирает с иглой в руке, подняв голову к интересующемуся Чонгуку. Мин как-то удивленно смотрит в глаза напротив, не моргая. И после слов Чонгука: «Ты чего?», возвращается в реальность, вновь устремляя взгляд на руку. — Бывших… Знаю, — кивает Юнги. — Что ты знаешь о нём? — Они встречались примерно три года, — отвечает Юнги, водя иглой по тонкой коже. — Но это было очень давно, Чонгук. Поэтому не забивай этим голову. — Очень давно? Это сколько? — Около двухсот лет назад. — И что, у него двести лет не было никого? — удивленно спрашивает Чонгук, часто моргая. — Ты первый, с кем он меня познакомил после тех отношений. Чонгук растягивает губы, произнеся «Вау». — А ты знал этого парня? Какой он был? — спрашивает Чонгук, загораясь любопытством. — Это был я. Чонгука будто холодной водой окатило. Мысли стали мешаться, а вопросов стало ещё больше, чем было. — Ты…? Ты встречался с Тэхёном? — заикаясь, спрашивает Чонгук. — Это было очень давно, Чонгук-и. Не ревнуй, — произносит он, подняв на Гука голову и заглядывая тому в глаза. — Не понял, — грубый голос прервал беседу вампиров. — Чонгук, ты охуел? — Тэ… — Юнги виновато смотрит на друга, затем на Чонгука, который всё ещё в шоке от услышанного раннее. — Убери иглу от него, — рычит старший, резко подходя к Гуку. — Да что с тобой? К Чонгуку приходит сознание и он недовольно и возмущенно бросает взгляд на Тэхёна. — Отстань, кто ты такой, чтобы указывать мне? — кричит Чонгук, а глаза его на мокром месте. — Кто я такой? — переспрашивает вампир, Ким одной рукой берёт младшего за шею, сжимая. — Тэхён, успокойся, эй, — Юнги не на шутку испугался, перехватывая запястье друга и смотря на него жалостливыми глазами, мысленно говоря: «Отпусти его, пожалуйста». Тэхён шумно вдыхает воздух в свои лёгкие, и всё же отпуская младшего. — Пойдём-ка, дома поговорим, малыш, — шипит Тэхён, смотря на Чонгука. — Козёл, — бросает Гук и вмиг исчезает из комнаты. — Сука, — выругивается Тэ и поворачивается корпусом к мастеру. — Юнги, я, по-моему, говорил тебе, чтобы ты не делал ему тату, ты тупой или да? — повышает голос Тэхён, переворачивая кресло для клиентов и кидая его в стену. — Тэ… Да что такого в том, что он сделает себе тату? — пытается узнать причину Мин, заглядывая старшему в разъяренные глаза. — Я тебя как друга попросил, неужели так сложно сделать блять? — не выдерживает Тэхён и прижимая Юнги к стене, ударяет того головой об стену. — Сложно блять? — цедит сквозь зубы, ударяя кулаком в стену, рядом с головой Мина. — Я не хочу, понимаешь? Не. хочу. чтобы у него были тату. Юнги с силой прикусывает губу, дабы не возразить Тэхёну по типу: «Кто ты такой, чтобы ему указывать, что делать?». Но это же Ким Тэхён — любой, кто что-то скажет против него, прямиком окажется в сырой могиле. Старший покидает комнату, громко хлопнув дверью, что та почти слетела с петель.

✴✴✴

Как бы это странно не было, но Гук сейчас сидит в комнате Тэхёна, то есть в их с Тэхёном комнате. Просто потому что ему некуда больше идти. Если не домой, то к Юнги, а если не к Юнги, то домой. Другого, как говорится, не дано. Чонгук всё ещё зол на Тэ за его стервозность и жестокость. Ещё он искренне не понимает, почему Тэ так против тату на теле Гука. У самого-то есть — на левом плече и правом боку. И сделал он их относительно лет пятьдесят назад. И когда Чон спрашивал у него, не жалеет ли он об этом, тот всегда отвечал, что нет, ему нравится. Так что не так, Гук не в курсе. Ещё его заполняют мысли о том, что Юнги был когда-то парнем Тэхёна. От этой осознанности руки чешутся кого-нибудь прибить, Чонгук ведь даже не спросил самого главного у Мина: «Вёл ли Тэхён себя так, будто у него никого нет, и он может трогать кого угодно, будучи в отношениях». Чонгук начинает думать, что они с Тэ и не встречаются вовсе. Ведь никто из них за три года даже не сказал элементарное: «Ты мне нравишься, давай встречаться». Чонгук думал, что по глазам Тэхёна читает это, ведь в его глазах столько страсти. Страсти… голода… Там нет любви. Вот что только что понял Гук. — Котёнок, — в комнату заходит Тэхён и садиться рядом с Гуком, который уставился в одну точку с мокрыми глазами. Он меня не любит. — Что произошло, добровольно расскажешь или мне тебя пытать? Чонгук поднимает огромные и блестящие глаза, вглядываясь в чужие глубокие чёрные, как бездна. В них отражалась еле заметная паника. Ты такой красивый. Он шмыгает носом, осознавая свои мысли и догадки. — Почему ты мне не говорил, что Юнги твой бывший? — Эм… — Тэхён слегка удивился, в его глазах так и мелькали знаки вопроса. — Ты не спрашивал. — Когда представлял мне его как «лучшего друга», мог бы и намекнуть, — горько усмехается Чонгук, сглатывая огромный ком обиды. — Ты из-за этого расстроился? — спрашивает он и поворачивается всем корпусом к Гуку, беря его лицо в свои руки. — Это было двести лет назад, Чонгук. — Знаю, — он вырывается из лап дьявола, вставая с кровати. — Я переночую в гостиной. Чонгук подходит к двери, но в эту секунду перед ним оказывается недовольный Тэхён. Он кладёт свои сильные и широкие ладони на тонкую талию младшего. Чонгук готов расплыться лужицей прямо здесь. — Уверен, это не из-за Юнги, — делает вывод Тэхён, прижимая чонгуково тело к своей груди. Ким утыкается в чужую шею, покрывая её маленькими поцелуями. — Прости, за то, что сегодня грубо с тобой обошёлся, — шепчет вампир, поднимаясь поцелуями к подбородку. — Я был зол. Но сейчас всё нормально, малыш. Прошу, останься со мной, — его язык скользит всё выше, пока не подбирается к маленьким губам. Он нежно касается губ Чонгука, на что тот не на шутку испугался. Тэхён никогда его так не целовал. Это, правда, было впервые за три года, когда Тэхён мягко сминал красноватые губы, постепенно углубляя поцелуй с солёным привкусом от чонгуковых слёз. Младший уже не может нормально держаться на ногах, слишком нежный Тэхён выбивает его из колеи, напрочь отключая разум. Хочется только обмякнуть в этих сильных руках и упасть на мягкую кровать. Ким это замечает и, не отрываясь от губ, толкает податливое тело к их постели. Он разрывает поцелуй, с трепетом наблюдая за красивым лицом Чона. Затем укладывает его голову к себе на плечо, мягко поглаживая по волосам. — Учти, этого больше не будет, — бубнит себе под нос старший, а Чонгук тихо хихикает. А ты такой милый, когда нежный.