child of ex

XVII

Тэхён… Как же Чонгуку хотелось хотя бы на секунду поверить в то, что всё закончилось и жизнь заиграла новыми красками. Без страха, без сожаления. Но нет… Всё так же ей нужно было обломать все надежды. Именно в этот день Чонгук решил, что нужно перестать бояться выходить на улицу и можно быть где-то помимо дома и работы. И именно в этот день появился главный его страх. Хочется верить, что это всё сон. Но нет, это не сон. Всё происходит наяву. Хотя чонгуковы мысли и пытаются как-то это опровергнуть, но сам он понимает, что ничего уже тут не поделаешь. Разве что… хм… что же Чонгук может сделать в этой ситуации? Парень, признаться честно, хотел сбежать. Но так явно и сразу этого делать не стоит. Мало ли, вдруг Тэхён тут случайно оказался и сейчас уйдёт. Поэтому Чон не будет пока что подавать виду, а потом скинется на то, что у него болит голова или около того. Ну, а сейчас нужно срочно поговорить с Хосоком. — Хосок, покажи мне, где уборная. — попросил вежливо Чонгук, пытаясь не раскрыть себя и свои настоящие эмоции. — Пойдём. — Хосок был уже немного пьян, поэтому не заметил нагнетающей обстановки. Чонгук поднялся и пошёл за Хо. Вместе они дошли до пункта назначения и Хосок уже собирался уходить, но Гук его остановил. — И что, скажи мне, здесь делает… Тэхён? — спросил он, шипя сквозь зубы. — Что? А ты не рад? — Как я могу быть рад этому? — непонятливо. — Ну, вы же вместе были раньше. Я думал, что все обиды ты уже позабыл. И я решил, что вам нужно встретиться. — радостно ответил Хосок. — Ты больной? Разве ты забыл, как мне было плохо? Разве ты не знал, что я до сих пор не могу забыть то, что сделал этот мудак?! — начал повышать тон Чонгук. — Но… — Нет, Хосок. Никаких «но» здесь быть не может. Пошёл ты, братец. — Стой, Чонгук! — Ох, и спасибо за отличную вечеринку. — поклонился Чон и ушёл. Подойдя к столику, парень начал: — Простите, ребята. Я себя плохо чувствую. Пойду домой. — как-нибудь отнекивался он. — Сехун, ты можешь остаться здесь. Не хочу портить тебе отдых. Домой сам доберусь. — сказал Чонгук, перебив тем самым соседа. Сехун кивнул. — Удачи, Чонгук. — сказал Джин, улыбнувшись. — Спасибо. — ответил Гук и пошёл к выходу. Как же было плохо. Вновь слышать его голос, вновь видеть его. Ужасно. Воспоминания, которые и так не дают никакого покоя уже долгое время, нахлынули гигантской волной. А сейчас такой же волной нахлынут и слёзы. Глаза стоят на мокром месте и Чонгук думает сейчас, хоть бы не заплакать. Хосок… Как он мог так поступить? Зачем он это сделал? Специально хотел насолить или что? Неприятно. Больно… Не хочется в это верить, да и думать об этом не особо правильно сейчас, так как Гук на эмоциях. Но не получается! В этот момент ему нужно кого-то винить. И он винит. Но не себя, за то, что согласился пойти на вечеринку, а Хосока, за то, что тот привёл сюда Тэ под предлогом, мол, хотел вас помирить. Не получилось, как видите. Ни помирить, ни сблизить, а лишь только ещё больше накалить обстановку. Чонгук очень зол сейчас, но показывать этого не хочет. На публике устраивать скандалы – не в его стиле, хотя он мог бы. Но не стал. Не нужно ему это всё сейчас. Просто добраться домой и тихонько, – или не очень тихонько, – поплакать. Почему нет? Выпускать эмоции нужно. И хотя у Чонгука в последнее время они зашкаливают, но плакать за это время в Сеуле он будет впервые. Парень пытался держаться, правда пытался. Да, слёзы неоднократно подкатывали, а глаза были на мокром месте, но Чон старался не выпускать эмоции наружу. Не совсем получается, но всё же. Ну почему жизнь постоянно