Прости меня

      Отче, снизойди на меня милостью своей. Одари меня смелостью, прошу, ибо я трус. Господь, направь меня рукой своей на путь истины, ибо моя тёмная сторона манит все сильнее. Отец Небесный, она не отвергла меня в своей комнате. Она не оттолкнула меня, когда я так бесстыдно забылся в своих желаниях и так нагло напал на неё. Отче, прошу, помоги мне совладать со своими чувствами, ибо всего лишь один шаг останавливает меня, чтобы не спрыгнуть в пропасть, утонуть в её голубых омутах и остаться там навечно. Боже, я люблю Вики. Люблю всем сердцем и душой. Она нужна мне как воздух. Милостивый Отец, если это испытание на прочность, то я проиграю его, нарочно. Она мой приз и моё поражение. Отец, помоги мне достойно выстоять и преодолеть все трудности на пути к её сердцу. Мне не остановиться ни перед чем. Молодой ангел мысленно общался с Богом. Каждый раз, когда он только оставался наедине с собой, он то и дело, что уходил в мечтания о продолжение того сладкого, освежающего поцелуя. Образ Вики, что смотрит на него снизу вверх широко открытыми глазами и с красноречивым румянцем на щёках, находясь в его объятьях, засел в его памяти самым приятным воспоминанием. Она не испугалась и, кажется, даже ожидала и сама желала их поцелуя. Она ведь гладила его плечи, запускала свои пальцы в его волосы и еле уловимо стонала в опухшие от поцелуя губы ангела. Или это все показалось молодому, разгорячённому, одурманенному Дино? Может на самом деле девушка смутилась и удивилась от такого непозволительного поведения парня. И пыталась оттолкнуть его, упираясь в плечи… Нет, этого не может быть… Он же точно помнит как бешено колотилось сердце. Оно эхом расходилось по всей комнате. А её ли сердце отбивало в груди чечётку? Мысли крутились, гасли и загорались новым огнём, разжигая пламя сомнений и трусости у сильного духом парня. О какой силе можно говорить, когда он так легко поддаётся искушению со стороны красивой девушки? Нет, это не искушение, это любовь. Любить, ведь, правильно. Это нормально испытывать чувства к привлекательной девушке. Он же молодой, а им не чуждо влюбляться в хорошеньких милашек. Главное, дождаться её признания, и молиться, чтобы крылья окрасились в прекрасный белый цвет и тогда никто… Никто и никогда не сможет отобрать у него Его Вики. Нет, Дино никому не позволит забрать дорогую сердцу девушку. Он обязательно дождётся. Скоро придёт это время и все станет на свои места. А пока можно дружить, постоянно быть у неё на глазах и затмевать собой всех, кто метит ей в пару. Он же действительно любит её. Он признался не только самому себе, но и отцу… Отец. Как? Почему он спросил тогда? Разговор был абсурдным, глупым. Что означало его «прости»? Да, он опытен и силен, ему достаточно порой одного взгляда, что бы понять, что творится в голове сына. Может образ прекрасной Вики тогда отсвечивал ярким очертанием в глазах парня? Тогда почему он задал столь конкретный вопрос? Почему из всех чувств, эмоций он выбрал именно любовь? Новый вихрь мыслей закручивал парня лишая покоя на долгое время. Минуты размышлений водой перетекали в часы, не находя таких очевидных логичных ответов. Спросить у Фенцио напрямую сын боялся. Нет, это не страх перед отцом. Ему не давал покоя возможный ответ его старика. Он редко извинялся. Очень редко. Отец доказывал свою правоту до последнего. Выиграть у него спор было не возможным, лишь доводами, что сильны как законы мироздания, можно было прогнуть железное мнение Фенцио о чем-либо. Но услышать прости с его уст…. Дино не помнил, когда родитель извинялся перед ним в последний раз. За что? Может, ему жаль, что Вики тогда увидела Лору первой? Ведь старый ангел сам любит помолиться утром в тишине перед статуей Равновесия. Может, ему просто жаль девушку, и он просил прощения, что не уберёг её нежную натуру от увиденной кровавой картины? Да, это похоже на отца. Пусть и очень редко это показывает, но он способен на жалость. Фенцио способен на все чувства и эмоции. Он живой ангел в конце концов, ему, как и всему живому, не чуждо… Ему не чужда любовь… Нет, отец слишком