Коллекционер улыбок.

Написание второй главы несколько затянулось - не было возможности выхода в интернет. Приношу извинения, если кто-то ждал продолжения) - Я дома, - сообщил Шика, разуваясь в прихожей. - Ты где был? – выглянула из кухни мать. - Встречался с Чоуджи. - А почему мобильник не отвечал? Ино уже раза три звонила, - женщина посмотрела на сына с подозрением. Под ее взглядом он всегда чувствовал себя как на допросе. - Я его дома забыл, - Шикамару лукавил. Он никогда не отличался рассеянностью и телефон оставил дома намеренно, не хотел, чтобы его доставали надоедливыми звонками. И сейчас мысленно поздравил себя с предусмотрительностью. Мать покачала головой: - Вечно ты спишь на ходу. Позвони Ино, узнай, что у нее случилось. Только долго не болтайте, скоро ужин. И женщина скрылась на кухне. Парень меланхолично пожал плечами и побрел в свою комнату. Поговорить с Ино быстро было почти невыполнимой задачей, эта блондинка обладала способностью трещать без умолку по любому самому пустячному поводу. Шикамару был уверен, что у девушки не произошло ничего такого, ради чего стоило звонить ему три раза подряд за вечер, но все же взял телефон и набрал номер подруги. Он, Ино и Чоуджи дружили с детства. Они жили по соседству, учились в одной школе, а их отцы работали вместе. Теперь они выросли, но дружба сохранилась. - Привет, Ино. Что у тебя опять стряслось? В ухо застрекотал возбужденный девичий голос, и парень плюхнулся на диван и пристроил трубку на подушку рядом. Ему прекрасно было слышно и так, тем более, что никакой особо ценной информации речь его подруги Ино Яманако не содержала. Очередное любовное увлечение, из тех, что происходили в ее жизни с завидной регулярностью. Шика зевнул. Ино влюблялась, а потом разочаровывалась практически во всех знакомых мужского пола. Исключения составляли только он и Чоуджи, которых она воспринимала исключительно как друзей. И Шику такое положение вещей совершенно устраивало. Да он бы с ума сошел, если бы любвеобильная блондинка вздумала положить на него глаз! Нет, он хорошо относился к этой девушке, даже был к ней по-своему привязан. Но рассматривать ее в качестве возлюбленной или, упаси Ками, невесты – увольте! Слишком яркая, шумная, привлекающая к себе внимание, короче, слишком проблемная. Свою будущую жену Шикамару Нара видел совсем не такой. Нара знал, что когда-нибудь женится на девушке, не слишком красивой, но и не уродине, а с простой приятной внешностью. Она будет не дура, ибо таких Шика выносил с трудом, но и не слишком умная, чтобы не занималась наукой или карьерой, а сосредоточилась на семье. Еще она должна быть добрая и спокойная, хорошая хозяйка, любящая детей, но в разумных пределах, ибо Шика планировал завести одного-двух, но никак не больше. Это “планировал” звучало очень странно по отношению к столь молодому парню, которому по возрасту было положено терять голову и забывать про все на свете от прекрасных глаз и других, не менее прекрасных частей тела юных прелестниц. Но таким уж Шика был спокойным и хладнокровным. Он лишь с интересом наблюдал, как его приятели увлекались и сходили с ума от любви и страсти, не замечая очевидных вещей. Потом спермотоксикоз проходил, наступало прозрение, и оказывалось, что прекрасный “ангел” имеет кучу недостатков, которых влюбленный раньше почему-то не замечал. Шика был не такой. Никакая внешняя красота не могла затуманить его мозг и лишить зрения. Долгое время он думал, что вообще не способен полюбить, пока в старшем классе у них не появился новый классный руководитель – Асума Сарутоби. Поначалу Шике был просто интересен новый преподаватель, который в свою очередь заинтересовался способным и талантливым, но очень ленивым учеником. Шикамару стал задерживаться после уроков, они много времени проводили