подставляет Гука? Судьба и вправду его ненавидит, что ли? Почему-то складывается именно такое мнение. Но Чонгук попытается не унывать. Просто поплачет дома и после этого сразу же всё забудет. На работу скоро, как-никак! Поэтому нужно брать себя в руки. Всё получится. Нужно только верить и действовать. Всё будет хорошо. Буквально выбежав из клуба, Чонгук быстрым шагом пошёл к остановке. Осталось вызвать такси, ведь в такое время автобусы не ездят. Всё наладится, всё наладится, повторяет Чонгук у себя в мыслях, пытаясь успокоиться. Вытащив телефон из сумки, трясущимися руками парень пытается найти у себя в контактах номер такси. Сначала не получается, ведь глаза мокрые от слез. Чонгук не плакал, держался. Ещё немного и он будет дома. — Алло? Здравствуйте. Можно?.. — не успевает договорить Чонгук в трубку, как к нему сзади кто-то подходит. — Чонгук. — ласковым голосом сказал Ким, Чон повернулся к нему. Младший попытался уйти, чтобы даже не продолжать этот разговор. Но его остановили. — Чонгук! — немного громче сказал Тэ, схватив Гука за плечо. — Выслушай меня. Прошу… — Зачем мне тебя слушать?! Кто ты такой, чтобы вот так останавливать и говорить мне выслушать тебя?! — злобно, пытаясь сдерживать слёзы, сказал Гук. — Чонгук, прошу. Я знаю, что ты меня видеть не хочешь, но… — Что «но»? Я уже всё забыл, так что можешь даже не пытаться оправдывать себя. Всё равно не послушаю. — Чон опять хотел развернуться и уйти, но Тэ его остановил. — Чонгук, но!.. — громче. — Отъебись! — оттолкнув Кима, крикнул Чонгук. — Послушай же… Вот, возьми. Это мой номер. Прошу, дай мне всё объяснить. Свяжись со мной, если пожелаешь. Чон выдрал из рук визитку и ушёл. Тэхён не стал останавливать. Младший поймал такси и, сев в него, уехал. Тэ просто смотрел вслед. Теперь слёзы сдерживать не получалось, они сами начали течь ручьём. Хорошо, что темно и водитель ничего не видит. Чонгук сейчас на эмоциях и мыслить здраво не может. Как же хочется уже забыть всё, что произошло пять чертовых лет назад, смириться с этим. Никто ведь не просит общаться с Тэхёном, никто не заставляет. Так почему бы просто не выбросить всё из головы и забыть о нем? Легко сказать. А сделать-то для Чонгука почти невозможно. Если Тэхён до сих пор помнит ту ситуацию и хочет всё обсудить, то как Чонгук мог забыть то, что произошло тогда? Парень пытался, правда. Но усилия напрасны. А с приездом в Сеул стало ещё хуже. Воспоминания накрывают с головой и от них никуда не деться. Единственный способ избавиться от них, кажись, только умереть. Чонгук так и не смог забыть его… И он сам решил тогда, что не будет делать глупостей. Не будет калечить себя, не будет делать ничего, что могло бы ему навредить. Просто попытается забыть. Первое – получилось. Последнее, как вы можете заметить, – нет. Но Гук пытался не расстраиваться, ведь Тэхёна он, скорее всего, больше никогда не встретит. Но не тут-то было. Встретил. И расстроился. Ещё и как. Слёзы текут по красным щекам и никак не останавливаются. Нос завтра, скорее всего, будет забит и дышать будет сложно. Чонгуку и так сложно дышать… Таксист подъехал к дому младшего. Парень расплатился и вышел из автомобиля, хлопнув дверью со злости. Водитель, наверное, зол, но это сейчас интересует Гука меньше всего. Заметив в сумке карточку, которую ему дал Тэ, Чонгук порвал её и выбросил. К черту. Зачем она ему вообще? Связываться с Тэхёном Чонгук не собирается больше никогда. Поднявшись на нужный этаж, буквально залетая в дверь своей квартиры, Чон, не разуваясь, побежал в комнату. С него хватит! Парень упал на кровать и