стар для такого. Ему под стать больше подходила Мисселина чем какая-то непризнанная. Он никогда не любил людей. Считал их ниже рождённых небожителей. Вёл много споров, о глупости их нахождения между породистыми высшими существами. И пусть годы работы учителем изменили в нем многое, все же красной нитью в его манере общение оставалась надменность в каждом слове, направленном к серокрылому ученику. Как же глупо было размышлять, что Вики могла ему нравиться. Нет, она, конечно, очень красива. Но абсурдность разговора у статуи никак не выходила у Дино из головы, выращивая первые сомнения на счёт старости его родителя. Застыв в очередной раз в потоке полной неразберихи в молодой голове, белокрылый устремил свой взгляд вслед за фигурой отца, что направлялся в сад. Даже после того как Фенцио скрылся за зелёными живыми воротами, сын продолжал смотреть в его сторону, будто сейчас его бедный мозг выдаст долгожданный ответ. И, когда слова уже почти сложились в вполне логичную картину, парня отозвал из транса грубый низкий голос с хрипотцой. Геральд попросил Дино найти отца и передать приглашения на аудиенцию. Это было очень важно. Сам демон ухмылялся над сложившейся ситуацией, но решил сначала поговорить с более опытным из двух влюблённых. Малец может вспылить… Дино мог поклясться, что у статуи тогда была и Вики. Он чувствовал её неизменный запах свежей мяты, он чувствовал вкус мёда на собственных губах. И фальшь в словах отца он тоже чувствовал… Чувства, невидимыми нитями пронзают наши тела, связываю их крепкими узами, а, иногда, душат канатами недомолвок.       Не придумав ничего лучшего, поддавшись горячей крови и молодым годам ангел побежал к знакомой голубой резной двери, которая скрывала его желанную Вики. У него было много вопросов, и, пожалуй, не на все ему хотелось знать ответ, но спросить он был обязан. Жизненно необходимо ему нужно узнать, о чем они там говорили. Не вёл ли отец допрос в свойственной ему манере, вкладывая в каждое слово надменность и собственное превосходство над непризнанными? Или Дино лишь искал повода для встречи.       Стук в двери и нежный встревоженный голос в ответ. Вики сидит на своей кровати, поджав колени, и обнимает подушку. «Лучше бы ты обнимала меня»- звучит громким желанием мысль влюблённого парня.       — Я не помешал? Хотел предложить тебе отвлечься. Здесь есть одно очень красивое место. Хочешь, покажу?       — Говоришь отвлечься? Давай. — Нервно поджав губы в глупой улыбке, отвечает Вики, встав с кровати разминая затёкшие ноги. Глаза парня светятся радостью, такое спонтанное предложения, что сюрпризом сорвалось с его губ, получило одобрение. Они будут одни.       Может он смутил её? Отвлёк от размышлений о чем-то важном, но увидев потерянные её глаза, ангел не смог поступить иначе. Видимо, отец действительно расспрашивал Вики о деталях происшествия. Дал время успокоиться после зрелища не для слабонервных, чтобы не вытягивать правду клещами сквозь потоки слез и всхлипов, а потом завалил бы кучей дотошных вопросов. Он любил знать все детали и не любил сплетен. Старик точно так поступил, об этом говорил потерянный и немного напуганный вид Вики, что прежде всегда тепло улыбалась, заражая своим светом других.       — Следуй за мной. — кинул парень, прервав затяжную тишину.        Как ему хотелось, чтобы она всегда следовала за ним, чтобы она всегда была рядом. Находить её рукой в постели каждое божье утро. Притягивать нагое тело к себе и покрывать нежными, ласковыми, перерастающими в требовательные и безудержные поцелуи. Он не готов признаться ей в этом. Но себе Дино давно уже признался. Он будет ловко и осторожно вести с ней дружбу на грани его любви, не давая усомниться в своих благих намерениях. Не лишая себя надежды на ответные чувства девушки к нему.        