***
После того, как Нишиноя, наконец согрелся и переоделся в сухую одежду, которую ему заботливо одолжил Хината, у них наконец завязался диалог. — Что ж, Ноя - сан. Теперь рассказывай. Я внимательно тебя слушаю. Рыжий состроил настолько понимающее лицо, что невольно улыбнулся: «Неужели этот очаровательный «Энерджайзер» действительно никогда не бывает серьёзным?» — Да что рассказывать-то? Ничего такого удивительного, просто решил выйти прогуляться — либеро почему-то действительно думал, что такой ответ вполне удовлетворит любопытство Хинаты, но ошибался. Рыжеволосый, разумеется, подобному объяснению не поверил. — Серьёзно, Нишиноя - сан? Ты думаешь я поверю? Или может быть ты надеялся, что никто не заметит то, как сильно ты изменился? — голос Хинаты стал ещё более серьёзным. — Все мы за тебя беспокоимся, так что пожалуйста, не уходи от ответа. Спустя несколько минут уговоров, Ноя всё же подумал: «Да, к чёрту всё. Наверное делиться своими переживаниями не так страшно». И сдался, рассказав собеседнику всю ситуацию. — Ну, если вкратце, то у меня проблемы с семьёй: мать умерла, когда я был совсем маленьким, а отец из-за этого запил — с грустью закончил Ноя. — Только не рассказывай никому из школы, ладно? Не хочу, чтобы на меня бросали сочувственные взгляды… Хината понимающе выслушал, всё, что говорил ему Нишиноя: грустил вместе с ним, переживал и словно сам проживал все эти воспоминания, а Ноя же, в свою очередь заметил, что от этого разговора ему стало гораздо легче. Он поделился с рыжеволосым абсолютно всем, не затрагивая лишь один вопрос — вопрос любви старшего к нему. Очень уж не хотелось Ное озадачивать своего милого кохая подобными разговорами. Ближайшие несколько часов они провели за беседами на самые разные темы, не заметив, как наступила уже глубокая ночь. Мамой и самим Хинатой было по итогу принято решение оставить гостя на ночь. Спать ему постелили в комнате, на одной кровати с рыжиком. Несмотря на смущение, Нишиноя был крайне рад этому — не каждый же день выпадает возможность заснуть в одной кровати с парнем, в которого ты давно влюблён. И хотя он понимал, что ничем «таким» они с рыженьким заниматься не будут, волнение от этого всё равно никуда не делось. Однако, у Хинаты было совершенно другое мнение на этот счёт. Когда парни уже собирались спать, Хината решил всё же перейти к действиям. Он положил руки на талию либеро и медленно провёл ладонью вдоль худощавого тела. Реакция, впрочем, не заставила себя долго ждать и Ноя сбивчивым шёпотом поинтересовался: — Х-хината, ты ч-чего делаешь? — на самом деле он был рад, что в комнате было темно, ведь раскрасневшееся от смущения лицо Ноя не хотел показывать. Но рыжик уже не мог слушать и терпеть. Ему хватало тренировок в клубе, где он еле держал себя в руках. Сейчас же он хотел взять от сенпая всё. Развернув Нишиною на спину, младший навис над ним сверху, при этом нежно зацеловывая щеки, губы, шею… Как бы не хотелось оторваться наконец от столь манящего тела, сделать это Хината попросту не мог, а потому вновь и вновь прикасался губами к нежной бледной коже, получая в ответ одобрительные, но сдержанные стоны. Когда возбуждение стало уже более явно напоминать о себе, действия перешли к более активным. Таким образом уже через несколько минут на них совершенно не осталось одежды. Стыдились ли они друг друга? Вовсе нет. Оба прекрасно понимали, что хотят этого и оба запомнят эту ночь навсегда. Единственным, кто видел эту парочку вместе, было солнце, а точнее его тёплые предрассветные лучи.Кто бы мог подумать, что в мире существует два солнца?
Всё может быть, ведь правду о событиях той ночи всё равно никто не узнает. Только одно известно точно — солнце команды Карасуно навсегда будет принадлежать ему, человеку, чья душа казалась совершенно мертвой, но таковой на деле не являлась — Нишиное Юу