выпустил все эмоции, которые были внутри. Этот крик, который разрывает душу, эти слёзы, от которых глаза болят. Всё. Чонгуку не нужна помощь. Он справится с этим. Нужно лишь немного подождать. Совсем чуть-чуть. И всё наладится. Он забудет, отпустит и всё будет нормально. В порыве своих эмоций Чонгук не выдержал. Он поднялся с кровати и, открыв шкаф, достал чемодан. Он уедет. Пока что не знает, куда именно, но ноги больше его в Сеуле не будет. Закидывая вещи в сумку, парень рыдал и не мог остановиться. Только потом пришло осознание, что никуда он не уедет. Ему некуда… — Чёрт! А-а-а! — закричал он и, прикрыв чемодан, лёг на кровать, оставив все вещи раскиданными по полу. Как же он устал. Почему это всё происходит именно с ним? Ладно, воспоминания дурацкие в голову лезут беспрерывно. Но встретить вновь виновника этих воспоминаний?! Это же ужасно. Чонгук не может с этим бороться. Вообще никак. Он очень хочет забыть, отпустить. Но почему не получается? Почему? Почему?.. Чонгук не знает. Но что он знает сейчас точно, так это то, что ему нужно немного поспать. Просто пережить эту встречу, переспать со своими мыслями по этому поводу и завтра, когда он будет в здравом уме, всё решить. Уедет или нет – не знает. Но знает одно, ему и вправду надо поразмышлять на счёт этого всего. А сейчас он просто вырубится, так как сил нет. От слова совсем.

———

Проснулся Чонгук сам не свой. Весь помятый, во вчерашней одежде и с резко заболевшей головой. К счастью, встал он довольно рано, поэтому к работе ещё было время. Так что Гук просто сразу же направился в ванную комнату. Помылся в душевой, почистил зубы, кинул одежду в стирку и уставился на себя в зеркало. Выглядел он не очень. Совсем не очень. Но получше, чем немного ранее. В душевой кабине он стоял, ничего не делая, минут тридцать. Пытался собраться с мыслями и привести себя в порядок. Морально. Пока вода стекала по его животу и капала на пол, парень вспоминал всё, что произошло вчера. Обдумывал, анализировал и пытался понять, что делать. Ничего на ум не приходило разумного, поэтому Чонгук решил об этом не думать вообще. Пока что. Но не получилось. Когда он вышел в одном полотенце из ванной, то увидел разбросанные по полу вещи и наполовину полный чемодан. Его гардероб лежал в сумке вразброс и, видимо, помялся. Прекрасно, теперь ещё и одежду гладить. Как вы могли понять, никуда Чонгук уже не собирается уезжать. Слишком уж вчера погорячился. Но это не значит, что он не зол. Уже не так сильно, но всё же. Пока Гук гладил свой костюм и рубашку, мысли не покидала вчерашняя встреча. Она изменила всё очень сильно. Чонгук зол, очень сильно зол, почему-то. Ведь его родной брат устроил ему такую ловушку. Он не хочет винить Хосока, ведь тот хотел сделать как лучше. На благо Чонгуку. Но младший этого не оценил. По сути, Хосок же не знает, что между Чонгуком и Тэхёном произошло. Возможно, он думал, что это небольшая ссора и Чон просто был тогда на эмоциях, но уже всё простил. А, возможно, просто забыл, как сильно Чонгук тогда убивался по Киму. Гук и сам не против-то забыть, что тогда там происходило. Но все эти годы это не давало ему спокойно жить. Обстановка в его жизни очень изменилась после того инцидента. Он жил у друга, учился, подрабатывал и пытался даже не думать о родителях, с которыми жил всю свою жизнь. Это было сложно. И Чонгук не справился. Он думал и о родителях, и о Тэхёне, и о том, что же тогда произошло. Это был, наверное, самый ужасный день в его жизни, ведь после него всё перевернулось. И жизнь, и мышление Чонгука. Его взгляды, поведение и характер. Даже