Наказание

Глава 14: Мори нерешительно смотрел на дверь, постучав в неё. Долго ждать не пришлось. На пороге возник Дазай, теперь уж Осаму выглядел получше чем тем утром, когда Огай не смог сделать, что желал. Мужчину спокойно впустили и он вошёл во владения юноши, не боясь, что может что-то да случится. Мори спокойно проследовал за ним на кухню и присел на ближайший стул. Ему протянули чашку чая. Сказать, что Огай был удивлен такому спокойному поведению ничего не сказать. Мужчина ожидал увидеть разбитость, подавленность, в конце то концов гнев или ненависть по отношению к нему, но кроме равнодушия и того, что шатен словно воспринимал все как должное, ничего не было, даже малейшего признака на что-то другое. Это вводило брюнета в недоумение. «Что он задумал?» — Мори следил за Дазаем, всё же принявшись за предложенный напиток. Казалось бы всё было как и всегда. За этой маской безразличия возможно вполне возможно сейчас находилась буря эмоций. План Огая с ловкостью разгадан, но даже это заставило Осаму показать хоть какие-то негативные чувства по отношению к нему, да и позитивные тоже. Юноше также не было известно, что несмотря на то, что у мужчины была столь гнусная идея, но она начала покрываться трещинами ещё раньше, ещё когда детектив только-только попал к нему в руки. Брюнет проникся к нему чувствами и то, что он делал, теперь уж не имело первоначальную цель, а уже хотелось просто насладиться моментом, ласками и прочим, что вряд ли могло быть ранее. А сейчас пришло лишь окончательное разрушение. «И зачем он меня позвал? Хочет попросить помощи? " — он внимательно слушал речь шатена. Всё же, если он собирается родить этого ребенка, то ему придётся отказаться от своего желания умереть, пережить страдания, а затем всеми силами стараться обеспечить своё и не только своё существование. «Наконец нашел то, ради чего жить? В таком случае я могу быть спокоен», — на лице Мори появилась улыбка. Дазай знал, что ему говорить, но ничего из перечисленного Огай не собирался совершать. Мужчина хотел бы помогать Осаму, ведь в его положении юноша был уязвим и с ним могло произойти много чего, что не случилось бы в обычном состоянии. Ему это как раз позволено. — Если ты не имеешь ничего против, чтобы я и вправду стал отцом, то я выберу этот вариант. И, Дазай-кун, не делай из меня какого-то монстра. Я не настолько ужасен, — босс Портовой Мафии встал со своего места, подойдя к шатену, хоть они итак были недалеко друг от друга, положив руку на его свободную ладонь, вздыхая, а затем обнимая и слегка прижимая к себе.