Молодая пара приземлилась на летающей скале, что качнулся от их веса. Здесь никого не было. Тихо и уютно. Посреди островка росло огромное вековое мыслительное дерево. Ветки его кроны укрывали зонтом всю сушу, а листья заменяли ему светлячки. Было сказочно красиво. Вики не скрывала своего детского восторга. От увиденного ей уже становилось легче. Парень, разложив свои крылья широко по обе стороны, лёг прямо у корней, приглашая девушку занять место рядом. Робея от собственной смелости, Дино предложил Вики свою грудь вместо подушки, аргументируя, что так удобнее будет созерцать живые светящиеся листочки. Она лежит на его крыле, он ощущает тепло её тела. Голова девушки поднималась от размеренного дыхания парня, что впервые в своей жизни был по-настоящему счастлив. Ему ещё никогда не было так приятно и легко рассказывать об этом чудесном месте. Делить очищение мыслей с главной причиной их хаотичного появления в его голове. Дино лежит, закрыв глаза, заложив одну руку за голову. Вторую же не нагло, не властно и совсем не по-хозяйски разместил на животе любимой, что сейчас ловит первые волны лёгкой эйфории от этого волшебного места. Их идиллию не разрушал ни ветер, ни слово, ни сердцебиение, что пришло, наконец, в норму.       Отче, я благодарен Тебе за этот маленький шанс. За возможность. За лазейку, что не нарушает закон, позволяет дружить с непризнанными и ожидать, когда дружба сможет перерасти в обоюдную любовь. Я сделаю ради этого все. Прошу Тебя, Всемогущий, поверь мне. Поверь и помоги. Пусть её глаза смотрят лишь на любимого, как и мои видят лишь её. Пусть она все поймёт и все осознает. Прошу, Господь, направь Вики на праведный путь. Молю лишь об одном пуще всего, пускай крылья её окрасятся в белый. Её душе идет чистый цвет.       Забывался в своих молитвах Дино, пока девушка впервые за последние недели так искренне улыбалась миру. Пока встревоженный ангел мчался на встречу к демону.  — Фенцио, старик, мы преподаём в этой школе уже сотни лет, скажи: почему она?       Лицо ангела вытягивается от неожиданного вопроса-откровения, ответом на который является немое покачивание головы и приподнятые плечи с характерно поджатыми губами. Геральд хлопает коллегу по плечу и устало вытирает ладонью своё лицо.       — Дааа, дела… Ты хоть понимаешь все последствия своих поступков? — украдкой поглядывает на поникшего мужчину, что качает головой, зажмурив свои глаза не расслабляя тонкую полоску губ, и продолжает — Понятно… Тебе бы с сыном поговорить по душам…       — Что ты видел в её глазах? — тихий уставший обречённый голос без тени прежнего привычного тона. Он звучит как голая душа. Чистая, настежь открытая, уставшая душа. Ей больно и досадно, от сложившейся ситуации. Но разве она может противиться теплу любви?       — Вас… — отвечает с нотами сожаления и сострадания демон, унося своё тело в небо прямо с балкона собственного кабинета.       Фенцио остался один на один со своими мыслями. Что ему выбрать: счастье или отцовство. Перед ним классический выбор, который дают на первом задание непризнанным, которой ничего не означает. Изменится лишь судьба одного человека, не больше. Сейчас же, это самое тяжёлое решение, что ему приходилось принять. Постояв в пустом кабинете демона, ангел выйдет на пешую прогулку, что должна успокоить его головную боль. Каждый сделанный им шаг должен направить его на путь истины. На путь его счастливой жизни. Преодолев все коридоры и лестницы, он выйдет на прекрасную лужайку у сада и направится к излюбленной статуи Равновесия, что бы поговорить с Богом о наболевшем. Что бы попросить у него… А чего просить?.. Чего просить можно, когда на твоих глазах твой счастливый сын, приземлившись, ловит в воздухе не твою любимую, помогая ей мягко спуститься с небес. Она искренне и чисто улыбается ему. Она без колебаний опускает свою ладонь в его твёрдо и решительно галантно поданную руку. Даже слепцу видно как отлично они смотрятся вместе. Как она светится спокойствием рядом с ним. Отче, я теряю себя. Я не могу больше так жить. Я же отец. У меня есть сын. Прошу Тебя, Всемогущий, лиши меня этой непосильной ноши, гони мысли о ней. Я не могу её любить. Я стар для всей этой любовной чепухи. Я должен. Обязан. Уступить её сыну.       Чувства, порой одни завязывают в тугой узел другие. Сплетают их в не распутывающийся клубок, что комом давит горло, пока не задушит.