Мир, в котором

      Вики замерла возле капота их нового средства передвижения, аккуратно провела кончиками пальцев по блестящему боку. - Надо же, могу поклясться, это был пикап. – нахмурилась она.       Миша сощурил на солнце свои голубые глаза, пожал плечами. - Нет, это шевроле, как был, так и остался. Уже почти полдень, ехать куда-то сегодня не имеет смысла, но здесь рядом есть река, может по-быстрому съездить туда и помыться, новая одежда и мыло в наличии.       Она улыбнулась, господи, они вымоются, это же.. И вдруг, как по голове ударило, она стоит на берегу широкой гудящей реки, пологий берег почти до самой воды зарос выжженной травой, внутри щемящее ощущение безысходности, отсюда не выбраться, ей никогда не попасть к НЕМУ. Прикосновение к плечу заставило ее почти подпрыгнуть, Миша заглядывает ей в лицо. - Ты чего? Как будто выпала из реальности.       Вики пожимает плечами, не отвечая, потому ответа нет, они ничего, просто теперь это не просто списать на странные сны, теперь это какие-то видения, преследующие ее и наяву, говорить кому-то об этом не обязательно. - Просто представила, как здорово будет помыться. – улыбается она. – Пойду скажу остальным.       Остальные, кажется, не очень-то и рады, братья мрачные, Джои не выпускает из рук свою гитару, Фрэнк дергается от каждого звука и смотрится до того не на своем месте, что его даже становиться жаль. Дженсен смотрит на их машину с таким лицом, словно ему вручили святой Грааль, проводит ладонью по крыше, благоговейно выдыхая. - Я за рулем. – говорит он, отбирая у Миши ключи.       Дорога до речушки занимает меньше часа, здесь пахнет водой и свежестью, Вики выбирается на каменистый берег, когда это случается снова. Она на берегу реки шириной не больше пары метров, берег такой же каменистый, спиной к ней человек снимает рубаху через голову, длинные белые волосы падают на плечи едва он успевает ее стянуть. Сердце разгоняется до бешенного ритма, это он, человек из сна. Порыв ветра приносит смесь запахов, от которых кружится голова, сталь, мед и черный перец, внутри все сжимается от нежности, ей непреодолимо хочется подойти ближе, провести пальцами по покрытой шрамами спине, она уже делает шаг вперед, когда кто-то хватает ее за запястье, внутри само собой рождается рычание, она оборачивается и видит брата, глаза у него большие, испуганные. - Ты чего? – спрашивает он. - Все нормально, Дин. – отвечает она, не совсем соображая, она что рычала?       Внутри у него все медленно, но верно разваливается на куски, она назвала его настоящим именем, конец близко, она все чаще замирает на ровном месте, наверное, вспоминая что-то. Может есть еще небольшая отсрочка, она, вроде бы, и сама не поняла, что сказала.       Одежда, скиданная в кучу, осталась на берегу, она почти не запомнила, как именно раздевалась, очень хотелось в воду, почувствовать наконец на коже ее прохладную свежесть. Ноги погрузились в воду по щиколотки, раз, маму звали Мэри, она сгорела на потолке в комнате Сэма, еще шаг, вода достает до колен, два, папу звали Джон, он обменял свою душу на душу Дина, уже по пояс в воде, три, Геральд сошел с ума, получив метку Каина, тот отказался передавать ее кому-то другому, последний вдох, она ныряет, погружаясь с головой, четыре, она повредилась башкой и убила хреналион людей из-за разорванной связи, которую нельзя восстановить.       