Югём не раз интересовался, что же такого произошло там, в Сеуле. И видел, как первое время его друг был подавлен. Видел, что Чонгук находится на грани. Возможно, парень преувеличивал своё состояние и саму ситуацию, но это была его первая сильная любовь и его первое не менее сильное предательство. Конечно, Чонгук будет себя так вести. Ему было семнадцать. Он не знал, как с этим справляться. Про психолога даже не думал на тот момент, а потом влился в учебу и забил. Не забыл. Забил. Как делать категорически нельзя было. Ведь, если бы не забил, то, возможно, сейчас было бы легче. Он знает, было бы легче. Думает, что было бы легче. Да и денег особо-то не было. И так неловко было сидеть у друга на шее. Ведь от родителей он не брал ни гроша, кроме оплаты учебы. Потому что знает, что если не окончит университет, не получится отсюда уехать. Поэтому Чонгук старался, учился и у него получилось. Правда, он не ожидал, что уехать придётся именно в Сеул, – хотя, нет, как раз таки ожидал, но надеялся на другое, – но получилось, как получилось. Погладив вещи, Чонгук быстро оделся и пошёл на кухню. Он был очень голоден. Выйдя из комнаты, парень посмотрел на себя в зеркало, которое висело в коридоре. Выглядел он явно лучше, чем тогда, когда только проснулся. Хотя бы не такой опухший, к счастью. Иначе, как объяснять свой внешний вид на работе. Не скажет же он, что плакал полночи. Не скажет. Да и оправдываться парень не любит. Чонгук, после нескольких минут разглядываний себя, двинулся на кухню. Заглянул в холодильник и увидел, что там осталась, видимо, вчерашняя еда. Но брать её Чон не хотел, ведь блюдо было приготовлено не им. Вдруг Сехун проснётся и есть захочет. До начала работы времени ещё много. По крайней мере достаточно, чтобы приготовить себе завтрак и спокойно поесть. Спустя минут пятнадцать всё было готово. Приготовил Чонгук завтрак на двоих. Сехун, насколько слышал Гук ночью, пришёл довольно поздно, так что пусть ещё немного отдохнёт перед работой. Младший пока поест, а позже разбудит соседа. Но будить никого не пришлось. Когда Чонгук уже доедал, то Сехун сам проснулся и пришёл на кухню. — Чем так вкусно пахнет? — спросил он, потирая глаза. — Доброе утро. Я завтрак приготовил. — поприветствовал его Чонгук. — Садись. Скоро на автобус, но ты должен успеть собраться. — Класс. Спасибо, Чонгук. — улыбнулся Сехун и, потерев ладошки, сел за стол. — Вкусно? — поинтересовался Чон. — Мг. — с набитым ртом сказал сосед. — Так я и не понял, что вчера произошло? Ты так рано ушёл. — Я же сказал, просто плохо стало, вот и всё. — пытался отмазаться Чонгук. — Не правда. Я же вижу, что что-то не то. — догадливый, однако. А, может, это Чонгук просто врать не умеет. — Всё нормально, правда. — отнекивался Гук. — Просто плохо стало. — Ладно. Не хочешь рассказывать, давить не буду. Но ты не раскисай больше, хорошо? Похоже, по Чонгуку видно, что вчера ему было плохо совсем не от того, что сказал ребятам он. Парень кивнул и оба продолжили есть. Теперь в тишине. …Сехун собрался быстро, поэтому через двадцать минут они уже стояли на остановке. На автобус не опоздали. Он приехал вовремя, поэтому, сев в него, парни поехали к офису. Чонгуку было неловко, поэтому он просто тихо разглядывал наполненные людьми улицы через окошко транспорта. Все куда-то спешат. На улице творится такой трафик, что глаза разбегаются в разные стороны. Чон к такому не привык. В последний раз он видел такое именно в Сеуле, только во время прошлой своей поездки сюда. И снова эти навязчивые воспоминания. Может, и вправду стоит сходить к психологу? Но