Nothing Stands in Our Way

[Настя] Я схватила вещи и выбежала из класса. Скоро прозвенит звонок. Надо торопиться. К тому же, у нас сейчас сдвоенный урок с оборонно - спортивным классом. А там Рена и Маша. Вот с ними и сяду. Надеюсь, они придержат для меня место. Я Настя. Мне семнадцать лет. Я учусь в одиннадцатом классе. Не скажу, что учусь хорошо, но и плохими мои оценки назвать нельзя. Иногда у меня бывают сдвиги в голове, но они проходят. А если нет, то подруги быстро ставят меня на место. Это началось после возвращения домой два года назад. Меня подло убили в том мире, чтобы я воскресла здесь. Не могу сказать, как больно было мне тогда. Первую неделю я никого не хотела видеть, ни с кем не говорила. Просто сидела в своей комнате, уставившись в пустоту. Ну, это было после "разбора полетов" с Машей. Просто я понимала, что стоит мне открыть рот, я либо закричу, либо заплачу от безысходности и понимания, что все было сном. Пусть подруги и говорили, что все было, я не верила. Мой разум отказывался принимать это. А потом вернулась сила. Жизнь сразу вернулась ко мне! Я и не заметила, как ожила. Но это было так приятно - снова ощущать себя Живой. Потом мы с Леной и Машей стали тайно ото всех тренироваться. Так мы смогли по максимуму развить свои навыки. Я теперь могу вылечить любую рану! Не буду говорить про инцидент с партой. Нехорошо получилось. Но на душе остался осадок. Он не прошел до сих пор. Брук. Я хочу к Бруку Чану. Чтобы он снова обнял и поцеловал меня. Я умерла и не успела сказать ему три очень важных слова. Не знаю, будет ли у меня еще возможность признаться ему. Этот мужчина больше пятнадцати лет испытывал мое терпение, и вдруг я начала что-то чувствовать к нему. А теперь мне больно и одиноко даже среди лучших друзей. Я должна увидеть его еще раз! Должна сказать, что с Леной тоже произошли изменения. Сначала это не заметно. Это могут увидеть только те, кто ее хорошо знает. В ее глазах пропала искра. Раньше они были зелеными, а теперь посерели. Что-то сломало мою подругу. Я, кажется, даже догадываюсь, что. Не надо быть академиком, чтобы знать причину этого. Она всегда улыбается, но ее душа во тьме. Это видно. Куда делась Рена? Ведь это не она! Я точно знаю... Кажется, только Маша осталась прежней флегмой. Ее, как и раньше, никуда не вытащишь из дома. Сидит там себе. С компом. И котом. По пути в кабинет я случайно с кем-то столкнулась. Это был мужчина чуть выше меня. Никогда его раньше не видела. При столкновении он выронил несколько бумаг. Это еще кто? А, нет времени выяснять! Потом как-нибудь. Я быстро подняла бумаги, вручила незнакомцу, извинилась и побежала на урок. Интересно. Когда я отдавала бумаги, мне на глаза попался договор на работу учителем информатики. Это новый учитель? Надеюсь, он не будет у нас вести уроки. Не хочу менять учителей. Не то сейчас время. Я влетела в класс. Все уже расселись. Но Лена и Маша заняли для меня место на первой парте рядом с ними. Здорово! - Давай, садись быстрее! - сказала Маша. - Да, садитесь быстрее, - сказал знакомый голос сзади. Но я никак не могла вспомнить его обладателя. Поэтому я обернулась, чтобы посмотреть в лицо незнакомцу. В какой-то момент я подумала, что должна быть мертва. Потому что сердце не бьется. Оно просто остановилось. Дыхания тоже нет. Значит, не должно быть и жизни. Но почему я все еще стою и смотрю на него? Почему вижу его улыбку? И почему так хочется поцеловать эту сволочь?! Нельзя... Не при всех... Он прошел к столу учителя и сказал: - Я ваш новый учитель. Прошу любить и жаловать! - Брук бросил на всех дерзко - смелый взгляд. Я его знаю, этот взгляд. Сейчас что-нибудь еще выдаст. - Хочу кое-что сказать. Я терпеть не могу обращение по имени - отчеству. Поэтому, просто обращайтесь ко мне "учитель". Я чуть не засмеялась в голос. Конечно, он больше привык к такому обращению. Послышался легкий смешок. А потом какой-то парень дико заржал. Никто не присоединился к нему. Я глянула на подруг. Одна хочет задушить Брука, вторая испепеляет взглядом парня. Ну, я не удивлюсь, если однажды Маша все-таки покусится на жизнь Чана. - Я сказал что-то смешное? - Конечно! Что за