Алекс выбралась на берег, воспоминания восстановились почти полностью, осталось прояснить пару деталей, она поймала брошенное Касом полотенце, обернув вокруг себя, села на землю рядом с Броком. - Тебя зовут Брок. – он резко повернулся в ее сторону всем телом, открыл уже рот, чтоб что-то сказать, а потом выдохнул, уронил лицо в ладони и матерно выругался. – Откуда я тебя выдернула? - Из дома, на работу я так и не дошел. – помолчал. – Почему я? Почему не Стив, например? - У тебя глаза на ярком свету становятся светлыми, почти желтыми, как у него. – От него почти физически понесло волнами сочувствия.       Дин, уже одетый, присел рядом на корточки. - Все помнишь? – Алекс кивнула. - Мир создал Габриэль? - Да, - ответил брат, - а потом ты поменяла его под себя, придумала этих здешних тварей, смерть Бобби и отца, затащила сюда Каса, который вообще-то должен был разбираться во всем, там снаружи, а потом и их двоих.       Кас подошел ближе, на ходу натягивая футболку. - Что вы все несете?       Алекс потянулась к нему. - Вспомни, кто ты. – Кас заморгал, как мультяшный герой и выругался, в своей манере. - Да чтоб тебя!       Алекс придвинулась к Юлиану, взяла его мозолистые холодные пальцы в свои, спросила: - Откуда я выдернула тебя, булочка? - Я же знал, что ты и раньше так меня называла. – улыбнулся тот. – Из бункера. - Отлично, - кивнула Алекс, - вы оба очнетесь там, откуда ушли. А мы где? – спросила она Дина. - В аду. – вместо него ответил Сэм. - Это что за херня? – в установившейся тишине сказал Брок.       Алекс повернула голову, небо, почти на самой линии видимого горизонта, расползалось дырами с обгоревшими, черными краями, как будто пленка, долго оставленная на свету, мир, созданный архангелом, расползался на части.       Алекс медленно провела ладонью по глади ближайшего камня, все здесь казалось таким настоящим, Габриэль создал только зачатки, видимо времени у них было совсем мало, все остальные подробности добавила ее магия, а теперь все сгорит, потому что она снова помнит, кто она. И здесь в этом ненастоящем мире, пока она все еще в своем уме, выход из ситуации видится только один, Дин однозначно будет против, только другого пути нет, как ни крути. - Нужно вынудить его передать метку, и убить. – говорит она.       Кас в мокрой футболке, взъерошенный, непривычно серьезный, после улыбчивого Миши, садится рядом. - Разве это не убьет тебя? – хмурится он. Алекс дергает плечом. - В том и смысл, - она медленно откидывается на каменистую землю, - Так просто меня не убить, а без пары, пусть даже с разорванной связью, волк просто умрет от тоски и заберет меня с собой. - Нет, - вполне ожидаемо говорит Дин, - я заберу метку себе, вы восстановите связь и.. - Разорванную связь нельзя восстановить. – перебивает Алекс. – Он сделал это осознанно, отверг свою пару окончательно, больше ничего нельзя сделать. Есть кое-что, что я вам не рассказала. – она хмурится, не зная, как начать. – Это моя третья жизнь. В первый раз я родилась ведьмой в другом мире, влюбилась в человека, и мы поклялись быть вместе до конца вечности, теперь, если мы умрем, то родимся снова, клятву нельзя разрушить.       От Дина исходят такие волны боли, что становится трудно дышать, Алекс садится, прижимаясь к его плечу. - Мне очень жаль, по-другому не выйдет, придется меня отпустить, иначе я убью всех, кто попадется, и не только в этом мире. – она кончиками пальцев поворачивает лицо брата к себе, в его глазах слезы, он ведь знает, что она права, хоть и не хочет в это верить. – Пока мы еще здесь, и я в своем уме, Дин, пообещай мне. – все молчат, Дин жмурится, пытаясь не разрыдаться, как в детстве. - Ладно, - хрипит он, - ладно, я обещаю.       В глазах Сэма тоже стоят слезы, Лютик за спиной отчетливо всхлипывает.

