Слепая любовь

Холодный ветер изредка обдувает тело, от этого волна мурашек бежит по телу. Кровь словно вскипает, желанием разливается по животу, и потом горячим потоком бежит по венам и артериям, по всему телу, вызывая безумное покалывание по всей поверхности кожи. Прикосновение тонких пальцев, поцелуи мягких губ творят поистине невероятное, они словно порхают по всему телу, вызывая болезненные ощущения в паху. И стоны наслаждения срываются с губ подростка. - Может ты все - таки сдашься? – спросил хриплый голос рядом с ухом, легкое дуновение в раковину, затем нежно вбирает губами мочку уха и посасывает, чем вызывает сильную дрожь по телу Цуны. Прекратив безобидную, но столь мучительную ласку, иллюзионист стал спускаться вниз, лаская языком и губами шею, ключицу, яремную впадину, грудь, оставляя следы багряного цвета. Особое внимание он уделил соскам подростка, сначала лизнул каждый по очереди, потом поцеловал, пососал, взял сосок зубами потянул, тело инстинктивно выгибается навстречу ласкам. Сердце Цунаеши бьется в бешеном ритме, а дыхание все чаще и чаще. Руки Мукуро нежно поглаживали поясницу, спину парня, но, не задерживаясь, спустились вниз на ягодице и начал мять их. Подняв голову от груди смотрит, и коварно улыбнувшись, иллюзионист, наклоняется вперед, обхватывает член парня губами и начинает осторожно сосать, проводя языком по головке. - Оо.. Ах…- срывается с губ Десятого, отчего Мукуро начинает сосать сильнее. Опустившись вниз, заглатывает глубже, проводит языком по головке, по стволу, отчего Цуна выгибает бедра вперед, при этом, не прекращая стонать. В один момент начинает сосать все сильнее, заглатывая все глубже, и вращать языком быстрее, а потом вдруг замедляется, не давая кончить Саваде, и так несколько раз. Наигравшись парнем, отрывается от него и любуется, растрепанные волосы, полузакрытые глаза апельсинового цвета, приоткрытые губы, покрасневшие щеки и следы его поцелуев на теле, часто поднимающаяся грудь, металлические кандалы, сковывающие руки, даже столь уродливые шрамы казались невероятно сексуальными. Увидел эту картину у иллюзиониста, весь воздух вышел из легких, он никак не мог привыкнуть, каким милым и соблазнительным становится его пленник после ласк. Так и стоял, и смотрел на него, пока не поймал себя на мысли что хочет сейчас трахнуть этого мальчика, но одернув себя от этой мысли выбежал из комнаты, боясь сорваться, и накинутся на маленького, тем самым испортить план. Когда Мукуро вышел из комнаты, его тело начало бить сильная дрожь. «Вот оно как. Я и сам того не заметил, как его тело начало неблагоприятно на меня влиять. Надо скорее заканчивать, или я так и не добьюсь своего», - подумал Рокудо. Возбуждение не уходило, даже после нескольких кругов по Кокуе. И ему в голову пришла мысль, как избавится от возбуждения, и осуществлять их он пошел искать свою одноглазую подругу. POV Цунаеши Савада Время словно исчезло, не знаю, сколько времени провел здесь, в плену, закованный в кандалы. Мое тело превратилось в один большой комок неудовлетворенного желания. Этот ублюдок приходит уже неизвестно который раз, и каждый раз возбуждает, заставляет тело изнывать от желания, и с каждым разом мое тело становится все чувствительней, даже маленький сквознячок пробуждает желание. Он не дает кончить мне, он словно знает, что я подсел на секс как на наркотик, и неудовлетворение сводит меня с ума. Аххх. Я снова оплошал, как я мог снизить внимание, и дать захватить себя в плен. Так беспечно с моей стороны. Реборн снова будет ругаться. Изобьет меня до полусмерти, а потом будет глумиться, говоря типа: - Никчемный Цуна, и долго ты будишь валяться, - вот примерно так он и скажет, детский голос наполненный равнодушием. А потом для убедительности добавит пару пинков, или кинет гранату. Когда он появился, моя жизнь круто изменилась, тренировки, которые я раньше считал трудными, показались через некоторое время легкими упражнениями для разминки. Я стал сильным, очень сильным и теперь я могу защитить своих друзей и близких. Хоть я не могу видеть цвета - это меня не беспокоит, и уже давно не беспокоит. Меня интересует только безопасность моих близких, без этой цели я был бы простой пустой оболочкой, даже секс ни так важен. И я вытерплю все, но не дам завладеть ему своим телом. Ни за что… -И сколько ты будишь там валятся, травоядное, - вот у меня глюки от перевозбуждения, - я спрашиваю, долго ты тут валятся, будешь? Что? Не может быть! -Хи…Хибари-сан, - не веря я прошептал, - это правда вы? - А ты ожидал кого-то другого?