Не потерять себя

***

      -Ну что, поговорим, Ромео?       В такой обстановке Блэк стала хищником, нападая из-за угла, оставаясь незаметной до последнего. Ремус был спокоен, но только внешне, внутри себя он уже несколько раз проклял себя, записку и вообще этот день.       Сложив руки на груди, девушка шагнула ближе к своему другу? А другу ли? Несомненно она любила его, ведь он был её лучшим другом. Но как тогда она пропустила столь яркий факт его симпатии к её скромной персоне? Что-то здесь не сходится. Они же общались как всегда, но начиная вспоминать поведение Люпина- она всё поняла. Ещё в середине прошлого курса его объятья стали крепче и дольше, его взгляды, когда Касс смеялась с Сандро, очевидно, были ревнивые, его забота из дружеской перетекала постепенно в заботу другого характера, и ещё много других признаков, доказывающих его симпатию. Какая же она дура!       -Ты не представляешь, какая я глупая, Рем! — удивленно и с каким-то отчаянием в голосе произнесла это Кассиопея, подходя ближе к Люпину и беря его руки в свои.       -Нет, ты не понимаешь! Это просто привязанность, мы ведь столько времени дружили, ты выдаёшь желаемое за реальность, признай. Я тебе не подхожу, Касс. Эта записка была ошибкой, можешь считать, что нелепым розыгрышем. Ты чистокровная, у тебя было шикарное детство, ты весёлая, красивая, обаятельная, с тобой хочет встречаться чуть ли не каждый парень в школе! А я всего лишь оборотень, ненавижу суматоху, которая как раз таки является твоей стихией, вырос в какой-то деревушке, без известной фамилии, часами сижу в библиотеке и не привлеку ни одну нормальную девушку! — зло, иногда повышая голос, сказал Ремус, вырвал свои ладони из её и подхватив сумку, пошёл к двери, тем самым поставив, как ему казалось точку, несмотря на осознание того, что аргументы были какими-то детскими, но для собеседницы это оказалось лишь запятой, не решающей ничего.       -Коллопортус.- опасно спокойный тон Блэк не сулил ничего хорошего. -а твоя палочка то у меня, бедный и несчастный, всем обделенный, малыш.       Обернувшийся парень заметил, как подруга насмешливо играется Его волшебной палочкой, перекидывая и крутя в руках.       -Кассиопея, хватит, ты понимаешь, что это до хорошего не дове.- не успев услышать и так понятное окончание фразы, Касс кидает в Люпина заклинание, заставляющее молчать.       -А сейчас, ты, послушай меня! Шикарное детство и известная фамилия, да? Ты не представляешь, сколько мне пришлось пережить из-за этих двух факторов, Ремус. Не знала, что если я Блэк, то родители могут пытать своих детей «Круциатусом». Интересно, правда? А знал ли ты, что раз у меня было шикарное детство, то своих друзей маглов меня заставляли пытать? Знал ли ты, что я освоила «Круцио» в шесть лет, а, Ремус, я ведь только-только читать научилась! Ты не представляешь, сколько сил мне нужно тратить чтобы быть такой, какая я сейчас есть. Знаешь, сколько раз я билась в истерике, потому что боялась себя? Мне было стыдно, что я попала не в Слизерин и это ужасно. Только вслушайся, я не разговаривала с Сириусом всё лето до моего поступления, потому что он оказался гриффиндорцем, я стеснялась своего брата чёрт возьми! Как мне было до ужаса тяжело и страшно общаться с кем-то? Я своих друзей по пальцам могу пересчитать. Потому что я слышала сколько грязи обо мне говорят за спиной. Далеко не каждый хочет и может дружить со мной только потому что, как ты выразился суматоха- моя жизнь. Да, ты прав, я не могу жить спокойно, и это не потому что мне так нравится.       Тишина. Судорожный вздох и Кассиопея поднимает руки ко рту, понимая, сколько всего ненужного она сейчас сказала. Эмоции бьют через край, смешиваясь в непонятную бурлящую субстанцию, готовую взорваться прямо сейчас. Слёзы обжигают покрасневшие от стыда щёки. Прошепча заклинание девушка открыла дверь и кинув чужую волшебную палочку, она стремительно выбегает, не бросая даже взгляда через плечо. В поисках укрытия она не замечает человека за углом.       Парень инстинктивно ловит палочку и стоит. Растерянность и абсурдность этой ситуации была немыслимо огромна. Выходит, что он вовсе и не знал свою подругу или кем она для него была. А знал ли о всё этом Сириус или Мелани? Может быть только ему она не доверяла, а может она априори была тёмной лошадкой. Решив не задерживаться в этом мрачном кабинете, парень, закрыв дверь со стуком, ушёл, желая найти хоть кого-нибудь из своих друзей.