***

      Маленький камушек летит почти параллельно земле, дважды касается глади воды, оставляя на ней круги, прежде чем утонуть. Дин берет следующий, подбросив его в воздухе, кидает, вновь оставляя лишь круги на воде. Мысли так же выходят на привычный круг, он снова не справился. Что бы сказал отец? Он подвел их всех, свою семью, Алекс должна была состариться вместе со своим Геральдом, прожить долгую, счастливую жизнь, а вместо этого умрет через пару часов, не дожив даже до тридцати. Алекс стоит где-то за его спиной, он ощущает ее взгляд почти физически, и точно знает, она слышит, о чем он думает. Только вот с этим тоже ничего нельзя сделать, как и с ее смертью. Если б не Сэм, Дин бы точно просто подставился на очередной охоте, раз и все, ожидаемый конец, без долго и счастливо. Но за брата он тоже отвечает, так что придется как-то тянуть лямку в этом аду.       «Присмотри за ними» - слышит Кас у себя в голове, поворачивает голову и тут же цепляет взгляд Алекс, привычно серьезно кивает, конечно он присмотрит, они его семья, странная разваливающаяся, как этот мир семья.       Первым уходит Брок. - Передавай привет Стиву и Баки. – говорит Алекс и легко толкает его в грудь, Брок неловко взмахнув рукой, исчезает прямо в черной расползающейся дыре.       Алекс долго обнимает мальчишку-барда, тот снова всхлипывает куда-то ей в шею, не сумев сдержаться. - Живи дальше, булочка. – Алекс нежно гладит его по волосам. – Все будет хорошо, с нами обоими, обещаю.       Юлиан толчком отправляется в настоящий мир. - Ты родишься снова сразу? – спрашивает Сэм, смотря в дыру прямо у них перед ногами.       Алекс держит за руки обоих братьев, пожимает плечами. - Не делайте глупостей. – вместо ответа говорит она.       Наскоро сотканный архангелом мир расползается все больше огромными, страшными дырами с обгоревшими краями, Дин первым попадает в разлом. Открывая глаза в настоящем мире, он тут же садится, спуская ноги с постамента на котором лежал, ноги проваливаются в мягкий снег почти по щиколотку, он трет отросшую за время скитаний бороду. - Новый имидж ада? – голос после долгого молчания звучит хрипло. - Это она. – Кроули машет рукой в сторону Алекс. – Весь ад мне завалила, то снег, то дождь, то еще какая херня.       Под потолком огненным разрядом сверкает молния, словно в подтверждение его слов, мягкие хлопья снега превращаются в настоящий ливень, Дин тут же промокает до нитки. Надо же, как символично, худший день в его жизни пройдет под дождем, как в плохой мелодраме. - Сколько? – даже вопрос полностью сформировать не удается, он, блядь, разваливается на части и понятия не имеет, как себя собрать. - Четыре месяца, как Кастиэль притащил вас сюда. – в общем-то правильно понимает Кроули.       В чем хорош Дин Винчестер? В чем он даже лучше, чем в охоте? Правильно, он просто мастер делать вид, что все хорошо, что ж пора воспользоваться собственным умением.       Очнувшийся Сэм норовит немедленно вскочить с импровизированной кушетки, появившийся Кас аккуратно придерживает его за плечо, голова и правда немного кружится, он косится на Алекс – еще не вернулась, значит можно спросить. - Мы и правда дадим ей умереть? – Сэм уже насквозь мокрый, капли дождя хлещут по лицу, не давая сосредоточиться. – «Иронично.» - думает он.       Никто не отвечает, в глубине души, даже Сэм знает, у них нет выбора, она уже убила стольких людей, но, откровенно говоря, он бы не глядя поменял весь мир на нее одну. - У меня не вышло забрать метку, - говорит Кроули, - носителем может быть только человек, да и ее патлатый дружок крайне упрям. - Есть одна идея. – Алекс медленно садится на постаменте, едва очнувшись, она уже чувствует, как дремавшая тьма расползается внутри, пахнет кровью пары, волк изнутри бьется об ребра, требуя найти его. Дождь кончается. – Веди.       Геральд сидит посредине камеры за решеткой, руки скованы за спиной демонскими наручниками, под стулом на полу нарисована совершенно бесполезная ловушка, волосы его висят длинным занавесом по обе стороны от лица, рубашка порвана, он весь в ранах и ссадинах, Алекс качает головой, Кроули, ну, просто на всякий случай делает пару шагов назад. - Что? Мне же нужны были доводы для убеждения! - Помогло? – сквозь зубы цедит она, изо всех сил пытаясь остановить волка, который очень хочет порвать демона в клочья.       