Очевидцев не выбирают

— И что это за выходец из Depeche mode? — с усмешкой спросил Лукас. Как только демон метнул в его сторону озлобленную мину, он быстро пожалел о таком сравнении и застыл словно издохший кухонный таймер. Кроули, вообщем-то, было плевать, какое мнение имеют о нем люди, но сейчас от повышенного адреналина его телесная оболочка просто горела от злости. И хоть самолюбие демона было слегка уязвлено, вопреки своей натуре, он не упрекнул юношу, не пустил в ход даже мало-мальские гадости, чего ангел не ожидал от друга. Он лишь уязвленно щелкнул пальцами, остановив время. — Что? Я пришёл сюда не за тем, чтоб ставить на место какого-то шкета! — разводя руками заявил демон. — Где твой хвалёный Генри Морган? Давай уже покончим с этим, покуда не пропитались запахом формалина. Азирафаэль стремительно прошелся по коридору морга мимо застывшего медперсонала, нервозно отыскивая ауру бывшего врача. Спустя семьдесят с лишним лет ее Шлейф был не такой устойчивый. Значит их обоюдная связь начала прерываться. — Не могу понять… — прошептал ангел. — Неужто он…присмерти?! Резким разворотом на каблуках ангел задал себе нужное направление и с несвойственной его телосложению прытью помчался в самый конец этажа. Полустеклянная дверь кабинета сама расскрылась перед ним и застыла, тревожно скрипя. Словно по моргу ходил жуткий сквозняк. Генри только что закончил вскрытие и готовился заполнить реестр. Привычным путем он освободился от голубой униформы судмедэксперта, оставив только маску на подбородке, заметно подернутом щетиной. Ангел стоял в дверном проеме с любезной улыбкой. Он пренебрег словами Абрахама, и вздохнув медленно зашёл, перекатываясь с пятки на носок. С детским восторгом он сложил ладони в молитвенный жест. — Доктор Морган! Я долго искал вас, хвала неб… Тьфу! Ведь это из-за них все и началось! Генри удивленно поднял взгляд на неугодного посетителя. Услышать в Нью-Йорке родной для ушей британский акцент удавалось не каждый день. Но его принцип сторониться бесед с родственниками погибших не давал исключений даже для земляка. — Если вы пришли по поводу золотого креста покойного мистера Фэйрли, то обратитесь к моему коллеге Лукасу Волу, святой отец. Я только что контактировал с ковидным трупом, так что будьте добры, немедленно удалитесь из моего кабинета! — на последних словах судмедэксперт плавно повысил тон и указал на дверь. Секундой позже добавил. — И да, впреть не посещайте потенциально рискованные места без медицинской маски. Всего хорошего. Ангела нисколько не смутило, что Генри принял его за священника. В прошлом при встрече с бессмертным доктором Морганом тот подтрунивал над белокурой шевелюрой бессменного друга, называя его Пасторафэль. Это переросло в прозвище. Ангел привык, что в первую очередь все видят его благодать, а не характер. Он стал приближаться к собеседнику, в надежде, что тот узнает его с близкого расстояния. —На мой взгляд, в масках нет необходимости. От них уровень сатурации крови снижается. А конкретно для меня новая болезнь — не страшнее, чем насморк. Впрочем для вас это тоже пустяк, доктор Морган. Не так ли? Это только подогрело негодование судмедэксперта. Настороженно выйдя из-за рабочего стола, он бросил на белокурого мужчину сомнительный взгляд и проигнорировал его замечание. В его кабинет вторглись и нагло нарушают предписанные меры безопасности. Да кто сюда впустил этого англичанина?! — Тот факт, что вы — служитель церкви и имеете сан, не дает вам гарантий защиты со стороны всевышнего. Так что я настаиваю, святой отец, покиньте помещение. Не хочу звать сюда эскорт, вы сами способны найти выход. И к вашему сведению, я — не врач, а судмедэксперт! — Благородство, доброта и преданность делу — вот, что я любил в вас больше всего, Генри Джон Морган! — смакуя произнес Азирафаэль, дружественно положил руки на плечи доктора и с нескрываемой теплотой посмотрел ему в глаза. — Почти сотня лет прошла с нашей последней встречи, а твой характер всё тот же! Суд-мед-эксперт! Ангелу резко стало неловко, что он игнорирует человеческие предписания о дистанции и внезапно вторгается в личное пространство давнего приятеля. Но можно ли судить соскучившееся создание за лёгкое панибратство? Осознав, Азирафаэль деликатно отпрянул от своего протеже. Он почувствовал негативную ауру Генри. Тот сердился, хотя