Любовь на скорости.

Вот я и вернулся домой. Конечно, были моменты, когда я скучал по городу и дому, в котором вырос, но все же в деревне мне нравилось больше. Чистый воздух не загрязненный газами и отходами, тихая и размеренная жизнь. Никто никуда не спешит, на лицах прохожих всегда улыбки и дружелюбие, и никакого лицемерия. Каждый занимается любимым делом, там люди не гонятся за властью, а наоборот стремятся к свободе. Дома всегда было тепло и уютно, не то, что здесь. Расплатившись с таксистом, я вышел из машины. Неудивительно, что меня никто не вышел встретить, наверное, родители даже не помнят, что я возвращаюсь сегодня. Огромный забор, из серого камня, всё так же стоял по периметру нашей территории. Когда-то мама старалась придать ему менее агрессивный вид , сажая вьющиеся цветы, но быстро забросила это дело, так как ухаживать за ними, у нее не было времени. На домофон никто не отвечал, а калитка оказалась заперта снаружи, следовательно, дома никого не было. Отворив дверь своим ключом, я зашел во двор. Здесь произошли некоторые незначительные изменения: за домом появился небольшой бассейн, о котором отец так мечтал, на игровой площадке остались всего лишь качели, всё остальное убрали из-за ненадобности, появилось несколько фруктовых деревьев и кустов с какой-то ягодой, зато огромный дуб, на котором я строил штаб, полностью спилили. Плотная листва дерева не давала солнечным лучам проникать в мою комнату, а по огромным ветвям я спокойно спускался вниз, когда сбегал из комнаты. В доме было пусто и тихо. Раньше я любил одиночество, точнее мне пришлось его полюбить, но за годы, прожитые в деревне, изменились мои взгляды на жизнь. Сейчас тишина угнетала меня. Мне уже захотелось уехать обратно. На кухонном столе лежала записка: « Чонгук, мы уехали в командировку. Вернемся через пару недель, может больше. Деньги на проживание в конверте на столе. Отец договорился с директором, и ты возвращаешься в свою старую школу. Не подведи нас. Мама.» Как всегда, кратко и по делу. Выкинув записку, я поднялся в свою комнату. В ней ничего не изменилось, и, судя по пыли, сюда даже не заходили. На стенках всё также висели мои детские рисунки и картинки из комиксов, на полках стояли книжки со сказками и мои фотографии. Взяв одну из них, я невольно поёжился. На этой фотографии мне около 14 лет, но выглядел я таким мелким и жалким. За годы, проведенные в деревне, я значительно изменился. Руки и ноги обросли мышцами, на животе появились кубики, которые видны даже через футболку, благодаря, тяжелым работам спина стала более накаченной. Черты лица теперь более выразительные, зато ключицы выпирали, как и прежде, вены на руках и шеи стали более выраженными, от чего многие девчонки из школы сходили сума. Но есть что-то, что никогда не изменится – это моя любовь к моркови. В детстве я всегда ел ее в больших количествах, в деревне она была домашней и свежей, от чего мне хотелось ее еще больше. На моё десятилетие бабушка даже подарила мне мягкую игрушку в виде большой моркови, и с тех пор я с ней не расставался, даже увёз ее с собой. Подойдя к окну, я распахнул шторы. Солнце сразу же ударило в глаза. Раньше по вечерам я любил выбираться на крышу и оттуда любоваться закатом. Мне нравилось наблюдать, как солнце медленно исчезает за горизонтом, иногда это было настолько красиво, что я брал лист бумаги и старался запечатлеть этот момент. Так как убираться в комнате у меня не было желания, я решил вызвать службу по уборке домов. Позвонив по номеру, который нашел в домашней книге и, ожидая их приезда, я принялся ходить по дому. Кабинет отца, как и всегда, был под замком, в коридорах появились новые дорогие картины и сувениры из родительских поездок. Я всегда думал, что они привозят их ради памяти и воспоминаний о той или иной стране, но, оказалось, что родители делают это, чтобы показать свой достаток. Помню, как в детстве разбил одну из дорогущих ваз, в тот момент я очень сильно испугался, что меня накажут, но отец всего лишь пожал плечами и сказал, что купит новую. Тогда я осознал, что для них это всего лишь безделушки, не имеющие никакого значения. В спальне родителей ничего не изменилось. Я хотел было выйти из этой комнаты, как мой взгляд упал на прикроватную тумбочку. На ней стояла единственная наша совместная фотография. Кажется, в том день мы с родителями поехали кататься на американских горках. Это был первый и последний раз, когда мы куда-то выбирались все вместе. Возможно, раньше я бы расплакался, но