глупость! "Учитель"! - парень продолжал смеяться. Теперь и я хочу его убить. Но окончания этого конфликта я не узнала. Потому что я молча развернулась и вышла из класса. В голове образовалась пустота. Сердце тоже заледенело. Никаких мыслей или чувств. Есть просто опустошенность, захватывающая меня все сильнее и сильнее. Я не бежала, но и не медлила. Просто шла вперед, только бы дальше от этого кабинета. Мне все равно. Все равно... - Настя, вернись в кабинет, - раздался сзади мягкий голос. Я остановилась, но не обернулась. А я и не слышала, чтобы он шел за мной. - А после урока мы поговорим. Я осталась стоять на месте. Мужчина немного подождал, а потом вернулся. Я только услышала, как закрылась дверь. Я глянула в окно. Ничего не видно. Есть только узоры, которые скрыли нас от всего мира... Господи, да кого я обманываю?! Мне не все равно! У меня болит сердце от одной только мысли, что я должна буду сорок минут сидеть и слушать его бархатный, глубокий голос! Еще и Лена с Машей будут бросать на меня сочувствующие взгляды. Нет, я не хочу это терпеть. Я просто не смогу. Но я взяла себя в руки и вернулась в кабинет. Плевать, что я могу, а что - нет. Сейчас важнее не подать виду, что он для меня что-то значит. Никто не должен узнать о моих чувствах. Особенно, Брук. Когда я вошла, все уже молча работали. Что-то писали в тетрадях. Хах. Дал теорию учить. Неплохо для того, кто мало знает о технологиях этого мира. Сказывается преподавательский опыт. Я спокойно прошла к подругам и села с ними. Лена показала мне, что делать. Не спрашивает. Спасибо ей за это. "Ты как?" Кажется, я рано поторопилась с выводами. Она не спросила меня, что случилось, зато поинтересовалась о моем самочувствии. Я просто дернула плечом, мол потом. Она кивнула и продолжила работу. Как только прозвенел звонок, все собрали вещи и вылетели из класса. Лена с Машей немного задержались, но тоже вышли. Что-то мне подсказывает, что они стоят за дверью. Ни я, ни Брук не шевелились. В кабинете повисла гнетущая тишина. Я не смотрела ему в глаза. Как это странно. Теперь Брук - мой учитель. Это довольно... необычно. Более того, меня смущает его вид в нашей одежде! Должна сказать, что ему идет наша одежда. Чего только стоит деловой костюм... Черт! - И как тебя тут зовут? - не выдержала я. - К тебе ведь обращаются не "Брук Чан"? - Эх... Борис Глебович, - вздохнул он. Я прыснула от смеха. Еще лучше. Брук Чан по имени Борис Глебович! Черт, я сейчас со смеху помру. - Ничего смешного! Радуйся, вообще, что здесь я, а не Оби-Ван. Ты можешь его тут представить? - Вообще-то, могу... - зря он это сказал. Потому что я представила. Интересное это было бы зрелище. - Так как ты здесь оказался? - Я не знаю, - после недолгого молчания признался мужчина. - Даже понять ничего не успел. Просто оказался. И все. Мы снова замолчали. А потом он тихо засмеялся. Но смех его был так заразителен, что я не удержалась и тоже засмеялась. Для нашего веселья не было причины. Мы просто смеялись, и нам было хорошо вдвоем. Никого больше нет. Только мы с ним. А потом вдруг прозвенел звонок. - Блин!- спохватилась я. - У меня же физкультура! Я схватила свою сумку и выбежала из класса. После уроков я встретилась с Леной и Машей. Они позвали меня погулять. Конечно, я понимала, что сейчас начнутся расспросы. Но я была слишком счастлива, чтобы лишать их такого удовольствия. Я рассказала им про разговор с Бруком. Даже его местное "имя" назвала. Больше всех от этого хохотала Лена. Меня это немного выбесило, и я предложила ей представить здесь Оби-Вана. Эффект получился немного не тот, на который я рассчитывала. Она захохотала пуще прежнего! Маша тоже готова была по полу кататься от смеха. Ну, да. Это забавное зрелище. Я согласна. Но зачем же так дико ржать?! - Что будем делать с каникулами? - спросила Лена, когда нам уже пора было расходиться по домам. - Я не хочу уезжать, но - она скривилась, - кто бы меня еще послушал. - Скажи, что тебе надо готовиться к экзаменам, - предложила Маша. - И встречаться с вами? Это будет выглядеть странно. - До каникул еще две недели. Потом решим, - отмахнулась я. На том и решили. Дома все было