I'm coming back home

      Что Стайлз ненавидел больше всего, так это ожидание. Будь то предвкушение выхода новой серии любимого сериала, или нетерпение из-за премьеры очередной части Звёздных войн, или даже простая очередь в продуктовом магазине. Всё это вызывало у Стилински нервную дрожь. Но сейчас он понял, что это не сравнится с ожиданием прибытия любимого человека.       Самолёт его альфы задерживался на целых два часа, он возвращался из длительной командировки. Они не виделись почти две недели, и Стайлз не мог передать словами, как сильно он скучал по мужу.       Наконец объявили посадку, и омега стал чуть ли не подпрыгивать от нетерпения. Его переполняли эмоции. Наверное, со стороны казалось, что он светится, потому что именно так себя Стайлз и чувствовал — наполненным светом, счастьем и любовью.       Из больших стеклянных дверей хлынул поток пассажиров рейса Чикаго - Нью-Йорк, и Стайлз, чтобы лучше их видеть, поднялся на цыпочки в толпе встречающих. Люди встречали друг друга после долгой разлуки. Пара рядом со Стилински-Хейлом уже счастливо обнималась, и парень рассказывал своей половинке, как прошёл полёт. Но где же его пара?       Неожиданно его окутал приятный, свежий, бодрящий, родной запах, а на глаза легли тяжёлые и тёплые ладони. — Угадай, кто? — спросил обладатель глубокого, хриплого, чарующего голоса. Его альфа. — Даже не знаю, голос, вроде, незнакомый, — основательно ощупывая руки любимого, произнёс Стайлз. Почему бы немного не поиграть, правда? — Но вот руки мне нравятся. Они такие сильные, мужественные. Это так сексуально.       Услышав позади себя смешок, омега развернулся, почти оказываясь в объятиях мужчины, который, конечно же, был Дереком Хейлом-Стилински, его мужем. Он стоял, сияя широкой улыбкой, а во взгляде читалась такая искренняя, безграничная любовь, что Стайлз на секунду подумал — в ней запросто можно утонуть. — Ох, простите, я вас не знаю, — с трудом возвращаясь к их небольшой игре, растерянно проговорил Стайлз. — Правда? — теперь улыбка Дерека стала игривой. Кажется, ему тоже понравилась их игра. — А мне кажется, что мы где-то встречались. — Не думаю, и вам лучше уйти, потому что скоро здесь появится мой альфа. Он очень большой, сильный, гиперзаботливый, и вам может не поздоровиться, — Стайлз попытался повторить хмурый взгляд своего альфы, но, судя по взгляду мужа, он с треском провалился. — Кажется, я знаю, что поможет тебе вспомнить меня, — Дерек приблизился к мужу почти вплотную, его голос понизился до хриплого шёпота. — Да? И что же? — от близости своего альфы у него всегда перехватывало дыхание. Их губы были буквально в миллиметре от поцелуя. — Вот это, — Дерек сократил это ничтожно малое расстояние и нежно коснулся губ омеги своими. Именно в этот момент Стайлз решил послать к чёрту все игры, людей вокруг, и просто набросился на Дерека, вцепившись в него руками и ногами и углубляя поцелуй. Как же сильно он скучал! От Дерека послышался только вздох удивления, но протеста он не высказал, лишь поддерживал омегу. — Я тоже скучал, детка — произнёс Дерек, опуская Стайлза на пол, но не переставая прижимать к себе. — Что? — спросил Стайлз, когда заметил, что Дерек странно смотрит на него. — Гиперзаботливый? — в его тоне не было обиды, скорее лёгкое удивление. — О, да брось. Не отрицай, что это правда. — Но не настолько же? — Поверь мне. Настолько. Но это даже мило, иногда, — сказал Стайлз и поцеловал мужа ещё раз. — Пойдем домой, большой альфа, накормим тебя чем-нибудь. ***       До своей квартиры они добрались на такси, в котором Стайлз не переставал обнимать Дерека. Ему нравилось, как смешивались их запахи, их тепло, создавая неповторимый и прекрасный коктейль. Его хотелось вдыхать всю оставшуюся вечность.       Стайлза всё ещё немного трясло и даже слегка укачивало, когда они, оставив вещи Дерека в спальне, принялись готовить ужин. Он списал это на волнение и безудержную радость — его любимый снова с ним.       Омега заканчивал приготовление салата, когда Дерек, собираясь открыть холодильник и достать оттуда любимое вино его мужа, заметил на дверце рисунок, удерживаемый магнитиками. Улыбка украсила его лицо, стоило ему узнать в этих детских каракулях сначала себя (кто же ещё это может быть, с такими выдающимися бровями, которые занимают, наверное, пол-лица), потом Стайлза, и ... а кто эта маленькая девочка, которую они держат за руки? Стайлз, заметив его взгляд, тоже улыбнулся. — Это Лиззи нарисовала — дочка нашей соседки Мэг, — произнёс Стилински-Хейл, заправляя салат маслом. — Она сказала, что это наш будущий ребёнок, — щёки омеги мило покраснели, а сам он опустил взгляд вниз. — Я так скучал по тому, как краснеют твои щёки и меняется твой запах, когда ты смущаешься, — альфа достал бутылку, разлил по бокалам вино и передал один омеге. Мягкий запах цветов и персиков заполнил кухню. — А ещё Мэг сказала, что это обязательно должна быть девочка, потому что нашему жилищу не помешает женская рука, — а вот теперь Стайлз стал пахнуть возмущением, раздражением и недовольством. Он старался выглядеть равнодушным, но горький острый запах выдавал его с головой. Вид мужа, который с большей, чем нужно, силой перемешивал салат, с всё ещё розовыми щеками только умилял Дерека. Альфа подошёл к Омеге со спины, обнял и стал целовать его шею, стараясь этим отвлечь мужа от ненужных мыслей. — Знаешь, я думаю, нам следует немедленно заняться решением этого вопроса, — сопровождая каждое слово лёгким поцелуем, произнёс Дерек. — Правда? — смущённо, радостно и взволнованно спросил Стайлз. В его запахе появились пряные нотки возбуждения. Он повернулся лицом к Дереку, руками обнимая его за шею. — Да. Я хочу этого. С тобой. Хочу семью. Наше маленькое семейство Хейлов-Стилински, — на последних словах они оба засмеялись. — Я тоже, — Стайлз развернулся , взял бокалы и передал один мужу. — За нашу будущую семью. — За семью, — Дерек отпил из своего стакана, Стайлз последовал его примеру и в ту же секунду скривился, с отвращением выплёвывая вино обратно. — Малыш, ты в порядке?! Что такое? — не на шутку забеспокоился Хейл-Стилински. — Вино. Оно просто ужасно, жутко кислое, — омега всё ещё морщился, глядя на недопитое вино. — Странно, оно ведь твоё любимое, — Дерек зло смотрел на бутылку с красным напитком. — Всё хорошо, милый, это неважно. Оно, наверное, испорчено, — Стайлз отодвинул бокалы подальше и придвинулся к Дереку ближе. В его взгляде и улыбке появилась хитринка. — Мы, кажется, на чём-то остановились?       Дерека всё ещё беспокоил вопрос — почему Стайлзу был так противен вкус его любимого красного вина? Но он решил оставить эти размышления на потом, ведь сейчас в его объятиях был его прекрасный, желанный и любимый супруг. Остальное неважно. ***       Потом они узнали, почему. Когда Стайлза стошнило после его любимой, приготовленной Дереком, яичницы, они поняли. Их небольшая нью-йоркская квартирка ещё не слышала столько радостных визгов и не видела столько слёз счастья.