сейчас для меня это уже ничего не значит. Услышав звонок домофона, я вышел на улицу. Выдав поручения работникам службы, я решил прогуляться по улицам. Воткнув наушники в уши и, включив музыку на всю громкость, я пошел вдоль дороги. Мы жили в одном из самых элитных районов города. Кругом стояли пафосные коттеджи, люди водили машины, стоимостью равносильной дому. Несмотря на отдалённость от центра города, магазины здесь были почти на каждом шагу. Я решил купить немного продуктов домой. В моей семье никто никогда не готовил. Обычно родители пользовались службой доставки еды, но последнее время я питался исключительно домашней едой, которая намного вкуснее покупной, и меня даже научился немного готовить. Бродя вдоль полок, я всё же решил позвонить родителям, но, как и следовало ожидать, трубку никто не взял. Пытаясь дозвониться, я только батарейку посадил. Поэтому домой я шел в тишине и быстрым шагом. Подходя к дому, я услышал знакомый голос. - Чонгук? Ты вернулся? – обернувшись, я увидел своего старого друга. - Чимин, рад снова тебя видеть. – наши семьи довольно давно дружат. Их дом находится по соседству с нашим так, что мои окна выходят в сторону окон комнаты Чимина. В детстве госпожа Пак не раз присматривала за мной, пока мама уезжала по делам. Несмотря на то, что Чимин старше меня на пять лет, мы довольно быстро нашли общий язык, и даже сумели стать друзьями. Он присматривал за мной и всегда помогал. Внешность его довольно обманчива, за милым личиком с густыми ресницами и пухлыми губами скрывается настоящий бунтарь. В четырнадцать лет он, втихаря от родителей, проколол ухо, а затем и бровь. А позже набил татуировку. Раньше мне казалось это чем-то ужасным и неприемлемым, а сейчас я и сам имею несколько скелетов в шкафу. - Вау, ты так изменился. Я даже не сразу тебя узнал. Когда ты вернулся? – после крепкого объятия, он принялся меня рассматривать.- Вижу, поездка пошла тебе на пользу. - Типо того. Вообще-то я не собирался возвращаться, но отец решил, что одиннадцатый класс мне лучше закончить в городе. - Ты возвращаешься в старую школу? - Да. - Ты стал таким красавчиком, что отбоя от девочек точно не будет. – засмеялся Чимин. На самом деле, я скучал по нему. После того, как я уехал в деревню, мне не хотелось поддерживать с кем-либо связь, поэтому мы не общались. Но за это время он тоже довольно сильно изменился. Его милые щеки пропали, и на их месте теперь острые скулы. Большая часть его кожи была покрыта татуировками, а темные от рождения волосы, теперь имели пепельный окрас. В ушах висели сережки, а пальцы были увешаны кольцами. -Мне это неинтересно. Я просто хочу побыстрее закончить эту чёртову школу и свалить отсюда куда-нибудь подальше. - Гуки, я не узнаю тебя. Смотрю, ты изменился не только внешне. - Я просто больше не позволю никому вытирать о себя ноги. - Хорошо, если нужна будет помощь -обращайся. Я могу достать всё что угодно. – подмигнул Чимин. Я сразу понял, что речь идёт о запрещенных веществах. Курить он начал еще в десять лет, несколько раз я даже помогал ему прятать сигареты, а употреблять что-то запрещенное в шестнадцать. Один раз Чимин предложил мне попробовать, но после моего отказа, больше не спрашивал. Он даже, можно сказать, старался держать меня дальше от всего этого. За полгода до отъезда, мне рассказали, что Чимин занялся наркоторговлей, я попытался его вразумить, но он только отмахнулся. - Буду иметь в виду. Кстати, ты купил новый байк? – бросил я взгляд на мотоцикл, стоящий возле дороги. - Да, нравится? Прошлый я разбил несколько месяцев назад, пришлось потратиться на новый. - Мощный. Тоже думаю прикупить. - С каких пор тебя это интересует? - Много чего изменилось, Чимин. Я пошёл. – махнув рукой, я зашёл во двор. Рабочие уже закончили с уборкой, расплатившись с ними, я улегся на кровать и уставился в потолок. Прошло уже три года. Три года как запуганный хиленький мальчик сбежал в деревню. Всё это время я старался даже не вспоминать о школе, о НЁМ, хотя я до сих пор вижу его лицо в ночных кошмарах. Но в этот раз всё будет иначе, я не позволю им вытворять что-либо подобное. Теперь я сумею постоять за себя. Включив музыку на колонке, я отправился в душ. Открыв холодный напор, я подставил лицо под струи воды. Мне всегда нравилось принимать именно холодный душ, он помогает сосредоточиться и собрать мысли в кучу. Так как ближайшее время мне придётся жить один, поэтому натянув только боксеры, я спустился на кухню. Достав купленную морковь, я