Курильщик

My weakness? Well… If you really wanna know, it’s probably fire. My feathers burn up pretty easily.  — chapter 267

      Герою важно сохранять лицо. Чем выше взлетаешь, тем легче упасть. И если твоя моська красуется на билбордах, ты должен соответствовать стандартам.        Ястреб говорит себе, что его это не заботит и что он в любом случае будет делать то, что пожелает.       И все-таки каждый раз, когда фанатка с визгом просит автограф или фото, он обворожительно улыбается и не отказывает, даже если настроение паршивее некуда. Он никогда не срывается. Не на людях.       Блять, как же я устал.       Может, он все-таки конченый лицемер?       Несмываемая беззаботная улыбка и пронзительные янтарные глаза. Они редко улыбаются. Маска такая прилипчивая.       Видимо, именно поэтому его сделали шпионом. Таками Кейго привык скрывать свои намерения.       Он может появляться на каждом канале страны, общаться с фанатами часами, но все равно никто не сможет предсказать его следующее действие.       Они не успеют.       Делай все как можно быстрее, и этим самым спасешь самого себя. Быстро думай, мгновенно принимай решения.       Лети со скоростью звука. Дальше и дальше от прошлого. У Ястреба нет времени оглядываться назад.       Девушка прижимается к нему грудью и вытягивает руку со смартфоном. Селфи занимает от силы пять секунд, но за это время Кейго успевает почувствовать щекочущий ноздри запах перегара.        — Леди не пристало курить, — шепчет он девушке на ухо, прежде чем упорхнуть. Добавляет ванильный бред про цветы жизни и оставляет смущенную фанатку краснеть.       Герой номер два не должен курить. Он же пример. А если какой-нибудь мелкий пацан увидит, что его кумир дымит, как паровоз, и ругается сапожником? Нет, так дело не пойдет.       Ястреб видит себя особняком на фоне прочих героев. Он фамильярен, свободен и независим. Но сколько бы он не пытался это доказать, Кейго Таками не может делать все, что вздумается.       Может, потому что самого Кейго Таками вовсе не существует?       И когда это давит слишком сильно, ему хочется взять сигарету. Не из привычки или зависимости, а в знак тихого протеста эталонам здоровья, силы и красоты, которые накладывает статус.       Когда он впервые закурил? Помнится, лет в пятнадцать. Ускользнул из центра, где взращивали его причуду, добрался до окраины города…       Поручил парочке перьев стащить пачку сигарет и зажигалку в супермаркете.       Герой, ага.       Потом взлетел на крышу небоскреба совсем недалеко от центра, уселся прямо на край. Бледные пальцы сжали сигарету.       Искра выскочила с первого щелчка, и он быстро прижал сигарету ко рту.       Ястреб слышал, как правильно делать затяжку. Вдохнуть дым сразу в легкие.       Кашель.       Такое чувство, что легкие сгорели изнутри.       Горлу адски сухо. Сухость разрывает глотку. Дико хочется запить чем-нибудь.       От кашля так больно и неприятно. Ястреб не понимает, как кому-то это может нравиться. Он запускает пятерню в светлые волосы, поправляет выскочившие на лицо пряди и сквозь слезящиеся глаза смотрит на ночной город. На подмигивания пролетающих машин, застывший оранжевый свет фонарей.       На крыше темно и одиноко. А еще скоро возвращаться в центр. К этому времени его отсутствие должны были заметить.       Ястреб делает еще пару затяжек и постепенно забывается.       В восемнадцать он открывает агентство, а еще теперь может законно закупаться никотином. Дел становится все больше, и теперь он полагается на сигареты, как на глоток свежего воздуха. Если кто-то замечает запах, ничего не говорит, потому что не ловит на месте.       Когда в бою умирает его первый напарник, он выкуривает за раз пачку, сидя на краю промышленной башенки. Он чувствует боль, оборачивается и видит, как крылья, начиная с краю, испепеляются.       Он продолжает курить, а когда заканчивает, от крыльев остается лишь пара мелких красноватых перышек.       Правительство все еще каждый месяц вызывает его на проверку. Они проходятся по всему телу, по всему мозгу. Это раздражает.       Больше всего, разумеется, их беспокоят крылья.       Доктор достает что-то и выкладывает на стол перед Ястребом.        — Вот ваше перо два месяца назад, — темно-малиновое — ровное и идеальное. — И сейчас, — второе больше похоже на шутку. Оно ассиметрично и едва высвечено розовым.       Конечно же, Ястреб заметил, что крылья изменились. Они стали вялыми и едва поддавались командам. Перья больше не выдерживали человеческий вес. Отрастали медленнее, чем обычно.        — Вы курите слишком много, господин Ястреб, — продолжает доктор. — Это недопустимо. Если продолжите, однажды перья могут больше и не вырасти. Они очень чувствительны к перемене температур. И если вы будете и дальше сжигать их изнутри…       Ястреб поспешно отшучивается и пытается заговорить работника.        — Вы должны снизить потребление. Не заставляйте нас обращаться в каждый магазин страны с запретом продавать вам никотиновую продукцию. Это плохо для публики.       Ястреб не сдерживается и шипит сквозь зубы:       — Я, мать вашу, Ястреб. И взрослый человек.       Уходит без улыбки и прощания.       В его голове звучат слова доктора о том, что как только он попадет в десятку героев, о курении придется навсегда забыть.       Во второй половине года предсказание сбывается. Конечно, Ястреб сам к этому шел. И когда объявляют, что он попал в топ, на лице не дергается ни один мускул.       Мелькает мысль. И Ястреб вспоминает о детстве и о своем восхищении Старателем. Если теперь Ястреб вошел в десятку, он сможет с ним встретиться.       Детские обманы рассеялись, он не раз видел героя номер два в действии. И мог объективно оценить, как такой же герой. Повелитель огня совсем не похож на Ястреба — с его лица не сходит угрюмость и напряжение. Ястреб сомневается, что Старатель вообще способен шутить.       Но Кейго Таками не может сопротивляться восхищению при виде могучей фигуры. Страх перед огнем исчезает, Ястребу хочется еще ближе почувствовать эту мощь.       Он сильно разговаривается и многие списывают это на его юность. Старатель бросает на Ястреба раздраженные взгляды, и парень понимает, что они вряд ли поладят.       Всю официальную церемонию он думает о том, что это конец. Конец его и без того коротким перекурам, детским бунтам. Он попал туда, где нужно повторять приевшиеся банальные фразы, улыбаться на камеру. Теперь его судьба в чужих руках.       Впрочем, так было всегда.       Но тогда в его руках еще была сигарета.       Ястреб ускользает с вечеринки, когда все уже изрядно опьянели и не заметят его ухода. Он привычно взбирается на крышу и обыденно достает пачку и зажигалку. Будто бы это не в последний раз.       Ему по-своему приятна боль, пронзающая крылья при каждой затяжке. Истлевающие перья разлетаются пеплом в морозном воздухе.       Тогда Ястреб слышит грузные шаги.       Блять.       Дверь на крышу грубо распахивается, и Ястреб не придумывает ничего лучше, как погасить в панике окурок о собственное крыло.       Он матерится от боли в кулак и проклинает собственную глупость.       Еще больше его тянет ругаться, когда он понимает, что на крыше рядом с ним возник Старатель.       Герой номер два ничего не говорит, но ему явно не нравится присутствие Ястреба.       Парень шустро надевает улыбку и начинает свое пустозвонство.       К его удивлению, Энджи достает портсигар. Почувствовав взгляд, Старатель спрашивает:        — Ты ведь не куришь? — Ястреб уверяет, что нет, и врет только отчасти. — Конечно, ты ведь еще молод, — мужчина говорит сам себе. — Тебе еще нечего забывать.       Слова просятся на язык, но Ястреб давно привык сдерживаться.       У него было прошлое. Имя. Даже семья.       Но от них пришлось отказаться, как и от курения.       Уже назавтра он бросает привычку, и крылья возвращают себе прошлый цвет и силу.       Все-таки перья отрастают слишком быстро. А ему хотелось, чтобы уродливый черный след гари с той ночи остался и попадался на глаза каждый раз, когда он отрывается от земли.       Почти пять лет спустя Ястреб возвращается в неухоженную холостяцкую квартирку. Он уже почти не помнит вес сигареты между пальцами, не помнит тянущую боль в крыльях от затяжки.       Он пролистывает записи о себе в Твиттере, устраивается на диване.       Посылает перо к холодильнику.       В руку ложится освежающе прохладная бутылка.       Ястреб роется в карманах куртки, достает расцвеченную под закат зажигалку, ее концом поддевает крышку и с оглушительным щелчком открывает бутылку пива.