***

      -Нюнчик, ну как, нашёл подходящий шампунь или даже не пытался искать? — дразнящий голос преследовал Северуса на протяжении шести лет. Ненавидеть этого человека всеми фибрами своей души казалось проще простого. Джеймс Поттер был везде, он словно отравлял его жизнь, проникая как ядовитый газ в его лёгкие, затуманивая разум злостью. Одно дело, что он был одним из самых популярных парней школы, несомненно затмевая Снейпа, Поттер был конечно умён и сообразителен, но какие достижения делал слизеринец в учёбе не могли идти ни в какое сравнение! Богатенькие родители, холящие и лелеющие своё единственное чадо тоже вызывали завистливые мысли у Северуса, ведь для него было праздником то, что отец не ударил его или мать сегодня. Ну и наконец, Лили. Чёртов золотой Поттер буквально вырвал у него из рук солнечную девочку, дарящую тепло и ласку- единственную надежду на то, что в жизни всё не так плохо. В их небольшом городке, лёжа под раскидистым деревом, в зелёной траве и перебирая одной рукой маленькие цветочки, утешая её из-за очередной ссоры с Петуньей- на редкость мерзкой маглой, Северус понял свои чувства. Он и дня не может прожить без взгляда на неё. Зависимость выработалась и с каждым годом лишь укреплялась, парень, не обращая внимания на явные трещины в их дружбе, теплил надежды у себя в сердце. Правда, в прошлом году, судьба их отношений окончательно решилась далеко не в его пользу. На берегу Чёрного Озера из его рта вырвалось ненавистное ей, и теперь ему, слово. Стоит ли говорить о том, что жизнь перевернулась с ног на голову? Бессонные ночи, проводимые под гриффиндорским портретом, в надежде, что староста будет возвращаться с дежурства, бесконечные письма с извинениями стали рутиной.       Старательно игнорируя надоедливые возгласы, слизеринец ускорил шаг, заворачивая за угол. Но нечто врезалось в него, где-то на уровне плеча, оставляя там точку пульсирующей боли. Поднимая раздражённый взгляд на вставшую перед ним плачущую Блэк. Все слова застыли где-то в горле, теряясь на языке. За всё время их совместного обучения он не слышал и тем более не видел её слёз. Проскочило пару мыслей о том, чтобы пожалеть девушку, но Северус лишь сжал её руку в попытке поддержать, и не оглядываясь пошёл дальше, внутри себя удивляясь такому порыву.