об этом он будет думать не сейчас. Пока что парень просто будет – пытаться – наслаждаться видом и атмосферой города. Что, на удивление, получается. Наблюдать за людьми со стороны очень интересно. За их жизнью, которая содержит в себе не только радость, но и проблемы. Чонгук очень сильно хочет отпустить свои и быть счастливым наконец, но у него не получается. Он не знает, что с этим делать. Тэхён постоянно появляется именно тогда, когда у Чона всё начинает более-менее налаживаться. Всегда. Вот появилась работа у Чонгука и жизнь будто бы началась заново, сменилась обстановка, появились новые друзья и знакомые, встретился, наконец-то, с братом. Тэхёна он вообще не ожидал увидеть. Да, боялся, но не ожидал, что его страхи оправдаются. Но судьба, видимо, решила немного по другому. И как брат мог вообще так поступить? Хотя, нет, Хосока мы винить не будем. Он же вряд ли знал, что произошло, – если, конечно, Тэ ему не рассказал. Но нет, он не посмел бы. Если Ким и вправду всё рассказал Хосоку, то он полный мерзавец. А Хосок тем более, если знает, что произошло, но всё равно пытается их помирить без ведома Чонгука. Но Чон не думает, что Тэхён настолько является сволочью, что всё рассказал бы. Да и Хосок не выглядит так, будто знает. Нужно будет ему позвонить и попросить прощение после работы. Сейчас звонить не стоит. Ведь, вдруг он ещё не проснулся или же только встал. А учитывая то, что вчера он выпил, то можно сделать вывод, что голова сто процентов будет сегодня болеть. За всеми своими переживаниями и размышлениями Чонгук не заметил, как автобус подъехал к остановке. — Выходим. — сказал Сехун, заметив, что сосед отвлёкся, и поднялся с места. Чонгук вышел за ним. Спустя некоторое время парни уже были на месте. Сехун пошёл к своему рабочему месту, а Чонгук – к своему. К младшему подошла мисс Пак и сразу же назначила ему работу, которую нужно сделать до конца дня. Чонгук согласился и начал выполнять её. …Гук немного устал, ведь голова из-за вчерашнего ещё побаливала. Но он готов покорять новые вершины! Ну или, если быть проще, выполнять поставленную работу. Пока парень сидит и пишет что-то в компьютере, к нему подходит Сехун. — Сейчас обед, Чонгук. Пойдём, выйдем. Кофе выпьем. — сказал он. — А то засиделся здесь совсем. — Правда? Так быстро? — удивился Гук. Сосед кивнул. — Пойдём. Они вошли на кухню, где стоял автомат для приготовления кофе. Чонгук впервые здесь был. Он удивился, насколько всё красиво выглядит. — Тебе какой? — спросил Сехун, отвлекая Чонгука от рассматриваний новой локации. — Мне с молоком. — сказал Чонгук, не отрывая взгляд от кухни. — Здесь так просторно. — Да. Сам был удивлён, когда впервые сюда пришёл. Но уже привык. Даже порой тошнит от этого места. Как сейчас, например. — Почему? — удивился. — Слишком ярко, а у меня после вчерашнего голова болит. — пояснил Сехун. — Ну тогда тебя тошнит точно не от обстановки. — сосед засмеялся. — Как, кстати, вчера всё прошло? Ты хорошо повеселился? — О да-а! Твой брат очень дружелюбный. Видно было, что он немного не в настроении, но пытался скрывать это, как мог. — Понятно. Да, Хосок такой. Всегда веселый… Возможно, за этим весельем что-то скрывается… — К слову… — начал Чонгук, но его перебил телефонный звонок. — Ой, прости. Я отойду. — Ничего. — отпивая свой кофе, сказал Сехун. Чонгук вышел на лестничную клетку. Звонил ему Хосок. Вот сейчас Чонгук и вправду заволновался. Что ему сказать? Как и о чём говорить? Как именно попросить прощение? Он хотел позвонить Хосоку, когда закончил бы с работой и шёл бы домой. Так и время было бы, чтобы