Вышел из комы ночью, Там где храм на крови без крова. Капельницы в клочья, Жить начинаю снова. Разлетелась вода снегом, Белой ватой жую мясо. Волчьем вещим живу бегом, Небо красное будет ясно. Новая жизнь, разбежалась весенним ручьем, Новая жизнь, разлилась по ларькам, по вокзалам. Новая жизнь, посидим, помолчим ни о чем, Новая жизнь, никогда не дается даром.
Интересно, тот, кто это написал, был ясновидящим и видел моё будущее? Ведь я тоже начал новую жизнь, и заплатил я за неё своей памятью. Или похожее уже происходило?Разродилась звезда ливнем, Порвала на ольхе платье. Процарапав тайгу бивнем, Воробьиную рвет ратью. Зарастаю забытым словом, На завалинке с домом-дедом. Парюсь в бане, чтоб свежим, новым, Для охотников стать следом. Новая жизнь, разбежалась весенним ручьем, Новая жизнь, разлилась по ларькам, по базарам. Новая жизнь, посидим, помолчим ни о чем, Новая жизнь, с мокрым веником да легким паром. Хорошо бы воды холодной, Он за руку меня дернул, Я ему – «Ты чего, родный?», А он ствол достает черный. Закричала ворона белой, Бессознательной злой клятвой Эх, убитое мое тело, Все родимые мои пятна. Новая жизнь, разбежалась весенним ручьем, Новая жизнь, разлилась по ларькам, по вокзалам. Новая жизнь, посидим, помолчим ни о чем, Новая жизнь, никогда не дается даром.*
Иногда я замечал внизу бегущих Огненных Волков, один раз я заметил, как красный дракон сел на одну из гор и исчез за нею. Видимо, там была его пещера. И только на пятый час я увидел феникса. Хотя до него было далеко, я сумел его разглядеть. В точности, как его описывали в "Глоссарии": красно-оранжевое оперение, в полёте переливающееся как пламя (отсюда легенды, что фениксы - Птицы Огня), размером с ястреба. Он сделал два круга над одной из гор, затем пошёл на снижение к этой горе. Видимо, именно там его гнездо. При этом летел он как-то странно. Вроде бы ничего необычного, но какое-то отклонение было. Пронаблюдав за ним до его исчезновения из моего поля зрения (ага, сел в этой части горы, почти у вершины), я поднялся со своего места и начал путь к этой горе. Я старался идти как можно медленнее и как можно тише. Не хватало мне только спугнуть феникса. Другого шанса приручить его могло и не быть Где-то на полпути стало видно гнездо. Было оно собрано по большей части из камешков, иногда между ними попадались ветки. Феникс сидел в центре и, похоже, дремал. Глаза, по крайней мере, у него оставались закрыты. Я стал красться совсем медленно. При этом в правую руку я набрал семян деревьев, собранных в Тёмном Лесу. Уверен, что фениксы для пропитания летают далеко (растений здесь почти не было), возможно даже на окраины Леса. Если так, то эти семена будут для него знакомы, а если нет, то, надеюсь, семена окажутся деликатесом. Когда до феникса осталось пять метров, я остановился и протянул руку с семенами. Отсюда было видно, что у птицы повреждено правое крыло. Причём повреждено недавно. Части перьев не хватает, немного крови, которая ещё не успела свернуться. Насколько серьёзны повреждения - неясно. Вроде летал, но сейчас он выглядел обессиленным. Подождав минут двадцать, я слегка поцокал языком, чтобы он проснулся. И он проснулся. И не отступил. Напротив, стал приближаться осторожными шагами. Я не шевелился, боялся даже дышать. Он подошёл вплотную. Ждал пять минут, глядя мне в глаза. Я не отводил взгляда. Наконец, он осмелел и угостился. Когда он съел всё, я погладил его по голове...