***

      -Пит, постой! Вы куда все подевались то, Джима нет, Рема нет, Касс нет, что за беспредел? — отдышавшись спросил Сириус, поправляя, растрепавшиеся от быстрого бега, волосы.       -О, эм, я не знаю, Джеймса видел с утра возле Лили, а других не замечал. А Карта у кого?       -Касси сегодня утром за ней заходила, не знаю зачем правда, но она как специально подгадала день. В общем, если найдёшь кого, скажи, что я в гостиной. -Взбаламошенный и слегка раздражённый Блэк пошёл дальше, размышляя куда делись все и что ему делать. Проскочила мысль о домашнем задании, но была быстро отметена на задний план- в вечер пятницы делать ему что ли нечего, кроме как читать учебники, и не важно, что делать действительно было нечего.       Сириус думал, думал много, а особенности о своей сестре. Что-то было не так, он это прекрасно видел. После побега он так и не смог узнать, что произошло, Касс не говорит об этом, Регулус не говорит с ним вообще, эти двое знают больше, чем он и это обижает. Что произошло в тот вечер он не может выяснить ни у кого, но очевидно- случилось что-то плохое. С этими мыслями он решительно направился в подземелья, надеясь найти сегодня хотя бы брата.       Оказавшись около входа в гостиную змеиного факультета, он дождался первую попавшуюся девушку и обольстив её собой, Блэк попросил позвать Регулуса.       -Чего тебе, Сириус? — без приветствия, не слишком дружелюбно начал младший брат.       -Что случилось после того, как я ушёл? — поддерживая настрой первого, начал гриффиндорец.       Собеседник тут же притих, грустно посмотрев на старшего, словно обдумывая все «за» и «нет». Регулус поманив Сириуса в холодный, заброшенный класс Зельеварения начал рассказ.       Прекрасный бальный вечер, казалось бы, не могло ничего испортить, гости непринуждённо общались между собой, поднимая бокалы, кружились под живую музыку. Младшее поколение «веселилось» немного меньше, разбредаясь компаниями по углам. Два главных человека, ради которых и было собственно организован вечер, стояли в стороне и спокойно попивали шампанское и обсуждали план «Х».       -Ну что, начинаем собачью прогулку?       Как только была произнесена кодовая фраза Кассиопея как можно незаметнее послала луч оглушающего заклинания в стол, на котором была выстроена «башня» из бокалов с различными напитками. Как оказалось, брызг и криков гостей было недостаточно для того чтобы отвлечь внимание от Сириуса и входных дверей, поэтому, мисс Блэк, конечно же, совершенно случайно падает в лужу из алкоголя и стекла. Возгласы гостей сливаются в противную какофонию, во всё тело впились осколки бокалов и противно жгли, пульсировали в царапинах. Регулус не ожидал такого поворота, ведь договаривались на что-то безобидное! Растолкав толпу, слизеринец упал на колени перед сестрой, не зная что делать. Он оглядывался в поисках кого-нибудь кто мог помочь, но ни Сириуса, ни родителей не было, лишь визгливые дамочки, которые не знали ни одного лечебного заклинания. Слава Мерлину, через толпу пробирался их дядя Альфард. Касс, в свою очередь уже лежала на руках брата. спустя два дня       Лежа в мягких перьевых подушках девушка очнулась первый раз за двое суток. Раны саднило, голова гудела, но это не мешало думать о том, что с ней сделают родители. Хотя, в любом случае она переживала больше о Сириусе, как добрался, всё ли нормально? Размышления прервал другой брат, что вошёл в комнату.       -Зря ты это сделала.- одна фраза и бесконечно грустное выражение лица Регулуса заставили Кассиопею сжаться в предвкушении наказания.       -А ты?..- хриплый голос гриффиндорки, казалось, нагнетал обстановку ещё больше. Слизеринец поджал губы, сминая в руках край своей рубашки и отрицательно покачал головой. Облегченный вздох вырвался из груди пострадавшей и улыбка коснулась её губ.       -Прорвёмся, Рег, ступай, я справлюсь.       -Прости, Касси. Я.я должен был помочь тебе!       -Ты ничего не должен был, переживай лучше за Сириуса, а я точно жива!       Стыдливо спрятав взгляд, парень кивнул и стремительно вышел из комнаты, предварительно пропустив старших членов семьи Блэк. Улыбка вмиг сошла на нет.       -Что за представление вы устроили, Кассиопея? Я просила только одного- ничего не вытворять, но очевидно слова матери для вас ничего не значат. Может сейчас ты поймёшь их значимость? Круцио, отродье! — не дав дочери и слова вставить, Вальбурга наслала непростительное, любуясь на мучения, не до конца восстановившейся девушки. Едва затянувшиеся раны вскрылись снова, пачкая кровью белые простыни и наволочки, хриплый крик раздавался по всей комнате, если не по всему поместью, отскакивая от стен, заставляя тонуть в нём.       -Теперь, черт возьми, ты понимаешь, глупое дитя? Я здесь власть! И поверь мне, доберусь до твоего никчемного старшего брата ещё!       Тишина наступила звенящая, она давила на перепонки, как и громкое дыхание девушки, что из всех сил старалась не расплакаться. «Слёзы- удел слабых, Кассиопея» — как мантра в голове звучал властный голос отца, который изредка уделял время на воспитание отпрысков.