придумать, что сказать. А теперь придётся импровизировать. Чон переживал, но трубку, всё же, взял. — Да? — каким-то даже безразличным голосом сказал он, от чего сам удивился. — Чонгук, ты не занят? — спросил Хо. — Сейчас – нет, но через минут двадцать буду занят. — Прости меня, пожалуйста. — сказал Хо. — Мне так жаль, что ты вчера ушёл. Я, правда, не хотел. Просто думал, что вам уже пора бы помириться. Я… — Это ты меня прости. — перебил брата Чонгук. — Я вчера погорячился, накричал на тебя. Мне стыдно. — извинялся Гук. — Ты? Да ну, перестань. Это я виноват. Нужно было у тебя спросить. Ну или хотя бы предупредить. — Мы оба напортачили. Я не должен был так злиться. — Что у вас с Тэ тогда произошло? — поинтересовался Хо. — Ничего. Забей. И у него не спрашивай. — Хосок не знает, раз интересуется. А это означает, что Тэхён ему ничего не рассказывал. Хоть что-то радует. — Хорошо. — как-то обидно сказал Хосок. — Как тебе Сехун? — спросил Чон, чтобы хоть как-то перевести тему. — О-о, классный малый. Весёлый. Мы вчера так оторвались. Правда, я не успел этим насладиться. — Ой, не надо тут. — Хо засмеялся от этих слов. — Всё, прощаюсь. Мне нужно бежать. — сказал Чонгук, посмотрев на время. — Не буду задерживать. — ответил Хосок. — Созвонимся. — отключился. Эх… Хоть что-то решилось. И, к счастью, всё хорошо. Ну, если можно так сказать. Только, кое-что Чонгук всё же забыл спросить у Хосока. Ну ничего, это будет после работы. А сейчас нужно возвращаться. — Ну что? Всё хорошо? — поинтересовался Сехун. — Да. Хосок звонил. — ответил Гук. — Обо мне говорили? Признавайся. — улыбнувшись, спросил сосед. — И о тебе тоже. — отведя взгляд, ответил Чон. — Точно всё нормально? — Да. — резко сказал Чонгук, уставившись на Сехуна. Тот улыбнулся. Как же всё сейчас хорошо. Есть работа, помирился с братом, друг отличный. Только, не вспоминать бы вчерашний день, так вообще было бы прекрасно. Но без этого никуда. Тем более, зная Чонгука. Парень ведь, похоже, зависим от своего прошлого и постоянно попадается в его ловушки. Уже какой раз за день Гук задумывается о психологе. И уже который раз откладывает эту идею прочь. На потом. Да уж, на потом… — Ты идёшь? — крикнул Сехун. — Да! — громко ответил Чонгук, сразу же замолкая. — Чего задумался-то? С братом что-то? — Нет. Всё хорошо. — ответил Чонгук. Всё хорошо…

———

Тёплый тихий вечер. Слегка дует ветер, разбавляя собой нагретые улицы. Очень красиво. Налюбоваться этим невозможно. Зелёные деревья, листья с которых начинают опадать на землю. Но, несмотря на это, солнце продолжает радовать своими лучами. Очень хорошая погода. Даже как-то радостно на душе. Не хочется думать ни о чем. Просто выбросить всё из головы и, расслабившись, наслаждаться. Некоторые так и делают. И Чонгук им очень завидует, хотя и знает, что зависть – плохое дело. Но совсем не чёрной, а белой. Белой завистью. Он не желает им зла, просто желает себе такого же успокоения, как и у них. Деревья сбрасывают листья. Они перевоплощаются и становятся совсем другими. Меняют свой образ в зависимости от погоды. Их даже можно сравнить с людьми. Только вот люди меняются совсем не из-за погоды. А из-за других людей, чаще всего. И когда кто-то меняется в худшую сторону и жизнь теряет краски, это, увы, не очень хорошо. Совсем не хорошо. Но что-что, а гукова доброта никак не изменилась. Он всё также не может отказать людям, даже если этот человек плохой. Вот и сейчас Чонгук стоит под подъездом дома Тэ. Ничему жизнь его не учит! Парень не знает, что же ему делать сейчас. Пару часов назад, как раз после работы, Чонгук