вместе, разговаривая про все на свете и играя в шоги. И в конце концов парень понял, что испытывает к Асуме странное, незнакомое чувство. Ему было не просто интересно и приятно в обществе этого мужчины, он стал испытывать какое-то внутреннее томление и неудовлетворенность, желание быть ближе, контактировать не только вербально. А когда однажды во время мастурбации перед мысленным взором Шикамару возник образ преподавателя, все сомнения отпали – он влюбился. Впервые в жизни Нара не знал, что ему делать. К тому же и Сарутоби повел себя странно. С одной стороны, он всячески поощрял то, что ученик тянется к нему, и порой казалось, что он тоже испытывает в отношении его похожие чувства и желания. С другой, он уходил от любых объяснений и разговоров на эту тему. Точку поставила внезапная женитьба Сарутоби. Шикамару пережил этот удар достойно. Ночью он, зажав зубами подушку, старался заглушить, убить в себе жгущее душу чувство обиды и боли, днем же нашел в себе силы с улыбкой поздравить преподавателя и его невесту. Потом он закончил школу, их пути с Асумой разошлись, и чувства постепенно стерлись, спрятались где-то в памяти, уже не тревожа так душу. Осталась одна проблема. То, что Шика полюбил мужчину, могло означать, что он гей, а это сильно мешало его продуманным планам на дальнейшую жизнь. Чтобы развеять сомнения, в университете парень завел роман с приехавшей по обмену из другого города студенткой - своенравной и гордой Темари. Подшучивавшая над его влюбленностью Ино была бы сильно удивлена, если бы узнала, насколько в его романе было мало чувств и много расчета. Нара с облегчением убедился, что он не гей, а би, Темари в конце концов уехала в свой город, и расстояние постепенно сводило на нет их отношения. А зная характер девушки, Шика мог быть уверен, что у нее вполне хватит сил и гордости пережить разрыв и не наделать глупостей. Окружающие были уверены, что лентяй в душе переживает отъезд возлюбленной, и именно поэтому ни с кем больше не встречается. Шика же просто не собирался заводить серьезных отношений до окончания Университета, а быстропроходящие любовные интрижки считал слишком обременительными, создающими проблем больше, чем можно получить от них удовольствия. Гораздо проще было удовлетворить потребности своего тела самостоятельно, не прибегая ни к чьей помощи. Шикамару совершенно не понимал, что за удовольствие находит Ино в своих бурных романах, большинство из которых заканчивалось, едва успев начаться. И ведь, казалось, что каждый раз девушка увлечена совершенно искренне. Вот и сейчас она успела прожужжать приятелю все уши о том, какой ее новый знакомый “няша”, “пупсик” и “красавчик”. При этом ее ни сколько не смущало, что парень, которого она охарактеризовала застенчивым и скромным, по ее словам буквально преследовал ее в парке, пытаясь сфотографировать и пригласить на свидание. Шика подумал, что Ино, скорее всего, попала в поле объектива незадачливого фотографа случайно, а так как он действительно скромный и хорошо воспитанный, он просто не смог от нее отделаться. - Я рад за тебя, но что ты от меня-то хочешь? - Как, что? А вдруг он – маньяк? - Ты уж определись, няша или маньяк. - По виду – няша, но вдруг он скрывает свою дьявольскую сущность. - Так не ходи на свидание, только и всего. - Ну неееет. Ты бы видел, какой он милый. И так смущается. К тому же, он обещал мне фотографии. -У тебя все милые первые три дня. Ладно, говори, как зовут твоего красавчика, попробую навести справки. Девушка смутилась: - Я забыла спросить его имя. - Ну вот. И чем я могу тебе помочь? - Ты должен будешь прийти в парк и проследить издали, чтобы со мной не случилось ничего плохого. - Вот еще, глупости, - Шика даже рассердился, - мне делать больше нечего, только следить за твоими ухажерами. - Ну, Шика! Какая