Не в своей шкуре

2 года спустя

      — Старатель-сан, Старатель-сан, всего пару слов, пожалуйста!       — Ястреб-сан, скажите…       –…-сан, а как ваша семья отнеслась…       — Старатель-сан!       Вопли журналистов слились в безумную раздражающую какофонию, ввинчивающуюся в уши с настойчивостью свихнувшейся стаи комаров.       «Впрочем, они и сами недалеко ушли от этих кровососов» — с раздражением подумал мужчина, пробиваясь к дому сквозь толпу настойчивых журналюг, жаждавших сенсации.       Ястреб, идущий рядом с ним, вежливо улыбался, но его улыбка все больше начинала напоминать оскал, а перья вибрировали от сдерживаемого гнева. Неосознанно Тодороки протянул руку, кладя ее между острых лопаток. Парень мгновенно потерял львиную долю раздражения, почувствовав привычный жар ладони. Журналисты восторженно ахнули и торопливо защелкали фотоаппаратами. Мысленно чертыхнувшись, мужчина таки добрался до ворот особняка и запихнул напарника за них, монолитной стеной преграждая путь акулам пера.       — Официальное обращение было дано в интервью, опубликованном Hero News. Больше никаких комментариев, — пророкотал он, сложив руки на груди и возвышаясь над всеми подобно пылающей горе.       — Но Старатель-сан!       — Позвольте задать еще пару вопросов!       — Попрошу вас разойтись, иначе особо настойчивым придет повестка в суд, за нарушение прав на личную жизнь человека, — не обращая внимания на недовольный ропот продолжил мужчина.       Он кивнул охране, невозмутимо стоящей возле входа, и, развернувшись к толпе спиной, наконец-то попал домой. За закрытыми воротами еще слышался шум, понемногу утихающий стараниями нанятых Тодороки людей. После того, как их заметили целующимися в богом забытой подворотне по успешному окончанию работы, город будто с ума сошел. Их подстерегали с неудобными вопросами за каждым поворотом. Более того, не добившись ответа просто так, журналисты обратились с вопросами к семье Тодороки. Однако, и тут всех ожидала неудача, поскольку Фуюми лишь презрительно поджимала губы, с неприязнью глядя на настойчивых папарацци, Нацуо — несдержанно посылал подальше, а Шото и вовсе заморозил парочку подкарауливавших его возле Академии людей. Терпение Энджи лопнуло, когда особо ретивая журналистка пробралась в палату к Рей. Тогда они с Ястребом решили дать интервью о своих отношениях в официальный журнал, дабы избежать дальнейшего давления.       Прибывшая в офис журналистка, представилась Мито Хасигавой. Судя по выверенным движениям и острому взгляду, женщина была профессионалом своего дела. Она тонко чувствовала настроение собеседников и задавала вопросы ненавязчиво и четко, доброжелательно поблескивая стеклами очков в изящной оправе. По окончанию интервью Мито смогла уговорить их на совместную фотографию для журнала. Ястреб еще долго смеялся с выражения лица Энджи, перечитывая статью.       