как всегда. Никаких изменений. А мне хотелось свободы. Хотелось сражаться с врагами, бегать по открытой площади и кричать от переполнявших меня чувств. Почему-то я чувствовала себя безумно счастливой. Все мне по плечу. Со всем справлюсь. Откуда это во мне? Ночью мне приснился странный сон. Я снова оказалась в Храме джедаев. Только меня никто не замечал. Я брела по заполненным коридорам, звала знакомых мне рыцарей, но никто не отвечал мне. Даже Кит Фисто! Что происходит? Я ничего не понимала. Так и гуляла. Вдруг я заметила, что прямо на меня бежит толпа малолеток. Я хотела сделать шаг назад, но не успела. И они врезались в меня... Должны были врезаться. Дети пробежали сквозь меня! Это еще что такое?! Я не подписывалась бродить призраком по Храму! Мимо меня прошел Оби-Ван. Уж он-то должен меня услышать. Мы же были связаны с ним! - Оби-Ван! - позвала я мужчину. Ноль внимания. Что за дурацкий сон! Тогда я решила пойти за ним. Все интереснее, чем бесцельно шататься тут. Кеноби куда-то очень торопился. Я еле поспевала за ним. Я даже не сразу поняла, куда мы направляемся. Только уже в конце пути до меня дошло, что мы пришли в медцентр. Зачем мы здесь? Словно услышав мой вопрос, Оби-Ван прошел к одной палате. На кровати кто-то лежал в тяжелом состоянии, судя по приборам и показаниям на них. Я присмотрелась. Брук?! Что это значит? Я запаниковала и стала биться в стекло. Опять же, только попыталась. При первом же ударе провалилась сквозь стекло в помещение. Ну, неплохо. - Состояние не улучшилось? - спросил Оби-Ван у девушки, сидящей рядом. Та отрицательно помотала головой. - Врачи говорят, что все теперь зависит от него. Но, - она всхлипнула, - такое впечатление, что Мастера здесь уже нет. Я сказала что-то смешное, Магистр? Она назвала Брука мастером. Значит, это его ученица. И к Оби-Вану она относится очень почтительно. О, вот сейчас я заметила у нее косичку падавана. - Я знаю, кто ему нужен, - усмехнулся Кеноби. - Кто? - сразу оживилась незнакомка. - Я могу его найти! - Не можешь. Эта женщина умерла год назад. Ты ему как дочь, Хильда. Так что сейчас только ты можешь вытащить... Брука из этой передряги. Почему мне кажется, что он хотел назвать Брука не по имени, а каким-нибудь ругательным словом? Девушка заметно помрачнела при упоминании того факта, что она Бруку - как дочь. И еще какая-то его женщина умерла год назад. Почему-то мной завладела злоба. Он мой. И не распускай тут руки, малявка. Неожиданно я поняла, что Хильда смотрит на меня в упор. И тут... Я проснулась. Странное чувство. Словно это было все на самом деле. Пусть я не была уверена в реальности произошедшего, я теперь точно знала: я нужна там Бруку, и как можно скорее. Следующий день преподнес мне один "сюрприз". Все девчонки параллели только и говорили, что о новом учителе информатики. И все называли его милым! Кажется, даже директриса души не чаяла в Бруке! Я старалась сторониться тех, кто им громко восторгался. И мне долгое время это удавалось! Никто особо не удивлялся, что я отходила в сторону. Только Ксюша сначала удивилась происходящему. Но потом поняла, что мне неприятна тема "нового учителя", и нашла новые темы для разговоров. Благо, что их было немало. Однако после того, как Шутова заявила, что готова забыть Рому ради Брука, я не выдержала и взорвалась. - ДА ЧТО ВЫ В НЕМ НАШЛИ ВСЕ?! ОН ЖЕ СТАРЫЙ, НЕКРАСИВЫЙ И... ОН ПРОСТО ИДИОТ! - закричала я. Подруги с глазами - блюдцами уставились на меня, пока я пыталась немного остыть. - А ты сама на него запала что ли? - спросила Ксюша. - ЧТО?! Я?! Я ПОХОЖА НА БОЛЬНУЮ?! Он стоит за мной, да? - уже спокойно спросила я, увидев напуганные взгляды девчонок. Лена прокашлялась и кивнула. Я обернулась. Меня испепеляли знакомые глаза. Будь я старше, я бы ответила ему. Но сейчас мне всего семнадцать. А Бруку за тридцать. И он наш учитель. Черт. Вот это я попала. - После уроков зайди ко мне в кабинет, пожалуйста, - сквозь зубы прорычал мужчина и удалился. Я посмотрела умоляюще на подруг. Оказывается, Настя и Ксюша уже успели убежать куда-то. Остались только Лена и Маша. Вторая хихикала. А Лена сожалеюще помотала головой. Мне нет спасенья.