тебе разница, где бездельничать. Жалко ему помочь подруге! Посидишь на лавочке в парке, воздухом подышишь. - Значит, так! Гуляй с ним там, где много людей, в подозрительные и темные места не ходи, в гости к нему тоже, и к себе не приглашай, и ничего с тобой не случиться, - отрезал парень, и не слушая больше возмущенные протесты подруги, закончил разговор. Вообще-то, Сай собирался только, как и обещал, отдать пленку и фотографии, еще раз извиниться и уйти. Но девушка придирчиво рассмотрела выданные ей фото, милостиво разрешила взять одно “на память”, а потом повисла у него на руке и потащила в близлежащее кафе. Вела она себя напористо и вместе с тем непосредственно, и фотограф посчитал невежливым, просто развернуться и уйти. В кафе разговаривала тоже в основном девушка, которую, как выяснилось, звали Ино Яманака. Саю было не особо интересно слушать про походы по магазинам и про то, какая дура лучшая подруга его новой знакомой, но он терпеливо молчал и улыбался. Иногда блондинка спохватывалась и задавала ему какой-нибудь вопрос, но потом опять быстро переводила разговор на собственную персону. После кафе Ино, как само собой разумеющееся, потащила парня провожать себя до дома, заявив у дверей, что они еще слишком мало знакомы, и в квартиру она его не пустит, как бы тот не упрашивал. Сай и не думал упрашивать, ему не терпелось распрощаться. Но блондинка напоследок продиктовала ему номер своего телефона, который парень послушно записал, внезапно чмокнула его в щеку, и убежала. Сай облегченно вздохнул, развернулся и нос к носу столкнулся с крепким взлохмаченным парнем. - Эй, ты. Кто тебе позволил тут шляться и клеить наших девушек? – начал он, слегка оскалясь. Фотограф попытался решить проблему миром. - Я уже ухожу, оставляю всех местных девушек вам, - улыбнулся он. Но агрессивный незнакомец явно был настроен подраться. Невдалеке стоял еще один парень, держащий за ошейник здоровенного волкодава. - Придержи Акамару, Шино, пока я уделаю этого красавчика! – крикнул ему драчун, и тут же попытался нанести удар в лицо. Но Сай уже догадался к чему идет дело. Он вовсе не был беспомощным слабаком. Один хороший прием, и противник зарылся носом в песок. И почти в то же самое мгновение Сая буквально отбросило в сторону, и у своего лица он увидел огромную оскаленную пасть. Он едва успел прикрыться рукой, как на запястье сомкнулись зубы. Собака не укусила в полную силу, лишь прикусила, пугая, но по руке потекла кровь. - Киба, ты что, с ума сошел? А ну, забери своего зверюгу! – раздался рядом чей-то голос. - Вот еще, он первый на меня набросился. - Не ври, я все видел. Или тебе неприятностей мало? И так соседи жалуются, что ты собаку без намордника выгуливаешь. Тот, кого назвали Кибой, ругаясь оттащил своего пса, и Сай смог сесть. Рядом, засунув руки в карманы, стоял еще один паренек со смешной прической – торчащим вверх хвостиком. Киба с приятелем уже скрылись в соседнем переулке. Сай встал на ноги и огляделся. Одежда в пыли, рубашка разорвана, и из руки течет кровь. - Мне теперь, наверное, в больницу надо, укол сделать от бешенства, - произнес он, морщась. - Не нужны тебе уколы. Их делают, если собака дикая. А Инузуки – собачники. У их собак и справки все есть, и прививки сделаны, чего не скажешь о людях. Кибу вот точно, не мешало бы от бешенства привить, - Шикамару, а это был именно он, вздохнул. Конечно, его вмешательство сулило ему только лишние хлопоты. И все же Киба был не чужой – еще один одноклассник и сосед. Если этот парень пожалуется на него в полицию, ждут Инузуку крупные неприятности. К тому же, Нара уже догадался, как этот парень оказался у дома семьи Яманака. – Пойдем ко мне, промоем руку и перевяжем. И развернувшись, он направился к своему дому. Парень сказал “спасибо” и пошел следом.