Она присаживается прямо на пол напротив Геральда, убирает волосы от лица, заправляя прядь за ухо, тот вскидывает на нее желтые глаза, в них ни капли узнавания. - Вспомни, кто ты есть. – шепчет она, проводя ладонью по его лицу.       Геральд так неимоверно устал, что даже не удивляется тому, что стены вокруг него осыпаются мелкой крошкой, открывая взору непомерно большой луг, руки вдруг оказываются свободными, а сам он стоит босиком на влажной зеленой траве, достающей ему почти до пояса. Кто-то смеется высоким смехом, похожим на звон колокольчика, Геральд идет на звук, почти бежит, это важно, там, где источник – конец пути. Он почти вываливается на пятачок примятой травы, в центра расстеленное одеяло, а на нем.. Это он сам, лежит поджав ноги, в зубах травинка и улыбается светло девушке сидящей рядом, тянется рукой намотать прядь ее волос на палец, чтоб притянуть ближе, чтоб она поцеловала его уже наконец. Он вспоминает, как это ощущается, знать, что все будет хорошо в любом случае, они будут встречаться снова и снова. А еще, с горечью вспоминает он, каждую новую жизнь она умирает из-за него.       Алекс сидит все в той же позе, ощущая всем своим существом, как мало осталось времени, она почти физически чувствует, как волк вместо шерсти, обрастает черными чешуйкам размером с ладонь, как гребаный дракон, глаза то и дело заволакивает чернильной темнотой. Она с усилием возвращает себе контроль, нельзя чтоб кто-то еще пострадал, если Геральд не вспомнит, все будет очень, очень плохо. Его взгляд снова становится осмысленным. - Виктория? Алекс улыбается уголками губ. - Прости меня, за эту клятву, за разрушенную жизнь, я так тебя люблю, если б я могла все изменить. - Я готов пережить, что угодно, - говорит он, - если это снова приведет меня к тебе. - Значит пора в новую жизнь. – наручники падают на пол.       Дин делает шаг вперед, они почти не обсуждали это, но метку точно заберет он, сестра улыбается печально, тянется пальцами к его виску. - Прощай, Дин. – тот мягко оседает на пол уже без сознания.       Сэм немедленно кинулся к нему. - Что ты?.. - Он и так тащит на плечах целый мир, - цедит Алекс, сил сопротивляться почти не осталось, - и чувство вины за все на свете, и нас с тобой в придачу. Метку заберешь ты, в тебе почти нет тьмы, ты выдержишь. – Сэм кивает, он и сам не хотел подвергать Дина еще одному испытанию, хватит с него и ада и печатей.       Сэм прислоняет дрожащую руку к предплечью Геральда, он согласен конечно, но все равно немного страшно, метка, не сопротивляясь, меняет хозяина. Как только Сэм делает шаг назад, Геральд выгибается, стиснув зубы, грудь окрашивается красным, ангельский клинок в руке Каса проткнул его сердце насквозь. Волк изнутри ревет, скребется когтями, из последних сил бросается на ребра, ему нужно выбраться, Алекс стискивает зубы, почти без сил падая на колени. Еще немного, давай, продержись еще чуть-чуть, нельзя убить Каса, он нужен Дину, нужен им обоим. «Давай, Александра, гори, гори, ты это заслужила.» - думает она.       Сэм цепляется руками на решетку камеры, господи, как же хорошо, что Дин не видит, как их сестра падает на колени, скребет отрастающими когтями каменный пол, воет на одной ноте, запрокинув голову, из рта тонкой струйкой бежит кровь. Когда вой обрывается резко, и она падает на бок, а потом перекатывается почти на спину, ее глаза открыты, смотрят в пустоту, Сэм понимает, что все кончено, хочется рыдать и биться в истерике, как маленькая девочка. Это все хуже, чем потерять отца, хуже, чем что-либо, от их семьи почти ничего не осталось.

***

      Костер полыхает почти до неба, рука, сжимающая зажигалку немного дрожит, нужно и дальше делать вид, что все нормально, нужно продолжать жить. Сестра заслужила настоящие похороны охотника, Геральд тоже, как ни крути был одним из них. Дин очень хочет верить, что она уже родилась где-то прямо сейчас. Внутри все горит и плавится, и он тоже горит в этом долбаном костре вместе с ней.       Кас аккуратно берет его за руку, не удерживает, просто показывает, что он тут, рядом, Дин поворачивает запястье, переплетая их пальцы, он больше никого не потеряет, никого.