После этого стало немного полегче, но некоторые журналисты не смогли угомониться и оставить героев в покое, продолжая мусолить тему их отношений. Последний такой всплеск активности был связан с разводом четы Тодороки год назад. Впрочем, тогда все быстро потеряли интерес к событию, поскольку грянул разгром Лиги Злодеев, вытеснивший другие сенсации на задний план.       Это было тяжелое время. Время срыва покровов. Ястреб смог набраться смелости рассказать Старателю о своей игре шпиона, в результате чего удалось избежать большого количества жертв, и что самое главное — они были живы. Стоя на обломках зданий, с поверженными врагами у ног, и слыша вой сирен вдали, они особенно четко это осознавали. Шагнув вплотную, Ястреб обхватил мужчину за шею здоровой рукой и притянул к себе, беспорядочно зацеловывая перепачканное сажей лицо. Старатель отвечал с таким же отчаянным пылом, стараясь не сильно облокачиваться на пробитую ногу и крепко удерживая голову блондина в своих ладонях.       «Мы живы! Мы победили! Вместе!»       Мужчина улыбался, на ходу гася пламя и следуя за парнем в дом. Фуюми встретила их на пороге, нервно вытирая руки полотенцем.       — Эти журналисты совсем голову потеряли! — яростно заговорила она. — Клянусь, если еще один подойдет ко мне с вопросами, я заморожу его навечно!       Ястреб отозвался невеселым смешком.       — Надеюсь, они скоро утратят интерес, — неуверенно предположил мужчина, словив сразу два скептических взгляда.       — Для этого как минимум Всемогущий должен сыграть свадьбу с Сотриголовой, — пробормотала девушка, удаляясь вглубь дома.       Ястреб закашлялся, пряча глаза и поспешно отворачиваясь.       «Лучше им не знать» — решил он.       Старатель уставился на него с подозрением, и парень запаниковал, ожидая вопросов, но ситуацию спас Нацуо, на полной скорости пролетевший мимо них к выходу.       — Куда ты? — встрепенулся мужчина. –Там толпа журналистов у дома.       — Я через забор с задней стороны выйду, — отмахнулся парень, мечтательно блестя глазами. Натянув белоснежные кроссовки, он пулей вылетел из дома, захлопнув за собой дверь.       — Его девушка к себе пригласила, — сдала брата с потрохами Фуюми, выглядывая из-за угла. — Чаю? — она слегка улыбнулась отцу.       — Да, с большим удовольствием! — бодро отозвался вместо него Ястреб, первым проскальзывая в кухню и сразу же начиная что-то рассказывать девушке, бурно жестикулируя и передразнивая людей.       Энджи не спеша прошел в свою комнату, чтобы снять геройский костюм. Аккуратно складывая одежду на положенное ей место, он постоянно натыкался на футболки и топы Ястреба, которые уже давно перекочевали к нему в дом. Проведя пальцами по своей старой футболке с прорезями для крыльев, он погрузился в воспоминания.