позвонил брату и попросил у него номер Тэхёна, так как в тот день выкинул его визитку. Зачем он это сделал? Не знает. Сдался ему этот Тэхён! И хоть мозг понимает, что Чонгук совершает ошибку, но сердце так и требует, чтобы она свершилась. Видимо, не хватило ранее. Но Чонгук уже договорился. Отступать назад поздно. Хотя, как это? Ничего ещё не поздно. Вполне можно проигнорировать просьбу Тэ, развернуться и уйти. Но Чонгук не может. Хоть убейте, но не может отступить. Как бы не хотелось, как бы остатки здравого ума не переубеждали, но Чонгук не сможет уйти. Тем более, когда он уже так близко. К нему… — Господи, что же делать? — себе под нос сказал Гук. — Молодой человек, можно пройти? — спросила женщина, подошедшая сзади. — Ах, да. Простите. — Чонгук отошёл от главной двери. — Спасибо. — как-то не совсем искренне поблагодарила она и зашла внутрь. Дом выглядел роскошно и находился в довольно не дешёвом районе. Хотя, почему Чонгук этому удивляется? У Тэхёна денег хватает. Как же Чонгуку не хочется туда идти. Он даже не представляет, о чем будет их с Тэ разговор. Как он начнётся и как закончится? Не понятно. О чем с ним говорить? Чонгук уже тогда услышал всё, что только можно было услышать. Что Тэхён будет ему говорить? Снова оправдываться? Снова говорить о своих чувствах? Если они у него вообще есть, ведь, если бы были, вряд ли он так поступил бы. Это ужасно. И очень сложно. Чонгук и сам не знает, что двигало ним, когда он попросил номер Тэ у Хосока. Зачем? Чтобы снова сделать себе больно? Чонгук, ты моральный мазохист? Или просто придурок? Скорее всего, последнее. Чонгук всем сердцем надеется, что не разочаруется в Тэхёне ещё больше, чем есть сейчас. Надежда умирает последней, казалось бы. Поднявшись на нужный этаж, парень постучал в дверь. Тэхён сразу же открыл её, будто бы сидел и ждал, пока Чон придёт. Чонгук увидел эти полные надежды глаза. Да, похоже, для Тэ надежда тоже ещё не умерла. Хотя, Чонгук это вскоре исправит. Парень очень сильно не хочет делать Тэхёну больно, ведь понимает, каково это, но деваться некуда. В этой ситуации лучше быть эгоистом… Да, Чонгук сделает ему, возможно, больно, но это лучше, чем причинять эту боль самому себе. А зная Тэ, он вскоре всё забудет и спокойно продолжит жить дальше. По крайней мере, теперь он не будет пытать ложных надежд и смирится, со временем. — Привет! — лучезарно улыбаясь, сказал Тэ. — Привет. — как-то совсем безразлично ответил Гук. — Начинай. — ожидая новую порцию оправданий, сказал Чонгук, проходя внутрь. — Что? — не понял Ким. — Ну, ты ж меня не чаёк пить позвал, правильно? Так что давай, у меня мало времени. — Вообще-то, чай тоже планировал. — Ещё и с тортом, да? — Тэхён улыбнулся на эти слова. Чонгук, увидев это лицо, сразу же остепенился. Не время шутить. Сейчас нужно всё расставить по своим местам. — Короче, либо говори, что ты хотел, либо я ухожу. Мне это не интересно. — Чонгук, я знаю, что поступил ужасно, но я ведь не знал, что это твоя мать… — И это давало тебе право трахать её у меня да спиной? — спокойно, без агрессии спросил Чон. — Нет, но пойми. Я был глуп и не хотел так поступать! — Сейчас ты умом не отличаешься, если думаешь, что все эти оправдания тебе помогут. — Чонгук, прошу. Поверь мне. Я не хотел причинять тебе боль, правда. — не хотел, но стоит прямо сейчас перед Чонгуком и напоминает о той самой боли. — Прости меня. — Хорошо. — Хорошо? — Да, я прощаю. Теперь можно идти? Если это всё, что ты хотел сказать, то я зря потратил своё время. — Чонгук! Не будь таким неискренним! Я ведь… я… — Тэхён, ты сделал меня таким! Ты