-холодно спросил он, - я не позволю чтобы моей игрушкой играл кто – то еще, кроме меня. Его слова прозвучали резко и не убедительно для меня, не знаю, почему, но я был рад слышать его голос. Его появление, словно ответ на мучившие меня вопросы, появится ли кто – то спасать меня, если я буду в беде. Внутри меня что то оборвалось, и горячие дорожки обожгли мои щеки. Слезы? Я плачу, давно не плакал. И губы почему – то сами по себе расплываются в улыбке. Что со мной, наверно сейчас я выгляжу глупо. - Ты так и будишь тут сопли разводить, Бесполезный ученик? – раздался детский голос совсем рядом. Реборн тоже здесь? Но он же улетел в Италию по делам. Сколько же времени прошло, с тех пор я пропал? - Реборн,- только это я успел сказать, дальше был грохот и я провалился в неизвестность. Конец POV Цунаеши Когда Цунаеши улыбался и плакал, словно безумный, Хибари подумал что улыбка идет ему, а слезы… он убьет того кто заставил плакать его. Безудержная ярость и гнев захватил его, и желание прикончить ублюдка посмевший заковать в кандалы его игрушку, и издеваться над ним… Убью, убью, убью. Лишь эта мысль крутилась у него в голове. - Смотри, что ты наделал, - сказал малыш, сидевший у меня на плече, - он и так слаб, ты еще на него своей аурой давишь. Его накачали наркотиками, что бы он не смог воспользоваться своей силой, надо срочно откачать его, быстрей. Забирай его, и уходим, я буду прикрывать. Хибари быстро успокоился и убрал свою жажду убийства, но было поздно, потому что дверь, через который они только что зашли, с большим грохотом разбилась и дверном проёме стоял высокий, и стройный парень, лет восемнадцати, с красным глазом и прической напоминавший ананас. Не теряя и секунды, ГДК достал свои тонфа готовый атаковать, но его остановили слова Реборна. - Хибари не смей с ним сражаться, забирай Цуну и уходи, я прикрою. Еле переборов себя, скрипя зубами, вместо нападения он ударил по цепям, которые с грохотом разбились. -Оуу, впечатляет, – сказал ананасик, - Кея – кун, для человека которому заплатили чтобы присматривать за нерадивым мальчиком, ты проявил слишком большую настойчивость. Хочешь я тебе дам больше денег, и ты оставишь его мне. А? На мгновение Хибари и Реборн застыли, каждый думал о своем. -Хм… не знаю, откуда ты знаешь про это, но ты напал на ученика школы Намимори. Ты своими действиями представляешь угрозу, и я забью тебя до смерти. Два выстрела, прозвучали один за другим, один в направление главы, другой в сторону иллюзиониста. - Кажется, вы про меня забыли, мне стоит напоминать о своем присутствии? – холодный голос, и невероятная жажда убийства. -Аркабалено, - лицо Мукуро переменилось, было видно, что он немного растерян и испуган, он явно не ожидал увидеть здесь, кого – то еще, так не ощутил присутствия. Но он быстро пришел в себя и снова натянул ухмылку на лицо. - Ты так быстро, а я думал, что смогу наиграться вдоволь этим маленьким мафиози. Эх, какая жалость придется отступить, против вас двоих я, не выдержу. Рокудо Мукуро уже начался пятиться назад, чтобы скрыться в коридоре, но выстрелы не дали ему сбежать. - Я здесь не для того чтобы спасать Цуну, я здесь чтобы задержать тебя, - эти слова никого не удивили, один знал про это, а другому было плевать, он просто заворачивал в свой пиджак маленькое тельце, действовал осторожно боясь причинить вред своему ценному грузу. Когда он уходил бой между малышом, и ананасом был в разгаре. Кея даже не смотрел в их сторону, его беспокоило лишь маленький комочек в его руках, он волновался за него, как раньше не волновался ни за кого другого. И плевать он хотел, что он парень. Он принадлежит только ему и никому больше.