уселся перед телевизором. Даже не помню, когда в последний раз смотрел его. В деревне я либо помогал дедушке в автомастерской, либо зависал с друзьями. Вспомнил, что обещал позвонить парням, как только приеду домой, но идти за телефоном мне было лень, поэтому я продолжал сидеть напротив телевизора. Дальняя дорога и прогулка забрали все силы, поэтому, закутавшись в плед, я уснул и проспал весь вечер и ночь. В деревне я привык просыпаться рано, поэтому даже не боялся, что могу проспать. Когда я проснулся, до начала первого урока еще было почти два часа. Натянув спортивный костюм, я спустился в подвал. Лет десять назад отец переделал его в спортзал, думая, что будет заниматься. Как же. Некоторыми тренажёрами даже не пользовались еще. Около часа я провел на беговой дорожке, в деревне не было такой роскоши, поэтому перед школой мы с ребятами бегали по дорогам, а здесь мне не хотелось даже выходить на улицу. После контрастного душа и лёгкого завтрака, я принялся собираться в школу. На столе стопкой лежали необходимые учебники и расписание, а в шкафу висела форма. Закинув в портфель пару книг, я открыл ящик стола. Чистых тетрадей не нашлось , поэтому достав старые, и вырвав исписанные страницы, я закинул их в сумку. Может когда-нибудь куплю новые. Школьная форма состояла из черных классических штанов, синего пиджака с эмблемой школы и черного галстука. До седьмого класса я, как прилежный ученик, носил всё это, чего сейчас делать не собираюсь. Надев черные джинсы с дырками на коленях, белую футболку и кожанку, я вышел на улицу. Школа находилась в десяти минутах от моего дома. С каждым шагом моё настроение падало, хотя в деревне такого не было. Школа была для меня особенным местом, где я мог получать знания и общаться со сверстниками. Там не было никаких иерархий, все были равны, что давало полную свободу. Здесь же всё иначе. Чем богаче твои родители, тем больше ты задираешь нос. Зайдя на территорию школы, я поёжился. Даже воздух был пропитан алчностью, негативов и пафосом. Стоянка для учеников была полностью заставлена машинами дорогущих марок. Здесь тоже были свои правила: чем круче машина, тем лучше место. На первом этаже меня уже ждал директор и учитель Кан. Она была классным руководителем моего класса. - Чон Чонгук, мы рады, что вы вновь вернулись к нам.- с лицемерной улыбкой, сказал директор. Скорее всего, отец отвесил ему кругленькую сумму за это. - Вы же знаете, что это прихоть моего отца, я бы никогда в жизни сюда не вернулся бы. – закатил я глаза. - Ладно, я провожу тебя.- беря меня под локоть, сказала учитель Кан. Резко выдернув руку, я пошел по коридору в сторону кабинетов.- Ты, наверное, не знаешь, но после девятого класса многие ушли, поэтому две параллели объединили. – стараясь меня догнать, проговорила она. Твою мать, только этого не хватало. - А кто ушел?- спросил я. - Много кто, но большинство из твоего класса. А еще, сегодня у вас, скорее всего, не будет первого урока, учитель стоит в пробке, поэтому у тебя будет время пообщаться с друзьями. Думаю, они по тебе соскучились. – на это я только хмыкнул. Когда мы вошли, в кабинете стоял гул. - Итак, ребята. Вы же помните Чонгука? В этом году он решил к нам вернуться. – в кабинете повисла гробовая тишина. Все с интересом уставились на меня. Пройдясь взглядом по классу, я наткнулся на знакомое лицо. Джин. Единственный человек в школе, которого я, хоть немного, но рад был видеть. Ухмыльнувшись, я направился в его сторону. Выгнав своего соседа по парте, Джин освободил мне место. - Чонгук! Вот это апгрейд. Рад тебя видеть. – воскликнул он. - Давно не виделись. - Что с тобой случилось? Ты так изменился. Куда ты пропал? – все вокруг с замиранием сердца ждали моего ответа. - Знаешь, это долгая история. Потом как-нибудь расскажу. - Ладно. За это время много чего произошло. Например,… - Слушай, Джин, мне это неинтересно. Я здесь, не потому что хочу, это желания отца. Будь моя воля, я бы никогда сюда не вернулся. – мне не хотелось грубить Джину, ведь он был моим единственный школьным другом до 8 класса. - Оу, ты стал каким-то другим. – надув губы, Джин отвернулся от меня. Воткнув в уши наушники, я принялся рисовать в тетради. Даже сквозь музыку я слышал, как все то и делали, что обсуждали меня. Это начало дико раздражать. Послышался хлопок двери, после чего все замолчали. Мне было абсолютно неинтересно, кто пришел, поэтому я даже не поднял голову. Напряжение, воцарившееся в кабинете, начинало давить. - Ну, здравствуй, кролик.