поспособствовал тому, что я веду себя таким образом. Ты сделал меня неискренним! — Я так виноват! Это ужасно. Чонгук… — ласковым и в тот же момент виноватым взглядом посмотрел на Чона Тэ. — Тэхён… Глаза стояли на мокром месте. Чонгук не знал, что делать. Главное сейчас не расплакаться прямо перед Тэ. Смотря на его лицо, Чонгук не может понять, что плохого мог сделать этот человек, но стоит ему вспомнить… — Тэ… Чонгук больше не может так. В следующее мгновение он впился в губы Тэ. Сказать то, что Ким был шокирован – не сказать ничего. Но он не оттолкнул. Они ждали этого момента пять лет. И наконец-то он наступил. Да, возможно, а скорее, точно, Чонгук об этом пожалеет. Но не сейчас. Эмоции это или чувства… Гук сейчас явно не в здравом рассудке. — Чонгук-и… — Молчи. — шёпотом сказал Чон, продолжив целовать Тэхёна. Это будет его самая главная ошибка. Тэ подхватил Чона под бёдра, а тот запрыгнул на него. Тэхён понёс Гука в комнату, попутно стаскивая одежду и с него, и с себя. Чонгук желал этого, хоть и не признавался себе. И да, он будет жалеть. Но ничего уже не поделать. Если остановится сейчас, возможно, это чувство будет съедать его ещё больше. — Ах… Тэ… — простонал Чон, когда Тэхён поцеловал соски. Ким улыбнулся. Он делал всё аккуратно, ведь боялся спугнуть младшего. Сейчас нужно быть очень осторожным. Чонгук начал стонать, когда Тэ вставил пальцы в анус. Давненько Гук такого не испытывал. Было жутко приятно, когда Тэ коснулся простаты. Чонгук тогда уже выгибался и не мог найти себе места. — Войди уже… — просил он. — Ещё рано. Нужно хорошо растянуть. — сказал Тэ, не вытащив пальцы. — Не нужно, входи. — стоял на своём Чонгук. — Больно ведь будет. — предостерёг Ким. — Не привыкать. — как-то невзначай сказал Чон и, схватив член Тэ, посмотрел на него яростным взглядом: — Входи. Тэхён не мог ослушаться, иначе сделал бы всё ещё хуже. Поэтому, вытащив пальцы, парень медленно вошёл. Чонгук впервые за все эти годы чувствовал себя так хорошо… но в тот же момент и так плохо. Хотелось провалиться сквозь землю и забыть обо всем, как о страшном сне. Кошмарном сне. Но ни разу за пять лет так и не получилось это сделать… — Чонгук, ты здесь? — спросил Тэ, так как Чонгук немного отвлёкся на свои мысли. По его лицу было видно, что он запутался и не знает, что делать. Правильно ли всё это? Конечно, нет. Но может ли Чонгук с собой совладать? Нет. Это просто убивает изнутри. Как же хочется умереть. Но сейчас, хоть разум и понимает, что всё это не должно происходить, сердце не слушается. Возможно, это к лучшему. Хотя, куда уж там? Остаётся только заткнуть зов оставшегося здравого мышления и забыть обо всех разногласиях. Хотя бы сегодня. Хотя бы сейчас.

———

Проснувшись утром, Чонгук сразу же обнаружил себя в чужой кровати. Повернувшись, парень увидел Тэ. Закрыв лицо руками, Чон кое-как сдерживал слезы, которые так и хотели выйти наружу. На постельном белье – засохшая сперма. Придётся стирать. Но это уже не заботы Чонгука. Тэхён спит сладко. Крепко, как и ранее. Поэтому Чон его точно не разбудит. Хотя, столько времени прошло, столько всего изменилось. Но Чонгуку всё равно. Сейчас нужно принять душ, ведь грязным он точно не поедет домой. …Вода стекает по телу вниз и капает на пол. Чонгук стоит под душем уже минут двадцать и не может прийти в себя. Но нужно скорее закругляться и идти домой. Если Тэхён проснётся раньше, чем Чонгук успеет уйти, будет очень плохо. Очень плохо! Поэтому нужно спешить. Выйдя из душа, Чон быстро надел одежду, которую утром собирал по всему коридору, и ушёл домой. Не попрощавшись.