Арей и Альберт Долбушин - истинные герои Емца

Читать миры Дмитрия Емца — познавать жизнь заново. Познакомилась я с творчеством этого автора, когда мне было десять. В особенно трудный период жизни Емец стал тем, кто помог спрятаться от проблем. Как и многие начинала я с мира Тани, зачитываясь книгами до посинения. До Емца я читала всего одну книгу и та была забыта на долгие годы. Дмитрий захватил меня с первых строк. Стоит отметить, что до Гроттер я не читала Поттера и довольна таким стечением обстоятельств, потому что я была независима от мнения фандома ГП, следовательно, не сравнивала эти два мира. Значительно позже пришёл ко мне Гарри. И… я не могу сказать ни-че-го. Тот, кто хорошо знает оба мира, понимает, что они оба чертовски индивидуальны. То, как фольклор сочетается с юмором и авторской подачей… это непередаваемо и у мамы Роулинг и у папы Емца. После Гарри настал период поисков. Читалось многое, но ничто не могло сравниться с этими вселенными. Я умирала немного каждый раз, когда воевала с кем-то за мир Тани, потому что его всегда претисняли. А потом… Мефодий Буслаев. Ох-х-х. Кажется, в тот момент я заглотила всю серию где-то за месяц-два, стремясь удовлетворить жажду чтения и недостаток Емца в организме. Неделю назад я взялась перечитать эту серию осознанно. С момента знакомства с Дмитрием Емцом прошло почти семь лет. Я повзрослела, стала очень склонна к анализу, полюбила философию и психологию. И вдруг решила перечитать детское фэнтези. Но тут я поняла, насколько много глубины в творчестве этого писателя. Емец вновь захватил меня. И вот первая книга серии позади. Старые герои обрели новые грани. Поступки их заиграли новыми красками. Я поняла, что безумно изменила приоритеты в симпатиях к героям. Главным открытием стал… Арей. Тогда, четыре с половиной года назад, когда я впервые прочитала серию, он остался в моей памяти второстепенным и очень непонятным мне героем. Меня влекли изменения внутри Мефа, переломы Даф, даже суккубы оставили большее впечатление. Вчера, закрывая книгу, я поняла, что нет ярче для меня героя, чем Арей. И я поняла, что Арей — это единственный герой, который действительно должен был быть простым человеком. Как нам вдалбливали мнение Толстого на уроках литры в школе (а в меня до сих пор это встукивают), человек — это гармоничное сочетание хорошего и плохого. Человек не бывает полностью добрым и полностью светлым. Арей — единственный, кто действительно не стремился к чистому свету или чистому мраку. Он всегда хотел быть честным с самим собой, поэтому он импонирует мне бесконечно. Емец говорит, что Арей не принадлежит ни к мраку, ни к свету и он не хочет быть их частью, если уж быть откровенным. Он понимает, что он — смесь этих двух начал и что мрак имеет преимущество внутри него. Почему-то, когда я принимаюсь анализировать образ барона мрака, сама собой появляется в моей голове ещё одна идея, связанная с третьим полюбившимся совсем недавно мне миром Емца — ШНЫРом. Арей — идеальный шныр. Чуткий к эмоциям, сильный и несгибаемый внутренне, он не позволил бы себе взять закладку или сдаться в болоте. Думаю, единственное, что заставило бы его это сделать — дочь и жена. И вот планомерно мы приходим к образу Альберта Долбушина. Мрачноватый, грубый, попавший в мрак по вине собственных благих намерений, трагически лишённый жены и отдалённый от дочери, с именем на букву ''А''… чувствуете общность? Страж мрака и ведьмарь, которым полностью симпатизируют читатели — вот точка перелома в сюжетах Емца, которая позволяет так завороженно читать его книги взрослому зрителю. Возможно, для глубоко религиозного писателя Емца эти два образа никак не стали воплощением идеала человека. В принципе, у Емца нет идеальных людей. Как тонка грань между добром и злом в мирах этого писателя! И вдруг мне захотелось перечитать серию ТГ, чтобы найти похожего героя и там… Миры Емца столь многогранны, что их можно изучать бесконечно, искать связи, сходства и переплетения… Порой мне хочется верить, что мир ШНЫРа — одно из зеркальных отражений мира ТГ и МБ (кто тоже особенно любит ''ботинки кентавра''?). Вернёмся к основной мысли. Арей — единственный, кто стремился быть просто человеком, просто любить, просто делать то, что ему нравится. Он любил летать и делал это до последней возможности. Он любил женщину до той степени, когда после неё — только пустота, дыра в груди и желание отомстить. Это человечно. Стремиться в своих поступках к максимуму и гореть тем, что ты делаешь — это человечно. Вот ещё доказательство, что Арей — тот, кто был настоящим человеком в книге. Серию книг про школу ныряльщиков я только начала изучать, но спустя пять книг уже полностью уверена, что этот мир вновь обтесает мой внутренний по-новому, даст толчок к изменению восприятия мира. Альберт Долбушин — человек, бывший шныр, нынешний глава финансового форта, — воплощение запутавшегося в себе героя, близкого внутренне многим. Он делал ошибки, но не понимает, в чём была их суть. Арей понимает. Пожалуй, это одно из немногих отличий. Вы можете поспорить, что многие герои сочетали в себе свет и мрак. Но кто из них по-настоящему осознавал себя, как смешение добра и зла? Кто не стремился ни к совершенному мраку, ни к свету? Кроме мечника и Долбушина, все чётко говорили (или в тайне думали), что относятся к одному из начал. Арей заслужил судьбу простого человека, любви той девушки и счастливой жизни, но пал жертвой того, что он страж. Арей — истинный лопухоид среди стражей. Долбушин… не смог понять самого себя. Кажется, они — воплощение каждого из нас в те моменты после ошибок, когда думаешь, что мрак уже полностью тебя поглотил, а болото плещется уже на уровне груди, мешая сделать шаг и вскоре перекрывая воздух. Емец — особый писатель. Нет ни одного персонажа, который показался бы не живым и странным. Судьбу каждого мы будто бы переживаем, сталкиваясь с его проблемами, и находим ответы на собственные вопросы.