его лицо как ни в чем не бывало надежно прятало эмоции хозяина. Теперь Генри стоял поодаль, скрестив на груди руки, с натянутой чуть ли не до самых век маской. И не моргал. Генри Морган не моргал. — Вы сюда не за крестом пришли, верно? — Это так. И я — не служитель церкви. Меня, можно сказать, официально отстранили. — Тогда объясните, зачем вы меня искали, — с натянутым хладнокровием поинтересовался Морган. Даже английская школа проиграла подступающему чувству тревоги. — Прочитав о вас статью, о том как вы трудитесь на благо зараженных пациентов, вдохновился на самоотверженное путешествие сюда. Хотел увидеться со старым другом на прощание. Утром я был в антикварной лавке на Ивент гарден. Признаюсь, Абрахам очень изменился за эти годы, я с трудом его узнал. А вас там не оказалось. Тогда он дал мне наводку на два медучереждения, но склонялся к тому, что вы сейчас именно здесь. И вот, я здесь, — умилительно закончил Азирафаэль. Внутри Генри спокойно выдохнул. Ну какой может быть из этого мягкотелого человечка пастор? Потрепанный временем жилет, пиджак старого фасона, карманные часы на винтажной цепочке, опрятные и ухоженные руки, манерность — истинный старьёвщик! И хотя последним качеством в этом бизнесе обладали единицы, Генри посчитал, что мужчина может принадлежать к дворянскому роду или иметь связи в кругу подобных. Разум твердил, что его давние воспоминания зря обострились, этот человек вовсе не похож на того Фэлла. Поэтому, сделав единственный правильный вывод об иронии в цикличности генетики, он перешагнул с враждебного статуса к любезно-деловому. — А, должно быть вы — коллега-антиквар Эйба, тогда рад знакомству. Значит мы с вами знакомы через него, теперь это ясно. А ваше имя… Белокурый старьевщик с ангельским личиком недовольно потоптался на месте. «Неужто моё новое тело так непохоже на то, что ты видел раньше! Вспомни же меня!» — Эзра Фэлл, — с толикой разочарования сообщил ангел. Он искренне верил, что этот потрепанный временем человек его не забыл. — Но ты меня должен помнить ещё и как… — …А-Азирафаэль, — неосознанно прошептал патологоанатом. Слишком резко опёршись на стол руками, он тем самым пустил в короткий, но изящный полёт папки с медицинскими заключениями. Азирафаэль с легкостью прервал пике документов и искренне улыбнулся. — Я думал ты вновь исковеркаешь моё имя. *** Лондон 1834. Кроули нагло исчез из виду на двадцать с лишним лет. Я коротал это время в компании игроков в Бридж. *** Азирафаэль вдруг засиял от радости и победоносно воскликнул: — Всё-таки ты не забыл меня! Я знал, что выбрал хорошего человека! Удачным будет сказать, что много воды утекло с тех пор, как считаешь? Генри в любом случае не оценил бы шутку про воду. Ему в этот момент априори было не смешно. Силясь оправдать странное поведение собеседника, он сделал новый вывод в пользу классического подражания предку. Подыгрывать потомку давнего друга Генри не стал. Но его старания оченил по достоинству. — Вы безумно похожи на своего… эм…дедушку! Поразительное сходство! Манера одеваться и говорить… Этого быть… — О, мой мальчик, ещё как может! Поверь, в этом виноват не слабый генофонд якобы семейства Фэлл — я являюсь единственным представителем в своем роду из когда-либо живших. Уже более шестидесяти веков. На иступлённую гримасу Моргана он ответил так:

— Раньше люди жили без документов о своём существовании, но с появлением свидетельств, паспортов и бюрократии мне стало проще учитывать прожитые мною жизни. Нам обоим хорошо известно, что каждые 40-50 лет следует переиначивать дату и место рождения, иногда имя…

— …как и в свидетельстве о мнимой смерти, — мрачно закончил Генри, все больше поражаясь своему собеседнику. — Хотите сказать, что все эти десятилетия я общался не с тремя поколениями людей, а только с вами? Абсурд. — Ошибаешься, Генри. У нас с тобой сформировалась, скажем так, особая связь. И хотя осознать это тебе будет трудно, но это так! - О чём вы вообще? Какая ещё "особая связь"? — Да, и довольно давно. Едва Кроули занес руку, ангел бросил такой укоризненный взгляд, что приступ демонического гнева заменился банальной нарастающей тревожностью. — И как у тебя язык повернулся! Сравнить меня с этими гламурными с-с-сопляками?! - Извините, сэр. Я не спал почти двое суток. И, спаведливости ради, вы правда похожи на их солиста.