1.5 года назад

      — Вы что?!..       Фуюми быстро подала стакан воды Нацуо, который от таких новостей, захрипел, вытаращив глаза и нервно подергивая руками. Судорожно схватив его, парень сделал глоток и оставил стакан от греха подальше.       — Нацуо, держи себя в руках, — прошипела она, слегка встряхивая его за плечи. — Мы очень рады за вас, — заверила она застывших посредине комнаты мужчин.       — Да как ты?!..       Девушка ловко заткнула брату рот кухонным полотенцем, которое магическим способом всегда было при ней в случае необходимости, и заверила присутствующих:       — Нацуо тоже рад, только он еще этого не осознал. — она поудобнее перехватила бешено вращающего глазами и размахивающего руками парня. — Пожалуй нам пока стоит удалиться. — и торопливо утащила его за собой.       Оставшиеся в комнате люди молча слушали отчаянную возню на лестнице, которую оборвал хлопок двери. Шото, сидящий на диване, негромко откашлялся.       — Я тоже рад за вас двоих.       — Правда? — немного ожил Ястреб, который все это время стоял боясь пошевелиться.       — С чего бы мне врать? — спокойно пожал парень плечами. — Это ваше личное дело, к тому же, как я уже говорил, вы меняете друг друга в лучшую сторону. — он встал, слегка разминая шею. — Удачи вам. — и он пошел в свою комнату, кивнув мужчинам.       Старатель шумно выдохнул и торопливо вышел за ним.       — Шото!       Парень вопросительно обернулся.       — Спасибо, –тихо произнес мужчина, отчаянно сжимая кулаки. — И прос…       Младший Тодороки предупредительно поднял ладонь вверх, останавливая отца.       — Хоть я и сказал, что рад за вас двоих, все же не настолько простил тебя, чтобы говорить на эту тему сейчас. — он опустил руку, глядя на чуть сгорбившиеся плечи мужчины. — Обсудим это в другой раз.       Он развернулся и пошел дальше по коридору. Однако, притормозив у самой комнаты, он неожиданно хитро усмехнулся и обернувшись через плечо проговорил:       — Может быть, однажды, и я познакомлю тебя со своим парнем.       И полюбовавшись на отпавшую челюсть отца, скользнул за дверь. Энджи стоял в коридоре еще пару минут, после чего слегка шатаясь, вернулся в зал, где его ждал немного встревоженный Ястреб, переминаясь с ноги на ногу.       — Все нормально? — с волнением спросил он, глядя на ошарашенное лицо мужчины.       — Да. Нет. Не знаю. — тот потер лицо ладонями. — У Шото есть парень.       — А ты был не в курсе? — удивился крылатый.       Тодороки резко уставился на него, возмущенно приоткрыв рот.       — А ты значит знал! Почему мне не сказал?!       — Нууу, я многое знаю, но говорить все подряд, разумеется, не стану, — закинув руки за голову, пропел блондин, хитро ухмыляясь. — К тому же, он должен сказать тебе об этом сам, понимаешь?       Мужчина тяжело вздохнул, соглашаясь.       «Эту новость тяжело будет переварить. Нужна большая чашка чая с жасмином» — решил он, направляясь на кухню.       Ястреб, что-то стрекоча, двинулся за ним следом. На кухне он сразу забрался с ногами на любимое место, продолжая рассказывать «очень-интересные-истории-из-жизни-ты-только-послушай!»       — Сахар закончился, — огорченно сказал он после небольшой паузы.       Мужчина обернулся и увидел, что тот уже успел залезть в сахарницу крыльями, горестно поджав губы и пересыпая последние крупицы сахара на ложечку и обратно.       — Слетай и купи еще, — закатив глаза предложил Тодороки.       — Там холодно и дождь накрапывает.       — Сходи пешком!       Обиженное молчание.       — Я не побегу тебе за сахаром, — сказал мужчина, упрямо скрещивая руки на груди.       Где-то на втором этаже разбилось что-то стеклянное и донесся невнятный ор.       — А знаешь что, — произнес парень, торопливо поднимаясь с места, — так и быть, я сбегаю за сахаром.       Энджи согласно промычал, блаженно прихлебывая чай.       — Вот и правильно, ты моложе и энергичнее, так что иди сходи, да и сахар нужен тебе, — отпустил он шпильку.       — Ооо, моложе? Тогда я могу звать тебя папочкой? — невинно спросил паршивец. Мужчина поперхнулся чаем так, что тот потек из носа, а пакостно хихикающий Ястреб скрылся из кухни.       — Прибьюююю! — донесся до взлетающего парня зычный рев, и он расхохотался в голос, перестав сдерживаться.

Настоящее время

      Усмехнувшись, мужчина закрыл шкаф, возвращаясь из воспоминаний. За окном снова шумела сирень и пели птицы, а клонящееся к закату солнце бросало теплые отсветы на пол комнаты.       Потянувшись всем телом, Энджи довольно похрустел суставами, ощущая, как расслабляются мышцы после рабочего дня, и отправился на кухню, где слышался шум закипающего чайника, и смех дорогих ему людей.       Все было так, как нужно. Все было правильно.       Последние лучи солнца огладили фотографию, стоящую в простой рамке на столе. На ней были запечатлены два человека, тепло смотрящие друг на друга и явно не знающие, что их фотографируют. Легкие улыбки и сцепленные пальцы говорили о том, что эти люди счастливы быть рядом друг с другом.       А если бы была возможность заглянуть под рамку, то с обратной стороны фотографии можно было бы увидеть надпись, выведенную аккуратным почерком:       «Папе, с любовью от Фуюми»